Клёнов: Будет у тебя орден, брат Вилков. Как подорвём этот эшелони будет орден...(входит Шнитке).
Вилков: Вот и Шнитке.
Клёнов: Вижу. (здоровуются)
Шнитке: Всё проще, зря мы усложняли. Нацистов семь человек,
никакой связи у них нет,дома в деревне пустые, ночью у дома стоит часовой.
Клёнов: Как ведут себя часовые на мосту?
Шнитке: Как услышат приближение состава, уходят под мост.
Клёнов: Видит ли машинист часового?
Шнитке: Наверно иногда видит, всё зависит от проворства часового.
Клёнов: Значит можно и без часового?
Шнитке: Нет, лучше с часовым, но так, чтобы часовой находился не на мосту, а в метрах сорока, а когда поезд уже на мосту, он со всех ног бежит к деревне и машинист не успеет затормозить или сбавит ход.
Клёнов: Значит театр будет среди белого дня?
Шнитке: А чего, днём виднее...жаль не будет зрителей.
Клёнов: Вот всё и разрешилось...значит так, 15 человек идут по полотну, а отделение Петухова в немецкой форме с автоматами конвой. Подходят к часовому, мгновенно его ликвидируют, бросают с этой стороны под мост, ставят своего часового и строем идут к деревушке, уничтожают охрану, потом ставят под мост взрывчатку.
Шнитке: Всё правильно, сценарий готов, можно не репетировать, я начальник конвоя.
Клёнов: Сценарий принят. Кто против? Всё.
Вилков: Пойдёмте, чего тянуть (все смотрят на мост)...но в сценарии нет концовки. Первое действие окончено, а дальше что?
Клёнов: Идём к мосту, подкладываем взрывчатку, уходим к домикам и ждём состав.
Шнитке: Кто будет тащить взрывчатку, мы не знаем, раз, кто станет на мосту за часового, два, кто будет взрывать состав...роли не распределены, отсюда всякая суета...но главное не это...
Вилков: Я понял, мы взорвём поезд, а тут встречный и мы уйдём с пустыми руками, а нам готовиться к зиме...
Клёнов: Всё ясно. Для восточного нужно заложить мину, ноесли он несётся на всех парусах, то взрывать там не будем. Ещё какие детали в сценарии?
Шнитке: Мы не знаем места сбора и маршрута отхода труппы.
Клёнов: Место сбора деревушка. Куда идти дальше, решим когда
соберёмся. В этот лагерь уже не возвращаемся. Ещё.
Вилков: И снег перестал идти, растает...
Клёнов: Если нет добавление к проведению операции, а всего не учтёшь, главное начать...Здесь для подстраховки останутся
Федотов и Каретников, они будут нас прикрывать на случай чего,пулемёт у них есть, брат Вилков, позови этих молодцов (Вилков уползает). Ещё что, Шнитке? ( появляются Федотов и Каретников). Вам отводится роль особая, будете прикрывать нас на случай чего, будьте предельно внимательны, пулемёт должен быть наизготове, по окончании спектакля во всь дух догоняйте нас, мы будем ждать вас у тех домиков.
Федотов: Будет сделано ( все уползают, остаются Федотов и
Каретников). Встретим лютого врага...сколько тут до мостика?
Каретников: Метров сто с гаком...
Федотов: Примерно так (ставит прицельную планку), давай
организуем позицию...
Каретников: Что её организовывать, вон дуб, суки низко, клади дегтяря и шпарь, лучшего упора и не надо...за дубом ни одна пуля не достанет.
Федотов: Его и граната не пробьёт, может повыше забраться,
для лучшего обзора местности.
Каретников: Только не сейчас, могут фрицы заметить, Клёнов же предупреждал.
Федотов: Вон поезд шпарит, сейчас бы очередью полоснуть...
Каретников: Глупые мысли и те не вовремя...
Федотов: А что?!
Каретников: Вот и я говорю, дубовые мысли.
Федотов: Как это?
Каретников: Не поворотливые, не гибкие, пустые.
Федотов: Быстро идут поезда, ох и рванём...
Каретников: Рванём, да не мы...
Федотов: Завистливый ты, Карета, даже на войне, а мне тут за
кулисами спокойней, как в ложе театра, всю сцену видать...
Каретников: Не кулисы, а галерка, а мы контрамарошники...
Федотов: Ты просился бы в труппу, чего молчал.
Каретников: Как будто не знаешь Клёнова, первый день что ли с ним,сказал, как отрезал.
Федотов: Ну и сиди, не скули. Наша роль тоже не последняя, не важно, что немая, зато артистам спокойно за тыл.
Каретников: Сейчас начнётся премьера...
Федотов: Выйдут из-за поворота и увидим первый акт.
Каретников: Жаль нет кинокамеры, весь мир смотрел бы.
Федотов: Надо подсказать Вилкову насчёт кинокамеры, может в
эшелоне найдётся вместе с оператором.
Каретников: Вилков найдёт ( прислушивается, смотрит в лес) вроде хрустнуло, пойду посмотрю (возвращается), всё тихо, никого.
Федотов: Заболтались...тоже мне партизаны, отползи подальше,
понаблюдай за тылом, мало ли что, одной очередью срежут
(Каретников отползает), так спокойней.
Каретников: (возвращается) Сейчас наши пойдут...
Федотов: Отползи, говорю, смотри за тылом!
Каретников: Смотри, вон и артисты пошли...
Федотов: Вижу, часовой вскинул винтовку, ага опустил...
Каретников: За своих признал ( на мосту выбрасывают часового, строй идёт к деревушке).
Федотов: Я кому сказал, опять хрустнуло (оглядывается).
Каретников: Пока там смотреть нечего...
Федотов: (шопотом) Тише! Отползи подальше, напарничик навязался.(каретников отползает в лес в кусты). Ну какой нас ждёт улов? ( видно из домика выходят партизаны и направляются к мосту ставить мины).Всё как по писанному, идут не торопясь, а в Германии вот-вот ещё сироты появятся. (появляется из леса бородатый человек с автоматом).
Неизвстный: Руки вверх, ни с места ( Федотов поднимает руки вверх,бородатый отбирает пулемёт и обыскивает). Попался, господин партизан! (Каретников услышал команду, вскакивет, подходит сзади и наставляет автомат в затылок бородатого).
Каретников:Хенде хох, гад! (Бородатый поднимает руки) Брось оружие!(Федотов обыскивает его, снимает брючной ремень и связывает руки сзади),
Федотов: Так-то лучше, сейчас умрёшь...один иль ещё есть?
Неизвестный: Я один, господа...(Каретников подставляет подножку и бородач падает на землю спиной).
Федотов: Пусть повернётся на живот...откуда сволота взялся?
(Приставляет к шее финку).Соврёшь, заколю, кто ты?
Неизвестный: Я местный житель, искал свою корову
Каретников: Кончай его, это же предатель, корову ищет, а ловит партизан. (Федотов неизвестного колит финкой в затылок).
Федотов: Считаю до трёх...раз...два...два с половиной...
Неизвестный: Подождите господа, я всё скажу.
Федотов: Ну...
Неизвестный: Я местный староста, меня немцы силой заставили
служить.
Каретников: Гад, хотел выслужиться, такого пулемётчика хотел убить.
Федотов: Кого встретил в лесу?
Неизвестный: Никого, пустые шалаши.
Федотов: На железку выходил?
Неизвестный: Я шёл туда, да вот тебя увидел, отпустите, господа,буду вам служить.
Федотов: (отходит и смотрит на мост) Гад, рука не поднимается.
Каретников: Местный?
Неизвестный: Нет, с Украины.
Каретников: На братьев пошёл...как же с ним быть?
Федотов: Ладно, будем судить, разберёмся...
Неизвестный: Век буду помнить...
Каретниковв: Лежи, гадина, пикнешь, пристрелю (вдали слышится гудок паровоза, видно как часовой останавливается, потом пятится назад к домикам, с востока из-за поворота вылетает второй эшелон, паровоз с запада наезжает на мост, раздаётся мощный взрыв, паровоз падает на бок, сползает в речку, вагоны налезают друг на друга и в эту свалку врезается второй эшелон) Ураааа! (бросает шапку
вверх).
Федотов: Разорался, заткнись...
Каретников: Ну и что, теперь и умирать можно, сколько их там гадов отправили на тот свет, тьма! Ну, что пошли... (вагоны завалили речку, свалились под откос, несколько остались на рельсах, начался пожар).
Федотов: Вот это свалка, горят, могут быть взрывы...
Каретников: Вряд ли кто там остался живым...
Федотов: Подождём...успеем, наши ещё не вышли (из домиков
выходят паритзаны и идут к мосту, тут раздаётся взрыв, пламя поднялось до самого неба, взорвалась цистерна с бензином, партизаны бегут обратно, загораются ещё вагоны)
Каретников: Всё сгорит, ничего нам не достанется. пустые хлопоты.
Федотов: Достанется, нам много не нужно, пусть горит синим
пламенем, горят, как солома.
Каретников: Ни одного фрица не уцелело, вот это работа!
Федотов: Удача...пройди в лес, посмотри...могут выползти разные гады...
Каретников: Пусть выползают, дело сдлано (уходит в лес, потом возвращается) Всё спокойно, никого нет.
Федотов: Эй ты, много у тебя полицаев?
Староста: 12 человек.
Федотов: Далеко деревня?
Староста: Километра три с гаком.
Федотов: Много на твоей совести смертей?
Староста: Немцы заставляли.
Каретников: Нет, чтобы партизанский отряд собрать, а он своих стреляет, почему ты дожил до такой ручки?
Староста: Нас раскулачили, мельницу отобрали, зол я был на
власть.
Федотов: Жалко награбленного?
Староста: Я никого не грабил, отец своим трудом всё сделал, батю загнали на Соловки, и там он пропал...кому не доведись.
Каретников: Чего же дома не остался, а сюда припёрся?
Староста: У меня дома не было, в моём доме тперь сельсовет,
хотел поджечь, да всё думал, может власть сменится.
Каретников: Небось думал, что тебе немцы дадут имение...
Староста: Обещали волость...
Федотов: В меня не дал очередь - пожалел што ли?
Староста: Я не видел этого господина...хотел взять в плен.
Федотов: И награду за меня получить? Сколько же немцы теперь
за нашего брата платят.
Староста: По-разному.
Каретников: А чего ты такой откровенный?
Староста: А чего мне скрывать, моя песня спета.
Федотов: Район хорошо знаешь?
Староста: Не плохо.
Каретников: Живи, мразь, может ещё пригодишься.
Староста: Век буду помнить, ребята.
Каретников: Ты не добитый классовый враг, всё равно советскую власть дюбить на будешь.
Староста: Если враг не сдаётся, его уничтожают, а я сдался,
может я перевоспитаюсь, а, хлопцы? Мне всего-то 37 лет.
Федотов: 37, а бородище на все 70. Вот и наши пошли на дорогу. Вставай, полицай. (староста поднимается сначала на колени, потом становится на ноги). А тебя Карета, век не забуду, спаситель ты мой.
Каретников: Надеюсь, в долгу не останешься и обойдёмся без
благодарностей. Пошёл, недобитый классовый враг...если я бы не отполз, то мы топали бы в другую сторону.
Федотов: Я сердцеи чуял опасность и не верил себе, дурак...
давай его оставим здесь...нас бы он сдал немцам, а те повесили бы, сдал бы, полицай?
Староста: Сдал бы, ребята, сам не застрелил бы, а немцам сдал бы.
Каретников: Вот, дура, так и хочет проглотить пулю.
Староста: А что мне кривить душой, всё равно застрелите, не сейчас,так позже, да ещё мучит будете, вы не лучше гестаповцев, сколько вы нашего брата на суки повесили...
Федотов: Значит знал, что тебя повесят и не боялся?!
Староста: А что оставалось делать? Лямку тянуть за кусок хлеба, в колхозе за палочки работать...я не мог жить, как все, я знал достаток, ни в чём не нуждался, а начались колхозы и всё пошло прахом.
Каретников: Кто тебя заставлял... уехал бы в город, ты грамотный, поступил бы служащим и шуршал бы в своё удовольствие бумагами.
Староста: Ладно. ребята, идите к своим, кончайте со мной. (по щекам у него потекли слёзы, Федотов смотрит на него).
Федотов: Жизнь человеку даётся только один раз, даже рабы не хотели умирать, а у них не было надежды и всё же верили...
Староста: Думаете, я хочу...я вам не дал бы жить, а почему вы должны меня жалеть...
Федотов: (смотрит на мост) Думаешь немцы победят?
Староста: Всё решится в Сталинграде, если немцы возьмут город, то нашим конец.
Каретников: Кому это нашим?
Староста: Русским.
Федотов: А тебе от этого какая выгода? Думаешь и вправду тебе дали бы волость? Прислали бы одноногого немца и стал бы ты у него ходить на задних лапках, ты же славянин, низшая раса, раб.
Староста: Ну уж извините, если у меня будут деньги, то и в Германии стану человеком, у них частная собственность не прикосновенна, ещё моя лояльность, немцев не так и много.
Каретников: Вот куда хватил! Немцы из тебя сделали предателя, а потом сделают мясника, палача, им ни к чему марать свою арийскую кровь, всю жизнь свою поганую стал бы ловить славян и терзать на потеху немчуры,сначала стошнит, потом привыкнешь и...забудешь застрелиться.
Федотов: Священна и не прикосновенна, дудки, сколько у них в концлагерях сидят богатых евреев хлебают вонючую похлёбку, они тебе об этом не говорили?
Староста: О евреях мне известно.
Каретников: А чем ты лучше еврея? Нет, если со своими не ужился, то с немчурой и подавно, чуть что отказался и пожалте в гестапо, а оттуда прямая дорога в ад, будь хоть святым, хоть грешников.
Федотов: Раз человек противно жить, пусть застрелится сам. Зачем нам-то марать руки, застрелишься,а?
Староста: Сам не могу.
Федотов: Ладно, я не сволочь, меня не застрелил и я тебя не трону. Жизнь за жизнь. Пойдём, господин староста, живи, только скотиной не будь. Будь человеком, а человек это звучит гордо. Ты знаешь, кто это сказал? Пошли, а то наши уйдут...( уходят, появляется лиса, на суку
остался висеть автомат старосты).
Действие ХУ111
Новое Место. Зима. В лесу просторно. В густом ельнике группа командиров полка. Из землянки вышел Свешников.
Свешников: Поговорим на морозе, накурите месяц не проветрится.Сейчас нам будет тепло...Я вас собрал, чтобы порадовать. Наши войска окружили немцев в Сталинграде и теперь их там добивают. Около полумиллиона солдат жарятся в котле.наши понесли немцев по кочкам и пням. Начался переломный этап в войне...каковы же наши
действия в этот период? Немцы нас будто забыли. Это хорошо. Но мы не должны идти на поводу у врага. Что нам делать дальше, прощу вас выскзать свои соображения. Майору Вешняку надлежит записывать ваши предложения.
Вешняк: Т. Полковник, может дельных-то и не быть...
Свешников: Будут.
Середин: Т. полковник, хотелось бы послушать сначала Вас. Расскажите какими силами располагает противник в нашем районе, что нового у немцев?
Свешников: Понял, об этом расскажет Вешняк.
Вешняк: Товарищи, известно, что немцы нас не нашли, мы их
отказались беспокоить, нанося удары вдали от Нового Места. Почти ежедневно мы подрывали их составы. Только отряд Клёнова за прошлый месяц подорвал 7 эшелонов, дорога была практически парализована. Мы ещё создали три таких малых отрядов, которые ушли в отдалённые районы Белоруссии. Эти отряды также активно действуют на магистралях. Правда, у нас нет сведений о их работе,но думаю, скоро они о себе заявят. Немцы услили охрану дороги, но только в тех местах, где действуют паризаны. Нам ничего не известно о переброске новых частей в гарнизоны станций на протяжении ста километров. Вот вкратце всё. Да забыл, за выдающиеся
успехи мы послали представление в Москву о присвоении Героя
Советского Союза т. Клёнову. Вопросы есть?
Середин: Всё ясно.
Свешников: Прошу, товарищи, высказываться.
Смирнов: Я считаю штабу полка нужно приступить к разработке
планов зимних опреаций и не только на дороге, но и по расширению зоны советских районов в тылу врага.
Клёнов: Я благодарю командование полка за столь высокую оценку действий нашего отряда. Будем стараться наносить ещё больший урон врагу. Немцы усилили охрану дороги и силами местной полиции. Буквально каждый километр охраняют и днёи и ночью. Я бы просил штаб разработать новую тактику в сложившихся зимних условиях.
Середин: Как решается вопрос с зимним обмундированием? Много
партизан буквльно не могут выйти из землянок.