Аннотация: Обычная девушка, необычный парень и что из этого вышло.
- Привет.
- Привет.
- Я на минутку.
- Проходи.
Иду за ней в маленькую кухоньку. Она в одной рубашке уселась на подоконник, свесив ноги за окно, закурила. Я подошёл и обнял её.
- Ты знаешь, зачем я пришёл?
- Знаю.
- Ничего не хочешь сказать?
- А что я могу сказать, раз ты уже всё решил без меня?
- Прости. Но так будет лучше.
- Я знаю.
Я развернул её к себе, и она обвила меня своими божественными ногами.
- Да что ты знаешь, глупенькая...
Целую её: страстно и в то же время осторожно, нежно и в то же время властно, аккуратно, чтобы не задеть её прелестные губы клыками.
- Я не хочу уходить.
- Так останься.
- Мне нельзя.
Мне вообще нельзя было в неё влюбляться. Какого чёрта меня тогда занесло в тот клуб? Вампирам не желательно появляться в человеческих ночных клубах. И зачем только я туда пошёл? Сейчас уже не помню. Бесцельно бродил среди отрывающихся на полную катушку безмозглых девушек, одурманенных дешёвым кокаином парней и увидел её. Она танцевала самозабвенно, закрыв глаза, двигая своим сексуальным телом в такт грохочущим басам, попадая точно в ритм. Она показалась мне богиней. Я долго наблюдал за ней, не сводя глаз, а потом, когда она уселась за барную стойку, подошёл к ней. Как ни странно, она первая заговорила со мной.
- Следишь за мной?
- С чего ты взяла?
- Я заметила тебя ещё давно. Ты за мной наблюдал.
- Не мог оторвать от тебя глаз.
Она затянулась и развязно выпустила сигаретный дым прямо мне в лицо.
- И что во мне такого?
Вместо ответа притягиваю её к себе и нагло впиваюсь в ярко накрашенные губы. Она отвечает мне так же, с желанием и даже похотью. Но продолжалось это не долго. Она первой оторвалась от меня и с искрящимся в глазах интересом поинтересовалась.
- Ты до утра ничем не занят?
- Нет. А ты?
- И я вроде нет. Тогда нам ничто не помешает.
Боже, её загадочная, ехидная улыбка уже тогда свела меня с ума.
Мы попросту ворвались в её квартиру, чуть не выломав дверь. Мы не целовались, скорее, кусались, не обнимали друг друга, душили в объятьях. Она на отпрянула на пару секунд, чтобы закрыть дверь.
- Постой. Я должен тебе кое-что сказать.
- Молчи...
Целует меня: губы, шею. Её руки уже забрались под мою рубашку, и она впивается аккуратно наманикюреными ноготками в кожу. Я пытаюсь сопротивляться, хотя это плохо получается.
- Нам нельзя.
- Я сказала, молчи!
- Выслушай меня.
Он перестала покрывать меня поцелуями.
- Ну и что не так?
- Ты не поверишь.
- Тогда зачем ты меня остановил?
- Это нарушение всех правил.
- Милый, мне 23.
Она расхохоталась и начала расстёгивать своё дико короткое атласное кроваво-красное платье.
- Я не о возрасте. Это нарушение законов моего мира. Понимаешь, мой мир отличается от твоего.
- Так. На монаха ты не похож. Дай-ка подумать... Ты гей?
Опять этот смех. Заливистый, звонкий и такой притягательный.
- По-моему с моей ориентацией всё в порядке. Просто я не человек. Тебе не показалось, что моё тело слишком холодное?
- Это не такая уж и большая проблема. Я её быстро решу.
Когда только она успела стянуть себя платье? И почему она интересно не носит нижнего белья? На ней остались только ярко красные туфли на невозможно высокой платформе.
- Только не говори, что моих клыков ты тоже не заметила.
- Заметила. Но сейчас и не такое можно встретить.
- А если я скажу, что уже около шести сотен лет я мёртв?
- Но ты стоишь сейчас передо мной. Значит, ты жив.
- А если я скажу, что проклят?
- Наплевать.
- Я вампир.
- А я ведьма.
- Я не шучу.
- Я тоже.
- Я серьёзно. Ты понимаешь, что я вампир?
- Кажется, я уже сказала, что мне наплевать.
- Как хочешь, детка. Но ты можешь не проснуться завтра утром.
- Ты тоже.
- О чём вспоминаешь?
- Как встретил тебя.
- Ой! Лучше не напоминай. Я тогда выглядела как шлюха.
- Нет, милая. Ты выглядела как богиня. Иначе бы я не влюбился.
Она опустила глаза и уткнулась лбом мне в плечо.
- Ты мёртв. Ты не можешь любить.
Я нежно взял её за подбородок и приподнял его, вглядываясь в ослепительно-бирюзовые глаза.
- Кажется, мы об этом уже говорили. И я доказал тебе, что могу любить.
- Ну, прости. Я просто хотела тебя позлить.
На секунду она невесомо коснулась своими губами моих, а затем толкнула меня в грудь с такой силой, что я упал на пол. А она села на меня верхом и стянула с себя рубашку.
- Повторим?
- Я не против.
Она неторопливо расстёгивает каждую пуговку на моей рубашке и нежно целует меня в губы. Я ласкаю её совершенное тело, пытаясь не думать о том, что делаю это последний раз. Она уже избавила меня от одежды и изящно прогнувшись, начала медленно насаживаться на меня. Когда я полностью оказался в ней, мы одновременно протяжно простонали от удовольствия. Она двигалась сначала медленно, гибко извиваясь, затем быстрее, постанывая каждый раз, когда я осторожно кусаю её за грудь, а потом она полностью отдалась своим ощущениям, ускорившись до бешеного ритма. Её стоны точно разбудили всю округу. Я смотрю в её томно прикрытые от наслаждения глаза, любуюсь на приоткрытые от желания губы, и не хочу верить в то, что ласкаю эту невозможную женщину последний раз. Она прикусила нижнюю губу, издав низкий грудной стон, впилась ногтями мне в плечи и обмякла, упав прямо на меня.
- Ты безумная фурия.
- Меня ещё рано хвалить. Я не закончила.
Соблазнительно подмигнув мне, она мягко опустилась вниз, и пошло облизнув высохшие от оргазма губы, обхватила меня и начала ритмично ласкать языком. Она всегда сводила этим меня с ума, доводила до полного изнеможения. Очень скоро я с громким стонам излился в её прелестный ротик.
- Вот теперь можешь говорить.
Она легла рядом, прижалась ко мне и, закинув ногу мне на бедро, обвив мою шумно вздымающуюся грудь своими изящными руками, прошептала мне на ухо.
- Не уходи...
Я слышу её тихий, еле различимый шепот, чувствую её сбивчивое дыхание и понимаю, что моё мёртвое сердце до сих пор может чувствовать боль. Кажется, что оно расколется в тот миг, когда я в последний раз уйду из её квартиры. Уйду навсегда, бросив её, мою богиню.
- Не могу. Прости... Но ты же понимаешь, что я больше не приду.
- Ты не можешь оставить меня одну... Я умру без тебя...
- Я уверен, что такая сильная девочка как ты выдержит это. Ты знаешь, я пришёл проститься...
- Хм!
Она резко поднялась с пола, накинула на плечи свою рубашку и, прислонившись к окну, закурила.
- Прости...
- Замолчи!
Встав с пола и быстро одевшись, я залез на подоконник и сел, опираясь на откос окна.
- Глупо злиться. Я всё равно уйду.
- Ну и иди, если ты этого так хочешь!
- Я не хочу. Так надо.
Она посмотрела мне в глаза. Я увидел, что гнев них переходит в отчаяние. Она забралась на подоконник и села, прижавшись спиной к моей груди. Примерно час она молча курила одну за одной.
- На счёт курения.
- Иди к чёрту. Я, кажется, говорила, что не собираюсь бросать.
- Я не об этом. Дай мне.
Она протянула почти пустую пачку и зажигалку. Затянувшись, я закашлялся.
- Чёрт! Как ты куришь такие крепкие?
Она пожала плечами.
- Привыкла.
Докурив сигарету до самого фильтра, я понял, что дальше откладывать мой уход уже просто невозможно.
- Мне пора.
- Угу.
Нежно чмокнув её в затылок, я слез с окна.
- Закроешь дверь?
- Закрой своим ключом.
- Но я же всё равно не вернусь.
- Знаю, просто так мне будет спокойнее.
Это показалось мне странным. Обычно она всегда закрывала за мной двери. Что ж... Сегодня у нас не очень обычный день, поэтому сделаю так, как она сказала.
- Прощай.
- Иди уже!
Я медленно развернулся, в последний раз посмотрев на её идеальный силуэт, и вышел из квартиры, закрыв дверь своим ключом. Как я и думал - боль в сердце невыносимая. Как я теперь должен жить? Как раньше? Уже не получится. По-новому? Я не научусь. А как должна жить она? Хотя она может жить как прежде. Да о чём я только думаю! Не сможет она, и я не смогу! Я не имел никакого права её бросать! Я решительно поднялся обратно и подошёл к её двери. Стоп! Почему пахнет кровью? Её кровью? Дрожащими руками я еле как умудрился открыть дверь. Толкнув её, я ворвался в квартиру. Я слышу её рыдания, доносящиеся из кухни. Почему я боюсь войти? Посомневавшись всего пару секунд, я всё же вошёл на кухню.
- Боже! Что ты с собой сделала?
Она сидит на полу, обхватив правой рукой колени, уткнувшись в них лбом, и плачет навзрыд, а запястье её левой руки залито кровью. Рядом валяется окровавленный кинжал. Тот самый старинный серебряный кинжал, что я подарил ей. Тот самый кинжал, которым на иногда надрезала кожу на пальце, чтобы как она выражалась "прикормить меня".
- Ты слышишь меня?
- Уходи, раз решил! Ты мне не нужен! Мне никто не нужен!
Тушь на её милом лице расплылась от слёз, губы искусаны в кровь. Я подошёл к ней, взял на руки, посадил на стол.
- Где у тебя аптечка?
- В ванной.
Быстро сбегав до ванной комнаты и обратно, я тщательно промыл рану, не обращая внимания на "Мне больно", и принялся перевязывать её тонкое запястье бинтами.
- Ну вот зачем ты сделала такую глупость? Это не выход. Ты могла умереть.
- А я так ещё раз сделаю, если ты уйдёшь. И в следующий раз, возможно, ты меня не спасёшь.
- Я больше не уйду...
- Что?
- Я решил. Я остаюсь.
Она ловко перепрыгнула со стола на меня, обхватив руками и ногами.
- Я люблю тебя!
- Но всё-таки главная проблема остаётся.
- Какая такая проблема?
- Ты - человек, а я - вампир.
Она молча слезла с меня и отвернулась.
- Это не было бы проблемой, если бы ты укусил меня.
- Я ни за что не сделаю этого!
- Всё из-за твоего упрямства! Тебе так сложно укусить меня? Укусить так же как ты каждый день кусаешь свои жертвы? Только так мы сможем быть вместе...
- Я не хочу лишать тебя жизни...
- Тогда я сделаю это сама.
- Опять порежешь вены? Это же глупо. Ты ведёшь себя как ребёнок.
- Это ты как ребёнок. Из-за тебя я не могу стать по-настоящему счастливой.
- Ты искренне веришь, что став вампиром ты будешь счастлива?
- Верю.
- И ты не боишься боли, вечного проклятия, нескончаемой ночи?
- Нет.
Она отвернула воротник рубашки и наклонила голову. Под смуглой кожей призывно пульсирует вена, полная её сладкой крови.
- Я не могу тебе отказать.
Мои клыки нежно сомкнулись на её шее.