|
|
||
Тройка мчала, не замечая воздушных ям, и даже коренной поднялся в галоп.
Срочный вызов застал нас посреди обхода, кузов был полон лишь наполовину и я невольно думал: хватит ли.
Под санями уже вовсю светился день без толики снега, а по сторонам появились другие сани. Их седоки казались карикатурными отражениями меня самого: всклокоченные бороды набекрень, полы шуб полощутся на ветру. Бог с ними, с шубами. Успеть бы.
Некротическое пятно походило на оплавленную фотоплёнку. Расползаясь по домам и улицам, оно разъедало ткань мироздания, цеплялось за ничего не видящих людей, повисало на них рваными хлопьями.
В лоб заходить я не решился: легко тягу потерять, а потом ещё и коников кормить полгода антидепрессантами.
Прошли на полной скорости сбоку по касательной и когда сани накренились на пике дуги, собранное за ночь волшебство рвануло за борт, полетело вниз весёлой гурьбой. Мельком глянул кругом: пятно по краю съёживалось, отступало. Так!
На хвосте висел запряжённый оленями экипаж. Олени плевались пеной и пучили налитые кровью глаза. Я поспешил убраться с дороги, едва не влетев в стену какого-то строения.
- Тпру-у, залётные!
Кони с усилием вывернули, колокольчик под дугой захлебнулся звоном. Какой-то прохожий шарахнулся в сторону: то ли почуял что-то, то ли услышал.
На повреждённые ткани реальности продолжали сыпаться сверху потоки света и красок. И мы справились. Пятно сошло на нет.
Я поднялся выше к небу.
Хотелось увидеть северное сияние над хранилищами волшебства. И не думать о людях, которые успели коснуться некроза и уйти. Кто-то отделается плохим настроением, кому-то достанется рак, а кто-то, возможно, отправится собирать самодельную бомбу, чтобы взорвать её в ближайшей школе. Мы не волшебники и не можем помочь всем.
Мы с кониками вернулись к обходу.
В следующем на очереди доме было много пузырей - сверкающие, налитые волшебством, они скатывались с кровати, парили под потолком. Убедившись, что главный источник сладко посапывает, я достал уловитель - пузыри волшебства липли к нему, собирались весёлыми гроздьями.
Уже хотел стряхнуть гроздь пузырей с уловителя в сетку, как вдруг столкнулся с девчушкой взглядом.
- Здравствуй, дедушка Мороз, - сказала она сонно. - Ты подарки мне принёс?
Я замер. Ощущения как у пойманного с поличным вора.
- Нет.
Она смотрела с недоверием и обидой.
Вот и что теперь делать? Просыпаться им было не положено, но случается... разное случается. Даже, бывает, со взрослыми приходится объяснятся, ведь между взрослыми и детьми не настолько большая разница, как у людей принято думать.
Я присел на корточки перед кроватью.
- Понимаешь, мне нужна твоя вера в... волшебство. Так нужна, что я очень торопился. Я забыл про подарок. Прости.
- Моя вера? - повторила девчушка сонным голосом. - А зачем?
- Для планеты, - я вздохнул. - Она иногда болеет. Твоё волшебство помогает ей выздороветь.
- И если у неё где-нибудь заболит...
- Я буду там, - кивнул я.
- Это хорошо, - девчушка закрыла глаза, - полечи её как следует, ладно.
- Обязательно, - я тронул её за волосы; она уже крепко спала. Медленно поднимались к потолку сияющие волшебством пузыри.
- У меня нет для тебя подарка, - сказал я шёпотом, - но когда ты увидишь радугу или снежный хоровод или услышишь лёгкий звон из пустоты, знай: в этот момент мир стал чуточку лучше, потому что когда-то, может быть так давно, что уже и не помнишь, ты верила в чудо. - Я замолчал. Звучало пафосно и плоско, но это единственное, что я мог подарить.
Мы не волшебники.
Иногда я ненавижу себя за это.
|