Аннотация: Написанная более 15 лет назад. Так я думал о любви. Думаю ли сегодня так? не знаю. И да и нет.
ОНА
- А-а-а-а.... Еще, еще, еще, еще-е-е-е-е.... А-а-а-а-а-а....... Сейчас, сейчас, сейчас.... Давай, давай, давай, давай, еще немножко.... А-а-а-а-а....
Я откинул волосы с лица, чтобы посмотреть на нее. Она, закрыв глаза, продолжала подо мной постанывать от удовольствия. Она было прекрасна, как....Когда я ее увидел в первый раз, у меня перехватило дыхание, так что я не мог дышать некоторое время. Такое до этого было со мной только один раз, и это было так давно, что я уже почти позабыл об этом, еще в школе, в третьем классе, когда к нам в класс, третьего октября, зашла студентка-практикантка из нашего местного пединститута. У нее были такие же белые волосы, и такие же глаза, коричневые, карие, почти черные. И вот теперь снова, и я подумал, это ОНА.
Я долго так смотрел на нее. Пока она не открыла глаза.
Она улыбнулась мне, так что я сам не заметил, как сказал:
- Знаешь, мне кажется, что я люблю тебя.
- Правда? - она улыбалась так, как улыбаются люди, которые о чем-то так долго мечтают, зная, что их мечты никогда не сбудутся и вдруг случается чудо, и они получают то, о чем они так долго мечтали и все равно не верят, что их мечты сбылись, но надеются, что они когда-нибудь да исполнятся. Вот так она улыбалась мне.
- Да, - ответил я.
- А почему?
- Почему? Потому что ты... Ты прекрасна, как никто в этом мире. Ты лучше всех.
- А что тебе нравится больше всего?
- Ты мне вся нравишься.... Твои волосы, у них очень красивый запах.
- Глупый, - если вы слышали, как звенит маленький детский колокольчик, то вы знаете, как она смеялась. - Разве запах может быть красивым.
- О да, - я тоже улыбнулся, хотя и хотел сдержаться, мне надо было быть серьезным. - Конечно. Еще, каким может быть прекрасным. Мне нравится и твои глаза, и нос, и губы, и твоя шея, и груди твои.
Она наполовину прикрыла глаза.
- А там я тебе нравлюсь?
Она взяла мою руку со своей груди, положила на пупок и медленно потащила вниз.
- А там особенно. Знаешь, может быть, когда-нибудь, в далеком будущем мы вместе будем лежать прикованные параличом к постели, плакать и вспоминать славные денечки, когда мы были так молоды и счастливы.
Она приподнялась, оперлась на локоть и посмотрела на меня.
- А мы на самом деле будем вместе до самой смерти...
Я улыбнулся и провел рукой по ее лицу.
- И умрем в один день?
- Да, если мы по настоящему любим, друг друга.
- ...А ты никогда меня не обидишь?
- Конечно нет, - а ведь это и вправду так, еще ни разу, как я с ней познакомился, а это было пару месяцев назад, чтобы они ни делала, мне всегда хотелось улыбаться и смеяться. - Слушай, а ты не видела мой носок.
- Ты уже уходишь? - спросила она так, будто вот-вот заплачет. У нее очень быстро менялись настроения, то она смеется, а вот уже из глаз один за другим капают слезинки. Когда она вот так на меня смотрит, я готов бросить все на свете, и провести всю свою жизнь, держа ее руки в своих и глядя ей в бездонные глаза.
- Нет.
- А почему ты тогда одеваешься, - она уже снова улыбалась. - Или ты уже устал? - ее улыбка из просто улыбки превратилась в Улыбку.
- Нет, просто я хочу сказать тебе что-то очень важное, - носок, как я и думал, оказался под кроватью.
- Настолько важное, что ты не можешь сказать это голым? - захихикала она.
- Это и в самом деле важное, и для тебя и для меня, для нас. Я хотел бы, чтобы все это было серьезно. И потом, потом будет для тебя сюрприз.
- О, уж не собираешься ли ты мне предложить руку и сердце?
- Может быть, - я уже почти оделся.
- Из нас получится хорошая пара, - сказал она.
- Закрой, пожалуйста, глаза, - поспросил я.
Она послушно закрыла глаза, покрепче вдавила голову в подушку и застыла в ожидании, только мимолетная улыбка, которая то появлялась, то исчезала, показывала, что она не на шутку волнуется.
Я достал из дипломата оранжевую ювелирную коробочку, в которой были два обручальных кольца. Один из них я надел себе на безымянный палец.
- Скоро? - нетерпеливо произнесла она.
- Секунду, - я надел на ее палец второе обручальное кольцо, и когда она было хотела открыть глаза, чтобы полюбоваться кольцом, я остановил ее. - Подожди еще чуть-чуть.
Она улыбнулась, и думаю, что в этот момент она была счастлива как никогда, во всяком случае, мне так показалось.
- Ты меня любишь? - спросил я.
- А ты? - спросила она в свою очередь.
- Я первый спросил.
- Да, - ответила она, повернув голову ко мне и глядя прямо в мои глаза сквозь закрытые веки.
- А как? - спросил я.
- Что как?
- Как ты любишь меня?
- Как-как, сильно, безумно, глубоко!
- Я серьезно.
- И я серьезно, - серьезно ответила она и вздохнула. - Как?... Сильно.... Но только ты ней смейся, хорошо. Когда ты рядом, мне хочется летать, а когда тебя нет, солнце тускнеет и мне ничего не хочется, понимаешь... Я не знаю, что еще тебе сказать. Я просто люблю тебя и хочу все время быть рядом с тобой. Чтобы ты разговаривал со мной, и не важно о чем, главное чтобы говорил что-то, мне очень нравится твой голос, он такой сексуальный.... Ну, скажи мне что-нибудь, - она вдруг порывисто вскочила и обняла меня.
- А что?
- Скажи, что любишь меня.
Я не хотел отвечать на ее объятия, только не сейчас.
- Ложись, - я оторвал ее от себя, и заставил лечь обратно на кровать. - Если честно, я думаю, что не смогу жить, если тебя не будет. Я не смогу смотреть на солнце, потому что ты не сможешь смотреть на него вместе со мной. Да я умру без тебя.
- Я... тоже умру без тебя, - ее голос сорвался, немного, совсем незаметно, чуть-чуть, но я заметил и я понял, что она любит меня. Ведь главное не что говорят, а как, и вот она сказала, так, как говорят, когда любят по настоящему. Я тоже так говорил.
- Не двигайся, - я наклонился к ней. - Можно я поцелую тебя.
- Конечно можно. Даже нужно.
Люблю ли я ее также, как она меня? Из всех, почти семи миллиардов людей, которые сейчас живут на земле, я, последний человек, которому я бы сейчас поверил.
Я вытащил из кармана пистолет Макарова, привинтил глушитель, приставил к ее виску и выстрелил.
И все. Ее больше не было. Я думаю, что она ничего не почувствовала, просто мир вокруг нее внезапно исчез, став бесконечным черным одиночеством.
Я встал, взял нашу фотографию и отошел на несколько шагов от кровати. Даже мертвой она казалось живой. Я ждал, вдруг она улыбнется мне, а потом я улыбнусь ей в ответ....
Я отвернулся от нее и подошел к окну. Странно, что на мне не оказалось ни одной капли ее крови.
Я посмотрел на солнце. Она светило себе и светило, словно ничего не случилось. Я зажмурил глаза и открыл их не ранее чем через тридцать секунд, и ...снова ничего не изменилось вокруг. Солнце оказалось всего лишь солнцем и ничем больше.
Что, любви нет? Или я просто не встретил ту одну единственную, без которой я не смогу жить?
А если я ее встречу, то, как я узнаю, что она это ОНА?
Неужели есть только один способ узнать это?....