Его Любовь суд объявил изнасилованием.
Его чувство к Прекрасному прокурор трактовал как склонность к патологии.
После обвинительной речи его нечеловеческая страсть предстала животной бесстрастностью.
А праздник души - вакханалией тела.
Тот восхитительный вечер газеты назвали ужасной ночью.
А его изумительную веру в Прекрасную Даму - изуверством по отношению к женщине.
И то, что он любил Ее безумно, нежно, ласково, беспамятно и беспросветно, выглядело так, что он насиловал ее бешено, жестоко, грубо, пьяный вдрызг и выключив свет.
И мучительное желание большой Любви превратилось в жуткую тягу к изощренному садизму.
А безответное чувство поэта (после ознакомления с производственной характеристикой) - в безответственное поведение сантехника 3-го разряда.
Святость - в ничего святого.
А исцеловал - в искусал...
Но он принял меры.
Просто принял с адвокатом по маленькой.
И тот в ответной речи представил все с точностью до наоборот.
Да так, что потерпевшая вдруг потребовала, чтобы ответчик на ней женился.
И немедля!
На том и порешили.