Аннотация: Хитренький медвежонок Тёма влюбился и стал исправляться
Хитренький медвежонок
Пятая сказка
Посвящается медвежонку Маше
- Ну не скажите, я очень симпатичный медвежонок, - говорил сам с собой Тёма, упитанный бурый медвежонок, в то же время бойкий и сообразительный, - других таких нет в нашем лесу.
Спорить не будем, действительно, Тёма был достойным представителем своего вида, семейства медвежьих, отряда хищных и класса млекопитающих. Он любил лазать по деревьям, разорять гнёзда диких пчёл и лакомиться их душистым мёдом, собирать землянику, чернику, в самых непроходимых и колючих зарослях находить малину, которую просто обожал, и при этом всегда умел выходить сухим из воды. Прежде чем лезть на дерево, Тёма намазывал себя сосновой смолой, и пчёлы не могли его прокусить, увязнув в липкой смоле, а когда забирался в малинник, то предварительно вываливался в грязи и потом, обсохнув на солнце и покрывшись плотной коркой, уже смело лез в колючие заросли. После такой процедуры острые колючки малинника не могли его достать, они хоть и острые, но короткие, поэтому лишь соскребали с него засохшую грязь. Обожал Тёма не только сладенькое, нравилось ему и кисленькое, в нём больше витаминов. За кисленьким он ходил на болото, собирал там клюкву, рядом с болотом собирал бруснику, чёрную смородину, не брезговал молодыми побегами и клубнями диких растений. Короче, мишка Тёма был медвежонком - хоть куда. Ни один день медведя в лесу не обходился без его участия, потому что он был общительным, умел дружить и всегда приходил на помощь своим товарищам. Он был начитанным, умел поддержать беседу, за это его все любили и уважали.
Но нет в мире ничего идеального, не был идеальным и наш мишка. В чём это выражалось? А в том, что у него была такая черта характера, не совсем свойственная медведям - Тёма был хитреньким. Не хитрым в прямом смысле этого слова, то есть, тем, кто пытается вас обмануть или сделать какую-то пакость, нет, у него и в уме такого не было. Не был он и эгоистичным, то есть, таким, кто всегда настаивает на своём, веря в свою непогрешимость, и себялюбивым он не был, кто ставит себя выше других. Нет, он был хорошим, простым, скорее даже простодушным, если не сказать, наивным, но в то же время хитреньким. Если находил чего-нибудь, что плохо лежало, то не мог удержаться, чтобы не прибрать его к рукам, при этом никогда не задаваясь вопросом: а чьё это!? Ему казалось, что это 'чего-нибудь' он просто нашёл, даже если оно 'плохо лежало' возле чужой берлоги. А ещё он любил рассказывать небылицы, любил прихвастнуть в разговоре, и опять же, не для того, чтобы извлечь из этого какую-то выгоду, а просто так. По большому счёту это и враньём-то нельзя было назвать, но после такого общения Тёма чувствовал себя не в своей тарелке. Он всё время пытался избавиться от этой своей бесхитростной хитрости, пытался бороть её, но, кажется, делал это не совсем основательно...
И вот однажды эта его простота и бесхитростность, а также рассказывание небылиц ему аукнулись. В лесу тогда проходило собрание, на котором должны были выбрать нового Председателя, старый уже не справлялся с обязанностями. Было предложено две кандидатуры: его двоюродного деда Топтыгина и недавно перебравшегося сюда лося Сохатого. Пока совещались, кому предоставить слово, Тёма заметил в толпе свою подружку Машу, к которой неровно дышал, первым взобрался на трибуну и начал речь. Но не о начальственных кандидатурах, а совсем о другом.
- Вчера я спас одного зайчика, - начал он, поглядывая на собравшихся, но в основном, бросая взгляды на Машу, - зайчик этот убегал от лисы и, улепётывая от неё во все лопатки, угодил в болото. Он хоть и был лёгким, но всё равно провалился в трясину, так как слишком высоко подпрыгнул. Лиса, конечно, не стала прыгать следом за ним, а, заметив меня, и вовсе ретировалась. Зайчику б закричать 'Помогите! На помощь!', но он, обнаружив теперь, кто вместо лисы, онемел от страха и стал тонуть молча. Я не долго раздумывал, для начала огляделся, нет ли кого полегче, чем я, и, не найдя такового, смело шагнул в болото...
Тёма смолк и посмотрел на собравшихся. Все они притихли и с придыханием внимали рассказчику. Маша сидела, не шелохнувшись, и ловила каждое его слово. А он, довольный произведённым эффектом, продолжил историю
- Я шагнул и тоже провалился, - продолжил Тёма, - пришёл мой конец, думаю, но я не таковский, чтобы сдаваться, - он победно посмотрел на слушателей, - я всегда нахожу выход из положения. Я взял себя в руки, осмотрелся, вижу, рядом со мной берёзка, которая нависает над трясиной. Одной лапой я ухватился за её ветви, другой за длинные уши бедолаги зайчика и вытащил нас обоих.
Вот такой я молодец! - закончил он.
*****
- А где же спасённый зайчик? - робко поинтересовалась Маша. - Можно на него поглядеть?
- Сегодня нельзя, - отрезал Тёма, - сегодня он с родителями убирает капусту у своих дедушки с бабушкой. А они живут в соседнем лесу и вернутся только завтра к вечеру.
А ты часом не придумал всю эту историю, - вставил своё веское слово медвежонок Гоша, который сам неровно дышал к их общей знакомой, - может, ты просто хвастаешься? Вот вернётся спасённый заяц, тогда и будем петь тебе дифирамбы. А сейчас, - медвежонок Гоша скептически усмехнулся, - сейчас рано.
- Не рано, - возразил Тёма, - и не поздно.
Он терпеть не мог своего соперника, тот выглядел старше и в школе лучше учился.
- Я знаю, вы мне не верите, - медвежонок поднял вверх мокренький носик и правую лапку, - тогда я... тогда я...
Что хотел тогда сделать Тёма, никто не узнал, но всем вдруг стало ясно, что он всё придумал: и несчастного зайчика и его чудесное спасение.
- Не переживай, - сказала Маша, когда он спустился с трибуны, - с кем не бывает. Напиши лучше об этом рассказ, и если он выйдет забавным, то я тебя прощу.
- Напишу, - пообещал Тёма, - и тебе посвящу. И тогда вы увидите, что всё было правдой. И не только про спасённого зайца, - прибавил он, - я ещё и про мёд напишу, который добуду в дупле самого высокого дерева.
- Посвящение одобряю, - засмеялась Маша, - а вот про мёд не надо, а то ещё упадёшь с дерева. Кто тогда за мной ухаживать будет и угощать в День медведя!?