- Вы возьмёте Ригу и выйдете к Санкт - Петербу-бургу, - булка зажатая в руке императора уткнулась в карту, рот императора перёжевывал котлёту и русские названия. - Обеспечение провиантом поручите пруссакам... Кто не хочет... кормить бу-бу... армию, бу-бу-дет кормить чужую. Макдональд, вы возглавите прусские дивизии. Что там, Даву?
- Письмо от польского дворянства. Они предлагают помощь и надеются на независимость. Думаю, вашему величеству оно понадобится.
- Несомненно, - император вытер письмом руки и бросил в камин.
Даву неодобрительно посмотрел на надкушенную булку.
- Вы рискуете первым желудком Франции.
Сапог пролетел через комнату и ударился в лоб маршала. Огонь в камине издал удивлённый треск.
- Против артиллерии не устоишь, - Даву гоготнул, потирая шишку.
- Первый желудок Франции согласен, чтобы вы распорядились об ужине, Даву. Что тут едят пруссаки?
- Кенигсбергские марципаны.
- Не то. Нужна пища, пригодная солдату. Что можно съесть на ходу?
- Бутерброды с котлетой и капустным листом. Жители Кенигсберга называют их гамбургерами.
- Хорошо, доставьте мне это.
Пламя в камине полыхнуло язычками, вслед закрывшейся двери.
- Я бы не полез в Россию, - голос Макдональда был прохладен.
- Вам не нравится, как в России кормят?
- Имел удовольствие познакомиться с русской кухней. В Италии Суворов накормил меня и Жубера берёзовой кашей.
- В России варят кашу из берёзы?
- Так там называют порку прутьями.
Император нахмурился и повернулся к окну, заложив руки за спиной. Мальчишки во дворе обкидывали гвардейцев испорченными овощами.
-Мы не можем не воевать. Мы несём народам Европы свободу.
Кирасир на улице распустил хлыст и двинул с места огромного коня в сторону мальчишек. Юные пруссаки разбежались.
- Кажется, молодые европейцы бегут от нашей свободы.
- Они бегут от хлыста. Дайте кирасиру вместо хлыста корзину пряников, и они побегут навстречу.
- Ваша речь пропадает напрасно, Даву вышел.
Уголки рта императора опустились вниз.
- Времена меняются, мой друг. Я император Франции, но теперь это уже не та Франция, это Франция буржуазии. Им нужны рынки сбыта и продвижение торговых марок. Теперь это называется бренд.
- Можно торговать и без войны, разве нет?
- Нет. Для продвижения торговой марки нужен информационный повод. А война - лучший информационный повод.
Император вернулся к карте.
- Этьен, вы должны дойти до Петербурга и развернуть в России сеть трактиров. Те же гамбургеры, но под вашим именем. Назовём их - рестораны Макдональда! Звучит как песня. Они завоюют мир.
- Увольте. Назначьте командиром кого-нибудь из пруссаков. Блюхера.
- Этьен, вы рехнулись. Представляете, как его имя прозвучит для англичан? Закусочные Блюхера?
- У нас полно генералов со звучными именами. Поставьте Кампана. Или Ланна, он всё равно ест что попало.
- Не годится ни к чёрту. Французские имена вызывают ассоциации с дорогими парижскими ресторанами. Ваше шотландское имя - то, что нужно.
- Корсиканское имя Наполеона куда заманчивее.
- Имя Наполеона не продаётся, - голос императора прозвучал холодно и он ни на градус не потеплел, когда император добавил: - Шутка.
Император взвесил на руке бутылку из тёмного стекла.
- Накануне я беседовал с производителем бренди, неким Курвазье из Коньяка. Мы присвоим моё имя этому бренду. Коньяк Наполеон, торт Наполеон! С каждого товара я буду получать дивиденды. Когда удалюсь на пенсию, буду как Диоклетиан, рубить капусту.
- Удел императоров.
- Меню в России составим мы, Макдональд. Нам не нужна их каша. Как вы её там называли - Березина? -
Император проговорил это слово, как бы пробуя на вкус. - Неплохое имя для бренда.
- Берёзовая, - поправил его Макдональд.
- Что у нас ещё на сегодня?
- Ужин с королём Фридрихом и его супругой Марией Луизой.
- Знаете, как выгдядит герб Пруссии?
- Оленьи рога.
- Это внушает оптимизм.
Два года спустя Этьен Макдональд брёл через завоёванный войсками коалиции Париж.
- C'est la berezina! - разносчик уронил корзину с посудой.
Макдональд вздрогнул. После разгрома наполеоновской армии у Березины, во Франции это слово стало синонимом катастрофы.
Какой-то русский офицер кормил роту гренадёров, прогоняя их через кафе:
- Быстро, быстро!
К Макдональду подошёл гусар и обратился на хорошем французском.
- Пардон, месье, нам нужен этот, как его, - овце - бык, - Слово " Овцебык " офицер произнёс по-русски. - Да овцебык.
- Сожалею, офицер, сегодня в Париже вы нигде не найдёте экзотической пищи.
- Ах, простите, запамятовал, - гусар смущённо улыбнулся. - Нам нужен "конь - як ".
- Это там, - Макдональд указал на противоположную сторону улицы, где сообразительные буржуа уже украшали витрину кафе надписью на ломаном русском - "Bistro".
Прочитав эту надпись, Макдональд тихо прошептал: - Мы отомстим, мой император. Когда-нибудь.
И последний из маршалов Наполеона направил шаги в сторону рынка.
Акварель художника Георга-Эммануэля Опица из альбома "Русские казаки в Париже в 1814 году"
