Под Новый год всё бывает. Вот я и встретил вчера в аэропорту Шарля де Голля настоящего потомка наших царей. То ли Павла, то ли Александра, то ли Николая, я в них не разбираюсь, и спрашиваю:
- Вы в Москву?
- Ага, домой! - отвечает. - И далее как-то сразу не в тему предстоящего путешествия. - Ты, главное, на иностранке не женись.
- А почему? - удивляюсь.
- А они наших сказок не знают, - говорит потомок, снимает корону и подаёт её мне. - Подержи пока.
- Пока это сколько? - интересуюсь. - А то посадку уже объявили.
- Сейчас вот переоденусь и вместе на родину полетим. У меня там встреча с монархистами, будь они неладны. Надоели, хуже горькой редьки. Но без их согласия я развестись не могу.
Переоделся государь во всё народное быстро, джинсы натянул, куртку утеплённую, кепку меховую, и мы направились к самолёту. Одежды самодержавные, кроме рукавиц августейших, он туго запихал в большую клетчатую сумку. А корону забрал у меня. Сказал, что надо обязательно предъявить её монархистам в подтверждение того, что он не Гришка Отрепьев.
Потом, в полёте уже, я и спрашиваю у него снова, почему на иностранке-то жениться нельзя?
- Ну, сам посуди, - объясняет. - Я её лягушкой обзываю, а она ни бум-бум. Вообще ничего не понимает. Я ж по приказу батюшки стрелу запульнул, когда он ещё жив был, прямо от Кремля до Нотр-Дама. А на правом берегу Сены болота же были. Вот стрелу мою и заграбастала одна сохранившаяся там лягушка. Пришлось жениться. И сколько я не целовал её потом, ни в какую царевну она не превратилась. И съесть я её не могу, не французишка же я малохольный, прости господи!