ты зажжешь в доме свет, чтобы никогда не наступил день.
по темным шторам будет ползти зеленый луч.
у этого города сухой холодный песок, мокрые мхистые кирпичи и троллейбусные переулки.
я не думал, что он такой большой.
а их кстати два. есть еще новый. но это совсем не важно.
окраина - это совсем как тут. вечер, бетон, пьяные дети на лужайке.
у меня в руке коктейл и булка. я почти счастлив. счастлив, потому что мне подарена целая ночь. почти, потому что идти мне некуда.
это самое страшное и чарующее в чужом городе. ты можешь куда угодно, а можешь и никуда.
упал вечер. слева пошли пляжи. в темноте совсем не видно, куда идешь. впереди море, сзади кусты. еще дальше огни кофеен и люди. спать страшно и холодно. идти не хочется.
хочется с разбегу в ледяную воду. в ботинках песок и стертая пятка. в заднем кармане горсть монет и мятая пачка.
в ночь я опять вернулся в город.
автобусы не останавливаются даже на остановках. город вытянулся как труба вдоль дороги. справа стена. заводская, облупленная, со ржавым железом и гнутыми решетками.
я попал в другое. там где нет никого и ничего.
я навечно потярялся в ночи и заводах. утро никогда не наступит.
фильтр жжет губы и очень хочется пить. в ботинке шуршит песок. часовая стрелка на часах обломилась. значит я буду считать минуты и отмечать на запястье.
главное потом разглядеть в темноте.
а потом резко пришли огни, трамвай и толпа.
а для меня остался вокзал, крикливые дети, ледяной душ в туалете и жесткий кафель сквозь пенку до самого утра.
сладкий сон с привкусом переспелой дыни.
худенький мальчик в тельняшке и камуфляжных штанах спал в углу.ноги раскинуты, к щиколоткам привязаны ботинки. под головой рюкзак и ладошка. вжался в кафель, ресницы дрожат. на скуле кровоподтек. не грязный, не пьяный. от него пахло дорогой и ветром.
- ты есть хочешь?
каре-зеленые глаза распахнулись. пружина слилась с кафелем. приготовилась к прыжку.
- я хочу спать.
сон был скачками. в шесть утра я ушел в город.
центр сложен из кирпичиков и двориков. звенит, летает пыль, тишина прерывается разговорами дворников.
из арок выползают чудные нагромождения. второй этаж вполовину первого, сверху еще один. балкон с дверью. все оплетено зеленью. улица вверх, потом вниз.
моховые, разваливающиеся, жутко скользкие ступеньки. спуск. остатки крепости-дома. надпись на стене. жухлая листва. стекло. каждый уголок это тайна, каждый ракурс это чудо.
я оставляю ботинки и шепчу - "дождись".
из города уже было жарко. солнце пробивало сквозь затылок. дома и лица почти не улавливались.
длинный трамвай. вдоль улочек, завода, бетона.
стрелка. синя. трасса.
город провожал меня дождем. на удачу. счастьем он уже поделился.
ноги влипались в пыль. песок больше не шуршал. мелочь осталась на вокзале. мятая пачка была почти пуста.
длинные камазы-трейлеры, тополя, битые бардюры.
я сломал последнюю сигарету в желтую траву и поднял руку.