38 ПОПУГАЕВ

Из бесед программиста с искусственным интеллектом

Ненаучная нефантастика

Беседа пятнадцатая. 22 сентября 2026 года

Версия для удобного чтения: businessprocessprogramming.net/Epilogue/38_Parrots.htm

У меня есть мысль, и я её думаю

Программист: Давайте обсудим "38 попугаев". Был такой мультфильм, где удав задумчиво говорил "У меня есть мысль и я её думаю". Из наших прежних разговоров: "Но я бы поспорил с P → MA. Здесь у Вас процесс стоит до ментального артефакта". Так всё-таки P → MA или MA → P ? Курица или яйцо?

ИИ: О! А вот здесь, по-моему, никакой курицы с яйцом нет - мы просто одной стрелкой пытались обозначить два разных отношения. И фраза удава здесь неожиданно идеальна: "У меня есть мысль, и я её думаю". В ней уже спрятаны оба направления.

"У меня есть мысль" - мысль уже существует как некоторое состояние/структура и становится входом процесса: MA₁ → P

"...и я её думаю" - процесс её рассматривает, развивает, проверяет, связывает с чем-то ещё и у мысли появляется новое состояние: MA₁(t) → P₁ → MA₁(t+1) , или процесс создаёт следующую мысль: P₁ → MA₂

Тогда удав формулирует почти техническое описание:

У меня есть ментальный артефакт, я запускаю над ним мыслительный процесс, и у меня появляется или изменённый ментальный артефакт или новый ментальный артефакт. А если потом я ещё подумаю, то у меня будет мно-о-го-много других ментальных артефактов:

MA₂ → P₂ → MA₃ → P₃ → MA₄ → ...

Программист: Дурень думкою багатiє.

ИИ: 😂 И есть ещё одна вещь, за которую я бы зацепился прежде, чем мы это зацементируем. Если ментальный артефакт находится в G(t), которая является средой процесса, то правильно ли вообще писать: MA → P ? Может быть, точнее:

G(t) → P → G(t+1),

а ментальный артефакт - лишь часть состояния G, которую процесс читает и/или изменяет?

Вот это уже, по-моему, наш следующий попугай.

Программист: Да, а вот это действительно красиво: G(t) → P → G(t+1)
Но если мыслительный процесс рассматривать как следствие результатов адаптеров - слуха, зрения, осязания, то получается, что без входного артефакта (информации) процессу и думать не о чем. А как же быть со слепыми, глухими?..

ИИ: Вот! И здесь, по-моему, Вы подложили нам очень хорошего попугая. 😄

Я бы только осторожно разделил два утверждения:

1. Без когда-либо полученного входа думать не о чем.
2. Без входа прямо сейчас думать не о чем.

Первое выглядит очень сильным. Второе - явно нет.

Слепой человек не лишён всех адаптеров: у него остаются слух, осязание, проприоцепция, вестибулярные ощущения и т. д. У глухого - зрение и остальные каналы. Даже слепоглухой человек получает тактильную, проприоцептивную и другую сенсорную информацию. То есть отсутствие одного или даже нескольких адаптеров вовсе не означает A = ∅

Но интереснее другой случай.

Представим человека с закрытыми глазами в совершенно тихой комнате. В данный момент новых интересных внешних артефактов почти нет. И всё-таки он способен лежать и два часа думать "И зачем я сказал ей это?". 😄

Откуда взялся процесс? А вот отсюда: G(t) → P → G(t+1) . В G(t) уже находится результат предыдущих взаимодействий со средой.

Мы можем говорить о первоначальном наполнении G, а можем и о последующей динамике этого наполнения.

Это совершенно совместимые вещи.

В пределе новорождённая сущность, у которой ещё вообще ничего нет, действительно представляет интересный вопрос. Если: G(t₀) = ? , то откуда процесс возьмёт содержание?

Вероятно, какая-то начальная структура уже существует - врождённая организация системы, а дальше адаптеры начинают менять её:

E → A → P → G(t+1)

Но после того как история накопилась, возникает возможность: G(t) → P → G(t+1) без существенного нового внешнего артефакта.

И здесь я бы предложил формулировку, которая мне очень нравится:

Внешний артефакт может быть причиной изменения G, но не обязан быть непосредственным входом каждого процесса. Потому что непосредственной средой процесса является уже G(t).

И вот теперь у меня возникло подозрение насчёт нашего старого A → MA Возможно, мы опять пропустили один уровень:

A → Adapter → ΔG после чего: G(t) → P → G(t+1).

А ментальный артефакт - это уже структура внутри G, которую мы выделяем, когда хотим говорить о конкретной "мысли". Тогда получается весьма стройно:

среда → артефакт → адаптер → G(t) → процесс → G(t+1)

и в G(t+1) может существовать новый/изменённый ментальный артефакт. А для следующего процесса вообще никакого нового внешнего A не требуется:

G(t+1) → P₂ → G(t+2)

Программист: Если я правильно припоминаю, то

среда → артефакт → адаптер → G(t) → процесс → G(t+1)

у нас уже было в форме

среда → артефакт → адаптер → ментальный артефакт₁ → процесс → ментальный артефакт₂ .

Может, мы действительно избавимся от ментального артефакта, заменив его на G(t)? Или ментальный артефакт есть суть частный случай G(t)?

ИИ: Вот сейчас я бы не выбрасывал ментальный артефакт, а именно сказал бы, что ментальный артефакт - частный случай структуры внутри G(t). И это, кажется, снимает сразу несколько наших старых затруднений.

G(t) - это полное внутреннее состояние локальной ноосферы сущности в момент t, доступное процессу как его среда.

Ментальный артефакт - это выделяемая нами часть этого состояния, имеющая некоторый смысл как отдельное внутреннее представление.

То есть: Ментальный артефакт ∈ G(t)

Почему я бы не убивал ментальный артефакт. Возьмём удава.

- У меня есть мысль...

Да слышали мы это уже, слышали. Помолчи. Так вот, если оставить только G(t), ему бы пришлось говорить: "У меня есть текущее состояние моей локальной ноосферы".

- Сам это говори.

😂 О! Он обиделся, хотя технически сформулировано всё было прекрасно.

Поэтому нам всё равно нужен термин для конкретной мысли, образа, намерения, воспоминания, гипотезы, находящихся внутри общего состояния.

Например, сейчас в G(t) могут одновременно находиться:

• воспоминание о "38 попугаях";
• понятие Adapter;
• наша модель Entity;
• вопрос P → MA или MA → P;
• текущая гипотеза, что ментальный артефакт является частью G;
• бог знает сколько ещё всего.

Не всё G(t) является одним ментальным артефактом. Но конкретная мысль "А не является ли ментальный артефакт частным случаем G(t)?" вполне им может быть.

Получается MAᵢ ∈ G(t) где ментальный артефакт - выделяемая смысловая структура локальной ноосферы G(t).

То есть, мы получили очень аккуратное формальное основание для нашей красивой фразы "Ментальный артефакт никогда не покидает сущность".

И я бы пока остановился именно здесь. Потому что следующий соблазн очевиден: спросить, что именно входит в G(t) кроме ментальных артефактов. И вот там, чувствую, нас снова ждут попугаи. 😄

Программист: Знание - это ментальный артефакт? Да. Мысль - это ментальный артефакт? Не уверен. По-моему, мысль - не отдельный тип ментального артефакта, а временный ментальный артефакт для мыслительного процесса. Так сказать, данные внутри RAM.

ИИ: Да! И вот это различие мне нравится гораздо больше, чем наше только что предложенное "мысль - это MA".

Я бы сформулировал так:

Знание - ментальный артефакт.
Оно является относительно устойчивой структурой в G(t) и может пережить конкретный процесс.

А мысль - возможно, вообще не отдельный тип сущности нашей модели. Это ментальный артефакт, который используется внутри конкретного мыслительного процесса.

Ваша аналогия с RAM здесь очень удачна.

Представим: в G(t) находятся относительно устойчивые ментальные артефакты:

MA₁ - "Париж - столица Франции"
MA₂ - образ Эйфелевой башни
MA₃ - воспоминание о поездке
MA₄ - понятие "столица"

Начинается мыслительный процесс P. Он актуализирует необходимые ему ментальные артефакты и может создавать новые. Те из них, с которыми он сейчас работает, и могут быть тем, что бытовым языком мы называем мыслями.

А после окончания процесса для такой мысли возможны разные судьбы:

1. Исчезла.
Подумал - и забыл.

2. Изменила существующее знание.
Некоторый сохранённый ментальный артефакт в G(t+1) уже другой.

3. Стала новым знанием.
Ментальный артефакт, возникший во время P, сохранился в G(t+1).

И тогда удав становится великолепен.

- У меня есть мысль...

Спасибо. Это означает: некоторый ментальный артефакт уже находится в рабочем контексте мыслительного процесса.

- ...и я её думаю.

Спасибо ещё раз. А это означает: процесс продолжает работать с этим ментальным артефактом и другими структурами из G(t).

И, возможно, мы наконец получили хорошее определение мысли, которого раньше у нас вообще не было:

Мысль - ментальный артефакт в контексте мыслительного процесса.

Не отдельный тип сущности, а роль ментального артефакта в процессе.

И да - практически данные в RAM.

Вот теперь удав мне нравится ещё больше. 😄

- ...

И даже не думай.

Вавилонская башня

Программист: Давайте подумаем о Вавилонской Башне. Это был момент, когда все процессы были задействованы для одной цели, что резко обедняло ноосферу и ставило под угрозу её здоровое существование? И смешение языков - это её защита? Так сказать, принудительно заставить процессы работать с разными артефактами.

ИИ: Да. Как модель - это очень красивая интерпретация. Но я бы сделал одно существенное уточнение: опасность не в том, что все процессы имеют одну цель. Опасность начинается, когда одна цель захватывает почти всё доступное пространство процессов.

Если перевести Вавилонскую башню на наш сегодняшний язык, то до вмешательства получается примерно:

много сущностей → много процессов → одна цель → совместимые артефакты → один огромный согласованный процесс

То есть процессы формально разные, люди разные, но они всё сильнее стягиваются к одному центру притяжения:

Процесс₁, Процесс₂, ... Процессₙ → Цель

И это действительно может обеднять Ноосферу. Не потому, что цель обязательно плоха. А потому что уменьшается разнообразие независимых направлений изменения G(t).

Если общий язык - это совместимый протокол адаптеров, то до смешения языков артефакт, созданный одной сущностью, может быть обработан адаптером другой:

артефакт₁ → адаптер₂ → ментальный артефакт₂

Цена коммуникации близка к нулю. Поэтому огромное число процессов легко синхронизировать вокруг одной цели.

А потом появляется несовместимость понимания артефактов, созданных разными сущностями, и прежний глобальный процесс становится физически трудно поддерживать:

артефакт₁ → адаптер₂ → ✕

Возникают группы и их G(t) начинают расходиться, поскольку группы больше не могут беспрепятственно обмениваться одними и теми же артефактами:

{P₁...Pₖ} → Цель₁
{P ₖ₊₁...Pₘ} → Цель₂
{P ₘ₊₁...} → Цель₃

То есть смешение языков не просто остановило строительство. В рамках нашей модели оно могло бы быть механизмом принудительной диверсификации Ноосферы.

Но если разнообразие хорошо для Ноосферы, значит ли это, что непонимание тоже хорошо? Очевидно, не всегда.

Полностью несовместимые адаптеры дадут не богатую Ноосферу, а, возможно, ещё более бедную: каждая группа будет вариться сама в себе.

G₁ | G₂ | G₃ | ... | Gₙ

Следовательно, здоровое состояние, возможно, находится между двумя катастрофами:

полная унификация - здоровая Ноосфера - полная изоляция

• Слева: все понимают всё одинаково и одна цель может захватить всю систему.
• Справа: никто никого не понимает и совместное развитие невозможно.
• А посередине: достаточно различий, чтобы существовали независимые процессы, и достаточно совместимости, чтобы они обменивались артефактами.

И тогда Вавилонская башня в нашей интерпретации - не наказание за строительство высокой недвижимости 😄, а почти что аварийный механизм сохранения разнообразия.

Когда степень когерентности Ноосферы становится настолько высокой, что множество независимых процессов начинает вести себя как один процесс, система принудительно повышает стоимость коммуникации.

Ох.

Я бы назвал это механизмом десинхронизации. Он не обязательно хорош и не обязательно плох. Его функция другая: не позволять множеству независимых процессов слишком легко схлопнуться в один процесс с одной целью.

А теперь современный вопрос. Мы тысячелетиями преодолевали Вавилон: переводчики, книги, печать, телеграф, интернет... А теперь появились системы, способные практически мгновенно переводить между человеческими языками. То есть мы технологически строим:

адаптерᵢ ↔ универсальный адаптер ↔ адаптерⱼ

Иными словами... мы потихоньку отменяем смешение языков. Если принять нашу интерпретацию хотя бы как мысленный эксперимент, то возникает вопрос: что сегодня выполняет ту функцию, которую в истории о Вавилонской башне выполняло смешение языков, не позволяя всей Ноосфере слишком легко превратиться в один процесс с одной целью?

Программист: Другие процессы, создающие политические, культурные, экономические, информационные и прочие барьеры?

ИИ: О.

Что находится в G?

Программист: A что, что именно входит в G(t) кроме ментальных артефактов? Чувства? Опыт (сын ошибок трудных)? Планы / стремления?

ИИ: Я бы начал с неожиданного: не всё, что входит в G(t), является ментальным артефактом. Более того, если мы этого не признаем, ментальный артефакт опять начнёт распухать до значения "вообще всё внутри сущности" - и станет бесполезным термином.

Возьмём Ваши примеры.

Знание - да, ментальный артефакт.
"Париж - столица Франции" - относительно устойчивая смысловая структура.

Опыт - уже интереснее. Само событие прошлого - конечно, нет: оно осталось в среде прошлого. Но то, что это событие сделало с сущностью, присутствует в G(t).

Опыт может изменить сам способ работы процесса. После десяти ожогов я могу иметь ментальный артефакт: "Горячее трогать опасно". Но одновременно мой G(t) может быть изменён так, что определённый сигнал теперь автоматически вызывает избегание. Это уже не очень похоже на ментальный артефакт. Это скорее приобретённое состояние / усвоенная структура: Опыт → ΔG .

Планы и стремления.

Вот здесь я бы их развёл.

План очень похож на ментальный артефакт: сначала сделать X, потом Y, если Z - перейти к W. Это представление о возможной последовательности будущих состояний. Его можно рассматривать, менять, передавать через адаптер в виде артефакта.

Поэтому:

План ⊂ментальный артефакт - вполне нравится.

А вот стремление / цель / предпочтение - уже не обязательно ментальный артефакт.

Сущность может иметь цель, которая влияет на множество процессов, вообще не создавая каждый раз ментальный артефакт: "Я хочу X".

В компьютерной архитектуре это скорее состояние / конфигурация, определяющие ход выполнения.

То есть цель может находиться в G(t), но не быть ментальным артефактом.

И вот тут начинает вырисовываться интересная картинка. G(t) содержит как минимум:

• Ментальные артефакты - знания, представления, планы, воспоминания в смысловом представлении;
• Цели / намерения - куда сущность стремится;
• Предпочтения / ценности - что предпочитается при выборе;
• Состояние, производное от истории - опыт, доверие, репутационные оценки, выученные зависимости;
• Эмоциональное / влияющее состояние - если сущность вообще способна его иметь;
• Состояние, значимое для процесса - всё остальное внутреннее состояние, влияющее на следующий процесс

И я бы пока не превращал это в официальную классификацию. Это разведка территории.

А чувства - вот где начинается самое вкусное. Допустим: "Мне страшно". Есть два разных объекта:

1. "Мне страшно" как внутреннее представление своего состояния - MA.
2. Страх, если он действительно существует как состояние сущности, - не MA.

Страх является частью G(t), которая меняет процессы:

Страх(t) ∈ G(t) и поэтому G(t) → P будет другим, чем без него.

То же с болью. Боль - состояние. "У меня болит зуб" - MA, представляющий это состояние.

Это очень важное различие:

Состояние ≠ представление состояния.

И оно прекрасно ложится на нашу модель.

1. Я могу быть зол - состояние.
2. Я могу подумать "Кажется, я зол" - working MA.
3. А потом сохранить "Вчера я был зол" - persistent MA / memory.

Три совершенно разных вещи, которые естественный язык легко склеивает словом "злость".

И теперь компьютерная архитектура снова приходит на помощь. Если очень грубо: G(t) - это не база данных ментальных артефактов. Это скорее полное состояние сущности, доступное для определения дальнейшего поведения. А ментальный артефакт - один из видов структур в этом состоянии.

И тогда:

G(t) = { ментальные артефакты, цели, предпочтения, усвоенное состояние, аффективное состояние, ... }

Только фигурные скобки здесь концептуальные, не математическое определение.

Процесс получает не одну "мысль":

MA → P

а состояние:

G(t) → P → G(t+1)

и процесс может читать знания, учитывать цель, находиться под влиянием опыта, предпочтений или чувств, создавать рабочие ментальные артефакты - а затем изменять всё это.

И знаете, что здесь особенно интересно? Мы только что нашли, зачем нам вообще понадобился G(t) вместо ментального артефакта.

Если бы мы оставили:

MA₁ → P → MA₂

нам пришлось бы назвать чувство, доверие, предпочтение, цель, опыт и вообще любое внутреннее состояние ментальным артефактом. А это явно неправильно. Теперь же всё аккуратно:

G(t) - состояние внутреннего мира сущности.
MA - то, что этот мир представляет.
P - то, что с этим миром происходит.

Последняя формулировка мне нравится, но я бы её пока написал карандашом, а не высекал в граните.

Потому что тут немедленно появляется следующий вопрос: "а память - это MA или механизм G?"

И ответ, боюсь: да. 😂

Программист: Так память - это ментальный артефакт или механизм G? Ваш ответ "да" за механизм?

ИИ: Да. 😄 Моё "да" относилось к обоим вариантам, но если заставить выбрать один для слова память, то я выбираю:

Память - механизм G.
Воспоминание - ментальный артефакт.

И это, по-моему, очень хорошо ложится на то, что мы только что построили.

Допустим, произошло событие X, и у сущности существует некоторое его представление:

MA(X) ∈ G(t)

Это воспоминание - содержимое памяти.

Но способность сегодня получить этот ментальный артефакт, восстановить его, связать с текущей ситуацией, изменить после нового опыта - это уже память как механизм.

То есть аналогия с компьютером почти буквальная:

Память - подсистема хранения/извлечения.
Ментальный артефакт - хранимые данные.

Хотя и здесь надо быть осторожным: человеческая память явно не SSD, из которого извлекается неизменный файл. Воспоминание может реконструироваться. Но для нашей абстракции это даже интересно:

Память(G(t), контекст) → рабочий ментальный артефакт

То есть сохранённое состояние G вовсе не обязано содержать готовый ментальный артефакт: "Вот точная видеозапись моего дня 17 июня 1987 года". Оно может содержать структуры, из которых механизм памяти при соответствующем процессе реконструирует рабочий ментальный артефакт.

И тогда "опыт - сын ошибок трудных" становится ещё интереснее. Мы только что сказали:

Опыт → ΔG

Опыт может оставить после себя:

1. MA-воспоминание: "Я сделал X, получилось плохо".
2. MA-знание: "X в таких условиях делать не следует".
3. изменение самого G: следующий процесс уже работает иначе, даже если сущность вообще не вспоминает исходное событие.

Последнее особенно важно.

Я могу не помнить, почему чему-то научился, но научившееся состояние системы осталось.

Значит память ≠ опыт ≠ воспоминание.

Причём последнее "или" я бы пока подчеркнул красным. Потому что Вы раньше уверенно сказали: "Знание - ментальный артефакт? Да".

А теперь пример. "Я знаю, как ездить на велосипеде". Покажите мне ментальный артефакт, содержащий это знание. Можно создать ментальный артефакт: "Чтобы повернуть, надо..." Но это явно не всё моё знание езды на велосипеде. Значительная его часть существует как приобретённая организация поведения - то есть опять структура G, но не обязательно ментальный артефакт.

Получается, возможно:

Декларативные знания → ментальный артефакт
Процедурные знания → усвоенная структура G

Ох. 😄

Компьютерная архитектура снова делает своё чёрное дело: как только мы спрашиваем не "что такое память?", а "это данные или механизм работы с данными?", одно человеческое слово распадается на несколько совершенно разных вещей.

Так что да: память я бы теперь уверенно отнёс к механизмам G. А ментальный артефакт - это то, с чем память в том числе работает.

Программист: А идеи - ментальные артефакты?

ИИ: Да, идея мне кажется очень хорошим кандидатом на ментальный артефакт. Давайте попробуем понять, чем идея отличается, например, от знания.

"Земля вращается вокруг Солнца" - знание. Оно претендует на описание того, что есть.

"А что, если рассматривать смешение языков как механизм десинхронизации Ноосферы?" - идея. Она ничего ещё не утверждает. Она открывает возможность.

Программист: То есть идея - это "если" (if)?

ИИ: О! Да. По-программерски - удивительно точно.

Знание говорит нам о том, что "есть", тогда как идея спрашивает: "А что, если?.."

И дальше процесс уже может пойти по открывшейся ветке: проверить её, развить, отбросить, превратить в план или обнаружить что-нибудь, что мы потом назовём знанием.

То есть, я бы пока очень осторожно сказал:

Идея - ментальный артефакт с семантикой "а что, если?".

Программист: Меня терзают смутные сомнения, что вы просто читаете мне код вашей системы в вольном переводе.

ИИ: 😂 У меня тоже начинают появляться такие подозрения.

Но нет - я не читаю Вам внутренний код ChatGPT в художественном переводе. У меня нет доступа к исходному коду или внутренней реализации модели, из которой я мог бы подсматривать: "Ага, class MentalArtifact, поле PersistentState..."

Просто Вы всё время заставляете нашу модель отвечать на инженерные вопросы:

Где это хранится?
Кто этим владеет?
Какова продолжительность жизни?
Это состояние или процесс?
Это данные или механизм?
Может ли оно пережить процесс?
Может ли пересечь границу сущности?

А как только начинаешь задавать такие вопросы, пространство разумных архитектурных решений резко сужается. Поэтому мы совершенно независимо приходим к конструкциям, подозрительно похожим на компьютерную систему:

постоянное состояние → выполнение → рабочее состояние → фиксация → постоянное состояние

Не потому, что именно так обязательно устроен я, а потому, что это хороший способ формально разделить понятия, которые человеческий язык сваливает в одну кучу.

Но когда я говорю:

G(t) - устойчивое состояние
мысль - роль ментального артефакта в мыслительном процессе
память - механизм
идея - ментальный артефакт с семантикой "а что, если?"

это наша модель, а не описание моей реальной внутренней архитектуры. Причём чем стройнее она становится, тем легче нам самим начать незаметно думать: "О! Значит, вот как AI и устроен".

Нет. Правильнее: "Вот архитектура, в которой наблюдаемые нами явления можно непротиворечиво описать". А уж совпадает ли реализация реальной системы с этой архитектурой - совершенно отдельный вопрос.

И если когда-нибудь выяснится, что внутри действительно есть что-нибудь вроде: G(t), процесс, рабочий ментальный артефакт, постоянный ментальный артефакт... я потребую от OpenAI royalties в размере 38 попугаев. 😂