´´´Има́го (лат. imago - "образ") - взрослая (дефинитивная) стадия индивидуального развития насекомых и некоторых других членистоногих животных со сложным жизненным циклом. На этой стадии животные становятся способными к размножению (за исключением случаев неотении) и, часто, к расселению. Имаго не линяют и не растут (см. Википедию).´´´
Внутри большинства из нас есть темный чулан.
Темный и грязный, как все чуланы, куда крайне редко заглядывают. Дорогу к нему вспоминают только в самые отчаянные моменты. Когда захлестывает ярость. Когда в глазах темнеет от боли. Когда хочется сложиться пополам и блевать, с омерзением понимая, что внутри тебя - только кислая грязь.
(Ну или когда тебя просто никто не видит, даже бог, но это совсем другая история, совсем, совсем другая. На самом-то деле тебя всегда кто-нибудь да видит, спроси хоть соседку, прописавшуюся в дверном глазке).
В полуметре от меня ветер несет над тротуаром немолодую женщину. Юбка у нее короче, а чулки - тоньше, чем позволяет возраст и погода, но три слоя макияжа на блеклом лице - как манифест, как оружие (не нападения, но глухой, безнадежной обороны).
На каждом мелком торопливом шаге она вбивает каблук в собянинскую плитку, словно намерена добыть огонь. Оранжевые тонкие губы дрожат, дрожат, выдыхают что-то в запотевшее стекло телефона. Экран - в мелких трещинках. Лицо - в мелких трещинках.
- Знаешь что, - вдруг отчетливо и радостно говорит в трубку женщина, - Я хочу, чтобы она умерла.
Пауза - растерянная, испуганная - повиснет?..
Нет, не повиснет.
Я так и вижу, как она добежала, ни разу не споткнувшись, до двери своего чулана. Как распахнула ее - решительно, одним движением. В лицо ударило жаром и острым запахом зверя.
И теперь она ничего не боится. Кроме того, что передумает.
- Чтобы она умерла!.. - счастливо кричит женщина, не обращая внимания на то, что кто-то уже шарахнулся. - От рака матки. Я сейчас пойду и поставлю свечку ей за упокой. И мне плевать, так и знай!..
Каблук, кажется, все-таки выбил искру из тротуара.
Там, за дверью, наши демоны. Мы держим их взаперти, мы очень редко на них смотрим. А каждого из них надо знать в лицо (морду?..)
Приучить к запаху своих рук. Гладить по жесткой шерсти (перьям, чешуе). Позволять спать в ногах. Выгуливать.
Но это не самое главное.
Главное - их нужно кормить.
- Вот здесь и начинается самое, блядь, сложное, - говорит Somebody Else в моих наушниках.
Потому что, признав это, мы будем обязаны кого-то им скармливать.
Чего вы сразу пугаетесь. Необязательно близких, родных там. Женщин, детей, пенсионеров. Если сделать все по уму, то под раздачу будут попадать только те, кого вы считаете сволочами и недостойными.
Я больше скажу: рано или поздно вы убедите себя, что делаете благое дело. Правда ведь, убедите?
"А что, без этого никак?"
- Ваще никак, - говорит Somebody Else. - Не будешь кормить - тебя же и сожрут. Скорее рано, чем поздно.
Поэтому открой глаза, заебал.