Всё медленней движется время,
пространство вот-вот расслоится,
и, клювом нацелившись в темя,
висит над страной сумасшедшая птица.
Тесней и "железней" границы сжимают
бесплодный кусок обнажённой земли;
от моря до моря, от края до края
бесовские тени бесстыдно легли.
Давно и под пыткой случилось зачатье -
от дьявола семя земля приняла;
ах, чтобы тогда не молчать, а кричать ей,
но рот залепила кипящая мгла.
Все сроки прошли, а стране разродиться
хотя бы уродом, увы, не дано -
и дьявол теснее сжимает границы,
и снова в глазах от бесчестья темно.
И птица висит постоянным кошмаром,
нацелившись в лысое темя земли -
не надо пространства и времени даром,
когда изъязвлённая вечность болит.
Не надо пространства - пускай расслоится,
и время пускай перестанет идти:
когда над страной сумасшедшая птица,
и дьявол глумится, и давят границы,
и в прошлом - насилье... и ночь - впереди...