В райском саду зрели яблоки, щебетали птицы. Безгрешные души, обитавшие здесь, были на полном божьем обеспечении. Лишенные забот, они бесцельно бродили по цветущим аллеям или возлежали на мягкой траве, общаясь друг с другом. С небес доносились мелодии, наполняющие пространство гармонией: церковные гимны сменялись ангельскими голосами, возвещая о радости и вечном блаженстве. В антракте ангельский ведущий довел до сведения, что за последний год население рая возросло на двенадцать процентов. Всё хорошо, а будет ещё лучше.
- Хорошо-то хорошо, да ничего хорошего, - вздохнула чья-то затосковавшая душа. - Ведь всё познается в сравнении. А с чем сравнивать? Мы же, кроме хорошего, ничего не видим.
- Слишком хорошо - тоже плохо, - дополнила душа райского старожила. - Я здесь испокон веков и перемен не вижу. А ведь жизнь есть движение. Надоело, знаете ли, жить в застое.
- Доколе терпеть будем? - взвизгнула душа молодой семидесятилетней либералки. - Давайте возникнем!
- А как это, а как это? - раздались голоса. - Мы никогда не возникали. С чем возникать?
На пустую бочку из-под утренней росы взобралась душа старого революционера, проведшего юность на баррикадах, но смирившегося с действительностью после второго инсульта.
- Господа товарищи! Повод есть! Вспомните, у нас под яблонями валялись перезрелые плоды. И где они теперь? Их втихую вывезли райские работники! Они гонят яблочную водку и продают демонам, которые спаивают наших братьев в Аду!
- Тираны! - воскликнула душа раскаявшегося террориста. - Наши братья мучаются с похмелья!
- Нет правды на Земле, но нет её и выше! - продекламировал прежде воинствующий атеист, поверивший в Бога в последнюю минуту своей земной жизни.
- Мы не можем оставаться безучастными к этому безобразию! - поддержал протест безликий провокатор. - Мы должны что-то предпринять, чтобы остановить это безумие!
Энтузиазм крепчал. В воздухе курилась энергия, которая давно не ощущалась в этом идеальном месте. Все начали обсуждать, как можно изменить ситуацию
- Мы можем организовать акцию протеста! - вещал бывший демократ, отличившийся при смене вех. Его голос вновь звучал уверенно. - Пусть работники рая увидят, что мы не согласны с их действиями. Мы должны показать, что даже в раю есть место для перемен!
- Процесс пошел! - оживился бывший глашатай гласности. - Надо его расширить и углубить.
- Во всём виноват Чубайс! - несколько невпопад, добавляя вселенского шума, выдала душа земного прораба.
И только душа независимого ни от кого соглашателя, остереглась:
- Господа, давайте успокоимся! В аду не может быть так же хорошо, как у нас. Ведь каждому воздаётся по его зас...
Он недоговорил. Кто-то из активных бунтовщиков заткнул его рот гнилым яблоком, одним из тех, которыми ещё не воспользовались демоны.
- Сделаем так, чтобы работники рая увидели, что мы настроены решительно, - заключил старый революционер, его глаза недобро засверкали. - Предлагаю разучить и исполнить песню моей молодости. .
- Какую песню?
- Напойте!
- Мы все во внимании!
- Вихри враждебные веют над нами, тёмные силы нас злобно гнетут! - пропел революционер и запнулся, забыв, как дальше.
В наступившей тишине бунтовщики услышали, как где-то вдалеке раздались звуки, похожие на зарифмованные стоны. И даже, хорошо прислушавшись, можно было различить отдельные слова: Шумел камыш, деревья гнулись, а ночка тёмная была... - то мучились грешники в аду и, опившись палёной водкой, хором исполняли свой гимн.
Во врата рая въехала повозка, запряжённая крылатыми конями. В повозке стояли бочонки. Обед привезли! Война войной, а обед по распорядку! Обитатели райских кущ угомонились и стали хлебать безалкогольный нектар.
По поводу бунта, погасшего самим собой, господь Бог, наблюдавший за своей паствой из перистых облаков, безмятежно заключил:
- Что ж, бывает.
- Отче наш, Вы так и задумали в День творения? - с почтением спросил один из архангелов. - Человек рождён бунтовщиком?
- Нет, - Бог-создатель тряхнул бородой. - Разве бунтовщики могут быть счастливыми? Должно быть, это эволюционная поправка, берущая начало от данной мною свободы воли.