Линии, черточки, точки смешные солнечные зайчики разбегались, категорически отказываясь складывать в полную картину. Она пробовала раз, за разом, смешивая и приправляя безумную палитру цветов то каштановым, то огненно-красным то кроваво-золотым. Картинка упорно не собиралась. Все также раз, за разом норовя разбежаться по разным уголкам вселенной. Наконец, когда золото ржавчины и окись амальгамы алюминия закрепились между пушистой шерстью и запахом кофейных зерен, мозаика сложилась завершенным узором, вспыхивая, она приобретала объем, запах, звук, уже на положенных точках ощущения, а не в безумном хороводе потусторонья.
Маленький рыжий комочек довольно потянулся и зевнул, окунаясь в сонм красок окружающего мира.
Вокруг шелестел осенней листвой лес, еще не пурпуром заката, но уже изрядно утомленной летним солнцем тяжестью зелени, лишь местами оттененной прожилками красного и золотого и чуть набухшей ржавчиной жухлой травы.
Зверек еще раз потянулся, встал и побежал среди деревьев, легко огибая или перепрыгивая огромные корни вечного леса. Где-то невдалеке слышался прибой.
Здесь свернуть налево, снова налево, обежать вокруг огромного дуба, овраг высохшего ручья, снова поворот. Мириады запахов, мириады цветов, среди них один очень важный, к нему и бежать. Здесь недавно прошел старый волк - его опасаться не стоит, но выражая уважение, свернем с его тропы, негоже перебегать дорогу старшим. Тут прятала запасы белка, вот и запах кролика, но не до охоты - надо успеть. А вот и приметная полянка, с огромным развороченным корнем вербы. Да, верба, она не только Хозяину леса нужна, прыгнула, перекувырнулась, перевернулась.
Все-таки где же я оставила одежду? Прохладно осенью по лесу голой бегать, сколько раз зарекалась класть поближе, да все как-то не получалось, ах вот он этот куст.
Село встретило запахами сена, меда, опилочной стружки и куриного супа - сразу почувствовала, что голодна. Соседи у меня хорошие и чистоплотные, уже не могу представить, как с обостренным обонянием могла бы вернуться домой, если б воняло навозом и грязью. Голова бы сразу разболелась.
У околицы сидел Трофим, коренастый мужик, муж и отец семерых детей, ждущий очередного пополнения семейства. Он неловко переминался с ноги на ногу, видимо, боясь спросить. Наверно так и сидел с тех пор, как пошла в Лес.
--
Все в порядке будет, дядька Трофим, здоровым вырастет, да и удача к нему немалая придет. Хотя озорства не занимать, убегаешься за ним.
--
Мальчонка - обрадовался мужик, сразу расправляя плечи. Еще бы, у него шесть дочек, а средний тощий да худой, сколько не корми, да к священнику ходит не только грамоте, но и Божье слово учить. Разумный, да в монахи пойдет - в хозяйстве на такого надежды нет. - ну благодарствуем, Госпожа Ведьма, добрую весть принесла, за то благодарить долго буду, не поскуплюсь... Ох, что же это я.. вот медку каштанового туесок, возьми, не побрезгуй, на здоровье
--
Благодарю, да сколько раз говорила, что госпожой величать не пристало, я ж вам в дочки гожусь.
--
Дочки вон у меня дома пряжу прядут да платки красят, к ярмарке, а Вам, Госпожа, иное потребно - кто Ведает - тому и уважение проявлять должно. Ладно, доброго времечка вам, заходите в гости - рады будем, хмельным медом попотчуем, в этом году он на чудо как удался.
Ну и славно, сама за мужика рада. Добрый он, сказала бы, что дочка будет - все равно отблагодарил бы, а коли не смогла бы помочь - не обидел бы хоть и загрустил, знает ведь, что от чистого сердца помогаю, да власти не везде моей хватает. Добрый путь доброму человеку, мигнула я ему в след, а сама с березовым туеском пошла в сторону дома. Так уж повелось, что ведьме на отшибе жить положено.
Старое зеркало смотрело на меня чужим лицом. Старым, морщинистым. В нем была колоссальная сила и мудрость, и в тоже время какая-то теплая доброта
--
Что, сложилась картинка? Снова выкрутилась?
--
А как же, иначе и нельзя, не ты ли сам меня учил.
--
Ух, лиса, смотри осторожнее. А сейчас марш спать, Цену то помнишь?
--
Да помню я, помню. Мягкой пыли на лунной дороге.
--
Мягкой
Когда то меня даже раздражали его поучения, сейчас от них остается теплое ощущение уюта и заботы. Пора в Сон, цену я всегда плачу, впрочем - Там, то же забавно.
Алиса проснулась в своей кровати, потянулась, чуть улыбнулась ночным воспоминаниям, но тут же они пропали, заменившись на что-то глухое и пыльное, стирая аромат хвои. Цена у каждого разная, у нее не такая уж и тяжелая, но об этом вспомнить удастся лишь потом, когда снова можно будет уснуть здесь.
Всю дорогу в метро на работу, забивая воспоминания о сумбурном и неприятном сне, в голове Алисы крутились слова: Верба, медведь, вербер, ведать, ведьма... к чему они?