Юрий Рястас
КРУТЫЕ ПОВОРОТЫ
НА СЛУЖБЕ ВОЕННОЙ
Сборы офицерского состава,--
Нас военкомат не позабыл.
Снова нам родной казарма стала,
Снова греет нас служебный пыл.
Сергей Смоляков
НА ЭСМИНЦЕ "СТОЙКИЙ"
В то время говорить о военной переподготовке, как о дурной болезни, было не принято. О том, что морские учебные заведения выпускали офицеров запаса, знали все, но вслух об этом не распространялись. Уже потом, во времена гласности и перестройки, довелось слышать много нелестного о переподготовке, но лично я таких скоропалительных выводов не делал бы.
Призыв резервистов из запаса практикуется во многих цивилизованных странах, а капиталисты, как известно, денег на ветер зря не бросают. Переподготовка, изучение нового на кораблях -- дело, несомненно, полезное, ибо люди восстанавливают со временем утраченные навыки и приобретают то, чего не было раньше.
Я выпустился из Таллиннского мореходного училища младшим лейтенантом в год значительного "хрущевского" сокращения численности Вооруженных сил, когда профессионально подготовленных выпускников военных училищ после вручения им офицерских погон отправляли в запас, а в войсковых частях шла широкомасштабная кампания по выявлению и обезвреживанию любителей горячительного, называемого на флоте "антигрустином". В результате на кораблях не осталось младших командиров. Офицеры шутили: "Два раза по двести -- суд чести и миллион двести!".
Но, постоянно создавая себе трудности, мы научились их успешно преодолевать: из запаса начали призывать резервистов, навешивая им на плечи погоны не оскорбительно-унизительных "микромайоров", а весьма престижных лейтенантов.
Выпускники второй "гвардейской" роты ТМУ надежно закрыли грудью страну с трех сторон: на Балтике -- Райво Раянг, Матти Сепп, Каупо Танг, на Тихом океане -- Сергей Смоляков и Аркадий Емельянов, на Севере -- Анатолий Огибенин. Все служили исправно и честно, как и подобало выпускникам "родного Таллиннского мореходного училища". Особенно удачно сложилась судьба у старательного Матти Сеппа -- о нем писала республиканская газета как о "лучшем офицере подразделения", а флотская газета "На вахте", шутя называемая матросами "Гальюн-Таймс", посвятила ему много хвалебных строк.
Когда пришла повестка мне, отдел кадров сообщил в военкомат, что я нахожусь в дальнем плавании. Спустя годы узнал, что в Таллинн приезжал мой бывший учитель пения Хуго Круузман, ставший художественным руководителем Ансамбля песни и пляски Балтийского флота, и хотел призвать меня под свои знамена. Трудно сказать, как могла сложиться моя дальнейшая судьба, окажись я тогда на берегу...
Переподготовка служила не только восстановителем утраченных боевых навыков у резервистов, а также своеобразным шлагбаумом для желающих выехать за границу. После подачи в ОВИР заявления о выдаче выездной визы на другой день имярек получал повестку на переподготовку, где ему за месяц откровенного ничегонеделания один раз показывали зачехленную пушку довоенного образца и отказывали в выезде по причине доступа "к секретным видам вооружения".
В моем военном билете было мобилизационное предписание, в соответствии с которым мне надлежало при получении повестки в течение одного часа прибыть на сборный пункт по адресу Нахимова, 13, где в те времена размещался флотский экипаж.
Однажды в 05:00 два курсанта мореходки вручили мне повестку с красной диагональной полосой. Расписавшись в получении извещения, направился на сборный пункт. Отметившись, пошел в Минную гавань, где стоял ошвартованный кормой к причалу эскадренный миноносец "Стойкий", на котором мне предстояло проходить переподготовку. Это корабль 1947 года постройки, проекта 30-бис, за что всю серию эсминцев называли "тридцатками".
Началось переодевание, и меня второй раз в жизни превратили в огородное пугало: черные офицерские брюки с трудом достигали щиколоток, рукава кителя бэ-у из хэ-бэ дотягивались чуть-чуть ниже локтей, а ботинки 45-го размера после приложения огромных физических усилий все же налезли на ноги. Еще сложнее оказалось с шинелью, которая сложила меня вдвое по оси, и плечи коснулись друг друга, обнявшись "крепче двух друзей". Хлястик расположился в районе лопаток, а ремень занял позицию бюстгальтера. Увидев меня через космический спутник, командование эскадры НАТО и весь её личный состав почувствовали легкую дрожь в коленках.
А пополнение продолжало прибывать. Это был разный люд: молодые ребята и мужики в возрасте. Многие отвыкли от военной дисциплины, некоторые имели вид весьма нереспектабельный, неухоженные патлы спадали ниже плеч. У других лица имели цвет остывшего металла, попадались обладатели сизых носов с лиловыми прожилками -- это отличники питейного дела, иначе -- "бормотологи".
Офицеры призывались из Москвы и Таллинна. Москвичей было четверо: помощник командира корабля, командир БЧ-1 (штурман), начальник радиотехнической службы (РТС) и доктор (док). Наконец, переодевание закончено, и экипаж военного времени численностью в 298 человек неровными шеренгами выстроился на юте. Командир корабля капитан 2 ранга Табаков здоровается с народом и начинает знакомиться. До этого он командовал плавающим эсминцем 56-го проекта на Тихоокеанском флоте. Командир высок и строен, на лице явный отпечаток язвенной болезни желудка. Он спокоен и совершенно не ругается матом. Самым его грубым выражением является "япона-мать", которое он употреблял к делу и без него. По характеру добрый и мягкий человек -- редкость на военке.
Кроме командира, кадровыми офицерами были замполит, старший помощник и командир БЧ-5 (механическая служба). На флоте вообще-то командиров боевых частей называют "бычками".
Старпом Константин Плащинский -- маленького роста, худощавый капитан-лейтенант, возраст за тридцать с небольшим.
Заместитель командира по политической части -- молодой старший лейтенант с соседнего тральщика. Фамилии его не помню.
Командир БЧ-5 -- капитан-инженер третьего ранга Борис Иванович Грошев. Среднего роста, с постоянной улыбкой на лице, он обладал какой-то притягательной силой, его все уважали и, несмотря на разницу в званиях, называли по-домашнему -- Борис Иванович.
Выдающейся личностью оказался помощник командира, "перекованный" из интендантов. Он явно был не в своей тарелке и чувствовал себя неуютно среди моряков. Этот немолодой уже человек, добрейший и не в меру доверчивый, стал объектом злых морских шуток. Виной всему был его огромного размера живот. Подводили и большие серые глаза навыкате, имевшие свойство непомерно увеличиваться в размерах после пьянки.
Командир БЧ-1, штурман, капитан-лейтенант Андрей Гетов - образованный и эрудированный офицер, работал на Центральном телевидении. После службы мне довелось бывать у него в гостях в Москве, а спустя годы я получил от него письмо из США, где он работал в Представительстве СССР при ООН.
Командир БЧ-2, щеголеватый капитан-лейтенант, ранее заведовал артиллерийской башней на крейсере, но был списан с флота в запас за вредную привычку. Более ничего не могу о нем сказать, поскольку наша совместная служба через несколько дней закончилась...
Командир БЧ-3 капитан-лейтенант Семен Лупехин, бывший кадровый офицер, после ухода в запас капитанил на рыболовных судах в колхозе "Маяк". Выдержанный, степенный и приятный во всех отношениях человек.
Начальник РТС лейтенант Александров -- великан, человек - гора. Редко доводилось встречать подобных ребят. Спокоен, выдержан, высокомерен, нагловат. Работал в каком-то закрытом НИИ. Когда старпом, ставший капитаном третьего ранга, сделал ему какое-то замечание, лейтенант надменно ответил: "Послушайте, майор, у меня начальником охраны служит генерал-майор". По службе ему помогал капитан-лейтенант Борис Штейн с соседнего корабля, с которым я познакомился и поддерживал приятельские отношения долгие годы.
Замыкал славную четверку москвичей доктор лейтенант Михайлов, очень симпатичный молодой человек. Ничего выдающегося в медицинскую науку он не внес, но память о себе, да и след на лице, оставил. Кому доводилось зимой спускаться в Минную гавань, тот помнит проспект Берии, как называли тот спуск. Какие-то добрые люди установили вместо перил дюймовую доску, а какой-то недобрый дядя забил в доску мелких гвоздей... Лейтенант Михайлов, возвращаясь из города и потеряв остойчивость, пробороздил правой щекой от первого гвоздя до последнего.
По ночам москвичи пили спирт, закусывая говядиной, сваренной в соскучившемся по настоящему делу стерилизаторе, а по утрам серые глаза помощника казались еще более выпуклыми.
Но наиболее выдающейся личностью среди офицеров был командир котельной группы, старший лейтенант, красавец - осетин. Хорош во всем: строевая выправка, ухоженный шнурок черных усов, обилие юмора, даже повидавший на своем веку многое китель хэ-бэ сидел на нем щеголевато. Носил пилотку, лихо отдавал честь двумя пальцами. Знакомясь, щелкал каблуками и представлялся: "Мистер Газетто". Так его на корабле и звали. Когда-то кадровым офицером служил он на корабле, но случайный сон на лестничной площадке прервал его службу. К выпивке имел научный подход и в правом кармане кителя постоянно носил в готовности складной стаканчик.
Знатоки из мичманов рассказывали, как во время службы на корабле Мистер Газетто разыграл "бычка", который хранил спирт в настенном рундуке в бачке из нержавеющей стали, прикрытом кителем без погон. Войдя в каюту спящего "бычка", он разбудил его и доложил: "Товарищ капитан третьего ранга! Я не тот, за кого вы меня принимаете".
- Кто вы?
Я разведчик империалистического государства, заговорщицки объявил Газетто.
У "бычка" зрачки расширились до предела.
-- Налейте, -- сказал Газетто, протягивая стакан.
- Наливай, в рундуке под кителем, -- ответил "бычок".
- Знаю, -- уверенно сообщил старший лейтенант, деловито наливая спирт в стакан.
-- Докладывайте! -- строго заявил капитан третьего ранга, но силы после выпитого оставили "разведчика".
Утром дежурный по кораблю застал обоих спящими: "бычок" на койке, Газетто на палубе в проходе между переборкой и койкой почивал, подложив под голову свою неизменную пилотку. Но на нашем корабле ему было сложнее: Борис Иванович как человек непьющий спирта в рундуке не держал.
Основной костяк команды -- 17 мичманов, как правило, специалистов высочайшего класса. Я -- командир зенитной батареи, моя правая рука -- старшина команды мичман Николай Леонтьевич Пархимович. Небольшого роста, с доброй улыбкой, великий труженик. Что бы делал флот без таких рабочих лошадок, как мичман Пархимович?
В моем заведовании 7 зенитных 37-миллиметровых пушек К-70 и 85-миллиметровая установка СЗА, в подчинении 38 человек.
Все боевые части корабля приступили к расконсервации материальной части. Благодаря старанию и умению Николая Леонтьевича, в моем заведовании всё шло с опережением графика.
С первого дня командир начал целенаправленную и непримиримую борьбу с пьянством. У приносящих на борт спиртное изымалось и выбрасывалось в воду. Не успевал командир сойти с корабля, как начиналась операция по спасению выброшенного за борт, после чего оно уничтожалось по прямому назначению. Узнав об этом, командир ужесточил методы борьбы: поставил на юте у кормового флага мичмана, в обязанности которого входило водку изымать и бутылки разбивать о кормовой кнехт. Рассказывали, будто один из больших поклонников Бахуса встал на колени, как исламист, и начал слизывать струйки горячительного со ржавой палубы. В описываемое время государственная программа борьбы с пьянством и алкоголизмом отсутствовала, и каждый командир вводил на корабле систему, соответствующую его отношению к "антигрустину". У наших соседей командир поручил это государственной важности дело старпому. Отловив "партизана" (так на флоте называли переподготовщиков) с водкой, он приглашал его к себе в каюту, открывал бутылку и медленно выливал её содержимое в раковину, читая при этом лекцию о вреде алкоголя. А горячительное тем временем по хитроумной системе трубопровода лилось в графин старпома с инвентарным номером.
..А служба тем временем шла своим чередом. Кроме работ по расконсервации, экипаж нес дежурно-вахтенную службу. Строевые офицеры дежурили по кораблю. Был привлечнен к этому и помощник, но, как говорил Козьма Прутков, "нельзя объять необъятное". И военно-морской ремень, рассчитанный на стройные офицерские талии, не мог охватить огромного живота помощника. Как всегда в таких случаях, оказалось много доброжелателей, советчиков и просто желающих помочь. Кто-то из них посоветовал взять у боцмана кусок растительного троса для удлинения ремня. Сказано -- сделано. И вот однажды во время дежурства помощника корабль освятил своим присутствием большой партийный босс. Дежурный своими серыми глазами, достигшими апогея, пожирал высокое начальство. Критически оценив весь его внешний вид, партийный чин брезгливо вырыгнул из себя: "Что ты стоишь, глаза гордоном и хером перепоясанный?"
Не успели получить боекомплект, как произошли потери в личном составе. После окончания рабочего дня, как обычно, командир сошел на берег, и за ним, поддавшись соблазну побыть в кругу семьи, отбыл старпом, а в соответствии с корабельным уставом, его обязанности исполнял командир БЧ-2. Около трех часов ночи, предварительно приведя себя в скотское состояние, капитан-лейтенант приказал объявить "большой сбор", чего после спуска флага делать не положено.
Когда экипаж был построен, появился еле державшийся на ногах командир БЧ-2 и начал нести ахинею, а мужики открытым текстом стали посылать его куда подальше и затем ушли досыпать. Надев мою куртку-штормовку, каплей сошел на берег, а в шесть часов появился в одних трусах. Вызванный врач констатировал белую горячку, после чего этого персонажа никогда я не видел. А что касается куртки, то о ней речь впереди.
На другой день я совершил головокружительную карьеру -- меня вызвал командир.
- Лейтенант, принимай БЧ-2, -- ошарашил он меня.
- Я не буду, я не стану... -- Так примерно звучали мои возражения.
Ах, ты не будешь исполнять приказ? -- возмутился командир и добавил, конечно: -- Япона-мать!
Слава богу, прибыл к нам флагманский артиллерист капитан второго ранга А. Поляк, он стал фактически командиром БЧ-2, а я сделался его бледной тенью.
Самым ответственным моментом на корабле является прием боезапаса, когда объявляется "боевая тревога" (не учебная) и весь экипаж задействован на работе. Это происходит перед выходом на стрельбы.
Приняли в погреба свыше 90 тонн пороха. Пошел проверять, спустился в артпогреб кормовой башни главного калибра, а в нем шестеро, и все курят. Зацепил левым кулаком в нижнюю челюсть ближнего. В себя пришел только на палубе, ощутив холодный зимний воздух. Зашел к старпому.
- Юра, что с тобой? На тебе лица нет, -- участливо спросил старпом.
- Костя, я ударил матроса.
- Ты что, охренел? За рукоприкладство пойдешь под трибунал! Докладывай, как дело было! -- сразу стал серьезным старпом.
- После окончания приема боезапаса спустился в кормовой артпогреб, а там шесть папуасов курят, -- вот я крайнего и зацепил.
- Молодец! Правильно сделал. А жаловаться он не придет - за курение в артпогребе ему самому -- трибунал, -- сказал старпом и подошел к настенному шкафчику, достал графин без пробки, налил половину стакана спирта, оторвал от газеты кусок и опустил в стакан, через несколько секунд вынул и протянул мне стакан. Проделав аналогичную операцию со вторым стаканом, старпом произнес: "Давай выпьем за второй день рождения! Если бы рвануло, был бы второй Галифакс..."
..Утро 6 декабря 1917 года останется в памяти жителей Канады как дата величайшей трагедии Галифакса. В 9 часов 06 минут над городом взметнулось зловещее грибовидное облако, достигшее двухкилометровой высоты и висевшее над городом 15 минут. Специалисты оценивают мощность взрыва равной взрыву атомной бомбы малого калибра. 0 его силе говорит тот факт, что стальной кусок шпангоута весом около 100 килограммов нашли в 12 милях от Галифакса, а веретено станового якоря, весившее около полутонны, упало в лесу в двух милях. Четырехдюймовую пушку с бака судна нашли с расплавленным стволом на дне озера в километре от порта. Все каменные и деревянные дома на берегах залива почти полностью были разрушены. На домах, стоявших на расстоянии 500 метров, сорвались крыши. Телеграфные столбы переломились, как спички, сотни деревьев вывернуло с корнем, обрушились мосты, рухнули водонапорные башни и кирпичные заводские трубы. Под обломками здания протестантского приюта заживо были похоронены его обитатели. Снесено три школы, из 500 учеников уцелели лишь одиннадцать. Взрыв полностью разрушил 1600 домов и сильно повредил 1200. Ни в одном доме не осталось окон. В гавани погибли десятки судов. Стоявший в доке норвежский пароход "Ховланд" уничтожен, а крейсер "Нато-6" выбросило на берег, как щепку.
По официальным данным канадской печати в городе погибло 1963 человека, более двух тысяч пропало без вести, около 9 тысяч -- ранено. Без крова остались 25 тысяч жителей. Фактически жертв оказалось значительно больше. По сообщениям газет, только фирма галифакского гробовщика Мак-Гиллеврея изготовила 3200 могильных надгробных надписей за три дня. В округе радиусом 60 миль от взрыва зазвенели церковные колокола. Их звон стал панихидой по погибшим.
Вначале никто не знал причины этой катастрофы. Возникли различные версии и догадки. Что же произошло ясным морозным утром 6 декабря 1917 года?
В 8 часов 10 минут капитан норвежского парохода "Имо" Хаакан Фром дал приказание поднимать якорь. Как только судно пересекло устье канала, Фром увеличил скорость до 7 узлов. Лоцман Вильям Хэйс не остановил капитана, хотя знал, что в канале запрещено двигаться быстрее 5 узлов. К тому же вместо того, чтобы держаться левой стороны фарватера, "Имо" следовал по середине канала. А навстречу шел вспомогательный транспорт военно-морских сил Франции "Монблан", заполненный смертоносным грузом. В его трюмах находилось в общей сложности 2545 тонн взрывчатых веществ, кроме того, на палубе стояли четыре ряда бочек с бензолом. В результате совершенно безграмотных действий капитана норвежского судна при расхождении произошло столкновение. Норвежец ударил носом в правый борт "Монблана", возник пожар. Французский капитан Ле Медок дал команду: "Приказываю покинуть судно!"
13 декабря 1917 года в уцелевшем здании городского суда началось расследование. Оставшийся в живых старший помощник парохода "Имо" нагло заявил, что его судно следовало со скоростью менее пяти узлов и что "Монблан" сам подставил свой борт под форштевень "Имо". Вся вина была возложена на капитана "Монблана" и лоцмана.
В 1931 году французское правительство, подчеркивая невиновность капитана Ле Медока, наградило его орденом Почетного легиона...
Мы осушили стаканы залпом, "закусив" обшлагами кителей. Теперь на мне был нормальный китель, со временем мичман дядя Ваня одел меня надлежащим образом. А суконные офицерские брюки увели из моей каюты в первую же ночь, и я начал снимать дверную ручку и носить её в кармане.
После приема боезапаса назначался дежурный "по низам". На этот пост определяли самых опытных и дисциплинированных моряков. Был у меня на примете один такой -- старшина второй статьи, член КПСС, -- всё, что надо. Переодевшись по форме и надев повязку на рукав, он заступил на пост. А через несколько часов оперативный дежурный базы позвонил, сообщив, что найден мертвый моряк с нашего корабля. Доложил командиру.
- Япона-мать! Бери двух моряков и вперед, япона-мать! -- приказал командир.
У магазина на улице Тёэстусе лежал мертвецки пьяный мой дежурный по низам. Он был обут в старые растоптанные "гады", рабочие брюки имели следы всех известных цветов краски. Рядом валялась бутылка из-под "Московской" водки, другая была за пазухой. Разгневанный командир приказал старпому составить письмо по месту работы виновника события.
Гражданский человек, переодетый в форму, не является военным, он и не мыслит по-военному. Как пример: состоял у меня подчиненный, старший матрос Фролов. Был он самый старший по возрасту, захватил конец войны на Балтике. Накануне выхода на учения он попросил меня отпустить его попрощаться с тяжело больной матерью. Для меня мать всегда была святыней, и я, не имея на это права, отпустил его до подъема флага. Старший матрос Фролов оказался хозяином своего слова: дав его мне, взял обратно и утром на корабль не прибыл. Когда я доложил старпому, он поинтересовался, самовольно ли Фролов ушел с борта.
- Я его отпустил.
- Раз отпустил, сам докладывай командиру, -- сухо бросил старпом.
Пришлось идти. Каждому моряку известно, как узка грудь для наград и широка задница для втыков. В каюте командира сидел мой бывший командир роты М.Р.Рахлин, ставший капитаном второго ранга и заместителем начальника тыла Таллиннской военно-морской базы.
Выслушав мой доклад, командир взревел: "Посажу, япона-мать!"
- Юра, зачем ты это натворил? -- спросил Рахлин.
Услышав, что большой начальник обращается ко мне по имени, командир отошел и приказал: "Возьми двух моряков с автоматами и вперед, япона-мать!"
Фролов жил на улице Э.Вильде, туда мы и поехали на военном ЗИЛе. Нашли квартиру, позвонили -- никого. Позвонили еще. За дверью возникло какое-то движение. Немного погодя открылась дверь, перед нами стояла сухонькая старушка -- божий одуванчик.
- Фролов дома?
- Нету его. Он, супостат, забрал у мене последних три рубля и ушедши. Просил вам передать. -- Она показала на искусно сделанную куклу из обмундирования: шинель подпоясана ремнем, наверху шапка-ушанка.
Вернулись на корабль. За время нашего отсутствия стараниями политзама появился изобретенный им лозунг: "Товарищи-балтийцы! Обеспечим безаварийный переход Таллинн -- Либава!"
..Самые радостные минуты для младших офицеров и мичманов -- день получения спирта, который привозили перед выходом на учения в двухсотлитровой бочке. Ответственным лицам выдавали по поллитровой бутылке "на протирание контактов".
Наконец, убран трап и отданы концы, за кормой появился бурун, мы медленно отходим от причала. Эсминец "Стойкий" стальной грудью рассекал свинцовые воды седой Балтики, спеша в назначенный район...
Не буду подробно описывать ход учений -- скучно. С гордостью отмечу, что из главного калибра по щиту мы стреляли отлично. Раньше срока поступила команда на прекращение огня. Мы буквально измочалили новый брезент на щите. А вот при стрельбе из автоматической пушки произошел казус, который, видимо, озадачил не только натовцев, но даже и Пентагон. Дело в том, что у правого орудия произошел "откат нормальный", а наката не последовало, в результате чего один ствол стал короче другого, что не осталось незамеченным со стороны нашего потенциального противника, -- он долго ломал голову над нашей чудо-пушкой.
Пришли в Таллинн. На причале нас встречало большое флотское начальство и счастливый Фролов, успевший отсидеть 18 суток на гарнизонной гауптвахте. Доблестные чекисты отловили его у знакомого лесника в Псковской области во время самогоноварения...
На корабль доставили почту. Через некоторое время меня вызвал старпом. Он был в хорошем настроении: в наше отсутствие пришел приказ о присвоении ему очередного звания -- капитана третьего ранга. Проделав со стаканами известную читателю процедуру, мы выпили.
- Хочешь посмеяться? -- улыбаясь, предложил старпом, протягивая мне какую-то бумагу. Это был ответ руководства одной таллиннской строительной организации на письмо. нашего командира о моральных и деловых качествах упомянутого выше дежурного по низам -- "мертвеца".
Я искренне сожалею, что не выучил его содержания наизусть. Это был подлинный литературный перл, достойный стать победителем на ежегодном конкурсе острословов в Одессе. Три безвестных миру автора (начальник стройуправления, секретарь парткома и председатель профсоюзного комитета) поведали командиру войсковой части 78369 капитану второго ранга Табакову о том, что товарищ имярек "постоянно поднимал и укреплял трудовую и производственную дисциплину, являясь наставником и маяком для молодежи, освещая ей путь в светлое будущее". Что касается пьянки, то в ней он никогда замечен не был. Кроме того, он ударник коммунистического труда, кавалер ордена Трудового Красного Знамени и депутат райсовета... Понятно, мы посмеялись от души.
В сравнении с этим эпохальным документом мое скромное сочинение является детским лепетом.
Командиру в/ч 783б9
капитану второго ранга Табакову
командира зенитной батареи
младшего лейтенанта Ю.Рястаса
Paпорт
Настоящим докладываю, что во время несения ходовой вахты на верхнем мостике (дата, время) я попросил матроса Баринова принести из моей каюты куртку-штормовку, которую он, поднимаясь no mpany во время поворота корабля на полном ходу, уронил за борт.
Дата Подпись
Из практики известен случай, когда офицер написал рапорт о том, как во время вахты "шквалистым порывом ветра" с него смыло за борт нательное белье, а из литературы -- что подобным образом из кают-компании исчезли рояль и ковер. Плагиатом я заниматься не стал, хотя знал, что бумага всё выдержит. Вот и написал более правдоподобное. Решался вопрос о списании куртки стоимостью
73 руб. 00 коп., что при моем офицерском жаловании в 24 рубля было весьма крупной суммой.
Получив от меня сей опус, командир назначил офицера-дознавателя, от которого зависела моя дальнейшая судьба. Дознаватель истребовал объяснение от матроса Баринова, его литературные способности оказались намного лучше моих. Этот простой круглолицый паренек из Подмосковья начал свое объяснение из далекого детства, в котором он болел множеством всяких болезней. Мама, воспитывавшая сына одна, немало пролила слез, возя его к бабкам-знахаркам. Выходив сына, она заболела половиной всех известных отечественной медицине болезней. И он теперь у нее -- единственная опора в старости. Затем матрос Баринов описал происшедшие события. На учениях корабль шел полным ходом, младший лейтенант Рястас нес ходовую вахту в шинели и попросил принести ему из каюты куртку-штормовку. Поднимаясь по трапу во время поворота корабля на полном ходу, он почувствовал, что падает за борт. Вспомнив свое болезненное детство и маму с множеством болезней, начал борьбу за жизнь, ухватившись двумя руками за поручни и выпустив потому куртку. Дисциплинированный матрос очень сожалел о случившемся. В конце сочинения он поставил, как и положено, дату и собственноручную подпись.
Дознаватель, прочтя, вытер невольно появившиеся скупые слезы и тоже вспомнил свою маму. Он сделал заключение, что установить истинного виновника не представляется возможным, ибо куртка выпала за борт от действия непреодолимой силы -- крена корабля на повороте, а посему куртка стоимостью в 73 руб. 00 коп. подлежит списанию...
Сдан боезапас, законсервирован корабль, списан экипаж, все разъехались по домам, а я часто вспоминаю многих тогдашних ребят и помню их по именам.
Второй виток очередного повышения боеспособности Военно-морского флота с моим участием произошел в 1973 году. Однажды ко мне приехали М.Р.Рахлин, с ним был стройный симпатичный капитан второго ранга, которого Михаил Рафаилович представил: "Лившиц Анатолий Рувимович, начальник артиллерийского отдела Таллиннской военно-морской базы".
Когда мы сели за стол, М.Р.Рахлин сказал: "Юра, завтра начнем работу".
- Наши есть? -- спросил я, сгорая от любопытства -- кому из моих однокашников доверено также занять место в строю защитников Отечества.
- Есть, -- ответил Лившиц, заглянув в записную книжку. -- Капитан-лейтенант Танг и старший лейтенант Смоляков.
- Серега? Так ведь он на Дальнем Востоке!
- Он живет в Таллинне, на улице Академия. Оказалось, что это через несколько домов от моего.
В пять утра мне вручили повестку. В то же время на посадочную полосу Таллиннского аэропорта приземлился самолет командующего Балтийским флотом адмирала Михайлина, доставивший единственного пассажира. Им был капитан третьего ранга Б.Третьяков, в экстренном порядке назначенный командиром эскадренного миноносца "Стойкий", который в соответствии с планом Главного морского штаба ВМС должен был введен в строй плавающих кораблей флота.
В 06.00 командир был на борту. К этому времени усилиями Николая Леонтьевича Пархимовича один из зенитных автоматов водил стволом в поисках условной воздушной цели.
Новый командир был высок, широкоплеч, несколько сутуловат, с покатыми плечами борца и нижней челюстью боксера. На широком лице -- детская улыбка, что никак не гармонировало с его атлетической фигурой. Быстро выяснилось: командир оказался строгим и в совершенстве владеющим командно-матерным языком. Мичмана грустно шутили: "Это вам не Табаков, быстро научит служить..."
Большинство офицеров были мне незнакомы. Старпом, капитан третьего ранга, до этого служил на Дальнем Востоке. Ничем выдающимся не отличался -- незапоминающаяся личность, хотя и старпом.
Особо запомнились командир БЧ-2 Олег Миронов и БЧ-5 Александр Левыкин. Капитан третьего ранга Миронов был среднего роста, сухощав, носил очки с толстыми стеклами. Совершенно не умел ругаться матом, возможно, за этот недостаток командир сразу невзлюбил его. Наш "бычок" начал службу на этом корабле после окончания высшего военно-морского училища в звании лейтенанта четверть века назад командиром зенитной батареи. Затем он пребывал на различных должностях, даже очень высоких для его звания. Большую часть службы провел на Северном флоте.
У него были недостатки, приводившие в бешенство отцов-командиров -- исключительная честность и собственное мнение, часто отличавшееся от мнения начальства. За это из его тощего организма за 25 лет выпили несколько ведер крови. Особо люто Миронова ненавидели "политрабочие", как в шутку называли всех политических начальников. Они буквально изощрялись, придумывая всевозможные козни, унижающие его человеческое достоинство. Прибыв в Таллинн после службы на Севере, он оказался единственным офицером в базе, кому после ухода в запас не предоставили квартиру, и был вынужден купить кооперативное жилье.
На старости лет О. Миронова решили перевоспитать, послав на целину заместителем командира батальона. Ежегодно со всех частей гарнизона собирали "сливки общества" на уборку целинного урожая. Это были отъявленные хулиганы и злейшие нарушители воинской дисциплины, от которых избавлялись в частях.
Честный и порядочный офицер отказался от должности "второго тренера" команды хулиганов и пьяниц. Его вызвали в политотдел и в назидание другим отказникам объявили строгий выговор с занесением в учетную карту. Через год эксперимент повторился. Он поехал, но то, что там увидел, до глубины души возмутило его. Зерно доставляли так: один воз на ток, другой - на сторону, бензин и запасные части разворовывались, на ЗИЛах за 200-300 километров ездили за водкой. Миронов не мог спокойно смотреть на такие безобразия и в одиночку бросился в бой с "ветряными мельницами". Местные власти, не желая выносить сор из избы, усмотрели в нем возмутителя спокойствия и объявили его персоной нон-грата на казахской земле. Когда он рассказывал в Таллинне о чудовищных безобразиях на целине, его никто не слушал, и вкатили ему второй "строгач". Так капитан третьего ранга основательно подпортил статистическую отчетность политотдела Таллиннской военно-морской базы.
Однажды его вызвал политрабочий по прозвищу "Пан Вотруба".
- Миронов, ты уходишь в запас, пиши заявление о снятии партийных взысканий, -- предложил капитан первого ранга.
- Никакого заявления я писать не буду.
- Как не будешь? -- В голосе Вотрубы звучала угроза.
- Я вам заявления не писал, когда меня наказывали, и сейчас не буду.
- Да мы тебя! ..
- Вы со мной уже ничего не сделаете. Так и ушел Миронов в запас с двумя строгими выговорами.
Командир БЧ-3 -- огромный капитан-лейтенант Владимир Сандул, бывший чемпион Балтийского флота по боксу в тяжелом весе. Его кулаки напоминали голову новобранца, остриженную "под ноль". Начинал службу на "Стойком" вместе с О.Мироновым.
Обязанности командира БЧ-4 исполнял симпатичный мичман Александр Шило, еще один великан -- под два метра ростом, косая сажень в плечах. На флоте о нем говорили: "Мичман Шило -- красавец мужчина".
БЧ-5 заведовал капитан второго ранга Александр Левыкин - статный, подтянутый офицер -- веселый, коммуникабельный, большой знаток женского вопроса и "антигрустина", который, правда, употреблял в количествах умеренных и разумных. Наслужился, как медный чайник, и ждал приказа об увольнении в запас.
А теперь о моих однокашниках -- Сергее Смолякове и Каупо Танге. Испытал огромную радость от встречи с ними, особенно с Сережей, которого не видел после окончания училища. Мы крепко обнялись и расцеловались. За минувшее время Серега изменился мало: та же непокорная челка, курсантский вес, бездна юмора и оптимизма, но зубы...
Каупо -- командир БЧ-1, Сергей -- командир группы управления артиллерийским огнем -- ГУАО. Суть своей службы расшифровывал: "гальюны убирают артиллеристы отлично". Мы жили с ним в одной каюте, вечерами травили, Сергей рассказывал про Дальний Восток, о работе на судах и службе "на военке", где он и выплюнул на дно половину своих зубов. О нем будет далее написано еще.
Доктор -- капитан Давыдов. Мне довелось много слышать и читать о нем. Хирург от Бога, главный врач крупной сельдяной базы, сделавший в тяжелых морских условиях 253 операции. Заслуженный врач Эстонской ССР. Крах его карьеры произошел неожиданно и быстро. Ночью к борту плавбазы ошвартовался СРТ, на котором в трюм упал матрос и требовалась срочная операция. Доктор Давыдов прооперировал матроса, а когда он утром вошел в судовой лазарет, дежурившая у больного сестра доложила: "Состояние больного удовлетворительное".
- Какого больного?
- Которого оперировали ночью.
- Ночью я никого не оперировал...
Система доносительства сработала безотказно, наверх пошла информация, что доктор провел операцию в состоянии алкогольного опьянения. С ним расправились низко и подло. Чтоб скоротать время, любил доктор половить треску на крючок. Однажды ему повезло: поймал рыбину на четыре килограмма и решил привезти трофей в порт. Улов его и сгубил: Давыдова задержали с рыбиной на проходной. Всем было известно, что в то время флот в Норвежском море трески не ловил, и хотя доктор поймал её на крючок, но никто не захотел ему помочь, а возможно, уже и не мог. Ему закрыли визу. Оставшись без любимого дела, он запил. На корабль Давыдов пришел униженным, оскорбленным и раздавленным человеком. Не имею права ни осуждать, ни защищать его, поскольку не знаю, в каком состоянии док оперировал матроса, но уже тот факт, что спас он жизнь многим людям, давал ему право на снисхождение. Без работы, отвергнутый обществом и забытый друзьями, он вскоре умер.
На корабль было собрано много интересных людей, но пальма первенства несомненно принадлежала старшине первой статьи сверхсрочной службы Владимиру Пилипенко. Когда-то сей гарный хлопчик служил в Таллинне во флотском экипаже и с завистью смотрел через зарешеченное окно на залив. Корабли тогда в море не выходили, экономя топочный мазут, "экономика должна быть экономной". Отслужив положенный срок, Пилипенко уехал на родную Украину. Работал в совхозе на тракторе "Беларусь". Природа наградила его недюжинной силой и зверским аппетитом. И обратился он к командующему флотом с прошением призвать его на сверхсрочную. Адмирал удовлетворил просьбу и присвоил ему звание старшины первой статьи -- сверхсрочника-"сундука". Володя был определен начальником службы ГСМ эсминца "Стойкий". В заведовании были три двухсотлитровые бочки: одна с маслом, другая -- с "веретенкой" для пушек и третья -- с бензином Б-70 для протирки контактов вместо выпитого спирта. Володя содержал свое хозяйство в идеальном порядке. Если случайно кому-нибудь мешала одна из его бочек, он спокойно брал её в охапку и переносил в сторону. По боевому расписанию Пилипенко был приписан к котельному отделению и вскоре стал тормозом повышения боеготовности корабля, поскольку не мог своевременно прибыть по тревоге на боевой пост. У Володи возникли серьезные проблемы при проникновении в чрево корабля. Конструкторы и кораблестроители в голодный 1947 год сделали расчеты и построили люк для тела среднестатистического матроса срочной службы, а сверхсрочное тело Пилипенко оказалось значительно шире диаметра люка, куда он проникал по правилу буравчика: опустив в люк ноги, начинал вращать тело вокруг собственной оси, а драгоценные секунды неумолимо летели. Командир БЧ-5 имел право доложить о готовности только после того, как все приписанные будут на боевых постах. Будучи от природы очень общительным и добрым, Володя любил рассказывать молодым про степи, про трактор "Беларусь", передок которого легко отрывал от земли, и про горилку: "Перву взяв -- не бэрэ, втору -- не бэрэ, третью -- опять не бэрэ..."
По случаю начала работ по расконсервации корабля сделал он себе модную прическу и, как показали дальнейшие события, весьма некстати. Учитывая сжатые сроки работ, утвержденные свыше, торопить команду приходили большие начальники. У всех цель одна -- скорее ввести корабль в строй.
Обычно на флоте планировали одно, делали другое, а докладывали о выполнении -- третье. Мы оказались в нестандартной ситуации -- на борту присутствовал представитель Генерального штаба капитан первого ранга Иванов. Высокий, статный, весьма тактичный и вежливый офицер, с которым было приятно поговорить.
Когда работы подходили к концу, корабль освятил своим присутствием контр-адмирал Смирнов. Поскольку в его ведении находились матросские души, он прямёхонько направился к группе моряков, которым Володя как раз рассказывал: "..третью -- не бэрэ". Увидя клок волос вместо бритого затылка, адмирал взревел: "Товарищ старшина первой статьи! Почему острижены не по-уставному? Кто ваш командир? .." Понятно, после Пилипенко имел неприятности.
Приняв боезапас, отошли от стенки, последовали в район стрельб, где нас уже ждал вышедший из ремонта буксировщик щита "Тюлень".
На переходе строевые офицеры несли на верхнем ходовом мостике вахту, для чего надо было сдать зачет. Те, кто поумнее, зачета не сдали, и в то время как сдавшие приплясывали от холода, опасаясь, что шинель примерзнет к позвоночнику, провалившиеся преспокойно лицезрели сны.
Пришли в квадрат стрельб, буксир вытравил 400 метров троса и начал движение, а мы изготовились открыть огонь по щиту. Но к нашему огромному огорчению роль щита исполнил буксир "Тюлень", которому мы всадили в корму учебную болванку. Капитан буксира, напрочь забыв правила ведения
закрытых радиопереговоров, вначале заревел диким зверем, а потом перешел на высокопрофессиональный командно-матерный язык.
Началась операция миротворческой миссии: спустили командирский катер, старпом прихватил пятилитровую канистру ректификата, командир БЧ-5, не умевший правильно произносить фамилию электросварщика матроса Уйбо, объявил по корабельной трансляции: "Старшему матросу Уибу срочно подойти к командирскому катеру!"
Корме буксира вернули первозданный вид, а Серега не мог обойти такой удивительный факт:
Мы пошли на дело,
Стрельнуть захотели
Из главного калибра по щиту.
Бах! Огонь открыли,
Сразу цель накрыли...
После оказалось, что не ту.
Сдав все предусмотренные планом учений задачи и досыта наевшись всплывшей после бомбометания трески, мы пришли на рейд Либавы, но командир тамошней базы не рискнул принять к причалу корабль, на котором находилось около трех сотен "партизан". Ничего существенного и не произошло, если не считать того, что старшина команды котельных машинистов мичман Павел Анюховский едва не был произведен в маршалы Советского Союза. А дело было так. Дядя Паша уговорил дать на крейсер семафор: "Буду на борту 18.00. Анюховский". Командир крейсера капитан первого ранга Цветков, которого команда называла полковником, отсутствовал на борту, и дежурный по кораблю срочно начал готовиться к встрече, вызвав с берега командира. Узнав причину вызова, командир пришел в ярость.
Когда-то он командовал эсминцем, где чудачествовал Паша Анюховский, который еще в молодые годы сжег чистым спиртом голосовые связки, после чего не говорил, а хрипел.
- Да ты знаешь, кто такой Паша Анюховский? -- кричал Цветков.
Никак нет, но были Рокоссовский, Малиновский, Соколовский, Якубовский, а теперь может быть, Анюховский, -- растерянно ответил дежурный по кораблю...
Снялись на Таллинн, на переходе Серега вручил мне дружеский пасквиль:
Дырявят командоры небеса.
В трубе торчит огромная фигура:
То командир зенитный Рястас Юра
От злости рвет на попе волоса.
Пришли в Таллинн, ошвартовались кормой к причалу, сдали боезапас и начали консервировать материальную часть.
Был у меня в подчинении старшина второй статьи, хороший парень, но постоянно пьяный, что не прошло мимо прищуренных глаз командира. Однажды он вызвал меня: "Лейтенант! Если я еще раз увижу на корабле пьяную рожу этого твоего красавчика, сгною на губе! Исполняй!"
- Есть исполнять! -- ответил я и пошел говорить с "красавчиком". Он действительно был пригож. Нашу беседу привожу без выражений, которых бумага не выдержит. Приложив кулак к его точеному прямому носу, я сказал: "Если ты еще раз выпьешь, твоя физиономия временно изменит окраску и навсегда -- конфигурацию!" Выслушав мою яркую зажигательную речь, он чуть не плача
заявил:
- Она мне житья не дает.
- Кто?
- Теща.
-.Чья?
- Моя.
- Трахни её, стерву...
Отдавая подобное приказание, я вкладывал в него другой смысл. Думал, перекроет старухе кислородный шланг. На деле всё получилось иначе. Никогда не мог предположить, что он исполнит приказ в прямом житейском смысле и в рекордно короткий срок.
На третий день, войдя в каюту, я увидел на столе бутылку водки. Громовым голосом спросил у Сереги, лежащего на койке: "Кто из офицеров в служебное время на боевом корабле распивает водку?" На что артист Смоляков ответил детским голоском: "Хансыч, я только "сухаря". О происхождении водки он ничего определенного сказать не мог.
В дверь каюты постучали, я схватил бутылку со стола и зажал между ног. В каюту вошел до синевы выбритый и совершенно трезвый красавчик. На его лице сияла улыбка. Продемонстрировав знание корабельного устава, он обратился к Сереге: "Товарищ старший лейтенант, разрешите обратиться к
товарищу лейтенанту".
- Валяй! -- ответил старший лейтенант Смоляков.
- Товарищ лейтенант, ваше приказание выполнено!
- Какое приказание?
- Насчет моей тещи, -- несколько смутился он.
- При чем здесь ваша теща?
- Но ведь вы приказали...
- Что я вам приказал?
- Трахнуть мою тещу.
- И вы её трахнули?
- Трахнул.
- Ну и как?
- Пять баллов по пятибалльной системе, порывами до шести, выдал он любимую присказку нашего "бычка" Олега Павловича Миронова.
- Садись и доложи по порядку.
Опустим для любознательного читателя подробности, приведем только заключительные слова: "Она гроссмейстер, академик, измочалила меня за ночь, как щит на стрельбах, вытянула из меня все жизненные соки", -- с захлебом рассказывал виновник.
После этого в нарушение устава и вопреки запрещению командира мы распили бутылку водки за пылкие чувства к теще...
Я тогда рассказал об этом случае своим друзьям-маринистам, но никто из них не смог протолкнуть сей эпизод через партийно-гэбешный Главлит, глухой стеной стоявший на защите нравственных устоев строителей светлого будущего.
ПРИЗВАЛ НАС ФЛОТСКИЙ ЭКИПАЖ
Прошел год, я вновь на службе Отечеству. Правда, теперь в другом амплуа: участник офицерских сборов, о которых, спустя годы, доведется читать и слышать много нелестного. Откровенно говоря -- это скукота с маетой.
Сборы проходили во флотском экипаже по адресу: Нахимова,13. Командира, получившего за своевременный ввод эсминца "Стойкий" в строй действующих кораблей звание капитана второго ранга, мы мало интересовали. Он целыми днями оттачивал технику игры в "шиш-беш", по которой был чемпионом бригады кораблей. Тренировки прерывались на прием пищи и прохладительного морского напитка "шило".
Сборы велись под эгидой старшего помощника, который особо нас не напрягал и себя не слишком утруждал. Зайдя утром в казарму, пересчитав нас и убедившись, что во всех офицерских организмах теплится жизнь, он исчезал в неизвестном направлении. Перед уходом говорил: "Изучайте ППСС и НБЖ".
Поскольку большинство из нас к тому времени были уже не водоплавающими, Правила предупреждения столкновений судов в море и Наставление по борьбе за живучесть интересовали нас до одного места, поэтому начали думать о практическом применении наших мозгов. Лейтенанты всех мастей до одури резались в "дурака", потом придумали игру в домино с неприличным названием. Одновременно было проведено тщательное изучение местности, окружающей экипаж, в результате чего обнаружено общежитие "мухобоек" -- стрелков военизированной охраны женского пола.
В пять часов пополудни кадровые офицеры отбывали -- кто по домам, кто по дамам, а мы, лишенные права увольнения в рабочие дни, оставались предоставленными сами себе. Научно доказано, что более всего человек устает от ничегонеделания, потому каждый, по своему личному плану, коротал длинные летние вечера: одни уходили на сеанс одноразовой любви ("боевое траление" называлось), другие соображали выпить, а третьи отдавались традиционной морской травле.
Крупно нам повезло, что рядом оказался Серега Смоляков. Он был душой компании, организуя веселье и смех. Всех покоряла его общительность. Еще в училище он слыл инициатором самых лихих курсантских хохм. Вспоминаю, как во время нудной якорной стоянки на таллиннском рейде, где снимались морские кадры фильма "Озорные повороты", наш серьезный боцман Лев Ланцов решил развеять тоску рыбалкой, а Серега, стащив на камбузе обезглавленную сельдь, нанизал её хвостом на крючок боцманской удочки, после чего зачастил начальником поста N 1 -- дежурным по гальюнам.Сергей был чемпионом училища по узости курсантских брюк. К тому времени яростная борьба коммунистической партии и советского правительства против узких брюк пошла на убыль, обладателей таких штанов уже не называли изменниками Родины, но начальник военно-морского цикла училища капитан-инженер первого ранга Орсич лишился оставшихся после войны зубов. Завидя Серегу, он хватался обеими руками за челюсти: у него начинали ныть даже вставные зубы...
Сергей рассказывал про Дальний Восток, Вьетнам, пылающий в огне, про службу на военном корабле. Шестеро наших ребят приехали во Владивосток поездом. Выйдя на привокзальную площадь, увидели лозунг: "Здоровье трудящихся -- дело рук самих трудящихся". На площади возвышалось огромная фигура вождя революции с рукой, направленной в сторону моря. С другой стороны стоял вождь поменьше, указывая на ресторан "Золотой Рог", что дало возможность острословам шутить: "Ильич завещал: там заработаете, а там -- пропьете!"
На привокзальной площади стоял городской туберкулезный диспансер. Один из ребят, вскинув руку в пролетарском приветствии, крикнул: "Да здравствуют советские туберкулезники!" Услышавшая это пожилая женщина сделала ему замечание: "Молодой человек, не балохульствуй".
- Бабуля, не боись, мой организм восприимчив только к гонорее, -- ответил он...
Как-то Серега встретил одного из наших:
- Здорова!
- Сторова, Серж!
-- Как жизнь?
- Уёфа! Трафился фоткой. Зрать совсем нецево, посёл в столовую: котлета нету, лангета нету, компота нету, просил принести пистекс...
В ресторане "Волна" порта Ванино людно и весело. Ребята отмечают случайную встречу. Заказали коньяк и фрукты. Коньяк подали в граненых стаканах, роль фруктов исполнял огромный, пожелтевший от возраста соленый огурец. Выпили коньяк, закусили смертельно-соленым огурцом, вспомнили мореходку и запели: "Las tiksub taksomeeter..." Услышав нерусскую песню, местные спросили: "Ребята, вы откуда?"
- Из Эстонии.
- Сюда как попали?
- По распределению.
А-а-а, понятно, у вас на диком Западе страшная безработица...
Серега плавал матросом и штурманом на теплоходе "Алексей Чириков", возил из Владивостока в Охотск водку. Насмотрелся таких чудес, что до сих пор при виде водки его тошнит.
Были потом полтора года во Вьетнаме под артобстрелом и бомбежками. И три года без отпуска, куда просился. Кадровик участливо спросил: "Устал? Приходи утром -- пока отдохни..."
Наутро ему вручили повестку в военкомат и призвали на военку. Благодаря элементарной человеческой подлости Сергей Смоляков оказался командиром БЧ-2 на одном из кораблей Тихоокеанского флота.
О службе на ракетном корабле он написал яркое стихотворение "Мы в море по тревоге вышли", которое было представлено на всеармейский конкурс молодых воинов-поэтов, но затем снято из-за наличия в нем сочных выражений. Я не литературный критик, но мне его стихи очень нравятся за конкретность -- всё, как в судовом журнале:
Мы в море по тревоге вышли,
Винтами за кормой бурля.
Помощник перегаром дышит,
Матрос балдеет у руля...
Уйдя в запас и подсчитав, что квартиру реально может получить в 2037 году, Сергей вернулся в Таллинн.
Однажды Серега вдруг стал серьезным, закатил глаза, что у него здорово получалось, и спросил: "Мужики! Можно ли показать язык, не разжимая челюстей?" Знавшие Сергея молчали. Преемник легендарного мистера Газетто -- Иван из Муствеэ, сказал: "Не-е..." Молодой электромеханик был категоричен: "Нет!"
- Пари! -- предложил Серега.
- Пари, -- ответил младший лейтенант.
- На ящик "Жигулевского". Хансыч! Разбей, старина!
Сергей выстроил в две шеренги оставшиеся во рту зубы, сжал челюсти, вывалил язык изо рта и начал им вращать.
- Где твои зубы? -- спросил изумленный электромеханик.
- На дне Охотского моря, -- ответил Серега, улыбаясь.
Взяв с собой одного помощника, молодой ушел за пивом, а Иван начал готовить рыбу на закуску...
По выходным дням мы ходили в увольнение, где иногда случались курьезы. Однажды поседевший и слегка погрузневший старший лейтенант шел по городу, его остановил армейский патруль. Начальник патруля, сухопутный капитан, спросил: "Товарищ старший лейтенант, почему нарушаете
форму одежды?"
- Ношу, какую выдали.
- Почему не носите орденскую планку?
- Жду, когда наградят...
0 славных и незабываемых днях, проведенных на сборах во флотском экипаже, Сергей написал стихотворение, которое с согласия автора привожу полностью:
Призвал нас флотский экипаж,
Ищи, дружок, второй этаж,
Найдешь там правое крыло,
Служи, родной, врагам назло.
Служи старпому ты.на радость,
Прости, что предлагаю гадость.
Ты был вчера ни "а", ни "бэ",
А нынче китель из хэ-бэ
И блеск погонов на плечах,
Все девки таллиннские: "Ах!
Какой шарман! Какой пассаж!"--
И атакуют экипаж.
Но нам девицы ни к чему,
Есть пища нашему уму:
На совесть мы, а не от скуки,
Грызем военные науки.
Пусть злятся в Пентагоне, пусть!
Уставы помним наизусть.
Нас не потопит враг уже,
Ведь мы читали НБЖ.
За месяц сборов все мы стали,
Как сплав из пороха и стали.
Мы набрались ума и сил,
Жаль только, что эсминец сгнил!
Эскадренный миноносец "Стойкий", отслужив свой срок, был разрезан на металлолом. После ухода в запас командира Б.Третьякова несколько раз встречался с ним. Вне служебной обстановки он был совершенно другим человеком -- веселым и остроумным. Сейчас проживает в США. О.П.Миронов живет в Санкт-Петербурге, Б.И.Грошев, Н.Л.Пархимович и А.К.Шило -- в Таллинне, очень редко встречаемся. А друг Серега Смоляков по-прежнему несет нелегкую морскую вахту...
Тут бы добавить чуток: зачем я сегодня вспоминаю о своей причастности к военной службе. Наверное, в первую очередь, чтобы вспомнить о людях, с которыми тогда прошел какой-то кусок моей жизни.
Думаю, что любая "военка" портит человека, но настоящие люди остаются человечными всегда и везде. И в любых условиях надо находить светлое, веселое, забавное. Иначе трудно жить...
НОВОЕ НАЗНАЧЕНИЕ
Тот, кто не помнит прошлого,
не имеет права на будущее.
Юхан Лийв
НЕОЖИДАННЫЙ ЗВОНОК, КРУТО ИЗМЕНИВШИЙ ЖИЗНЬ
В 1977 году в моей жизни произошел крутой поворот, которому предшествовал неожиданный телефонный звонок. В начале апреля мне позвонили: приглашает на беседу председатель Государственного комитета Совета министров по труду В.Н.Константинов. Я долго мучился в догадках -- зачем мог ему понадобиться. Знаком с ним не был, даже никогда не встречался, от знавших его людей слышал, что человек он целеустремленный, напористый и с крутым нравом.
В назначенное время не без волнения я переступил порог огромного кабинета. Навстречу мне из-за стола поднялся человек выше среднего роста со жгуче-черной копной зачесанных назад волос, с крупным носом на узком лице, и протянул руку для пожатия. Сразу, как к старому знакомому,
обратился "на ты". Говорил медленно, чуть через нос.
- Юрий Хансович, я пригласил тебя, чтоб предложить должность начальника отдела трудоустройства. Как ты на это смотришь?
Только теперь мне стало понятно всё: До этого В.Н.Константинов 13 лет был вторым секретарем Таллиннского горкома партии, курировал промышленность, которую хорошо знал, и теперь комплектовал команду.
- Василий Никифорович, благодарю за доверие, но смотрю на это отрицательно, поскольку совершенно некомпетентен в вопросах, которые вы мне предлагаете решать. На этом наша первая встреча закончилась. Вторая беседа была продолжительнее. Встретив меня, как старого знакомого, Василий Никифорович, улыбаясь, что случалось с ним редко, спросил: "Ну как, Хансович, надумал? По рукам?"
- Нет, простите, не надумал, -- ответил я и начал приводить причины отказа.
Он слушал меня не перебивая, что также было редкостью для его натуры. Похоже, Василий Никифорович пытался казаться дипломатом, каковым при его прямом характере никогда не был.
Не добившись "консенсуса", мы распрощались. Мне действительно не имело никакого смысла переходить на новое место: интересная работа по специальности, постоянные премии, коллектив, в который пришел 17 лет назад после окончания Таллиннского мореходного училища матросом второго класса, а теперь учил других.
От природы я не тщеславен, мне чужд карьеризм. По гороскопу -- Стрелец, астрологи утверждают, что у Стрельцов много друзей, и это соответствует действительности. Со всеми начальниками отделов у меня были нормальные отношения, даже с начальником отдела подготовки кадров Ю.И.Коротковым, которого многие считали сухарем и формалистом. Я проходил по его ведомству в качестве студента-заочника. В помощниках при нем состояла профессиональный педагог Ирина Альбертовна Красильникова, которую называли "Мисс Океан".
Кстати, несмотря на солидный возраст, Юрий Иванович до недавнего времени продолжал готовить кадры для несуществующего флота в надежде, что бывшая морская республика восстановит свою былую судоходную славу и будет иметь собственный флот...
А между тем с Константиновым состоялась третья беседа, в ходе которой он "дожал" меня. 29 апреля я прощался с родным коллективом. Генеральный директор подписал приказ со словами благодарности и добрыми словами напутствия. Первый его заместитель А.Х.Сиемер вручил мне Почетную грамоту, товарищи подарили на память книгу со своими подписями.
Горько сознавать, что многих из подписавших её уже нет в живых.
Прощание получилось трогательным: было сказано много теплых слов, выпито немало крепкой водки, и вряд ли я мог подумать о чем-то плохом в будущем.
В КОМИТЕТЕ ПО ТРУДУ
3 мая я был утвержден начальником отдела трудоустройства. Неожиданно для многих и для самого себя оказался в служебном кабинете, где первое время мне было весьма нуютно.
На следующее утро один мой "благодетель" позвонил в отдел кадров Совета Министров республики и доложил, что я сын "врага народа". Никогда бы не стал упоминать об этом досадном эпизоде биографии, но звонивший, мерзопакостный человечек, пытался испортить мою жизнь, как испортил её многим людям. Наделенный властью, он не мог ею достойно распорядиться и вершил суд скорый и неправый. Моей скромной персоне он уделил немало внимания, по его инициативе я был исключен позднее из списка ветеранов "Эстрыбпрома". Не называю имени этого подонка только из жалости к его родственникам.
На меня затребовали подробную характеристику, которую поручили написать заместителю начальника отдела кадров отставному полковнику Э.В.Вийку, человеку исключительной честности и порядочности. Подготовив характеристику, он отнес её моему "благодетелю", кредо которого было: документ должен вылежаться, и он эту бумагу на подпись генеральному не отнес.
Будучи долгие годы партийным работником, В.Н.Константинов обратился к секретарю парткома рыбопромыслового флота В.В.Кустарникову, с которым был знаком по совместной работе на судоремонтном заводе.
В книге "Люди, море и суда" в отношении первых (политических) помощников капитанов автор признается, что "среди них встречались вдумчивые и душевные люди, которые жили заботами о быте и досуге экипажа, интересовались происходящим в коллективе и в душе каждого члена команды".
Эти слова в полной мере относятся к Вячеславу Владимировичу Кустарникову. Он окончил Ленинградский кораблестроительный институт, получил направление на работу в Таллинн, работал конструктором на судоремонтном заводе. На судах рыбопромыслового флота плавал первым помощником капитана. На БМРТ-384 "Коралл" сделал девять рейсов подряд. Был избран председателем базового комитета рыбопромыслового флота, в составе которого мне и довелось с ним работать. Затем стал секретарем парткома, и на запрос Константинова дал честный ответ...
Шел 1977 год, а не 1937-й, и всё со мной обошлось. Постепенно стал входить в курс дел. На первых порах мне оказали неоценимую помощь первый зам председателя Комитета Энн Пеэтерович Лехепуу и мои подчиненные А.Вирунурм и И. Устам, за что им искренно благодарен.
Служба трудоустройства, если её можно таковой назвать, состояла тогда из пяти городских бюро, ютившихся в неприспособленных помещениях, особенно в Таллинне. Кругом царило убожество -- в кабинетах и в средствах труда. Самой совершенной техникой той поры были конторские счеты. Отсутствовала реальная картина направления трудопотоков, а также факторов, влияющих на перемещение рабочей силы. Забегая вперед, скажу, что со временем, благодаря кипучей энергии В.Н.Константинова, мы получили современную технику и в республике была создана служба, охватывавшая территорию всей Эстонии путем создания бюро по трудоустройству во всех районах.
В 1977 году в инициативном порядке энтузиасты АСУ, сотрудники Эстонского отделения ЦЭМИ АН СССР М.П.Бернер и Ю.Х.Рось начали работы по созданию и внедрению АИС трудоустройства Таллинна. В.Н.Константинов верил в технику, как в "светлое будущее".
С 1 января 1981 года первая очередь автоматизированной системы "Трудоустройство города Таллинна" вступила в промышленную эксплуатацию. Благодаря инициативе института экономики АН ЭССР, мы получили вторую очередь системы, которая зарекомендовала себя с самой лучшей стороны. Теперь мне приходилось встречаться с В.Н.Константиновым ежедневно и со временем узнать его лучше.
Я проработал с Василием Никифоровичем свыше одиннадцати лет, всякое за это время было, но у меня никогда не поднимется рука написать о нем плохо...
Однажды я встретил бывшего сослуживца, который спросил:
- Слышал, книжки пишешь?
- Пишу.
- И про Константинова?
-- И про него напишу.
- Ну и что же про него?
- Правду...
Признаться, писать о В.Н.Константинове совсем не просто. Он отнюдь не "простой русский человек", коим себя называл, а наоборот -- сложен,многогранен,противоречив, авторитарен. У него сильная воля, временами переходящая в упрямство, не терпел возражений. Однако это не говорит о том, что с ним нельзя было спорить. Спорили, особенно начальник сельскохозяйственного отдела Айно Каллас. Чтобы объективно оценивать Василия Никифоровича, необходимо учитывать, что он -- дитя своего времени. Однако не следует лепить из Константинова какого-то монстра, у него было много хороших человеческих качеств. Да и кто старое помянет -- тому глаз долой...
Вырос В.Н.Константинов из самых народных низов. Родился на Вологодчине в крестьянской семье, познал бедность и лишения. После окончания средней школы в районном центре, в одежде, перешитой с чужого плеча, поехал овладевать знаниями в город Ленинград, где поступил на судомеханический факультет Института водного транспорта, после окончания которого получил диплом инженера-механика и направление на работу в Таллинн. Начинал технологом на судоремонтном заводе N 36, затем -- начальник дизельного цеха, последние три года -- начальник отдела технического контроля военного завода N 7, после чего выдвинут на партийную работу. И председатель Государственного комитета по труду в ранге министра в течение двенадцати лет до выхода на пенсию.
Необходимо отметить, что трудовая деятельность В.Н.Константинова не осталась незамеченной, он дважды награжден орденом Трудового Красного Знамени, орденом "Знак Почета", медалями и в 2003 году включен в экономико-биографический словарь, изданный в Эстонии.
Василий Никифорович -- хороший семьянин, у него трое детей и семеро внуков. Особенно он гордился сыном-летчиком, а когда говорил о первой внучке, на его постоянно серьезном лице появлялась улыбка.
В 2004 году он отметил 75 лет со дня рождения и 50 лет совместной жизни с супругой Риммой Ивановной, женщиной терпеливой, заботливой, внимательной, трудолюбивой, мягкой и тактичной.
Как положено каждому землянину, В.Н.Константинов "посадил свое дерево" -- по его инициативе и при активном участии в Таллинне был создан Дом инженеров, что оказалось совсем не простым делом. Он сам любил зайти туда, сыграть партию шахмат, погонять шары в бильярд и пропустить рюмку-другую коньяка.
Василий Никифорович тяготел к промышленности, поэтому комплектовал команду из различных областей: Л.Саулин, В.Мяконькова, М.Рютельмаа из министерства легкой промышленности, Л.Яров -- из электротехнической отрасли, И.Сагач и А.Исаков -- из строительства, Я.Тедер -- из автошоссдора, В. Поляков -- из авиации.
Все начальники отделов имели высшее образование, тогда никто другого и представить не мог. Когда я сейчас читаю в газетах, что назначенный министр не имеет образования, мне становится страшновато и стыдно за республику, которая всегда раньше гордилась уровнем своей образованности. Так, по числу докторов и кандидатов наук Эстония на 1000 человек населения занимала третье место в стране.
У меня в отделе все работники имели высшее образование. Выпускниками Тартуского университета были А.Вирунурм, И.Китс, Р.Илумаяэ, А.Соха, воспитанницами ТПИ Константинова, А. Иволгина, Л.Смирнова, а Е.Громова окончила Харьковский университет. Между руководителями у нас установились добрые отношения, никогда не возникало перебранок и недомолвок
Долгие годы я дружил с В. Поляковым, которого знал еще до работе в Комитете. Вадим был разносторонне развитым человеком. Будучи авиационным инженером, хорошо изучил экономику. Интересный собеседник, он увлекался литературой, особенно любил поэзию. Подчиненные и коллеги тянулись к нему, его все уважали. Жаль сознавать, что Вадим Борисович рано ушел из жизни.
Добрые отношения установились с Алевтином Ивановичем Исаковым, они продолжались до его преждевременной смерти от тяжелой неизлечимой болезни.
По праздникам коллектив собирался вместе. В непроизвольной обстановке люди расслаблялись и лучше узнавали друг друга. Заместитель председателя Комитета О.И. Доброхотов танцевал стэп, В. Поляков читал стихи, а я исполнял любимые арии из классических оперетт Ф.Легара и И.Кальмана.
Но пусть читатель не думает, что мы только пели и танцевали, напрочь забросив работу. В.Н.Константинов держал свою команду в постоянной готовности. Он требовал от начальников отделов деловых контактов с местными руководящими органами и с их начальством. За 11 лет я перебывал в кабинетах министров, ответственных лиц, директоров предприятий и совхозов, председателей колхозов. Мне довелось по делам службы присутствовать на различных совещаниях довольно высокого уровня, где рассматривались вопросы развития республики и обеспечения объектов рабочей силой. Довелось также встречаться со многими руководящими работниками Эстонии, среди них были интересные и знающие люди: И.Белестов, А. Грен, Э.Куускман, Г.Мальцев, А.Норрак, А. Рюйтель, Э.Сависаар, Б.Саул, Г.Сарри, М.Тибар, И.Тооме, Г.Тынспоэг, Т.Ярве.
Чаще всего приходилось бывать в кабинете министра внутренних дел М.Тибара, с ним у нас были общие "клиенты". Министр генеральскому мундиру предпочитал серый в мелкую клеточку пиджак спортивного покроя. Милиционер от бога, отдавший служению правопорядка около сорока лет. Теперь министр-генерал получает 2400 крон месячного пособия и живет более чем скромно.
- А. Рюйтель -- импозантный, симпатичный, седовласый мужчина. Образованный, интеллигентный, тактичный и выдержанный, располагающий к себе человек. Однажды мне пришлось выполнять его поручение. Когда материал был готов, А.Рюйтель пожал мне руку и поблагодарил. За мою многолетнюю практику такой случай был единственным.
Мне выпало счастье лично знать известнейшего врача Арнольда Ивановича Сеппо, проводить его в последний путь и сохранить о нем добрую память. Этот удивительнейший человек сложной судьбы, великий врач и новатор в медицине, был доктором милостью Божьей. К сожалению, о нем забыли те, кому по долгу положено всегда помнить. Среди работников здравоохранения нашлись и такие, кто уже после смерти доктора осквернил его доброе имя, обвинив в шарлатанстве и нарушении врачебной этики. Доктор Сеппо вернул тысячам людей радость и полноту жизни, и это его посмертный ответ недоброжелателям.
Я дилетант в медицине, но мне хорошо известны такие понятия, как честь, совесть и порядочность. Низко и подло шельмовать человека, который не может ничего сказать в свою защиту. Научно-исследовательской лаборатории доктор Сеппо отдал свой талант, силы и жизнь. Он умер в клинике, которую создал. Один из её кабинетов был специально оборудован под реанимационную палату, когда доктор умирал. Слава об А.Сеппо гремела далеко за пределами Эстонии. Теперь его клиники нет. Как безжалостны мы к тому, что создано руками наших талантливых современников!
Уничтожение клиники травматологии и ортопедии Сеппо и богатейшего опыта, накопленного целым умелым коллективом, является средневековым вандализмом, какими бы формально благими намерениями это ни объяснялось. Наверное, чужое уничтожает тот, кто не создал ничего своего...
У нас в Комитете каждый начальник должен был раз в квартал выступать в печати, а раз в месяц -- в трудовых коллективах по теме "единого политдня". В то время была в моде общественная работа, которой начальники отделов были усыпаны, как новогодняя елка игрушками. У меня, к примеру, оказалось 13 общественных нагрузок. Не стану утомлять читателей их перечнем, хотя некоторые вызывают ироническую улыбку: ну вот, числился я членом общества слепых. О работе в комиссии ОПР-80 расскажу позже. Объективности ради, запихивая нас во всяческие комиссии, Василий Никифорович сам был большим и малым членом всевозможных общественных организаций.
Первым заместителем председателя Комитета состоял Энн Пеэтерович Лехепуу. Те, кому выпало счастье знать этого удивительного человека, помнят мужчину крупного телосложения с умными и добрыми глазами, крутым сводом лба и обаятельной улыбкой. Он был щедро награжден от природы целым набором лучших человеческих качеств: честность, скромность, вежливость, доброта, чуткость и внимание к окружающим, выдержка и терпение. Никогда и никого не распекал, но иногда казалось, что лучше бы обложил сорокасемиэтажным матом, а не смотрел с укором сквозь толстые стекла очков.
И чувство юмора не было ему чуждо. Однажды мы получили письмо на украинском языке, я пошел за советом. Выслушав меня, Энн Пеэтерович сказал, улыбаясь: "Подготовьте ответ по-эстонски, я подпишу".
Э.Лехепуу начал трудовой путь в 17 лет. Прошел войну, был разведчиком в тылу врага, на советской работе, возглавлял государственный комитет по использованию трудовых ресурсов. Хорошо знал проблемы сельского хозяйства, много сделал для развития системы профессиональной ориентации молодежи республики. Мне приходилось участвовать с ним на всевозможных совещаниях, часто ездить в командировки.
Об одной поездке в Москву я хочу рассказать. Нашим соседом по купе оказался молодой человек
интеллигентной внешности. На левом лацкане его пиджака красовалась эмблема международного симпозиума физиков, состоявшегося в Таллинне. От предложенной рюмки коньяка он вежливо отказался. Как-то само собой я назвал фамилию запрещенного тогда опального академика А.Д.Сахарова. Услышав это, молодой человек стал заметно серьезнее и резко произнес: "Я не знаю, кто вы, но что вам известно о Сахарове?" Несколько отойдя и глядя мимо меня, словно уйдя мыслями куда-то далеко, он продолжил: "Да, я физик, ученик Андрея Дмитриевича Сахарова. Благодаря ему я в 32 года стал доктором наук и горжусь своим учителем. Он выдающийся ученый и святой человек! Когда он по четвергам выступает в ФИАНе, все, начиная от академика и кончая последним сотрудником, слушают его стоя". Признаться, услышать в то время подобное о Сахарове было удивительно.
Что мы о нем знали? "Советский энциклопедический словарь" поведал своим читателям в 1982 году: "Сахаров Анд.Дм. (род.1921), сов. физик, акад. АН СССР(1953). Осн. тр. по теоретич. физике. В последние годы отошел от научной деятельности". Скромно.
Молодой физик из нашего купе, одухотворенно отозвавшийся о своем учителе, заразил меня мыслью узнать как можно больше об ученом и человеке Сахарове. Хотя тогда это было небезопасным намерением. Впрочем, сейчас о великом физике и общественном деятеле многое написано и сказано. Все же позволю себе напомнить коротко некоторые факты его судьбы.
В 1948 году специальным постановлением правительства в физическом институте АН СССР им. П.Н.Лебедева была создана особая группа физиков-теоретиков под руководством академика И.Е.Тамма, которой поручалось исследовать возможности создания термоядерного оружия. В группу был включен бывший аспирант И.Е.Тамма, молодой ученый Андрей Сахаров. В свои 27 лет он уже пользовался авторитетом в научных кругах. Идею о возможности осуществить управляемую термоядерную реакцию А.Д.Сахаров предложил в 1950 году. Вместе со своим учителем он провел расчеты, которые оказались верными. И 12 августа 1953 года на Семипалатинском полигоне успешно прошли испытания первой, еще стационарной, водородной бомбы. После этого А.Д.Сахаров стал академиком, Героем социалистического труда и лауреатом Сталинской премии. А 22 ноября 1955 года испытана "настоящая" водородная бомба, сброшенная с самолета. Академик Сахаров был удостоен второй звезды Героя социалистического труда и только что восстановленной Ленинской премии -- на обороте его лауреатского значка значился N1.
Став "отцом советской водородной бомбы", А.Д.Сахаров осознал свою ответственность за проблему радиоактивного заражения при ядерных испытаниях и начал борьбу за их прекращение, войдя в конфликт с Н.С.Хрущевым. Представляет несомненный интерес, как все это оценил сам Хрущев в своих воспоминаниях, созданных, правда, после его отставки. Вот что там сказано: "Примерно за день до испытаний ко мне обратился академик Сахаров, позвонил по телефону. Я с ним уже был знаком, и он на меня производил очень хорошее впечатление. Да и не только на меня. Как говорится, сверкал драгоценным камнем среди всех ученых. Сахаров обратился ко мне как к председателю Совета Министров СССР с просьбой отказаться от испытаний водородной бомбы: "Я, зная, какой тяжкий вред человечеству причиняют такие испытания, не могу согласиться с их продолжением. На основе именно моих научных изысканий создали термоядерную бомбу, но я как ученый теперь выступаю против её испытания".
Сахаров не смог переубедить Хрущева, в 1962 году на полигоне Новой Земли взорвали сверхмощную водородную бомбу. И хотя знавшие о конфликте ученого с руководителем государства не включили фамилию Андрея Дмитриевича в списки на награждение, Н.С.Хрущев собственноручно внес её во главу списка на присвоение звания (третьего!) Героя социалистического труда.
Но и после А.Д.Сахаров продолжал выступать против ядерных испытаний. И поплатился за это. 22 января 1980 года он был задержан, а затем без суда и следствия направлен в ссылку в город Горький, закрытый для иностранцев. Его лишили всех наград и званий, кроме звания академика.
Теоретический отдел ФИАНа, которым до смерти руководили И.Е.Тамм и академик В.Л.Гинзбург, удостенный в 2003 году Нобелевской премии, добился того, что Андрей Дмитриевич остался сотрудником отдела: все годы ссылки на двери комнаты в институте висела табличка с его именем.
В Горьком, конечно, отсутствовали условия для полноценных занятий наукой, но ученый активно работал. Именно здесь он написал ряд статей, а также создал фундаментальный труд "Космологические переходы с изменением сигнатуры метрики", открывший новое направление в науке. Труд был опубликован в августе 1984 года.
Прошу извинить меня за столь длинное отступление от описываемых в книге событий, но я хотел выразить мое собственное отношение к личности гражданина и человека -- А.Д.Сахарова. Полностью согласен со словами о нем известного русского писателя В.П.Некрасова: "Этот человек ничего не боится. Ничего и никого! Отвага, доблесть, бесстрашие, храбрость, героизм? Нет, все эти прекрасные, возвышенные понятия к Сахарову не применимы. Думаю, у него начисто атрофировано это чувство -- чувство страха"...
Благодарен судьбе, что свела меня с таким человеком, каким был Э.П.Лехепуу. Он познакомил меня со многими интересными людьми в республике и за её пределами. Остается совместная работа лишь сожалеть о том, что наша продолжалась недолго.
Заместителем председателя Комитета был Олег Иоаннович Доброхотов, седовласый крепыш среднего роста. Смеялся не очень громко, но заразительно. Будучи экономистом, получил опыт на заводе "Ильмарине", когда там директором был В.А.Кяо, человек крутой, но справедливый. О.И. Доброхотов -- подготовленный и знающий специалист, но мне казалось, очень осторожный. Подготовленные бумаги сразу не подписывал, возвращая по несколько раз на исправление. Знающие люди говорили, что первый экземпляр подготовленной бумаги нужно было сохранить, поскольку после пятой правки она имела первозданное содержание. В общем-то, это проверенный веками принцип прирожденного чиновника... Впрочем, несмотря на въедливость, Олег Иоаннович был человеком мягким и добродушным.
В ЗАЛОЖНИКАХ У "ЗАБОРНОГО" ДЕФИЦИТА
Над страной витал призрак дефицита рабочей силы. На фасадах зданий, в витринах магазинов, на столбах и заборах висели объявления о потребности в работниках. Повсюду: требуются, требуются, требуются...С чьего-то легкого языка такой дефицит назвали "заборным".
На протяжении ряда лет большинство руководителей крупных предприятий союзного значения утверждало, что сложившаяся демографическая ситуация характеризуется "обострением дефицита трудовых ресурсов", драматизируя при этом создавшееся положение, преувеличивая трудности и нагнетая напряженность в балансе трудовых резервов.
Среди предприятий, испытывавших нехватку рабочей силы, были союзный завод "Двигатель", объединение "Эстрыбпром", Эстонское морское пароходство, торговый порт, Балтийский судоремонтный завод.
Все эти предприятия, особенно первые три, были режимными, на них могли работать "кристально чистые" люди, проверенные до третьего поколения. Комплектование происходило под неусыпным оком КГБ. Поскольку верные чекисты не могли выбрать из местного населения необходимое число работников, людей собирали со всех концов страны.
Комплектование завода "Двигатель" затруднялось тем, что там вся технологическая документация велась на русском языке. "Двигатель" был крупным предприятием, работающим на военно-промышленный комплекс. Многие годы стоял он под покровом тайны за высоким каменным забором с колючей проволокой, с надежной охраной и первым отделом с информаторами. Завод входил в состав министерства среднего машиностроения, или проще, атомной промышленности. Специалисты в шутку называли это министерство "Хозяйством Славского", поскольку трижды Герой социалистического труда Е.П.Славский долгие годы руководил им.
Мне довелось встречаться и лично знать директора завода "Двигатель" Бориса Ивановича Кузнецова, который производил очень хорошее впечатление. Это быль глобально и реально мыслящий руководитель, требовательный и справедливый, за что его уважали подчиненные, особенно рабочие. Борис Иванович высоко ценил специалистов, заботился о быте и досуге персонала. В бытность его директором у нас никогда не возникало конфликтов, чего, к сожалению, не могу сказать о В. Яровом, с которым не имел чести быть лично знакомым.
Вспоминается забавный случай с комплектованием режимных предприятий. Зашел как-то ко мне писатель Борис Штейн и попросил содействовать поступлению в порт для сбора материала для новой книги. Я позвонил большому начальнику: "Возьми".
-- Сколько ему лет?
- Пятьдесят.
- Еврей, полсотни лет, он мешка не поднимет. Не могу, извини.
Меня тогда выручил заместитель начальника морского торгового порта Л.Р.Виснапуу, с которым мы были хорошо знакомы.
Как Б.Штейн вступил в единоборство с мешками, он описал позже, а Лембит Рудольфович спустя годы рассказывал, что "соседи" (гэбешники) не могли понять, зачем писатель Борис Штейн пошел работать в порт докером.
Средневзвешенная потребность в рабочей силе республики составляла 13,0 тысяч человек. Безусловно, она не отражала истинного положения дел, ибо некоторые кадровики, чтоб им прислали хотя бы одного человека, просили с запасом десять. Подобные цифры фигурировали во всех официальных документах, а в моем кабинете постоянно находились начальники отделов кадров, заместители директоров по кадрам, заходили иногда и директора.
Многие считали, что дефицит есть, но некоторые, а их были единицы, доказывали, что его в действительности нет. Назову имена таких более мудрых и рассудительных: профессор Херберт Метса, Густав Тынспоэг, Эдгар Сависаар, Тийт Ярве. Мне довелось многократно встречаться с ними по работе. Это были знатоки своего дела, образованные и умелые. О некоторых из них расскажу дальше.
В республике были приняты все меры для наиболее рационального использования трудовых ресурсов. Благодаря этому достигалась самая высокая занятость в общественном производстве трудоспособного населения -- 92%.
Одной из форм сокращения потери рабочего времени при устройстве на новое место работы являлась практика привлечения для этого особых бюро. Начало организованного трудоустройства относится к 1968 году, когда в Таллинне открыли первое бюро. У истоков создания этой службы стоял Э.П.Лехепуу.
В разные годы Таллиннское бюро по трудоустройству населения возглавляли К.Алешина, А.Вирунурм, О.Вооглайд, М.Гринин, Т.Яагусаар. Все заведующие бюро отдавали свои знания и опыт для повышения культуры обслуживания посетителей и их скорейшего трудоустройства.
Айн Вирунурм -- выпускник филологического факультета Тартуского университета. Очень подвижный, все делал быстро. Степенный и выдержанный, вежливый и тактичный. Он нашел свое призвание в службе людям. Свыше ста тысяч человек получили от него добрый совет за двадцать лет его работы. Был заместителем заведующего бюро, заместителем начальника отдела трудоустройства, заведующим бюро. За долголетний добросовестный труд удостоен высокой правительственной награды.
Отто Вооглайд прошел войну старшиной в пехоте, унес в могилу глубокий след от немецкой разрывной пули. Невозмутимый, несколько флегматичный и притом -- добрейшей души человек. Хороший товарищ и верный друг.
Михаил Петрович Гринин -- серьезный, трезво мыслящий и глубоко думающий, берущий всё близко к сердцу. Для него не существовало мелочей, он переживал за каждое дело.
Тыну Яагусаар -- высокий, седовласый, импозантный мужчина. Возглавил бюро после выхода на персональную пенсию республиканского значения. "Заслуженный работник промышленности", удостоенный этого звания за большой вклад в развитие молочной промышленности. Хороший хозяйственник и организатор.
Все они были на редкость порядочными и честными людьми. Их нет с нами, и пусть эти добрые слова будут им светлой памятью.
Важнейший принцип функционирования службы трудоустройства -- соблюдение добровольности. При посредничестве бюро не ущемлялись ни гарантированные Конституцией права граждан на свободный выбор работы, ни полномочия предприятий и организаций по подбору и расстановке кадров. Это проявлялось в том, что окончательное решение вопроса о заключении трудового договора осуществлялось свободным волеизъявлением гражданина с одной стороны и предприятия -- с другой.
Бюро по трудоустройству населения концентрировало сведения о наличии свободных рабочих мест на предприятиях и в организациях, знакомило обращающихся граждан с состоянием трудовой конъюнктуры, помогало выбрать наиболее подходящий вариант рабочего места, выдавало направление на работу, что обеспечивало более рациональное замещение вакансий и свободных рабочих мест.
Посредническими услугами бюро по комплектованию кадрами пользовались свыше 1600 предприятий, организаций и учреждений республики. С 1977 года в трудоспособный возраст начала вступать молодежь, родившаяся в шестидесятые годы, когда наблюдался резкий спад рождаемости, вызванный последствиями войны и массовых репрессий. Этот реальный фактор нельзя было не учитывать. Вполне естественно, что сложившаяся ситуация должна была заставить хозяйственных руководителей искать пути эффективного использования имеющихся трудовых ресурсов.
Теперь, вспоминая то, в общем-то непростое, время, с полной уверенностью можно сказать, что если дефицит был, то не пенсию республиканского значения. "Заслуженный работник промышленности", удостоенный этого звания за большой вклад в развитие молочной промышленности. Хороший хозяйственник и организатор.
Все они были на редкость порядочными и честными людьми. Их нет с нами, и пусть эти добрые слова будут им светлой памятью.
Важнейший принцип функционирования службы трудоустройства -- соблюдение добровольности. При посредничестве бюро не ущемлялись ни гарантированные Конституцией права граждан на свободный выбор работы, ни полномочия предприятий и организаций по подбору и расстановке кадров. Это проявлялось в том, что окончательное решение вопроса о заключении трудового договора осуществлялось свободным волеизъявлением гражданина с одной стороны и предприятия -- с другой.
Бюро по трудоустройству населения концентрировало сведения о наличии свободных рабочих мест на предприятиях и в организациях, знакомило обращающихся граждан с состоянием трудовой конъюнктуры, помогало выбрать наиболее подходящий вариант рабочего места, выдавало направление на работу, что обеспечивало более рациональное замещение вакансий и свободных рабочих мест.
Посредническими услугами бюро по комплектованию кадрами пользовались свыше 1600 предприятий, организаций и учреждений республики. С 1977 года в трудоспособный возраст начала вступать молодежь, родившаяся в шестидесятые годы, когда наблюдался резкий спад рождаемости, вызванный последствиями войны и массовых репрессий. Этот реальный фактор нельзя было не учитывать. Вполне естественно, что сложившаяся ситуация должна была заставить хозяйственных руководителей искать пути эффективного использования имеющихся трудовых ресурсов.
Теперь, вспоминая то, в общем-то непростое, время, с полной уверенностью можно сказать, что если дефицит был, то не трудовых ресурсов, а... мышления, умения и желания использовать имеющиеся в наличии резервы.
В такой обстановке руководители повели себя по-разному. Одни ссылались на нехватку рабочих, другие, проявив изобретательность, бойцовские качества и организаторские способности, проводили целенаправленную и кропотливую работу по формированию стабильных трудовых коллективов, применяя при этом целый арсенал средств -- улучшение жилищных условий, труда, быта, медицинского обслуживания, досуга работников. И такой подход давал отличные результаты. Например, полностью были укомплектованы кадрами фабрика "Салво", объединение "Стандарт", рыболовецкий колхоз им. С.М.Кирова, автобусное объединение.
Тогда сложилась весьма интересная ситуация: с одной стороны мнимый дефицит, с другой -- явные тунеядцы, не желающие реализовать свое конституционное право на труд, а между ними, как ангел-хранитель, -- тетя Мотя из бюро по трудоустройству со всем своим техническим арсеналом, состоящим из амбарной книги и конторских счет, уговаривающая тунеядцев пойти работать.
Учитывая, что основным источником пополнения трудовых ресурсов являлась молодежь, было принято решение провести по предложению О.И.Доброхотова социологическое исследование по закреплению выпускников средних школ, направленных на работу при посредстве Таллиннского бюро. Исследование проводила экономист отдела, выпускница Тартуского университета Инна Китс, которая добросовестнейшим образом выполнила порученную работу.
При чтении справки "ужас выжал из железа стон", а волосы встали дыбом. Из числа обследованных 64,2% в течение года сменили два и более мест работы, при этом 54,4% работали на последнем месте работы менее шести месяцев. Перерыв в работе до шести месяцев имели 22,0%, а 6,3% не работали более года. Был обнаружен молодой человек, трудовой "вклад" которого достоин утверждения как своеобразный рекорд: за 12 месяцев -- 11 мест работы! Другой юноша спустя 19 месяцев пришел узнать адрес треста "Таллинстрой", куда его направили на работу.
Среди молодежи наблюдалась неприязнь к физическому труду, иждивенческие и потребительские настроения. Многие изъявляли желание получить места, явно не подоходящие им по возрасту: швейцара, администратора, вахтера.
Одним из источников пополнения рядов "гегемона" были лица, попросту не желающие работать, которых называли тунеядцами. Для их устрашения приняли "Указ Верховного Совета СССР об усилении борьбы с лицами, уклоняющимися от общественно-полезного труда и ведущими антиобщественный образ жизни". Особого страха среди тунеядцев он не вызвал.
Была еще одна категория трудоспособного населения - "летуны", называемые так за частую смену работы. Как правило, подобные работники держались до первой получки, после которой начинался запой. Горячие поклонники Бахуса составляли 18,6% от общего числа посетителей бюро.
А между тем центральные органы республики требовали "вовлекать в производство пенсионеров и домашних хозяек". В республике было занято 39,4% пенсионеров по старости, а в здравоохранении каждый пятый работающий являлся пенсионером. В системе местной промышленности работающие пенсионеры составляли 16,5%.
Нашли применение надомные формы организации труда, получило также распространение применение режима неполного рабочего дня.
Накопленный у нас опыт приезжали перенимать представители из других республик.
0 МИГРАНТАХ И МИГРАЦИИ
Я не останавливаюсь на подробностях отвратительного сговора двух диктаторов о разделе сфер влияния в Европе, повлекшего за собой существенное изменение демографической ситуации в Эстонии. Подлинность договора, получившего название пакта Молотова -- Риббентропа, долгое время оспаривалась советской историографией, но Съезд народных депутатов России подтвердил его существование.
Теперь, оглядываясь назад и реально взвешивая случившееся, представляется возможным сказать правду о миграции и мигрантах. Свыше одиннадцати лет я имел определенное отношение к этому явлению, поэтому полагаю, что имею моральное и юридическое право, а возможно, даже обязан высказаться о покрытом долгое время тайной процессе. Описывая то, что мне известно, я отнюдь не претендую на глубину и целостность научного обобщения или охват всех тенденций и особенностей миграции. Мои суждения -- не плод научных исследований, а воспоминания человека, имевшего немалые возможности ощущать пульс событий по роду своей службы...
В последние годы миграция стала объектом внимания ученых и специалистов, а также политиков, имеющих о предмете весьма смутное представление. Ряд публикаций носил явно тенденциозный и конъюнктурный характер. Споры о миграции порой переходили границы разумного, без чувства меры разжигались страсти. Стороны, не имея опыта цивилизованного ведения дискуссий, нарушали элементарную этику, бросались в бой "шашки наголо", допуская при этом в отношении друг друга оскорбительные выпады и навешивание страшных ярлыков: "оккупанты", "колонисты", "националисты", "фашисты". Несостоятельность и ложность подобных обвинений очевидна, с чьей бы стороны они не исходили. К сожалению, некоторые авторы применяли это и в корыстных политических целях.
Слово "мигрант" произносилось с досадой, огорчением, озлоблением, презрением, отвращением и даже с ненавистью. Это понятие обросло множеством небылиц, домыслов и кривотолков, вздорных слухов и мифов. Появились "крупные специалисты по русскому вопросу", среди них встречались и русские люди. Представляется, что пальму первенства среди первых здесь следует присудить господину Т.Маде, который высказывал свою точку зрения на страницах иностранной и местной печати.
Чтобы дать верную оценку миграционным процессам, необходимо обратиться к историческим фактам, имея в виду, что до начала описываемых событий Эстония была аграрной страной с хорошо развитым уровнем производства мяса и молочной продукции, имевших большой спрос на европейском рынке.
Ясно, что сталинские репрессии оставили глубокие кровоточащие раны на теле эстонского народа. В Эстонии трудно найти семью, в которой кого-то не расстреляли, не отправили на безбрежные просторы ГУЛАГа или в долгосрочную сибирскую ссылку. Это горькая правда, её невозможно опровергнуть. Хотя, вспоминая те времена, нужно всегда помнить о том, что репрессиям подвергались все народности, живущие в государстве.
Однако переносить ответственность за преступления режима перед эстонским народом на простых, ни в чем не виноватых людей несправедливо и ошибочно. Разве могут специалисты, приехавшие после окончания высших учебных заведений работать в Эстонию, отвечать за преступления бывшего государства? Общество должно избегать ненависти. Пора, наконец, понять, что эмоции -- не самый лучший метод установления истины. Известный писатель А. Рыбаков сказал: "Если каждый не будет пытаться изжить ненависть в себе, она нас всех уничтожит..."
По состоянию на 1 января 1939 года население Эстонии составляло 1 133 917 человек, из которых эстонцами были 1 000 360, или 88,2%. а русских значилось 93 250 человек. Первая волна миграции, или "великое переселение народов", началась после окончания второй мировой войны, когда экстенсивным путем взялись восстанавливать разрушенное хозяйство и форсированно проводить индустриализацию аграрной республики, которая в кратчайшие сроки была превращена в филиал союзного промышленного комплекса на привозном сырье и рабочей силе. Центр с завидным постоянством наращивал материалоемкие производства, перемещая рабочую силу взамен уничтоженных НКВД, депортированных и сбежавших от прелестей "социалистического рая".
В период с 1945 по 1958 годы миграционное сальдо составляло 283 500 человек. В 1959 году число эстонцев сократилось до 74,6%. В последующие годы миграционное сальдо держалось в пределах 7 000 человек в год, но был и демографический всплеск -- 94 000 за пятилетку.
Напрочь отметаю утверждения господина Т.Маде, что "среди тех, кто приехал жить и работать в Эстонию, очень мало имеющих хорошее образование". Подобные заявления являются оскорбительными для специалистов, прибывших в республику по направлению престижных вузов страны. В действительности 22% из них имели высшее образование. Необходимо отметить, что почти все инженерные кадры для авиации, железной дороги и флота прибывали из Москвы, Ленинграда, Одессы, Риги и Калининграда. Я мог бы назвать сотни имен известных специалистов, но ограничусь одним: гордость эстонской экономической науки академик Михаил Лазаревич Бронштейн прибыл к нам по направлению ленинградского вуза. Кроме того, 9,2% мигрантов имели среднее техническое образование, а 36% -- общее среднее.
Впрочем, наивно утверждать, что в республику прибывали только высокообразованные специалисты, законопослушные граждане и патриоты Эстонии. Встречались среди них всякие, человеческий "материал" разного качества и достоинства. Некоторые посетители бюро по трудоустройству населения, особенно молодежь, вели себя вызывающе и нагло заявляли: "Нам не нужна ваша работа, нужны жилье и таллиннская прописка". Иногда с уст таких "гостей" срывался лихой ямщицкий мат и выражения отнюдь не библейского содержания, которые воспроизвести не представляется возможным.
Однажды на прием к заведующему Таллиннским бюро А.Вирунурму пришел гражданин, имеющий девять ходок в "зону". Добрейший, вежливый Айн Кальювич сказал: "О-о! Вы страшный человек, вас опасно встречать ночью на улице!" Последовал ответ: "Почему же на улице? Я могу тебя пришить и здесь, на рабочем месте". А в городе Нарва был случай нападения на заведующего бюро с целью ограбления.
Вероятно, Т.Маде был прав, когда писал, что "к великому несчастью Эстонии, среди русскоязычного населения республики оказалось немало таких людей, наверное, 60% или даже больше, которые не уважают Эстонию, эстонскую культуру, наш язык, нравы". Хотя никому не ведомо, какой именно процент составляли такие "кадры". Конечно, нужно быть круглым идиотом, чтобы заявить: "Я ненавижу эстонскую культуру, язык и нравы". Нонсенс это...
Однако опустимся на грешную землю. Здесь всё гораздо проще. Многие приехали в Эстонию "заработать и одеться", получить какую-нибудь крышу над головой. Вряд ли они были большими знатоками и ценителями эстонской культуры, а знания языка от них никто не требовал. Я вспоминаю своих бывших соплавателей, падавших от изнеможения после выборки сетей, не имевших сил вытряхнуть из бороды рыбью чешую и стянуть с ног тяжелые рыбацкие сапоги. До какой культуры и языка им было дело? К какой категории можно отнести этих "рабов синих полей", укрепляющих экономический потенциал Эстонской республики, пусть даже советской и социалистической?
О годах восстановления и становления Эстонии написаны книги и поставлены фильмы, защищены диссертации, но нигде и ни одним словом не сказано о том, что значительные перекосы в кадровой и экономической политике принесли тяжкие последствия и многим областям РСФСР. Безусловно, никто не тянул за руку псковитян, туляков, новгородцев, рязанцев и курян, но надежда получить кров, более высокий уровень жизни и культуры привлекали многих. По данным ученых первой, значительно раньше Латвии и Эстонии, нехватку рабочих рук испытала на себе Российская Федерация.
Робкие шаги к регулированию неуправляемых миграционных потоков в республике были предприняты в конце 60-х годов, но они, словно хрупкая плотина, были снесены бурным увеличением числа мигрантов. Притом высокий динамизм экономики, развитие важнейших отраслей народного хозяйства, систематический рост числа рабочих мест и сокращение трудовых ресурсов почти в три раза вынуждали принимать решительные меры для удовлетворения потребностей предприятий, организаций и учреждений в рабочей силе.
Особенно остро эта проблема стояла в строительстве. Достаточно сказать, что в целом по министерству строительства в списках работников значилось 9,1% эстонцев, а на строительных площадках их число составило немногим более семи процентов. Что оставалось делать при огромных объемах гражданского и жилищного строительства? Единственным выходом было привлечение "рабов" из-за пределов республики. Попутно оговорюсь, что не получали они в массе сразу квартир, а ютились по общежитиям.
В начале семидесятых правительство Эстонии приняло решение, направленное на сокращение миграционных потоков в республику и установило по примеру Москвы лимит на прописку. С той поры и у нас распространился термин "лимитчик". Кстати, в Москве завод ЗИЛ расшифровывался как "Завод Измученных Лимитчиков" Зуд на лимит одолел многих, сделавших ставку на привлечение рабочих из дальних мест. Выбрав этот путь, неудовлетворительно решали вопросы улучшения условий труда, не принимали мер к обучению и закреплению кадров. Казалось, что, предоставив койко-место в "общаге" взамен на нелегкие условия труда и скромную зарплату, руководители считали, что "исполнен долг, завещанный от Бога". За этим скрывалось элементарное нежелание утруждать себя практическим решением дополнительно возникающих социальных проблем.
Попытаемся представить себе жизнь лимитчиков изнутри. Чего греха таить, общежитие и алкоголь были привычным и неразрывным словосочетанием. Пьяный быт, драки с поножовщиной едва ли, увы, волновали многих руководителей, которые носа не казали туда, где люди жили порой в антисанитарных условиях, там же рожали детей и ожидали годами нормальных условий жизни. В некоторых импровизированных комнатах общежитий стенкой служила обыкновенная простыня с черным ведомственным штампом и инвентарным номером. Обитание в подобных условиях -- далеко не лучший период в биографиях тех, кто приехал в свое время с радужной надеждой получить благоустроенное жилье.
В очереди на получение жилья в Таллинне значилось 8,9% общего числа работающих. Беру на себя смелость заявить, что не везде списки на заселение составлялись правильно и объективно. Однако нельзя голословно заявлять, будто "мигранты получали квартиры в первую очередь". Довелось мне читать такое: "Эстонцы наблюдали со стороны, как русские въезжают в просторные квартиры, как их продвигают по служебной лестнице, как им отдается предпочтение во всем". Очень трудно комментировать подобное, высосанное из пальца, утверждение, которое, мягко говоря, не соответствует действительности.
Конечно, нарушения имели место. Часть приезжих -- элита -- получали квартиры сразу: партийные функционеры, высшие чины армии, флота и КГБ, руководители предприятий. Приехал в Таллинн крупный железнодорожник, отвалили ему в Кадриорге пятикомнатные хоромы. Проворовался братец и уехал с миром -- тогда, как и теперь, масштабных воров не судили. А вот его квартиру долго отсуживали. Несостоявшийся директор Исхаков имел сразу две квартиры, главный инженер Нарвского кожевенного завода Карловский, получив четырехкомнатную квартиру, разменял её на ленинградскую жилплощадь.
А вот прибыл новый начальник Эстонского отделения железной дороги О. Мошенко и жил в вагоне. И директор одного крупного завода принял меня в комнате общежития, где поначалу проживал. Так что не надо стричь всех под одну гребенку...
Не могу обойти вниманием вопрос продвижения русских по служебной лестнице. Тогда существовал закон, по которому на должность назначали в соответствии с полученным образованием. В республике действовал железный порядок: если министр или руководитель предприятия -- эстонец, то первый заместитель или главный инженер -- русский, и наоборот.
Но случалось, что не представлялось возможности назначить эстонца на должность ввиду отсутствия у него необходимого образования. Таллиннский политехнический институт готовил весьма ограниченный круг специалистов. В республике промышленность была развита на высоком уровне, многие заводы имели свое литейное производство, но не имелось ни одного местного инженера-металлурга. В авиации служили два летчика-эстонца. Прекратить полеты? На железной дороге работали два эстонских инженера-эксплуатационника. Остановить поезда?
24 марта 1983 года было принято решение об образовании городской комиссии по рациональному использованию трудовых ресурсов. За давностью лет поименно всех членов комиссии не помню, называю некоторых: В. Лебедев, Р.Лойк, М.Павильсон, Э.Сависаар. Председателем комиссии назначили Т.Ярве. Это был человек большого ума и редкого юмора. Когда он говорил, почесывал свою короткую бородку. Со всеми членами комиссии у меня сложились ровные деловые отношения, особенно сблизился с В. Лебедевым, но он ушел в большую политику, и наши отношения прекратились.
Я не имею оснований заявить, что дружил с Эдгаром Сависааром, но искренне уважаю его. Этот плотного телосложения крепыш с рыжеватой шевелюрой, целеустремленным и пронизывающим взглядом не шел на компромиссы при решении важных вопросов. Среди членов комиссии он пользовался заслуженным авторитетом. Через неделю после появления в Таллинне В. Ярового в трудовую комиссию поступило интересное письмо, которое из-за его краткости привожу без купюр:
Уважаемый Карл Генри:ович!
Убедительно прошу Вас оказать содействие союзному заводу "Двигатель" в выделении лимита на прописку 860 человек.
Зам. министра среднего машиностроения СССР
Подпись.
Огласив содержание письма, Т.Ярве спросил мнение Э.Сависаара как председателя плановой комиссии Морского района, на территории которого находился завод. Последовал ответ: "Мне неизвестен план завода по труду (списочная численность работников оборонного предприятия была тогда государственной тайной), поэтому ходатайство поддержать не могу". Он проявил завидную убежденность в своей правоте и гражданское мужество. Даже у многих больших людей в то время упоминание о заводе "Двигатель" вызывало легкую дрожь в коленях, а "железный Эдгар" не испугался выступить тогда против выделения лимита на прописку заводу.
По Положению о комиссии для прописки нужен был, как минимум, четвертый разряд для специалиста. Кадровики завода решили перестраховаться и написали, будто семнадцатилетняя
девушка имеет пятый разряд маляра. Почесав бородку, Т.Ярве с умным видом изрек: "В том, что она маляр пятого разряда, я очень сомневаюсь, возможно, она имеет пятый разряд по другой древней профессии".
Со временем комиссию возглавила С.П.Чуклова, но стиль работы и взаимоотношения сохранились от Т.Ярве.
На комиссии я убедился в пророчестве слов великого поэта: "Любви все возрасты покорны", когда перед нами предстала молодая чета. Он -- тридцатишестилетний амбал местного производства, она -- сухонькая армянка семидесяти восьми лет. На вопрос: "Что вас связывает?" старушка прошамкала беззубым ртом: "Любовь". Удивлению нашему не было конца, хотя вообще-то известно, что жена чилийского архитектора Антуана Эспинози красавица Бианка на 63 года старше мужа, а двадцатичетырехлетний студент Лукас Бото из Претории с первого взгляда влюбился в очаровательную восьмидесятилетнюю Энни. На эту пару без сострадания нельзя было смотреть...
По роду службы мне пришлось исследовать результаты прописки по лимиту. Выводы получились малоутешительные: в одном разряде оказались бухгалтеры, секретари, уборщицы и даже дворники, которых можно было легко найти среди местного населения. Удалось выявить лиц, находящихся во всесоюзном розыске, а прописанная по лимиту воспитательница детского сада Силламяэского сланцехимического завода Татьяна Ларина (не пушкинская!) в свои 19 лет оказалась наркоманкой.
Английский ученый Ричард Клатербак сделал мрачный прогноз о наркомании, как о "самой большой из всех угроз". Но у нас тогда говорить о наркоманах и проститутках было не принято. Когда члену Политбюро ЦК КПСС А. Кириленко доложили о катастрофических масштабах детской наркомании в республиках Средней Азии, где по пол-аула кололись единственной иглой, он просто отмахнулся. Согласно рассекреченным данным, в 1990 году в СССР зарегистрировано 118900 лиц, употреблявших наркотические вещества, а в Эстонии на 100 тысяч жителей приходилось 17,4 наркомана. Думаю, эту цифру в наше время смело можно увеличить в сотни раз.
Говоря о миграции, нельзя умолчать о письмах, поступавших в наш адрес -- их число доходило до 26 тысяч. 99,9% из них были похожи, как две капли воды: был(а) в Таллинне, понравилось, хочу жить и работать здесь, прошу предоставить жилье. Это совершенно нормальное явление, люди ищут, где лучше. За каждым письмом стоял человек с его проблемами и жизненной неустроенностью.
Однако встречались и перлы. Приведу лишь один из них. Как-то получил письмо с резолюцией: "Для подготовки ответа". Учительница португальского языка обратилась к М.С.Горбачеву с просьбой трудоустроить её в Таллинне по специальности, а "за годы учебы выделить трехкомнатную квартиру". Возможно, у моего читателя возникнет вопрос: какой ответ придумать на такое письмо? И мы придумали, привожу текст: "С сожалением сообщаем, что в настоящее время трудоустроить вас по специальности на территории Эстонской ССР не представляется возможным даже без предоставления жилья"...
Увы, должен признать, что меры, принятые для сокращения миграционных потоков в республику, были приняты в штыки. Раздался взрыв негодования, шквал возмущения и оскорблений: "Националисты! Фашисты!" Вряд подобные заявления делают честь их авторам, да и с юридической и этической сторон они весьма уязвимы.
В чем причины такой реакции? Имперско-великодержавные идеи в сознание русского человека внедрялись веками, а десятилетиями внушалось и чувство "хозяина необъятной Родины своей". И еще песенка была: "Мой адрес -- Советский Союз".
Заканчивая воспоминания о мигрантах, хочу сказать, что расчеты многих на решение кадровой проблемы путем привлечения из других регионов страны людей не оправдались, как и меры для сдерживания миграции. В ходе проведения ряда мероприятий по рациональному использованию имеющихся трудовых ресурсов в середине 1985 года были обнаружены первые признаки безработицы в республике, но об этом даже на кухне громко боялись говорить. Ведь крупнейшим достижением развитого социализма считалась полная занятость трудоспособного населения... Кого это сейчас интересует? Безработных -- пруд пруди.
Заканчивая воспоминания о работе службы трудоустройства, хочу сказать, что никто из её работников особых лавров не пожал, их постоянно ругали: "Только пьяниц присылаете!" Правда, изредка и похваливали: "Что бы мы без вас делали?" Как бы то ни было, каждый труд оценивается по конечному результату. За годы существования нашей службы её посетили 493019 человек, на работу устроено 299712 по республике, а по Таллинну соответственно 270290 и 149978. Не мне судить -- много это или мало. Могу лишь сказать, что тяжек труд и работников бюро, большинство из которых были превосходными специалистами и честными людьми.
С чувством глубокой благодарности и искренним уважением вспоминаю моих коллег и друзей: А.Агафонову, С.Антон, А.Вирунурма, Н.Маалметс, И. Китс, А. Райс, А.Сиско и многих других...
ПАРУСНАЯ РЕГАТА XXII ОЛИМПИЙСКИХ ИГР
Особо хотел бы рассказать о подготовке к проведению Олимпийской парусной регаты. Не стану обременять читателя огромным количеством цифр, но полностью без них не обойтись.
Впервые Таллинн предложил свои услуги для организации Олимпийской парусной регаты в 1970 году, но тогда предпочтение было отдано другим. 24 сентября 1971 года Таллиннский горисполком принял решение и обратился в Комитет по делам физкультуры и спорта при Совете министров Эстонской ССР, Олимпийский комитет СССР и Моссовет с предложением: если Москва будет столицей Олимпиады, провести регату в Таллинне. С целью лучшего ознакомления с возможностями города-претендента в 1974 году Таллинн посетили председатель Спорткомитета СССР С.Павлов, его первый заместитель, член МОК В. Смирнов и иностранные члены МОК. Принято решение: если Москва, то - Таллинн.
21-25 октября 1974 года в Вене состоялось 75-е заседание МОК, в повестке которого стоял вопрос о выборе города, проводящего Олимпийские игры 1980 года. Кандидатура Москвы обсуждалась во второй половине 22 октября. Тайное голосование началось в 9 часов утра 23 октября. В 9.35 президент МОК лорд Килланин объявил: "Олимпийские игры 1980 года состоятся в Москве". Это значило, что парусная регата Олимпиады пройдет на водной глади Таллиннского залива.
Почему именно Таллинн, опередивший своих конкурентов -- Ленинград, Севастополь, Сочи и Туапсе? Решению этого вопроса предшествовало основательное и всестороннее обсуждение. Были приняты во внимание природные условия Таллиннского залива, близость дистанции от парусного центра, богатый опыт проведения подобных соревнований и, конечно же, вклад маленькой республики в Олимпийское движение.
Первая всесоюзная парусная регата состоялась в 1948 году, а Балтийская регата в 1949 году. Десять представителей нашей республики стали обладателями золотых Олимпийских медалей в разных видах спорта, завоевано 13 серебряных и 17 бронзовых медалей.
Избрание Таллин на городом проведения Олимпийской парусной регаты было не только большой честью, но и огромной ответственностью. Оно послужило своеобразным сигналом к началу кропотливой созидательной работы. Развернулись обширные работы по проектированию и
строительству.
6 мая 1976 года в Таллинн прибыли руководители Международного союза парусного спорта (ИЯРУ) во главе с президентом Беппе Кроче, чтобы заложить краеугольный камень Олимпийского центра в Пирита. Этот Центр был объявлен всесоюзной комсомольской ударной стройкой. Вместе с его возведением началось строительство многочисленных объектов, важнейшими из которых были радиотелевизионная вышка высотой 314 метров, гостиница "Олимпия", здание нового почтамта, торговый центр в Пирита, новое здание аэропорта, расширенная набережная длиной в три километра. Получили таллиннцы и общественный туалет в центре города.
Много сил, творческих замыслов вложил в осуществление своей юношеской мечты -- открыть Таллинну выход к морю - главный архитектор города, а ныне почетный гражданин Таллинна Дмитрий Брунс, по мнению которого, за несколько лет столица Эстонии совершила в своем развитии своеобразный скачок на несколько десятилетий вперед. Вот лишь один пример. Каждому таллиннцу хорошо запомнилось начало Нарвского шоссе, где стоял кинотеатр "Форум" и деревянные дома. К 1980 году это место трудно было узнать.
Для возведения олимпийских объектов строительным организациям выделили лимит на прописку в количестве 2520 человек, контроль за исполнением которого был возложен на Госкомтруд. На олимпийских стройках трудились парни и девушки со всех концов страны, а рядом с ними -- добровольные помощники, которые откликнулись на призыв Таллиннского городского Совета от 15 октября 1976 года "на общественных началах включиться в строительство олимпийских объектов". Предприятиям города также предписывалось выделять людей на олимпийские стройки.
Таллиннцы с огромным энтузиазмом откликнулись на призыв. Был организован точный учет участвовавших в работах на общественных началах, все работавшие получали за час труда соответствующий талон.
За 25 часов работы на этих объектах строители-добровольцы награждались бронзовым значком, за 75 часов -- серебряным, а за 225 часов -- золотым. С удовлетворением отмечу, что за 1977 - 1980 годы в работах приняли участие 192220 человек, ими отработано 1175468 часов. Выдано 460 золотых, 1529 серебряных и 7439 бронзовых значков. Пенсионер Эрих Пальм отработал в общей сложности 5052 часа и удостоен 22 золотых значков! Меэрки Сельг и Константин Сладкевич стали обладателями пяти золотых значков.
Наряду со строительством олимпийских объектов благоустраивало сь всё, что связано с обслуживанием спортсменов и гостей: дороги, гостиницы, предприятия общественного питания.
Перед строителями была поставлена задача -- возвести основные объекты к финалам VII спартакиады народов СССР, то есть к лету 1979 года, а Центр парусного спорта -- к 1 мая.
В дни парусной регаты ожидался приезд большого количества иностранных спортсменов: 600 участников из 50 стран, около 300 членов международного комитета, национальных олимпийских комитетов, международного Союза парусного спорта и других официальных лиц, а также около 300 журналистов. Предполагалось прибытие 15-18 тысяч иностранных туристов группами по 5-6 тысяч.
Работа развернулась по всем направлениям. Был создан Республиканский комитет, который возглавил заместитель председателя Совета министров ЭССР А. Грен, одновременно он являлся первым заместителем председателя Московского комитета "Олимпиада-80". Начальником Таллиннского отдела оргкомитета назначили Олега Сап ожнина, сына известного скрипача-виртуоза, маэстро Владимира Сапожнина, которого судьба подарила мне счастье знать лично.
Родившийся в семье цирковых артистов, Владимир Сапожнин начал творческую деятельность в пятилетнем возрасте в 1911 году. С ранних лет к нему пристало артистическое имя "Боба", которое не сходило с афиш на протяжении многих десятилетий. Он был единственным в мире "человеком-оркестром". С начала двадцатых до сорокового года гастролировал по всему миру. Играл на многих инструментах, но нежно любил скрипку, по классу которой окончил Таллиннскую консерваторию. Маэстро, проживший свыше девяти десятков лет, говорил: "Если бы я мог начать жизнь сначала, снова стал бы скрипачом". Многочисленные поклонники уважали и любили своего кумира -- заслуженного артиста Эстонской ССР. Мне встречи с ним доставляли огромное удовольствие.
Олег Сапожнин -- известный судья международной категории по велоспорту. На многих соревнованиях возглавлял судейскую коллегию, участвовал в качестве судьи на четырех Олимпиадах.
Было образовано 16 общественных комиссий. Председателем комиссии по трудовым ресурсам назначили Э.П.Лехепуу, а ответственным секретарем -- автора этих строк. В состав комиссии входили М.Ирвал, Кыомяги, Х.Перемеес, Я.Танвель и другие. Директором регаты утвердили моего сокашника по мореходному училищу Н.Кююна, главным инженером Центра парусного спорта стал В.Промет, а капитаном порта Р.Мерисалу. Со всеми из них у меня сложились самые добрые отношения.
В обязанности комиссии, кроме обеспечения объектов рабочей силой, входили задачи, связанные с организацией подготовки специалистов для приема иностранных туристов, которых планировалось разместить в гостиницах города, в общежитиях вузов и техникумов, кемпингах и новых домах. Для их обслуживания из числа студентов, владеющих иностранными языками, подбирались желающие и начиналась подготовка.
Особого наплыва желающих на строительство со стороны не ощущалось. В 1976 году приезжих было 6,6% от общего числа обратившихся, в 1980 году -- 7,0%. Рабочих строительных специальностей среди них не оказалось. Преобладала творческая молодежь: квартет скрипачей из Баку, баянист из Перми, даже иллюзионист -- уже не помню откуда. До Олимпиады было еще далеко, мы им ничем не могли помочь, хотя комиссия по культурному обслуживанию, возглавляемая Ю.Юрна, разработала обширную программу.
На большой объем строительно-монтажных работ были выделены финансовые средства, включенные в план экономического и социального развития. На возведение Центра парусного спорта в Пирита планировалось израсходовать 27 миллионов рублей, злые языки утверждали, что потратили 46 миллионов, однако я за достоверность этой цифры поручиться не могу. Денег не жалели, а построено, действительно, много.
Решением Международного союза парусного спорта на одну из крупнейших в Европе -- Таллиннскую верфь спортивного судостроения было возложено строительство швертботов типа "Финн" для участников регаты.
С целью ознакомиться с ходом подготовки к Олимпиаде Таллинн посетили многие руководители мирового спортивного и олимпийского движения, в том числе Чрезвычайный и полномочный посол Испании в Советском Союзе, первый вице-президент Международного Олимпийского комитета Хуан
Антонио Самаранч. Он заявил: "Первое впечатление великолепное. Я считаю, что вы успеете закончить свои работы в 1979 году, предшествующем Олимпийским играм".
Мне довелось побывать на открытии парусного Центра в Пирита точно в 1979 году и закрытии соревнований VII Спартакиады народов СССР, которые были генеральной репетицией Олимпиады.
Трудно передать чувство гордости и восхищения тем, что представилось взгляду. Уникальный комплекс сооружений!
Позже доведется услышать самые восторженные и лестные отзывы об Олимпийской деревне в Центре парусного спорта.
Все же если сейчас объявить: "Всё было о-кей!", значит, сказать неправду. Были проблемы, казалось порой, неразрешимые. Одна из главных -- комплектование больницы "Скорой помощи" средним и младшим медперсоналом. Но случилось чудо, а как это произошло, я узнал позже...
Прерываю свой рассказ о подготовке к Олимпийской парусной регате, чтоб отдать дань уважения человеку, который мне тогда помог. Его имя Иоханнес Хинт. И хотя мы с ним знакомы не были, это не уменьшает моего к нему уважения. Его нет среди нас, но честные люди должны сохранить память о нем.
Он родился на острове Сааремаа в семье капитана дальнего плавания. Родители могли гордиться своими сыновьями: один известный писатель, другой -- ученый, доктор наук, лауреат Ленинской премии, заслуженный деятель науки ЭССР. Его гениальный ум создал строительный материал, не содержащий цемента -- силикальцит. Из него построены тысячи домов в далекой Японии и солнечной Италии.
Й.Хинт был в то время директором СКТБ "Дезинтегратор" и оформил на работу сестер и санитарок больницы "Скорой помощи". Впечатляет его гражданская позиция. После это будет фигурировать в уголовном деле, сфабрикованном против ученого, как "хищение государственного имущества в особо крупных размерах".
Его путь новатора не был усеян розами, а жизненная дорога -- терниста и трагична: 5 сентября 1985 года И. Хинт скончался в таллиннской тюрьме "Суур Патарей". Арестовали его 13 ноября 1981 года, когда он вышел из вагона поезда Москва -- Таллинн на станции Тапа, чтобы передать лекарства умирающей жене.
В длинном ряде преступлений тоталитарного режима против человечности так называемое "дело Хинта" занимает особое место. Что же послужило причиной уголовного преследования ученого с мировым именем?
Во время обыска у него в письменном столе нашли философский трактат "Трагедия некоторых честных людей ХХ века", авторство которого Хинт признал. Неизвестно, какие чувства испытывал первый секретарь ЦК КПЭ, читая 42-страничный правдивый документ, но сразу проинформировал "старшего брата", и в тот же день реферат доставили самолетом в Москву.
Документального подтверждения того, что следователи и прокуроры получили указание "изолировать и уничтожить Хинта", в деле нет, однако об этом можно догадываться, поскольку в то время в стране свирепствовало "телефонное право". Власти опасались после возмущения мировой общественности, резко осудившей расправу над академиком Сахаровым, нового политического скандала, и возбудили чисто "хозяйственное дело", изобразив честного человека аферистом, вором, мошенником и хапугой.
Следствие вели, а вернее сказать, фабриковали печальной известности московский следователь Т.Гдлян и подающий надежды доморощенный Э.Валлимяэ. Так уж сложилось, что меч Фемиды часто оказывался в руках тех, кто обладал талантом приспособить нормы права к конкретному случаю так, чтобы решение отвечало интересам власти. Имел такой талант и Э.Валлимяэ. Несмотря на то, что Хинт бывал в Австрии, Италии и Японии, где из силикальцита строились дома, следователи не рискнули воспользоваться рецептом 1937 года -- объявить ученого шпионом этих стран. Грубо было бы, и могут не поверить. Но следствие по делу Хинта велось тенденциозно, с обвинительным уклоном и множеством нарушений социалистической законности.А пытки бывают не только физические. Следователь Э.Валлимяэ применил к пожилому ученому "меры" моральные. Он самым иезуитским способом действовал на психику Хинта для получения признаний в несовершенных преступлениях. Он обманул доверчивого человека, пообещав ему, что при полном признании вины его освободят из тюрьмы под подписку и окажут медицинскую помощь, в которой больной Хинт нуждался. После шантажа и давления ученый признал себя виноватым. Позднее все это будет определено Пленумом Верховного суда СССР как "грубейшее нарушение социалистической законности".
И.Хинт был арестован без достаточных оснований, до направления дела в суд свыше года содержался под стражей. После ареста умерла его жена, но следователь даже не сообщил ему об этом. Ученый фактически был лишен права на защиту. В чем же обвиняли честного человека заплечных дел мастера? В хищениях в особо крупных размерах и контрабанде. Не разучились следователи "стряпать" дела по бериевским рецептам.
Отстоять ученого пытался бывший первый секретарь ЦК КП Эстонии И.Г.Кэбин, но ему этого заступничества не простили, именно оно стало причиной его ухода на пенсию.
19 декабря 1983 года судебная коллегия Верховного суда Эстонской ССР приговорила Й.Хинта за должностные злоупотребления, неоднократную дачу и покушения на дачу взяток к 15 годам лишения свободы.
С 1988 года в республике началось движение за реабилитацию Хинта, одновременно раздавались даже требования смерти для следователя. По-человечески понять это можно, люди руководствовались правилом "око за око", тем более, что личности всемирно известного ученого и следователя-фальсификатора далеко не адекватны.
Хулителям И. Хинта он даже мертвый был страшен. 5 января 1989 года газета "Правда" опубликовала гадкую и мерзкую статью "Перевертыши", в которой автор, некто В. Халин, подло оклеветал покойного ученого, взяв под защиту его фактического убийцу следователя Э.Валлимяэ. Кстати, какова судьба последнего? Говорили, что, опасаясь расправы, он скрывался в тундре, потом работал в прокуратуре города Мурманска. А тогда, 21 апреля 1989 года, следователь дал интервью, подтвердив обвинения ученого в аферах и махинациях и взяв под сомнение его открытия. Но уже 25 апреля того же 1989 года Пленум Верховного Суда СССР своим постановлением отменил приговор и делопроизводство прекратил. Есть в том постановлении слова: "Отсутствует состав преступления и в действиях, выразившихся в выплате за счет СКТБ денежных средств медсестрам Таллиннской больницы "Скорой помощи". Справедливость восторжествовала. Все 38 членов Верховного Суда проголосовали за полную реабилитацию И.Хинта и его товарищей. В частном определении констатируется "грубое нарушение социалистической законности" и предложено обсудить вопрос о целесообразности дальнейшего привлечения Т.Гдляна к работе следователем по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР.
Всю свою сознательную жизнь я честно служил закону и считаю, что Э.Валлимяэ заслуживает самого сурового наказания, которого он избежал. В цивилизованном обществе каждый должен нести ответственность за свои проступки. Если уж власти не могли наказать Э.Валлимяэ, настало время хотя бы дать объективную оценку имени и делам Й.Хинта...
Прошу извинения перед читателем за длинное отступление, но я обязан был рассказать об этом удивительном человеке.
И теперь вернемся на "Олимпийский меридиан", где тоже было неспокойно. Из истории известно, что в древние времена самые жестокие враги, отбросив в сторону оружие, съезжались в Олимпию и мерились силой в честном бою-поединке. Со временем такой обычай перерос в правовые нормы. Согласно требованиям Олимпийской хартии во время Игр должен царить мир, а страна-организатор не должна находиться в состоянии войны. В то время как генералы от идеологии обрабатывали общественное мнение, лицемерно убеждая народ в необходимости интернациональной помощи афганскому народу по его просьбе, фактически шла грязная и преступная война, развязанная четырьмя кремлевскими старцами во главе с недееспособным генсеком. Бессмысленная бойня уносила тысячи жизней советских воинов и десятков тысяч афганских стариков, женщин и детей. В 16 часов 18 июля 1980 года в Москве зажегся Олимпийский огонь, а в Афганистане продолжала литься кровь.
Естественно, что мусульманские страны активно поддерживали кампанию бойкота Игр в Москве, начатую еще ранее президентом США Дж.Картером и горячо поддержавшей его премьер-министром Великобритании Маргарет Тэтчер.
Председатель Оргкомитета Игр ХХП Олимпиады в Москве И.Т.Новиков вспоминает: "Международный олимпийский комитет полностью осознает и понимает те условия, которые привели к возникновению серьезного вызова на пути Олимпийских игр. Многие правительства заявили о том, что они не будут способствовать и, возможно, запретят спортсменам их стран участвовать в Играх в Москве в этом году".
Бойкот -- вид протеста, и каждый волен поступить так, как ему заблагорассудится. Доводилось слышать и читать всевозможные версии сторонников бойкота. Одни утверждали, что в СССР нарушаются права человека. Вряд ли теперь кто-нибудь будет против этого спорить. Иные считали, что Москва не сумеет обеспечить безопасность участникам и гостям, в чем они глубоко заблуждались. Что-что, а безопасность у нас всегда была в особом почете, начиная со времен "железного" Феликса... Ироническую улыбку вызывают сейчас заявления: "Игры нанесут колоссальные убытки стране в целом и каждому человеку в отдельности". Ставить здесь вопрос "А что я буду от этого иметь?" некорректно и звучит по-мещански. Таллиннцы получили прекрасные творения человеческого разума и рук.
Комплекс сооружений парусного спорта образует объединенных между собой зданий: гостиничные корпуса, спортивные залы, пищевой блок, пресс-центр, яхтклуб, инженерно-технические объекты. В комплексе 2000 помещений общей площадью 90 000 квадратных метров. В восьми гостиничных корпусах 632 места, в них построены уютные холлы, где спортсмены могли встретиться между собой и с тренерами. К гостинице относятся столовая-ресторан на 400 мест и универсальный зал для совещаний и банкетов, служивший интерклубом и помещением для проведения культурных мероприятий. С моря комплекс напоминает многопалубное пассажирское судно, а с воздуха -- воздушный лайнер. К яхтклубу примыкает трибуна на 600 человек и ложа для почетных гостей.
Бойкот Олимпийских игр уменьшил число участников регаты. На неё прибыли 154 спортсмена из 23 стран мира на 83 яхтах.
День 20 июня 1980 года надолго запомнился таллиннцам: в Олимпийском центре парусного спорта в Пирита взвился Олимпийский флаг и зажегся Олимпийский огонь. В 16.05 с площади Раэкоя началось движение факела в Центр парусного спорта. Эстафета Олимпийского огня состояла из 21 этапа, по числу городов и районов республики. Факелоносца сопровождал эскорт из 22-х бегунов. По маршруту движения огня десятки тысяч жителей буквально запрудили улицы. Был чудесный солнечный день. Гостевая трибуна до отказа заполнена зрителями. У многих на глазах блестели слезы радости. И вот наступил самый волнующий момент, когда молодой яхтсмен В.Вооремаа зажег на церемониальной площади Олимпийский огонь. Грандиозна и незабываема картина торжественного концерта...
А потом начались олимпийские будни -- победы и поражения, радости и огорчения. Гонки состоялись в шести классах яхт на трех дистанциях. На дистанции "Альфа", расположенной ближе к Пирита, соревновались "Финны" и яхты класса "470", на "Браво" вели борьбу "Летучие голландцы" и "Солинги", гонки яхт классов "Торнадо" и "Звездный" проходили на дистанции "Чарли".
Команды Бразилии, Голландии, СССР, Польши и ГДР выступали полными составами в гонках всех классов яхт.
Парусный спорт -- удел смелых, здоровых, решительных и находчивых людей. На дистанции яхтсмен борется не только с противниками, но и со стихией, непостоянной, как характер молодой девушки.
Избегаю подробностей гонок, о них написано много профессиональными специалистами. Остается только констатировать, что соревнования были организованы и проведены на высочайшем уровне.
В классе "Звездный" золотую Олимпийскую медаль завоевал Валентин Манкин со шкотовым Александром Музыченко, в классе "Солинг" серебро получили Б.Будников -- Н.Поляков - А.Будников, на "Финне" А. Балашов выиграл бронзу.
Хорошо выступили эстонские олимпийцы в Москве: три золотых, серебряная и бронзовая медали. Победы добился Яак Уудмяэ в тройном прыжке, Ивар Стуколкин в плавательной эстафете 4х200 метров вольным стилем и Вильяр Лоор в составе сборной СССР по волейболу.
На закрытие парусной регаты спецрейсом из Москвы 30 июля прилетел покидающий свой пост президент МОК лорд Килланин, председатель Оргкомитета "Олимпиада-80" Новиков и ряд членов МОК. Гости дали высокую оценку Центру парусного спорта в Пирита, отметив его рациональность и красоту.
Величественной получилась картина закрытия. На церемониальной площади в параде приняли участие все спортсмены. Гостевые трибуны полны, в ложе почетных гостей среди других и лорд Майкл Килланин. Художественная часть программы красочна и элегантна.
И вот наступает самый ответственный, кульминационный момент. К микрофону подошел президент МОК для закрытия регаты. Он сказал: "Мои друзья Беппе Кроче и Найджел Хакинг сообщили мне, что это была хорошая регата. Она оказаласьдостойной своих прекрасных, великолепно организованных Игр, которые бесспорно войдут в историю олимпийского движения. И сейчас с чувством сожаления я объявляю Олимпийскую регату Игр ХХП Олимпиады, проведенную здесь, в Таллинне, в Эстонии, закрытой"...
Спущен флаг, погашен Олимпийский огонь. Опустела площадь, а люди продолжали стоять на гостевой трибуне, некоторые, не стесняясь слез, плакали.
При встрече с журналистами Беппе Кроче сказал: "Закончившуюся регату нельзя сравнить ни с чем, поскольку так хорошо, как в Таллинне, не проводилась парусная регата нигде. Здешний великолепный комплекс я неоднократно хвалил. Теперь же хочу подчеркнуть, что Таллинн был основательно подготовлен к приему сильнейших яхтсменов мира. Было все продумано для успешных соревнований".
Генеральный секретарь ИЯРУ Найджел Хакинг прислал письмо из Лондона: "Искренно поздравляю вас с огромным успехом в вашей работе, которую увенчала Олимпийская регата 1980 года. Достойно восхищения то, что вами было сделано всё возможное, несмотря на всяческие трудности и проблемы, с которыми вы встречались каждый день. Все, кто имел приятную возможность принять участие в Олимпийской парусной регате, были удивлены, как четко и уверенно действовали организаторы соревнований. Это -- наилучшее из того, что когда-либо было сделано".
Для морального поощрения тех, кто участвовал в работах по подготовке и проведению Игр, Оргкомитет "Олимпиада-80" награждал их благодарственным письмом, Почетной грамотой и "Знаком Почета". Мне было поручено готовить наградные документы. Привел в порядок бумаги комиссии и сдал в архив Совета министров республики...
В память о тех волнующих и незабываемых днях я и сам бережно храню "Знак Почета".
ВХОЖДЕНИЕ ВО ВЛАСТЬ
У власти должны стоять те, кто к ней не стремится.
Академик А.Д.Сахаров
БЕСКРОВНОЕ ОБРЕТЕНИЕ НЕЗАВИСИМОСТИ
Белый Дом, танки, ГКЧП, трясущиеся руки Янаева, балет "Лебединое озеро", стрельба и кровь на улицах Вильнюса и Риги, к Таллинну приближается колонна боевой техники.
Верховный Совет Эстонской ССР принимает постановление о провозглашении независимости Эстонской Республики. Россия признает такое решение. Теперь это история.
500 лет назад Макиавелли писал: "Общество, которое долго и покорно несло иго тирании и порабощения, потеряло Божий дар -- свободу, любовь, нравственность и чувство собственного достоинства. Эти категории заменились покорностью, лицемерием и холуйством. Общество, привыкшее быть угнетенным, не способно воспользоваться свободой, даже если эта свобода выпадает ему по случайности".
До сих пор не угасают страсти вокруг тех событий. Одни считают, что Эстония обрела независимость "в результате счастливого стечения обстоятельств", другие называют тогдашнее руководство Эстонии "спящим котом, которому мышь сама бежит в рот", а третьи сознательно искажают события тех дней и передергивают факты. Обидно, что этим занимаются именно те, кому положено честно и объективно оценивать происходившее -- историки... Вопрос: благодаря кому наша республика обрела независимость?
К сожалению, вышедший учебник истории не дал ответа на данный вопрос. Группа авторов, в состав которой входил М.Лаар, не назвала имен тех, кому народ Эстонии обязан свободой. В 2002 году из-под пера М.Лаара вышла книга "Новое начало Эстонии", где -- ни слова о событиях 20 августа. Представляется, что остепенённому историку не гоже так свободно жонглировать событиями прошлого. Автору воспоминаний не хватило честности, порядочности и совести назвать имена подлинных творцов независимости. Заполним одну из "черных дыр" нашей истории: их зовут Вайно Вяльяс, Арнольд Рюйтель, Эдгар Сависаар. Где находились и чем занимались в те времена господа Л.Мери, М.Лаар, С.Каллас, Т-Х.Ильвес, ставшие фаворитами эстонской политики после 20 августа 1991 года, автору неизвестно.
Обретению независимости предшествовали очень напряженные события, грозящие вылиться в открытое противостояние и неизбежное кровопролитие. Решительно и смело действовало правительство Э.Сависаара, отстранившее от должности ряд директоров союзных предприятий, от которых исходила реальная угроза.
С В.Вяльясом я не знаком, но довелось слышать о нем много лестных слов. С А.Рюйтелем и Э.Сависсаром, как уже упоминал, знаком лично. Арнольд Рюйтель -- политик старой формации, прошел большой путь крупного руководителя, но нашел в себе силы решиться на ответственные шаги. Политика -- грязное занятие, не каждому удается сохранить себя в ней чистым. А. Рюйтель возглавляет список немногих эстонских деятелей, сохранивших честность в политической работе. К нему не пристала грязь, которой его пытались обливать.
Уважаемый профессор В.Пароль писал: "..Я глубоко убежден, что в Эстонии политиком номер один является Эдгар Сависаар: во всяком случае его роль в достижении республикой независимости очень велика". Сам Э.Сависаар считает своей главной заслугой то, что Эстония осталась одной из республик СССР, где не пролилась кровь. Действительно, всенародная известность и признание
пришли к Эдгару Сависаару в 1991 году. Он представляет собой одно из удивительнейших явлений политической жизни постсоветского периода в стране. Я не принадлежу ни к одной партии или движению, далек от политики, поэтому объективно попытался подойти к оценке этой сложной фигуры. Полагаю, характеристика, данная Сави саару мной, значительно отличается от той, какую дают ему порицатели.
Это лидер, яркая и сильная личность. Человек незаурядного ума, характера, энергии и работоспособности. Отличный организатор, умеет быстро сориентироваться в сложной ситуации. Он не бросает слов на ветер, один из немногих, у кого дело не расходится со словами.
Э.Сависаар -- зубр, на которого ведется постоянная охота, причем не всегда цивилизованными методами. Как к сильной личности, в отношении к нему нет равнодушных: одни глубоко уважают, другие люто ненавидят. Враги использовали в борьбе с ним старое правило древних иезуитов: "Если хочешь победить врага, сначала оклевещи его". И клевещут. Травля началась с 1992 года. О нем пишут все и всё. В каких только грехах его не обвиняли -- в авторитаризме, бонапартизме, волюнтаризме, популизме и прочих "измах". Один представитель СМИ, пожелавший остаться неназванным, в приватной беседе заявил автору этих строк: "Мы получили инструкции стереть Сависаара с лица земли". А журналисты шутят: "Был бы Сависаар, повод придраться всегда найдется".
Коротка людская память. Но суетные интриги не заслонят исторического момента обретения свободы, всеобщего, без различия веры и национальности, душевного подъема и отклика на призыв защитить телебашню и Вышгород. Горько сознавать, что у некоторых это напрочь выветрилось из памяти...
ВО ВЛАСТЬ ИДУТ ДОСТОЙНЫЕ
Как в любом демократическом государстве, у нас был создан Закон о выборах в Государственное собрание. Среди его разработчиков оказались лесники, попы, физики и журналисты. Даже человеку, имеющему познания в юриспруденции, сложно разобраться в нем, не говоря о рядовых избирателях. По этому закону членом Государственного собрания мог стать человек, не набравший ни одного голоса избирателей! И как смел такой человек заявить, что "победа одержана в благородной и честной борьбе"...
В предвыборную марафонскую гонку включилось около тысячи самых достойных, по их собственному мнению, сынов и дочерей эстонского народа, конечная цель которых -- оказаться на Тоомпеа. Для этого нужно было раздавать направо и налево невыполнимые обещания и попутно обливать грязью конкурентов -- пусть потом отмываются. Некоторые даже обещали искоренить преступность, хотя сами не знали, как этого добиться.
Безусловно, среди кандидатов были достойные и честные люди, о некоторых из них я рассказал выше. Но рядом с ними оказались деятели, которых в цивилизованных государствах не допустили бы на пушечный выстрел к политике.
Главное кредо подлинного слуги народа -- уважать закон и защищать интересы своих избирателей. К сожалению, среди депутатов нашлись и такие, кто не был готов нести ответственность перед избирателями. Джек Лондон писал: "Жизнь всегда дает человеку меньше, чем он от нее требует". А ведь хочется большего! Некоторые, войдя во власть, забывали о данных обещаниях. Их интересуют не нормы морали, а нормы получения материальных благ: жажда личной наживы возобладала над здравым смыслом.
На протяжении всей истории человечество создавало правила, соблюдение которых было обязательным для всех членов общества. Без этого общество не может достойно жить и нормально развиваться: перед законом все равны. Увы, у нас создающие правила для других сами живут по исключениям. В криминальной среде это называют: "жить по понятиям".
0 себе слуги народа позаботились основательно. Депутатам выплачиваются представительские суммы, оплачивается электричество, телефон, предусмотрена компенсация на изучение иностранных языков, возможность приобрести в лизинг автомобиль, сохранение зарплаты в течение шести месяцев, если их не изберут, право раньше простых граждан уйти на пенсию и получать более солидное месячное пособие...
Но это еще далеко не все доходы наших "слуг". У некоторых проявилось полное отсутствие "генов порядочности": имея личный бизнес, они уклонялись от уплаты налогов. Другие занимались недвижимостью, предпочитая иметь дома на Ратушной площади или в районе Нымме. Известны и те, кто имеет по несколько домов и квартир, но нужно уметь правильно декларировать свою недвижимость -- переписать всё на жену или любовницу, а сам депутат остается вроде бы голым, как тот король. Ведь остался по декларации бездомным М.Лаар при собственном доме и квартире. Есть такие, кто хочет быть святее папы Римского. Если верить собственноручно заполненным декларациям, то 20 из 101 депутатов оказались нищими, без гроша ломаного в кармане. Один даже поплакался, что депутатской зарплаты не хватает, чтоб купить детям бананов. Предлагаю ему поменяться доходами, я с пенсии все же покупаю своим внукам бананы.
Наши "слуги" изобрели совершенно безобидный метод обогащения -- о нем даже великий комбинатор Остап Сулейман Берта Бендер-оглы не знал. Это -- членство в административных советах предприятий. Таким приемом многие пользуются весьма успешно. Знаний членство не требует, просто во время заседаний нужно сделать умный вид, хотя ничего подобный деятель в обсуждаемом не понимает.
Вспоминаю, как "Исамаа" отрядило из своих рядов в совет Эстонского морского пароходства отставного священника. До сих пор не могу себе представить, что же толкового мог посоветовать он таким китам управления флотом, как Тойво Ниннас и Рейн Мейндок. С легкой руки какого-то острослова Эстонское пароходство стали называть "Эстонским морским приходом".
В состав совета АО "Таллиннский порт" была введена белокурая особа. Наивным было бы считать, что она имела какие-нибудь познания по техническому устройству порта или организации в нем коммерческой работы. Да и зачем ей это? Ведь деньги не пахнут. Она, бедняжка, даже не могла ножками пройти по причалу, поскольку здание управления, где происходят заседания, находится за воротами порта.
В то же время совершенно непродуманным было решение вывести из состава совета порта Тойво Ниннаса, который является одним из крупных знатоков водного транспорта. Его знания, опыт и международный авторитет могли оказать несомненную пользу в деятельности Таллиннского порта.
И в составах многих иных советов оказались совершенно некомпетентные люди. Несколько членов Рийгикогу состояли членами 5-6 советов, а выдающийся борец с коррупцией в парламенте Ф.Ундуск числился в семи советах!
Как же отрабатывалась высокая зарплата и многочисленные привилегии? Приравняв законотворческую деятельность к особо тяжелым условиям труда, депутаты работают по 3-4 часа, да и то не каждый день. Например, 24 марта 1997 года был побит печальный рекорд, когда в зале заседаний присутствовали пять членов Рийгикогу. Интересно, сколько депутатов оказалось бы в нашем парламенте, если бы не было льгот и райской жизни и там пришлось бы трудиться на общественных началах, как в парламентах некоторых стран? Уверен, что 101 не собрали бы, разве что 21, как в парламенте Ингушетии.
Дома, коттеджи, виллы, дачи, катера, яхты, дорогие иномарки, миллионные счета в банках... И все это на зарплату? Да такое невозможно, даже если экономить детям на бананах. Сколько имеет депутат -- не праздное любопытство и не страсть считать чужие деньги, а простое стремление найти справедливость.
Ничто человеческое не чуждо члену Рийгикогу: ни личное обогащение, ни пристрастие к быстрой езде за рулем иномарки в состоянии алкогольного опьянения. Видит бог,и я не привожу длинного списка подобных деяний. Когда прочел в газете, что "Главный правозащитник гражданства страны лезет в чужую машину", меня не обуяло чувство злорадства, а наоборот, мне стало по-человечески жаль его. Человек проделал огромную работу, не щадя живота своего, в одиночку разработал проекты двух зубодробительных законов, от которых одновременно у каждого третьего эстоноземельца сводит челюсти. Да от такого непосильного труда не то что в чужую машину, а в ядерный реактор вперед головой полезешь... И еще случилось, один депутат публично справлял малую нужду.
Вдоволь наслушавшись и насмотревшись на чудачества слуг своих, возмущенный избиратель скажет: "Дураки и воры! Цирк устроили!" Впрочем, не следует рубить сплеча, утверждая, что все депутаты жулики, психически больные, пьяницы, злейшие нарушители правил уличного движения или даже "голубые".
Нет! Среди депутатов немало честных и порядочных людей, но вся беда заключается в том, что паршивая овца всё стадо портит. Притом в стране отсутствует закон об отзыве депутата.
Безответственность и вседозволенность развращают. Что касается обвинений, что все депутаты воруют, то такое может определить лишь суд. К сожалению, наш суд выносит справедливые решения по подобным делам крайне редко, особенно в отношении крупных казнокрадов.
В пору моего детства говорили: "Любить -- так королеву, воровать -- так миллион!" Тогда вор представлялся мне этаким разбитным парнем в кепке-восьмиклинке, со вставными передними зубами из нержавеющей стали, ботал по фене и, играя на гитаре, напевал: "Деньги ваши -- стали наши..." Много с той поры воды утекло, вор значительно изменился. Современный жулик подчас -- респектабельный господин, энциклопедически образован, с изысканными манерами, в безукоризненно сшитом дорогого сукна костюме-тройке, с безупречно завязанным изящным галстуком, говорит по-французски, играет на саксофоне и поет: "Что-то с памятью моей стало..." Для солидности носит черные усы или рыжую бородку.
Позволительно задаться вопросом: "Почему они себя так ведут?" Наша трагедия заключается в том, что, считая себя цивилизованным государством, мы еще не достигли необходимого для этого развития. Мы много говорим о правовом государстве. А это -- система, при которой можно
найти виноватого перед народом и предать его справедливому суду. Назовите хотя бы одного министра, который был осужден за коррупцию, самоуправство или казнокрадство?
Я не предлагаю ввести законы, похожие на китайские, когда государственных чиновников беспощадно расстреливают, но должен же быть в стране элементарный порядок, а чиновники должны чувствовать ответственность перед законом. Сейчас же депутаты и высокие государственные служащие ведут себя нередко в соответствии со своей совестью и воспитанием. А если они отсутствуют?
Академик Д.С.Лихачев призывал всех к покаянию. Великий гуманист А.Д.Сахаров не снимал с себя ответственности за грехи государства. Каждый человек должен чувствовать необходимость в исповеди. Верующий исповедуется перед священником, атеист -- перед партийным секретарем или профсоюзным боссом, перед женой или другом. Слуга народа обязан исповедоваться и каяться в грехах перед своим народом.
Интересно бы узнать, хватит ли у кого-либо нравственных сил, совести и чести сделать это или останется прав поэт:
Жаль, только жить в эту пору прекрасную
Уж не придется ни мне, ни тебе...
В МОРСКИХ ВОРОТАХ РЕСПУБЛИКИ
Морской транспорт издавна занимает ведущее место в
межконтинентальных перевозках. В конце ХХ века его
доля в общем объеме мировой торговли превысила 90%.
Поэтому возрастает ответственность государственных
органов в развитии портового хозяйства.
По материалам международной
коммерческой печати
В ПОРТУ КЕСКЛИННА
Шел 1992 год. В моей личной жизни произошло трагическое событие. 24-го мая от поздно диагностированного рака скончалась жена Евгения, с которой мы прошли по жизни около тридцати лет. Не возьму греха на душу, объявив, что мы жили в абсолютном согласии, всякое случалось. Но эта тяжкая потеря - мой крест, который суждено нести до конца дней своих.
На другой день после похорон ко мне приехал давний друг А. Куликов и сказал: "Ты должен идти работать, иначе сойдешь с ума". Он был прав, ведь в течение шести месяцев жена была прикована жестоким недугом к постели, и я чувствовал приближение нервного срыва. Попросил друзей найти оперативную работу, чтоб окунуться в нее с головой, несколько забыться от пережитого.
Владимир Сепп, работавший в порту, предложил мне должность главного по охране Кекслинна. Не без волнения я входил в кабинет начальника порта Б.С.Попова, с которым ранее не был знаком. Он произвел на меня очень благоприятное впечатление. Говорил спокойным голосом, чуть-чуть растягивая слова. Задал мне единственный вопрос: "Какое у вас образование?"
- Высшее, инженер-эксплуатационник водного транспорта, окончил ОИИМФ, -- ответил я.
- У меня вопросов больше нет, оформляйтесь, -- закончил Попов, протягивая мне руку.
Борис Сергеевич Попов -- опытный портовик, прошедший большую практику, побывавший на многих руководящих должностях. Работал на Севере, возможно, это придало ему чувство уважения к людям: там люди добрее и дружнее. Мне часто приходилось бывать у Б.С.Попова в кабинете, иногда решать тяжелые и неприятные проблемы, но всегда он был спокоен и выдержан, не повышал голоса и не перебивал выступающих. За время совместной работы не припомню ни одного случая, чтоб он вспылил или кому-нибудь нагрубил. Уважал людей и был к ним внимателен, простой и мягкий в обращении. Не могу написать о нем ни одного плохого слова.
Исторически сложилось, что костяк инженерно-технического персонала портового хозяйства составляли "водники" выпускники Одесского института инженеров водного транспорта. Во всех портах страны от Калининграда до Находки работали одесситы-эксплуатационники, механики и гидростроители. Эксплуатация портов всегда считалась своеобразной "епархией" одесситов. Достаточно сказать, что за 50 лет около десятка эстонцев окончили эксплуатационный факультет ОИИМФа, Тойво Ниннас -- ДВИМУ им.адм. Г.И.Невельского, а Тойво Ниннас-младший -- ЛВИМУ им. адм. С.О. Макарова. Мне довелось работать со многими "водниками", и могу со спокойной совестью заявить, что это были профессионалы высшего класса.
Я далек от мысли на страницах воспоминаний преподать читателю ликбез по техническому устройству порта или организации экономической деятельности -- скучно это. Но прежде, чем рассказать о людях, с кем довелось делить радости и горести, позволю себе привести краткую историческую справку и описать Таллиннский морской торговый порт до его переименования в порт Кесклинна.
Слово "порт" происходит от французского слова, что означает гавань, пристань. Это участок берега с прилегающей водной площадью -- акваторией, защищенной от воздействия волн, и оборудованный для стоянки судов, проведения погрузочно-разгрузочных работ, мелкого ремонта и других вспомогательных операций. Подробное описание порта для несведущего человека -- набор не всегда понятных терминов и сухих цифр, а сколько они говорят специалисту!
Портостроение насчитывает шесть тысяч лет. Город Кносс на острове Крит вел оживленную торговлю с Египтом за 4000 лет до н.эры. На одном из рукавов Нила в то время существовал порт
А-Ур, на месте которого построен Форос, затем Александрия. Интенсивное развитие получило судоходство и портостроение во времена расцвета Эллады и Римской империи. Тогда возникли порты Венеция и Генуя.
В мировом океане насчитывается 1875 портов, из которых 100 имеют грузооборот свыше десяти миллионов тонн в год, в их число входит и Таллиннский порт. Крупнейшими в мире являются Роттердам с годовым грузооборотом в 350 миллионов тонн и Нью-Йорк, длина причальной линии которого составляет 1200 километров. Роттердам специализируется на обработке различных грузов, одновременно может обрабатывать 250 судов. Нью-Йорк -- грузопассажирский порт, грузооборот свыше 100 миллионов тонн в год и одновременно он обслуживает 800 пассажирских линий.
Первое упоминание о Таллиннском порте относится ко второму веку. В 1030 году новгородский князь Ярослав Мудрый строил в Таллиннской бухте суда для плавания в Скандинавию. В 1154 году арабский географ Абу Абдуллах ал-Идрис закончил составление мировой карты, где описывает Эстонию (Астланда) и Таллинн (Колывань). А в XV веке Ревельский порт стал крупным транзитным узлом на Балтике. Особый скачок получил он после застройки в 1714-1716 гг. Новой глубоководной гавани. Однако не станем отнимать хлеб у историков, а перейдем к описанию порта второй половины ХХ столетия.
В 1953-1956 годы Таллиннский морской торговый порт обрабатывал каботажные суда Эстонского пароходства, но уже к 1958 году экспортно-импортные грузы составляли основную долю грузооборота.
Большое внимание было уделено подготовке и переподготовке рабочих кадров, для чего в 1956 году создается учебно-курсовой комбинат (УКК), который около тридцати лет возглавляла инженер-механик Т.Копаева. Комбинат готовил докеров-механизаторов, водителей средств малой и большой механизации и тальманов (счетчиков груза).
Летом 1958 года бригада докеров получила автопогрузчики, что позволило значительно повысить производительность труда при обработке судов и сократить стояночное время их в порту. Благодаря внедрению в технологический процесс внутритрюмной и внутривагонной малой техники, которой насчитывалось около 260 единиц, с 1963 по 1968 год грузооборот возрос почти на 1,5 миллиона тонн.
Особая ответственность легла на коллектив порта в связи с открытием в 1962 году Западно-Африканской линии. Первым судном по этой линии 31 марта из Риги с грузом сахара на Абиджан вышел теплоход "Махтра" под командованием капитана Х.Лийдеманна. 26 апреля в рейс отправился теплоход "Локса", 30 мая -- "Раквере" и 8 ноября -- теплоход "Сырве".
Пассажирская линия впервые была открыта в 1965 году: 6 сентября теплоход "Ванемуйне" вышел с пассажирами на Хельсинки. До конца сезона к 1 октября он перевез 11440 пассажиров. В 1968 году "Ванемуйне" сменил на линии новый теплоход "Таллинн", в 1975 году он перевез 88000 пассажиров. Для удобства их обслуживания на причале было возведено деревянное здание морского вокзала, начальником которого стал мой однокашник по мореходке Матти Сепп.
К 1971 году на Западно-Африканской линии работало 21 судно. По мере пополнения флота более современными судами, они становились на линию. В октябре 1972 года в Таллинн прибыл флагман Эстонского морского пароходства теплоход "Ленинская гвардия".
Порт обрабатывал на Западно-Африканской линии различные экспортные грузы -- генеральные, строительные материалы, цемент, технику широкого назначения, металлы. В качестве импорта шел кряж красного дерева, пробка, бобы какао и кофе. Надо отметить, что Таллинн был единственным в стране портом, обрабатывающим суда с красным деревом, что было нелегким делом.
Порт работал в оптимальном режиме, достигаемом внедрением прогрессивной организации труда портовых рабочих и путем создания укрупненных комплексных бригад. Постоянно наращивались темпы обработки флота за счет роста производительности труда. За пять лет порт 16 раз выходил победителем в соревновании по всей стране. За своевременное выполнение планов и широкое внедрение передовой техники порт награжден орденом "Знак Почета", а крановщик В.Круус удостоен звания Героя социалистического труда. Мне довелось знать этого простого и скромного труженика.
Учитывая высокий уровень грузооборота Западно-Африканской линии, поначалу не представлялось возможным обрабатывать контейнеры. Этот пробел был ликвидирован с появлением маршрута Токио-Находка-Москва-Таллинн-Стокгольм.
Руководство осуществлял начальник порта с заместителями, техническую политику проводил главный инженер, а оперативной работой заведовал главный диспетчер порта.
Начальником Таллиннского порта на протяжении 14 лет являлся А.К.Лукошкин, опытнейший инженер-эксплуатационни к водного транспорта, бывший ранее руководителем порта Находка. Я лично с ним знаком не был, но люди, работавшие под его началом, давали высочайшую оценку его профессиональным и человеческим качествам. Старые портовики с огромным уважением вспоминают А.К.Лукошкина как сильного руководителя, отличного организатора, умеющего объединить вокруг себя людей, и доброго, отзывчивого человека. Он относился к старой категории портовиков, которые входили в свой кабинет только после личного обхода портовой территории. В работе решительный, жесткий и требовательный, но справедливый, в общении с людьми -- мягкий и доброжелательный, он никогда не стеснялся подать рабочему человеку руки. В наше время вряд ли удастся отыскать такого специалиста -- вымерли они, как мамонты.
Заместителем начальника порта был Б.И.Мельник, а диспетчерскую службу около двадцати лет возглавлял прекраснейший специалист В.Г.Ульянов. В то время каждый исполнял свое дело, ни о каких советах порта никто не думал.
Главной ценностью порта был его коллектив, способный выполнить любую задачу. Здесь работали замечательные люди: начальники структурных подразделений, инженерно-технический персонал и портовые рабочие. Многие из них отдали труду по 25-30 лет. Среди них П.Агеев, Н.Айд, Н.Виноградова, Л.Виснапуу, В.Волохонский, М.Дущенко, Л.Пустынский, братья Семенюк, П.Стасевич, Г.Юков. Со многими из них я работал, общался, и это приносило мне большое удовлетворение.
А теперь пора рассказать, что из себя представляет Таллиннский порт Кесклинна, расположенный в одноименной бухте на берегу Финского залива.
Акватория порта 75,9 ra,
Территория -- 54,2 га.
Имеются 16 грузовых причалов общей протяженностью 2528 метров с глубинами от 4,7 до 10,7 метров.
Порт был оснащен по последнему слову техники того времени: все причалы обеспечены железнодорожными подъездными путями и высоко механизированы.
Своеобразной "тяжелой артиллерией" являлось крановое хозяйство, которое, благодаря магам своего дела Наталии Айд, Леонида Николаева и Сергея Разлуцкого, находилось в постоянной "боевой готовности".
Порт имел два грузовых района -- Центральный и Северо-Западный, расположенный в Купеческой гавани, где когда-то стояли боевые корабли, а позже, до вступления в строй Нового рыбного порта, обрабатывался промысловый флот.
Порт Кесклинна специализировался на обработке генеральных, навалочных и массовых грузов. Экспорт: металл, цемент, автомобили, лес-кругляк, удобрения, уголь. Импорт: бобы какао и кофе, сахар. Линейные суда в основном работали по контейнерам.
Центральный район специализировался на обработке первичного алюминия в чушках и слямбах, а также катанки в бухтах. Северо-Западный район занимался обработкой проката черных металлов, удобрения в биг-бегах и угля.
В порту располагались два пассажирских терминала: финский с причалом длиной 260 м и глубиной 7,5 м, шведский - с причалом 179 м и глубиной 8,1 м.
Годовой грузооборот -- 3,1 млн. тонн, пассажиров за год проходило 2,244 млн. человек. Судозаходов в год было 3340.
В порту Кесклинна была принята генеральная идея на резкое повышение пассажирооборота. Со временем прекратилась обработка угля на Северо-Западном районе, начато строительство новых пассажирских терминалов и расширение входа в Адмиралтейский ковш.
Через десять лет результаты реконструкции характеризовались так: грузооборот 3,7 млн. тонн,
пассажиропоток 5,726 млн. человек, судозаходы - 6989 в год.
Порт Кесклинна входил в состав государственного предприятия "Таллинн а Садам", генеральным директором которого был Пеэтер Палу. Когда я узнал о его назначении, был несколько удивлен, поскольку в соответствии с постановлением правительства должность начальника порта мог занимать инженер-эксплуатационник водного транспорта, имеющий опыт работы не менее пяти лет. Со временем мой пессимизм улетучился, когда было принято постановление, что министр не обязан иметь специального образования. Но главное: в должности генерального директора П.Палу зарекомендовал себя с наилучшей стороны.
Он был в республике известным человеком, слава пришла к нему в студенческие годы, когда в годы учебы на строительном факультете ТПИ начал формировать студенческие строительные отряды, став позднее их командиром. После окончания ТПИ работал в стройорганизациях, был министром строительства и заместителем председателя Совета министров республики. П.Палу оказался умелым организатором и отличным руководителем. Придя в порт, давал свободу действий специалистам, оставив за собой вопросы строительства. Он не считал для себя зазорным учиться у подчиненных, прислушивался к их мнениям и никогда не принимал скороспелых и опрометчивых решений. Выгодно отличался от многих тогдашних руководителей тем, что не интересовался анализом крови и паспортными данными подчиненных. Для него главным оценочным критерием был уровень профессионализма у специалиста.
Возможно, П.Палу оказался единственным руководителем предприятия, который воспринял кампанию по "расчистке площадки" в прямом смысле -- расчищал завалы и строил пассажирские терминалы. Старожилы порта помнят район переходного мостика через вход в Адмиралтейский ковш и видят, что там сейчас построено.
П.Палу был большим энтузиастом развития малых портов республики, что в конечном счете послужило причиной его снятия с должности. После очередной смены правительства под его мощной фигурой начало расшатываться кресло. Завистники и недоброжелатели стали плести сети интриг. Ему предложили написать заявление об уходе. На заседании Совета порта П.Палу заявил: "Кому, кроме меня, заниматься развитием малых портов?" Б.С.Попов продемонстрировал высокую профессиональную этику и гражданское мужество, защищая П.Палу, дав его деятельности высочайшую оценку. Возможно, именно этим Борис Сергеевич ускорил и время своего ухода из порта. П.Палу был освобожден от должности в 1994 году, его сменил Энн Сарап. Прошли годы, П.Палу вновь работает у моря, теперь в качестве руководителя проекта Сааремааского порта. Он полон сил, энергии и оптимизма. Надеется ко времени своего ухода на пенсию закончить строительство нового порта. Пожелаем ему успехов в его благородном деле.
Эксплуатационную службу порта возглавлял В.М.Волохонский. Владимир Михайлович -- среднего роста, коренаст, спортивного телосложения, бывший футболист. В порт пришел после окончания Ленинградского института водного транспорта. Очень подвижен, деятелен и энергичен, целеустремлен и настойчив при достижении задуманного и необходимого. Имеет аналитический склад ума, а быстрота, с которой он ориентируется в ситуации, вызывает удивление. Для него работа -- главное, он доказывал это на всех должностях, которые последовательно занимал. Владимир Михайлович настойчив в достижении цели, реально оценивая свои богатые возможности. Обладает мощной пробивной силой и могучей деловой сметкой. Ему присущи незаурядные организаторские способности, а редкое соединение твердости и гибкости при наличии прекрасного знания дела всегда помогают добиться максимального успеха и довести задуманное до конца. Когда коллектив избирал его главным диспетчером, товарищи отметили еще одно хорошее свойство характера В.М.Волохонского -- не держать камень за пазухой, а открыто резать правду-матку в глаза. Притом он имеет благородное человеческое качество -- оказать помощь в трудную минуту. Когда я был разжалован, Владимир Михайлович выразил мне сочувствие, а когда потребовалась помощь, оказал её не задумываясь.
В.М.Волохонский обладает чувством юмора, любит шутку. А еще его страстью является футбол, которому он предан самозабвенно, отдавая ему все свободное время. Благодаря его неиссякаемой энергии команда "Садам" на голом энтузиазме в 1993 году вышла в высшую лигу на первенстве республики. Помогал ему другой фанат футбола -- Лев Пустынский. После ухода из "Таллинна Садам" Владимир Волохонский практически с нуля начал создание в порту Мууга терминала для перевалки минеральных удобрений. Благодаря его огромным организаторским способностям в рекордно короткие сроки был сооружён крупнейший и современнейший на Балтике терминал с годовой производительностью переработки сваыше двух миллионов тонн. DBT (Dry Bulk Terminal) -- детище Владимира Волохонского. Рядом с ним трудятся известные портовики Валентин Коноплицкий, Лев Пустынский, Анатолий Петров, Александр Хоненко.
Владимир Михайлович -- судья республиканской категории по футболу, отсудил в поле свыше ста матчей высшей и первой лиги. В его спортивной практике были интересные случаи, о которых в околофутбольных кругах ходят легенды. Говорят, на матч в Сухуми на стадион его доставил бронетранспортер. Сегодня он -- президент футбольного клуба "Левадия". Питомцы порадовали своего президента, за тур до окончания первенства страны 2004 года выиграв золотые медали...
15 сентября я приступил к исполнению обязанностей начальника охраны порта, то есть стал главным "воротчиком", как наших. называли. В подчинении оказалось много женщин, среди которых -- разный люд. По характеру я вспыльчив и эмоционален, и сдерживать чувства, даже положительные, мне не всегда удавалось, о чем искренно сожалею. Не стану прослеживать "боевой путь" руководимого мною женско-пенсионного подразделения, а постараюсь добрым словом вспомнить тех, с кем довелось бок о бок пройти нелегкие годы и зарабатывать на хлеб насущный.
Многие из них были честными, порядочными людьми и оставили о себе добрую память. Эго М.Шабалин, Н.Виноградова, Ю.Новиков, В. Быстров, А.Баляев, В.Вийра, К.Бобкова, В. Малышев, А. Потемкин, Н.Крайник, Т.Сагач, Н.Шатеневская -- всех не перечислить. Пусть те, чьи имена не названы, на меня зла не держат -- работа со всеми была удовольствием.
Дела и обязанности я принимал у бывшего начальника ВОХР Михаила Ефимовича Шабалина. Это настоящий корифей охранного дела. Он очень требователен, в первую очередь к себе. Не терпит расхлябанности и халатности в работе. Человек с высоко развитым чувством долга, порядочнейший и честнейший, казалось, его печень была поражена микробом обеспечения сохранности государственной собственности.
Прямолинеен, может высказать любому в глаза, что о нем думает, многим это не нравилось. Будучи человеком непьющим, обладал уникальной способностью определять запах алкоголя через кирпичную стену. Обладал даром художника, им написаны свыше ста портретов. Притом -- прекрасный семьянин и любящий дедушка. Я искренно благодарен судьбе за то, что свела меня с таким удивительным человеком, а Михаилу Ефимовичу за то, что передал мне часть своего колоссального опыта.
В 1992 году ВОХР был ликвидирован, но взамен ничего нового не придумали, закон об охране отсутствовал, образовался правовой вакуум. Мы не могли сидеть, сложа руки, ибо враг не дремал, и постоянно чувствовалось, что "вихри враждебные веют над нами". Временно использовали старые должностные инструкции и организацию службы, хотя сознавали, что это ненадолго.
Весной 1992 года в госпредприятии была создана служба внутренней охраны, которая осуществляла координацию работы во всех портах. Нас курировал главный специалист службы Владимир Сепп -- высокий и подтянутый отставной милицейский полковник, бывший ректор эстонской полицейской академии. Серьезный и вдумчивый человек. Вероятно, самым лучшим его качеством было умение выслушать собеседника и, не стесняясь, спросить о непонятном.
Мы с ним были знакомы и до этого: он закончил юридический факультет Тартуского университета вместе с Л.Виснапуу и А. Куликовым. Пока нас курировал В.Сепп, крупных недоразумений с начальством не случалось.
Чтобы забыться от горя, я с головой окунулся в работу, которая была интересной, но постоянно возникали проблемы, не свойственные с охранной деятельностью. Организация службы легла на плечи М.Е.Шабалина, оставленного моим заместителем. При нем можно было по ночам спать спокойно, но вообще-то "покой нам только снился". В порту постоянно стояло по несколько судов под флагами стран Европы и США, заходили иностранные корабли и со спецгрузами.
Мне приходилось встречаться с представителями таможни, пограничной службы, военного ведомства, с командованием кораблей по вопросам доступа посетителей, с руководителями структурных подразделений и капитаном порта. В основном все проходило гладко, но я никак не мог найти общего языка с начальником портовой таможни, которая начинала делать первые робкие шаги, не было тогда еще профессионалов.
Начальник таможни -- известный спортсмен, олимпийский чемпион в ореоле славы, великан атлетического телосложения Ивар Стуколкин, человек самоуверенный и горячий. Если добавить мою вспыльчивость и то, что я в этих вопросах не "Алеша с водокачки", получалось много шума из ничего. Однако со временем все утряслось и притерлось, наши отношения нормализовались, и спустя годы не могу сказать ни одного плохого слова в адрес Ивара.
Мне даже удалось разыграть таможенников. На линии Таллинн -- Киль курсировал паром Черноморского пароходства "Композитор Новиков". Как-то его капитан, мой ровесник и в прошлом рыбак, предложил сходить с ним в рейс. Я с благодарностью принял приглашение. Единственной целью моего выхода в рейс было привезти из Германии игрушечный автомобиль. По секрету шепнул некоторым верным людям, что иду в Киль за автомашиной. Не успели отойти от причала, как всем была известна цель моего присутствия на судне, где меня оформили как дублера капитана.
Когда я вошел в отдел игрушек супермаркета, глаза разбежались от обилия маленьких и больших автомобильчиков, а одновременно расширились от цен на них. Наконец нашел автомашинки китайского производства, цены на которые меня вполне устраивали, и попросил дать две штуки. Пришли в Таллинн. Таможенник, проинформированный верными людьми, спрашивает: "Машину привез?" Отвечаю: "Целых две". Обстановка начала накаляться, поскольку выяснилось, что одновременно одному физическому лицу привезти два автомобиля не положено. Со словами: "Мне всё положено!" вышел из каюты, принес пакет с игрушками и выложил на стол перед таможенником, лицо которого изменилось до неузнаваемости. Отойдя от немой сцены, выпивший таможенник, в общем-то неплохой парень, сказал: "Я слышал, что ты любишь шутки, но такого не ожидал". Впрочем, обиды он на меня не затаил, и потом мы встречались как добрые знакомые...
В состав нашей службы входило четыре команды, помощник по противопожарной работе и инспектор-кадровик. Стрелки охраны были по оплате труда приравнены к работникам дошкольных детских учреждений, поэтому на воротах стояли, как правило, женщины-пенсионерки, которые за низкую плату ответственно и честно относились к исполнению своих нелегких обязанностей. Многие из них проработали по 20-30 лет. Например, Мария Васильевна Брюховецкая -- 32 года. На её счету задержание трех нарушителей границы. Были ли это подлинные нарушители или плоды воображения доблестных чекистов, автору неизвестно.
Со временем пенсионеров попросили "очистить площадку", забыв поблагодарить за добросовестную работу. Пусть эти мои слова про них будут благодарностью за все ими сделанное. Я кланяюсь им в пояс. А начальники команд и их помощники, за редким исключением, были военными пенсионерами. С чувством глубокого уважения и теплотой вспоминаю безвременно ушедших из жизни начальника первой команды Ю.М.Новикова и его помощника В.Г.Быстрова.
Ю.М.Новиков -- отставной офицер с академическим образованием. Подтянут и строен. Благодаря аналитическому уму не допускал ошибок. Обладал организаторскими способностями, подчиненные уважали его за требовательность и справедливость. Все хотели работать в первой команде.
И все же мужчин в командах были единицы. Добрыми словами вспоминаю А.Баляева из третьей команды. Очень скромный, спокойный, прилежный и серьезный человек, наделенный художественным даром. Теперь он известный мастер по изготовлению икон.
Мы постоянно ощущали пристальный интерес к хранящимся в порту грузам со стороны криминальных структур. За время моей работы были попытки вывезти три контейнера и один вагон с кофе-бобами. Отрадно отметить, что все задержания проведены нашими работниками без помощи доблестной полиции. Работники команды N 2 И.Морозова задержали полный контейнер детских санок финского производства на солидную сумму и контейнер с сантехникой для посольства России в Нигерии. Команда N 4 предотвратила вывоз сорокафутового контейнера с растворимым кофе и кофе в пакетах. Как писала тогда газета: "В проходной Кесклиннского порта в Таллинне в ночь на четверг задержали автомобиль с подозрительным грузом кофе. В кузове белого МАЗа был контейнер с кофе, однако сидевшие в кабине мужчины не смогли предъявить ни одного документа о его происхождении".
Бюро пропусков в течение 12 лет возглавляла несколько полноватая светловолосая Надежда Михайловна Виноградова. Свыше двадцати лет назад, хрупкой девушкой, пришла она в порт. Природа щедро наградила её веселым нравом. В обращении была общительна и доброжелательна. Но и достаточно горяча и вспыльчива. Обладала прекрасным качеством для начальника -- защищать своих подчиненных, за что её уважали. Я никогда не вмешивался в работу бюро пропусков, зная, что там всегда всё в порядке.
Кадровые и хозяйственные вопросы решала высокая и симпатичная особа с ногами "от ушей" Марина Петракова. Во время отпусков её замещала Н.Крайник из бюро пропусков. Женщина интеллигентная, образованная, эрудированная и тактичная, которая прекрасно справлялась с возложенными на нее обязанностями. К работе относилась очень серьезно, в общении -- хохотушка.
В порту я встречал целый букет интереснейших людей, общение с которыми стало для меня настоящим подарком судьбы. Часто вспоминаю их, и писать о них радостно.
Первым работником порта, с кем я познакомился, был заместитель начальника механических мастерских Антон Павлович Коваленко. Глаза с легким прищуром и хитрая улыбка на лице. Добрейший и душевный человек, но для вида постоянно шумит. Казалось, он получал огромное наслаждение, если сделает человеку что-то доброе -- всегда готов помочь.
Механические мастерские -- своеобразная "скорая помощь" порта, куда обращались по каждой мелочи. С какой бы просьбой к Антону Павловичу ни приходили, она всегда оказывалась выполненной в лучшем виде.
Вскоре выяснилось, что технический отдел, механические мастерские и ремонтно-строительное управление являлись теми "тремя китами", на которых держалась и служба охраны порта. К тому времени уже явно просматривалась тенденция к увеличению пассажирооборота, в связи с чем происходило постоянное изменение охраняемой территории. Случалось, что, не успев установить один забор, начинали строить другой, забывая о недостроенном. Все проекты готовило бюро технического отдела, которым руководил обаятельнейший человек Евгений Таранов.
Выпускник ОИИМФа, инженер-механик был добрым и отзывчивым человеком. За короткое время я успел проникнуться к нему огромным уважением. К сожалению, судьба отпустила мне слишком мало времени для совместной работы с этим удивительным человеком: через несколько месяцев его не стало. Я очень тяжело переживал его кончину.
Проекты на согласование приносила элегантная обладательница обвораживающей улыбки Валентина Ярве, доброжелательная, дружелюбная, коммуникабельная, умеющая расположить к себе собеседника. Она обладала хорошим вкусом. Между нами установились отличные деловые отношения, мы всегда находили общий язык по "заборному" вопросу.
В конструкторском бюро работала очаровательная Валентина Сафошина, супруга Владимира Федоровича, и две Галины -- Гапонова и Васильева. Со всеми у меня сложились хорошие отношения. После утверждения согласованных проектов к работе приступали подразделения В.Ф.Сафошина и В.В. Куприянова.
Владимир Федорович Сафошин -- начальник ремонтно-строительного участка порта, инженер-гидростроитель. Здесь трудился с 1978 года, когда рабочим проходил производственную практику в Ремонтно-строительном управлении.. В 1979 году с отличием закончил институт в Одессе, защитив на английском языке дипломный проект на тему "Причал для навалочных грузов в порту Таллинн". По персональному приглашению прибыл на работу в Таллиннский морской торговый порт. Работал мастером, прорабом, а с 1988 года -- начальник РСУ. Наделен острым умом и аналитическим складом мышления. Отличный специалист, крепкий руководитель и способный организатор. Его нельзя было обмануть. Человек ответственный и обязательный: если пообещал что-то, то сделает в лучшем виде. Врожденно порядочный, интеллигентный, всегда в общении вежлив и корректен, а в эмоциях сдержан. Обладал редким для портовика качеством -- не умел ругаться матом. Когда я был разжалован, он неподдельно выразил мне свое сочувствие, не отвернулся от меня, как некоторые. Мы по сей день поддерживаем с ним добрые отношения.
Запас энергии Владимир Федорович восстанавливает на огородном и садовом участке. Любит рыбалку и грибы. Хороший семьянин и любящий муж.
Начальник мастерских -- тоже выпускник ОИИМФа, инженер-механик Виктор Викторович Куприянов, очень симпатичный человек, энергичный, подвижный, веселый и жизнерадостный. Я никогда не видел на его лице выражения грусти. По натуре оптимист при развитом чувстве юмора. Щедр душой, всегда готов помочь. Любит веселую компанию и баню. Остроумен, байки, шутки и басни, что сам сочиняет, льются из него, как из рога изобилия. В дружбе верен и надежен.
Капитан порта Эдуард Хунт, высокий, плотный, спокойный и немногословный человек. После окончания Таллиннского рыбопромышленного техникума работал на судах Эстонского морского пароходства матросом. Затем -- четырехгодичная служба на военно-морском флоте, после чего -- работа в пароходстве, где вырос до капитана. Заочно окончил судоводительский факультет ЛВИМУ им. адм. С.О. Макарова. В 1976 году был назначен капитаном Таллиннского морского торгового порта, где работает до сих пор. Подобного долголетия на такой должности я не припомню.
За заслуги перед Эстонией в развитии флота президент республики наградил Э.Хунта орденом "Белой звезды", а за содействие в развитии военно-морского флота он награжден "Белым крестом".
Э.Хунт решал все вопросы просто и оперативно, с ним было очень легко работать, мы понимали друг друга с полуслова. Такие же отношения сложились у меня с заместителем капитана порта Петром Кротовым...
Я прерываю свои воспоминания, чтобы рассказать о капитанах других портов, входящих в государственное предприятие "Таллинна Садам". Капитаном порта Мууга являлся выпускник ЛВИМУ Рейн Раудсалу, с которым я познакомился во время совместной преподавательской деятельности в Эстонской морской академии. До этого он работал в Эстонском пароходстве капитаном судов. По отзывам знающих его людей, смелый и решительный моряк. Интеллигентный, вызывающий к себе уважение человек. Мы быстро сошлись с ним и продолжаем поддерживать добрые отношения.
На протяжении 20 лет капитаном порта Копли был Сергей Владимирович Хорохонов, известный на рыболовном флоте капитан-промысловик, заслуженный рыбак Эстонии. Помогал организовывать рыболовство в республике Куба, много лет возглавлял отдел добычи объединения "Океан", был заместителем генерального директора.
После ухода С.В.Хорохонова на пенсию его сменил Тоомас Мурашов-Петров, с которым мы знакомы по учебе в стенах Таллиннского мореходного училища. После мы работали в одном объединении, затем в Эстонском центре морского образования. Скромный, уважительный, порядочный и честный человек. Категорический противник интриг, прямая и открытая личность.
Техническую службу возглавлял Б.Кушнарев, на него замыкались технический отдел, где после смерти Е.Таранова главой был А. Басс, отдел энергетики -- начальник С.Самсонов, проектная группа под руководством Н.Колыбалова, отдел связи под началом М.Раянга и ЖКО -- начальник У.Соэ.
С Кушнаревым и Бассом я был мало знаком, при встрече здоровались. С С.Самсоновым отношения сложились более близкие -- это высокий, стройный, с открытой душой человек.
Хотя подчиненные Н.Колыбалова исполняли все "заборные проекты", я с ним встречался редко. Он скромно и незаметно занимался своей работой.
Курьезный случай у меня произошел с М.Раянгом, с которым раньше знаком не был. Однажды встретил человека, удивительно похожего на моего однокурсника и соседа по столу в мореходке Р.Раянга. Схватил его в охапку для приветствия. Смотрит на меня мужик ошалелыми глазами и говорит: "Вы, очевидно, меня за брата приняли? Не вы первый..." Оказалось, это и есть младший брат моего однокурсника. Окончил радиотехнический факультет ЛВИМУ, устроился работать начальником отдела связи порта.
Начальник коммерческого отдела Петр Степанович Космина -- выше среднего роста, сухощавый, очень подвижный, с постоянной хитроватой улыбкой и сигаретой во рту. Специалист от бога, познавший "морского бизнеса глубины". Женившись на однокурснице, молодой специалист П.Космина поехал в мало изведанные места на Дальний Восток. В порту Находка он с самой скромной должности помощника заведующего склада начал постигать премудрости портовой работы. Постепенно прошел иерархическую лестницу почти до вершины -- стал заместителем начальника порта по эксплуатации. Прибыв в Таллинн, занял должность руководителя коммерческого отдела. П.Космина обладал огромным опытом, не боялся трудностей, в сложных ситуациях не терялся и принимал обдуманные решения. Долгие годы рядом с Петром Степановичем идет по жизни его супруга -- выпускница ОИИМФа Лия Захаровна. Мне нравилось зайти к Петру Степановичу -- погутарить "за жизнь", он приятный собеседник, доступен и прост в общении.
Главный диспетчер порта Юрий Павлович Родах темноволосый, с огромным пучком угольно-черных усов молодой мужчина. Имея хорошие организаторские способности, умел отстаивать свою точку зрения, никогда не отступал от принятого решения, бывая при этом резким и жестким во имя достижения намеченной цели.
Заместитель главного диспетчера Александр Мелешко сравнительно молодой еще человек среднего роста. Отлично подготовлен теоретически. Как мне тогда казалось, специалист с большим будущим, был он очень спокойным, коммуникабельным, с ним было приятно вести дело.
Старший специалист по технике безопасности С.Шевченко начал работать в порту стивидором в 1973 году после окончания института. Его служебная карьера шла по синусоиде: стивидор-диспетчер, диспетчер-стивидор. Свои "зигзаги удачи" веселый и жизнерадостный Сергей Григорьевич объяснял очень просто: всему виной тринадцатое число, когда он приступил к работе. Большой любитель веселых баек.
Начальник Северо-Западного грузового района Лев Моисеевич Пустынский -- человек в порту известный. Прекрасный руководитель, решительный и способный организатор. Настойчив и напорист в достижении цели. Имеет огромный производственный опыт, пройдя путь от простого рабочего до начальника грузового района. Он пришел в порт после службы в армии в 1966 году. Постоянная тяга к знаниям позволила ему экстерном сдать экзамены на управление трактором "Беларусь" и погрузчиком. Затем стал осваивать грузовые портальные краны. Рассказывали легенды о его филигранной технике управления краном.
Однажды во время беседы я задал ему вопрос о том, соответствует ли действительности рассказ, будто он грейфером поднимал спичечный коробок. Будучи человеком скромным и честным, он ответил: "Нет, коробок спичек грейфером поднимал другой человек, прекрасный был крановщик". Потом Лев Моисеевич смачно затянулся сигаретой и продолжал: "Не хочу, чтобы чужую славу приписывали мне. Но случай с коробком у меня был. Я тогда много курил и вдруг обнаружил, что кончились спички. Попросил ребят, смайнал гак, П.В.Стасевич нанизал коробок на носок гака, я вывирал гак, снял коробок, взял несколько спичек и смайнал гак обратно".
Вскоре Л.Пустынский возглавил бригаду портовых рабочих N 26. Бригада выполнила пятилетний план грузопереработки за два года и восемь месяцев. Все настоятельно рекомендовали ему обратиться с личным письмом-рапортом о трудовых успехах к Генеральному секретарю ЦК КПСС Л.И. Брежневу, что было в те времена весьма модным, но скромность не позволила Льву Пустынскому это сделать. Фотография бригадира рабочих Таллиннского торгового порта красовалась в Москве, он был награжден медалью "За трудовое отличие".
Лев Моисеевич заочно окончил эксплуатационное отделение Ленинградского мореходного училища. Был назначен заместителем начальника грузового района, а через некоторое время коллектив единогласно избрал его главой этого подразделения.
У Льва Моисеевича присутствовала предпринимательская жилка. Тогда через Северо-Западный район Таллиннского порта в массовом порядке шел уголь нескольких сортов. Все вопросы отгрузки российского угля решались в Москве, от чего случались сбои в подаче составов в порт. Пустынский решил упростить систему решения этой проблемы и отправился прямиком в Кузбасс. Встретился там с руководителями шахт и договорился о прямых поставках угля, минуя столичное чиновничество.
Едкая угольная пыль и белые корпуса судов никогда не гармонировали между собой. В связи с ростом пассажирских потоков возникла острая необходимость перевести обработку угля в Копли-Южный, дело было поручено Льву Моисеевичу, и он блестяще справился с задачей.
Лев Моисеевич прекрасный собеседник, за внешней серьезностью скрывается тонкий юмор, в общении прост и доступен. Фанатичный поклонник футбола. Мы быстро сошлись с ним, часто беседовали, и мне доставляло удовольствие общаться с таким содержательным человеком.
Начальник Центрального грузового района Валерий Балакин -- крепкого телосложения, на лице его как будто написано: здоровьем меня бог не обидел. Прошел путь от практиканта-дипломанта до начальника района. Да и тема дипломной работы его была актуальна и редкостна: "Обработка кряжа красного дерева в порту Таллинн". Мы встречались с ним по работе ежедневно и быстро сошлись. Мне казалось, что работает он с каким-то шиком, легко и непринужденно. Остается сожалеть, что наша совместная работа продолжалась недолго...
Заместителем начальника Центрального района по эксплуатации был А. Толкачев, среднего роста худощавый и очень подвижный человек. Не признавал кабинетного стиля работы: утром, надев на голову защитную каску, начинал обход территории. Иногда при этом мы встречались с ним. Александр Константинович любит шутку, как все отчаянные рыбаки, горячий поклонник грибов. Иногда он совершал обход вместе с диспетчером Павлом Голубчиковым, веселым и разбитным долговязым парнем. Но чаще Павел ходил с бригадиром докеров Анатолием Петровым. Эта "спарка" вызывала добрую улыбку: высокий сухощавый Павел и низкорослый квадратный Анатолий. За долгие годы в порту Петров от работы с мешками обзавелся хорошо развитой "грудной" мышцей и заработал профессиональную болезнь грузчиков -- радикулит.
Коммерческой работой в Центральном грузовом районе руководил Сергей Полищук -- веселый, жизнерадостный человек, большой любитель шуток и розыгрышей. Мы часто встречались с ним, вспоминали институт, а однажды он рассказал, как подшутил над профессором кафедры организации грузовых работ во время экзамена. Собственно, это была профессорша -- в мои студенческие годы симпатичная ассистентка, склонная к полноте. А за прошедшие 13 лет полнота её значительно увеличилась. Найдя огромный гвоздь, Сергей забил одну половину двери. Просунув голову в узкое пространство и застряв телом в нём, как судно во льду, профессорша, не растерявшись, спокойно заявила: "Ребята, перейдем в другую аудиторию".
В состав Центрального района входил автомобильный склад -- открытая огороженная асфальтированная площадка с возможностью единовременного размещения 830 единиц легковых автомашин и контейнерный терминал на берегу. Их начальницы Марина Дущенко и Евгения Меженникова, женщины совершенно разные, да и где их одинаковых набраться? Оба объекта охраняемые, поэтому ежедневно за исключением выходных и праздничных дней, я встречался с
обеими начальницами.
Марина Дущенко -- обаятельная стройная женщина среднего роста, с ярко выраженным чувством собственного достоинства. Семнадцатилетней хрупкой девчушкой пришла она в порт. Зная о своей привлекательности, умело подчеркивала данное ей от природы. Однако напрочь пресекала бестактные мужские поползновения. Гордая и независимая, она предпочитала мужчин, с которыми легче наладить дружеские отношения. По характеру -- скорее руководитель, нежели исполнитель. В работе энергична, требовательна, конкретна и даже властолюбива, бывала и резкой.
Евгения Меженникова по характеру серьезная, вдумчивая, спокойная и рассудительная женщина. Умело руководила женским коллективом, требовательно и справедливо. Притом с подчиненными была проста и уравновешена.
На первом этаже здания охраны находилась стекольная мастерская, а рядом -- РСУ, где у меня со временем появилось много добрых знакомых. Заместитель начальника РСУ Степан Тодоров выше среднего роста, худощавый и кареглазый мужчина. Прибыл в порт в 1983 году после окончания Одесского мореходного училища. В его заведование входило водоснабжение и санитарнотехнические работы. В отношениях с подчиненными спокоен и тактичен, по характеру добрый, всегда готовый помочь. Да притом еще и приятный собеседник.
Стекольной мастерской заведовал мужчина богатырского телосложения, ветеран порта Аркадий Иванович Пушкин. Убежденный трудоголик, страдая бессонницей, по утрам приходил на работу в пять часов. Когда утром начальник РСУ говорил, что надо сделать, Аркадий Иванович отвечал: "Я уже это сделал".
Мы часто беседовали с ним, и он открывался как человек активных жизненных позиций, честный и принципиальный. В который раз мне уже приходится сожалеть -- нет Аркадия Ивановича с нами.
Столяр Кальо Эйнарт -- плотный мужик с доброй улыбкой на лице. Степенен и немногословен. На второй день после ухода немцев из Таллинна он пришел восстанавливать разрушенный порт, которому отдал 50 лет добросовестного труда. Выйдя на пенсию, поселился на даче в Мууга и продолжает, теперь любительски, заниматься столярным делом. Ежегодно в день его рождения 1 июля бывший начальник Кальо -- В.Ф.Сафошин берет бутылку горячительного напитка и едет поздравлять своего бывшего подчиненного. Хорошая традиция!
Строитель Александр Никитин -- высокий, статный молодой человек с пучком рыжих усов. В работе исполнительный и безотказный. Начальник отозвался о нем: "Саня -- парень-кремень". Александр веселый и разбитной, говорят, что балуется стихами.
Сантехник Василий Кириллов высок и строен, мастер -- золотые руки, способен, кажется, сделать всё. Болтать не любит -- весь в делах.
Главный хранитель чистоты и порядка на причалах и территории порта Павел Агеев, по прозвищу "Паша-проблема", так как на любую просьбу отвечал: "Нет проблем". Пришел он в порт после службы на флоте в 1959 году. Человек недюженной силы, мало кто смог бы его одолеть. Павлик, как еще называли его товарищи, начинал с портового рабочего -- "бери больше, кидай дальше!" Со временем возглавил бригаду портовых рабочих N 1. Паша -- весельчак, шутник, настоящий флотский парень. Любитель морской песни: "Эсминец на рейде стоял, команда с родными прощалась..." А бывало, сам сочинял дружескую эпиграмму: "Пишу стихи, бумага рвется, а Шлыков с Рейсбергом дерется". Многие годы фотография Павла Агеева красовалась на Доске
почета Таллиннского морского торгового порта, которому он отдал свыше сорока лет.
Слесарь-инструментальщик механических мастерских Иван Карпович -- бывший матрос-торпедист Черноморского флота. Душа компании, человек доброй души, всегда готовый помочь. Большой любитель "забить козла". Его большим увлечением являлся ремонт часов, особенно старинных. И поэзией тоже увлекался.
Электрик малой механизации Николай Шинкаренко -- ладно скроенный весельчак. Начинал на судах ЭМП после окончания Пярнуской мореходной школы. За 17 лет занимал различные должности: судового кока, матроса, моториста, электрика, а на теплоходе "Мелитополь", которым командовал Э.Хунт, был боцманом. В порту с 1977 года. Мы по сей день поддерживаем с ним приятельские отношения.
В портовом коллективе было много способных людей, и обо всех написать невозможно. Практически каждый второй портовик -- любитель соленой морской байки. Встречались и люди одаренные, всесторонне развитые. Например, художник порта Карл Ярв -- прекрасный музыкант, капельмейстер духового оркестра и притом -- умелый оформитель и пейзажист.
Михаил Шабалин -- портретист, его кисти принадлежат свыше ста картин, на которых -- работники порта и товарищи. Об одном разносторонне талантливом человеке хочется рассказать особо. Обучаясь на четвертом курсе, он увлекался игрой на скрипке, потом освоил ряд музыкальных
инструментов. В курилке играл на дудочке, а, став стивидором, усаживался на комингс трюма, брал гитару, играл и пел, а мужики в поте лица таскали мешки с сахаром или с какао-бобами.
Когда он был диспетчером грузового района, за какое-то упущение начальник приказал ему дать объяснительную записку, которую он написал... в стихах. С начальником порта случился приступ смеха дня на три. Будь в то время множительная техника, каждый работник сделал бы себе копию, а тогда единственным экземпляром этого "произведения" зачитывались в служебных кабинетах и в курилках.
Я тоже был премного наслышан о той объяснительной записке, и во время работы над книгой решил её отыскать. Нашлись добровольные помощники, но ответ из архива разочаровал: записки не оказалось ни в личном деле, ни в книге приказов. Расследованием установлено, что последним человеком, державшим записку в руках, был ныне умерший начальник отдела кадров. Некоторые не исключают, что он попросил положить её в гроб...
Сожалею, что не могу донести это творение до читателя. Очевидцы утверждают, что то была целая баллада на тему: "Стоит прекрасная погода -- мне на работу наплевать".
Но этим не ограничивались таланты нашего героя. Он был романтиком, его девиз: "Летать рожденный -- ходить не должен!" Приворовав в порту необходимых материалов, он приступил к осуществлению своей давней дерзкой мечты -- созданию летательного аппарата. Лавры Икара не давали ему покоя. Испытания аппарата состоялись в Кадриорге с балкона пятого этажа. Если не считать сломанной ноги и отвалившихся крыльев "аэроплана", полет прошел нормально. Залечив ногу и усилив крепление крыльев, конструктор назначил испытательный полет на Черной горке в Мустамяэ, куда к назначенному сроку собралось десятка полтора любителей острых ощущений. Старт был дан ровно в 10.00: разбег, толчок -- и аппарат вместе с незадачливым испытателем рухнул оземь. Поэт написал когда-то: "Тогда считать мы стали раны..." Здесь образовалась одна рана, но большая: с лица до основания черепа была содрана вся кожа...
Следопыты обнаружили фрагменты летательного аппарата. Состоялись ли другие испытания, об этом автору неизвестно.
"РАСЧИСТИТЬ ПЛОЩАДКУ"
К моему приходу в порту Кесклинна работали 10 инженеров-эксплуатационников водного транспорта. О некоторых уже рассказал выше. К сожалению, для многих из них в порту настанут тяжелые времена, и ряды специалистов значительно поредеют. Однако всё по порядку.
В 1992 году в республике к власти пришел "Исамаалийт", а его лидер, историк Март Лаар возглавил правительство. "Вверху" оказались неискушенные ни в политике, ни в экономике молодые люди. Научно доказано, что "некомпетентность на ответственном посту есть потенциальное злодеяние". Ясно, что некомпетентный врач -- убийца. А кто тогда некомпетентный министр? По мнению М.Лаара -- политик.
С этих пор в стране начался разгул именно некомпетентности. Вопреки логике и здравому смыслу во многих руководящих креслах разместились профессионально непригодные и творчески бесплодные люди, которые потянули за собой шлейф серых чиновников.
Трудно утверждать, чем руководствовался новый премьер-министр -- националистическими идеями или же в юности начитался Ильфа и Петрова: "Взять в руки метлу и подмести", но он решил провести крупномасштабную операцию, получившую кодовое название "расчистка площадки", в ходе которой из управленченских структур и сферы производства были вытеснены русскоязычные профессиональные специалисты по причине "недостаточного знания государственного языка". Многих людей лишили возможности трудиться, средств к существованию, нанеся им тяжкий психологический удар.
Группа ученых из университетов Франции и США провела исследование, в ходе которого опытным путем было установлено, что "потеря работы, даже на непродолжительное время, оставляет отпечаток на всю жизнь и действует на психику более разрушительно, чем развод или вдовство".
В ходе "расчистки площадки" классные специалисты оказались невостребованными, не могли реализовать свои знания, опыт, умение, талант, и были вынуждены рассредоточиться в коммерческих или даже криминальных структурах, перевоплотиться в базарных торговцев (или охранников, а некоторые проложили курс к ближайшим мусорным контейнерам в поисках съестного.
"Расчистка площадки" обнажила корни межнациональных отношений, подорвала чувства взаимного уважения и доверия между эстонскими и русскими специалистами. Тем самым М.Лаар бросил мрачную тень недоверия на всех, родной язык у кого не был эстонским. В результате в народе появилась ядовитая поговорка: "Лучшая специальность - эстонец".
Один из одиознейших деятелей Третьего рейха Г.Гиммлер говорил: "Власов умный человек, жаль только, что славянин". Я не хочу проводить исторические параллели, хотя они напрашиваются сами собой. Нет ничего абсурднее и глупее, чем оценивать специалиста по его национальности. Ведь немец Вернер фон Браун обеспечил полеты американских астронавтов на Луну...
У "расчистки площадки" нашлись защитники и теоретики, получившие высшее образование в СССР и теперь призывающие не признавать прошлые дипломы по той причине, что они "...были получены в годы оккупации в советских вузах по программам того времени". Абсолютно уверен, что эти "теоретики" не знают о том, что советское высшее образование считалось лучшим в мире, а американцы с распростертыми объятиями приняли 90 тысяч выпускников вузов из Советского Союза, особенно физиков и математиков. Я лично горжусь тем, что учился в двух прекрасных высших учебных заведениях.
Кто же заменил профессиональных специалистов? Правительство начало внедрять систему подбора и расстановки кадров по признаку личной преданности М.Лаару и его идеям. На знания и опыт никто не обращал внимания. Таксисты становились флотоводцами, снабженцы руководили авиацией, шоферы возглавляли железную дорогу, а матросы командовали кораблями. Разгул некомпетентности привел к расцвету дремучего невежества и интеллектуальному обнищанию нации.
Кто-то из читателей может сказать: "Об этом тяжело читать". А писать, думаете, легко? Но автор обязан быть честным, называя вещи своими именами. Каждый пишущий должен иметь собственную позицию и высказать свою точку зрения по поднятой проблеме. Совершенно уверен, что "расчистка площадки" нанесла Эстонскому государству и народу невосполнимый материальный и моральный ущерб. Жаль, что идеологи этого "эксперимента" остались ненаказанными.
Не обошла стороной такая политика и Таллиннский порт. В средствах массовой информации появились радикально-националистические публикации: "Эстонскими портами руководят Попов, Канаев, Скоков". Началось целенаправленное вытеснение специалистов.
Первым "вымели" пышущее здоровьем тело Валерия Балакина, к нему приклеили ярлык "друга армянской мафии". Тихо и незаметно из порта исчезли А. Мелешко, Б.Мельник, С.Полищук.
С 1 января 1996 года официально был освобожден от исполнения обязанностей начальника порта Борис Попов. Предпоследним, накануне 1 апреля, ушел из Кесклинна Юрий Родак. А последним, как капитан гибнущего корабля, покинул порт корифей своего дела П.Космина. Зловещей метлы удалось избежать Сергею Шевченко, который вовремя успел переквалифицироваться в береговые матросы. В стороне от направления "главного удара" оказалась Валентина Васичева, занимавшая скромную должность на контейнерном терминале, поэтому ей удалось сохранить "положительную плавучесть". 0 собственной судьбе расскажу далее.
Наряду с "расчисткой площадки" над портом нависла угроза сокращения грузооборота. Каждому школьнику, домохозяйке и пенсионеру, не говоря уж о специалисте, известно, что основной локомотив эстонской экономики -- российские транзитные грузы, составлявшие 75% грузооборота портов страны. Несмотря на это, некоторые политики и дипломаты предприняли попытку сократить поток транзитных грузов. Эстонский посол в Москве заявил: "Чем меньше транзита российских товаров через Эстонию, тем больше нашей независимости". У него нашлись последователи. Кому-то очень было выгодно распространить среди эстонцев подобные идеи -- сокращение деловых связей с Россией. Даже самые высокопоставленные государственные мужи мечтали свести грузооборот с Россией к нулю. Националисты начали требовать закрытия эстонских портов для судов с востока.
Многие ученые и профессионалы не разделили эти идеи политиканов, а гордость нашей экономической науки академик М.Л.Бронштейн дал им достойную отповедь, выступив на страницах печати, где объективно, честно, аргументированно и высоко гражданственно изложил суть проблемы. Значительно резче и эмоциональней по данной проблеме выступил Ю.Вооглайд: "В вопросах транзита Эстония проявляет невероятную тупость".
По мере ухода из порта профессионалов здесь начали появляться автомобилисты, бармены, кладовщики, милиционеры, спортсмены, директора гостиниц. Со временем возникли трудно поддающиеся логическому осмыслению структуры, новые отделы с непонятным назначением и функциями, а руководили ими совершенно не имеющие отношения к портовому хозяйству личности. Некоторые из них чувствовали себя поначалу в порту не совсем уютно. Один в общем-то неплохой человек никак не мог привыкнуть к контейнерам и называл их ящиками, чем вызывал смех товарищей по работе. Возможно, мыслил философски: ведь контейнер не что иное, как металлическая емкость, служащая для перевозки грузов различными видами транспорта.
С 1961 года для международных морских перевозок используются интер модульные универсальные контейнеры международного стандарта ИСО. Неизменная ширина 2,44м (8 футов), высота 2,59 м (8,5 фута). Длина 6 метров "двадцатка", или 12 метров -- "сороковка". На этих самых контейнерах я себе и шею свернул, а одна гнусная личность приходила ко мне спрашивать размерения, надеясь, что я их не знаю...
И все же погрешу перед собственной совестью, написав, что в порт приходили только дилетанты и невежды. Службу гражданской защиты возглавил бывший главный пожарный республики Виктор Георгиевич Сергеев -- специалист своего дела, серьезный в деле, но всегда имеющий про запас юмор и дружелюбие.
Бывший заместитель главного пожарного Антс Муна -- специалист с высшим образованием. Хитроватая улыбка никогда не покидала его лица. Любитель шуток и занимательных историй. Когда порт в очередной раз переименовали -- в "Ванасадам", он на телефонные звонки отвечает: "Ванасадама Антс"...
И на фоне всех этих сложных событий, за делами и заботами коварно подкралась круглая дата -- 15 декабря 1994 года мне исполнилось 60 лет. Были цветы и подарки, но самым дорогим подарком для меня стали мои однокашники А.Бельский, Т.Ниннас, А. Сенин, С.Смоляков, В.Хейнла, старые и новые друзья.
Когда Сергей Смоляков начал читать памятный адрес, я не мог сдержать слез. В книге "Это вам, романтики" стихи Сережи приведены полностью, поэтому ограничусь лишь одной строфой:
Ну, вот и шесть десятков за спиной,
Их груз на плечи давит ощутимо.
Вся голова покрыта сединой,
Как быстро годы пробегают мимо...
ВСТРЕЧИ
А теперь я хочу рассказать читателю о встречах, которые произошли у меня в порту с моими однокашниками и старыми знакомыми. Оказавшись в родной стихии, я почувствовал себя гораздо лучше, а многочисленные встречи с друзьями и бывшими сослуживцами были для меня своеобразным моральным допингом. Первым, с кем встретился, придя на работу, был помощник по пожарно-технической работе Валентин Александрович Вахер, с которым мы были знакомы со времени работы в Таллиннской базе рефрижераторного флота.
С того времени он сильно раздался в талии, но остался таким же веселым, добродушным и страстным любителем баек. Много я слышал от Валентина Александровича всяких историй. Когда он рассказывал, как в департаменте миграции и гражданства в течение трех часов доказывал сотрудницам, что его дед рожден эстонцем, все мужики лежали вповалку от смеха.
Коронным номером Вахера был рассказ о том, как его забирали на лечение в психоневрологический диспансер. К сожалению, наше общество в прошлом пережило тяжелые времена, когда проявление политического инакомыслия рассматривалось как форма психического заболевания, и КГБ, установив контроль над психиатрической диагностикой, давал разнарядку -- кого следует признать невменяемым и поместить в "психушку" на принудительное лечение.
В первую очередь сажали диссидентов, критиков марксизма и евреев, особо рьяно добивавшихся визы для выезда из страны. Изощренными способами абсолютно здоровых людей превращали в "психов", применяя различные инъекции.
Первая психиатрическая тюрьма была построена в 1933 году по инициативе печально известного Андрея Януарьевича Вышинского. Широкое распространение использования психиатрии в политических целях получило во времена застоя, когда на карте страны появились десятки таких "лечебниц". И самое интересное, что инициатива помещения в психушку не всегда исходила от КГБ. Когда во главе страны встал бывший глава охранного ведомства, техника помещения в психиатрическую больницу была упрощена до неприличия: для этого стоило написать письмо за подписями "треугольника" -- руководителя, парторга и председателя профсоюзного комитета...
Однако предоставим возможность Александровичу самому рассказать свою одиссею.
- Меня вызвали письмом, -- начал Вахер, -- для прохождения освидетельствования, поскольку я во время венгерских событий имел травму головы. Недели за две до вызова я вошел во время обеда в столовую и сел туда, где трое наших работяг уплетали гороховый суп. Пожелав им приятного аппетита, я продолжил: "Мужики. Вот был Карл Маркс. Умер, остался марксизм. Жил Ленин, умер -- остался ленинизм. Живет (он назвал фамилию секретаря партийной организации), умрет -- и останется онанизм". Ну, видимо, эти шуточки и послужили причиной моих дальнейших приключений.
Меня определили в "бригаду", где знакомых не было, запомнился лишь один инженер с "Двигателя". Когда началась раздача таблеток, ко мне подошел санитар крепкого телосложения и шепнул на ухо: "Таблетки не глотай, сойдешь с ума. Ты здесь по доносу". Велась и просветительная работа: каждый день начинался с лекции на тему: "У вас нет конфронтации с властью". Однажды даже из Ленинграда профессор приезжал.
В следующее дежурство тот санитар показал мне письмо на фирменном бланке родного завода с уверениями, что я "чокнутый". Вместо председателя профкома расписался Володька, который по утрам приходил ко мне на службу канючить спирт. Сволочь! Таблетки я регулярно незаметно выбрасывал. Через две недели вызвала меня к себе врач. Страшна, как смертный грех,
а в душе оказалась порядочным человеком.
- Сто фы стес телаете? -- спросила меня.
- Лечусь, -- отвечаю.
-- Фы совершенно сторовый целовек, -- заявила доктор. -- Я фыписываю фас.
Получив оформленный листок нетрудоспособности, я пошел на работу, но меня к ней не допустили, требуя представить из "нервенного" диспансера справку, что я не чокнутый. "Кто же мне такую справку даст?" -- говорю. И тогда организовали экспедицию за справкой из трех человек: главный пожарный и две женщины из профсоюза. Пришли к доктору, та очень внимательно выслушала просьбу, а потом встала и с возмущением сказала, обратившись к пожарному: "У каждого целовека ф колове проходит разветвленная система крофообращения, у фас ф колове отин крофеносный сосуд толше моего палец!" -- и подняла вверх указательный палец левой руки.
Валентин Александрович ушел из жизни во сне на даче. В память о нем я вложил в уста матроса Корнеича из книги "Рыбацкий хлеб" многие байки, рассказанные им...
В таможне неожиданно для себя увидел Александра Васильевича Замулаева, с которым познакомились в 1974 году, когда он помогал мне оформлять вывозные документы на груз из филиала БСРЗ на остров Фернандо-По.
Без преувеличения скажу, что Александр Васильевич оказался находкой для таможни -- корифей своего дела, скромный, честный и порядочный человек. Он отличался аккуратностью и пунктуальностью в деле. Я получал огромное удовольствие от общения с этим удивительным человеком.
В "Эсттрансервисе" встретил давних добрых знакомых -- А.Столбника, Ю.Срибного и
В. Егорова. С первым из них мы работали в рыбопромышленном объединении "Океан". Он был заместителем начальника порта по эксплуатации, мне приходилось часто общаться с ним по работе. С Анатолием всегда можно было найти общий язык. Затем он уехал в Мурманск, где возглавил грузовой район, на котором работало свыше тысячи человек, преимущественно заключенные.
Услышав, что эстонское отделение "Союзвнештранс" возглавляет Столбник, я сначала подумал, что это однофамилец. Через многие годы произошла теплая встреча.
Юрий Петрович Срибный в некотором роде мой учитель: когда меня назначили начальником коммерческого отдела "Океана", он мне помог добрыми советами, за что ему искренно благодарен. С ныне покойным Славой Егоровым были знакомы по мореходке и поддерживали отношения до его кончины.
В порту встретил Анатолия Рувимовича Лившица, он состоял старшим специалистом отдела гражданской защиты.
В деревянном здании бывшего морского вокзала размещалось руководство PKL, директором которого был Хельмут Кантер. Буксирно-судоходная компания была создана на базе бывшего порто флота по инициативе и при непосредственном участии капитана Григория Николаевича Онищенко.
С Хельмутом Хансовичем познакомились в его бытность начальником Таллиннского мореходного училища. После окончания судомеханического отделения Херсонской мореходки он работал на судах Эстонского морского пароходства, заместителем начальника пароходства, свыше десяти лет -- начальник мореходного училища.
У Х.Кантера было крупное открытое лицо с легким прищуром глаз, он любил шутку и веселье. По возможности старался помогать людям. Я лично не припомню случая, чтоб он отказал в помощи. В память о безвременно ушедшем из жизни человеке в составе флота трудится мощный буксир "Хельмут Кантер". А PKL сейчас возглавляет воспитанник Таллиннской мореходки Г.Н.Онищенко. Рядом с ним известные на флоте люди: И.Д.Ловецкий, В. Кавун, В.Бурданов, Л.Веселов.
Огромной радостью для меня были встречи с однокашниками, с кем прошли самые счастливые дни молодости в Таллиннском мореходном училище -- с А. Бельским, Т.Ниннасом,
А. Сениным, В.Сеппом, С.Смоляковым.
Анатолий Бельский работал в бывшей навигационной камере ЭМП. Тойво Ниннас в то время возглавлял Эстонское пароходство, а А. Сенин был начальником службы "Трансфлот".
Иногда мы любили собираться у него в маленьком закутке и испить рюмку-другую перцовой водки, которую готовил заместитель Анатолия -- Евгений Бадигин, настаивая благородный напиток на самолично выращенном красном перце. В свободное от рейсов время нашу компанию пополнял Сергей Смоляков.
В.Сепп капитанил, в каждый приход в порт я посещал его судно. На теплоходе "Механик Круль" капитаном был Евгений Нигородов, к нему тоже заходил...
Солнечным майским днем я шел по территории порта, когда увидел мужчину, идущего вразвалку мне навстречу. На голове -- видавшая виды, выгоревшая под солнцем морская форменная фуражка, в руках огромный, пошарпанный по бортам портфель. Это был мой бывший соплав атель и приятель, ставший известным писателем. Встретились, как подобает старым друзьям, обнялись. После крепкого рукопожатия он сказал: "Ищу тебя, мне сказали, что ты работаешь в порту. Хочу подарить тебе свою последнюю книгу". Он открыл портфель, достал книгу и на титульном листе написал: "Другу Рястасу, с кем на "Урале" вместе кормили клопов". Поставил дату -- 26 мая 1993 года и протянул мне книгу. И мы предались приятным воспоминаниям о нашей молодости...
В конце февраля 1962 года плавбаза "Урал", преодолев тяжелейший шторм, пересекла океан и уже по спокойной воде прибыла в район туманной Большой Ньюфаундлендской банки. Легли в дрейф, не успели оборудовать правый борт судна для приема судов, как к нам ошвартовался
СРТ-Р-9045, с которого на металлической сетке подняли на палубу здоровяка с солидной, морковного цвета бородой-лопатой. Это был судовой боцман, у него в рейсе забарахлил "мотор". Наш судовой доктор Тамара Федорчук порекомендовала ему списаться с прежнего судна.
Через несколько дней мы рядом катали бочки в трюме.Там и познакомились. Его зовут Вильо Анслан, для друзей он "Вилли". Родился в Таллинне в 1937 году, после девяти лет учебы прервал её и ушел в море учеником матроса. Три года служил в армии радистом. Когда товарищи спрашивали о дальнейших планах на жизнь, он убежденно отвечал: "Буду писателем". Все смеялись, но свое слово Вилли сдержал, стал литератором и не изменил морю. За три с лишним десятка лет он плавал на многих судах, а боцманом перебывал на всех крупнейших плавбазах: "Украина", "Йоханнес Варес", "Фредерик Шопен", "Станислав Монюшко". В каютах этих судов написаны многие книги, но не все они увидели свет в то время. Главный труд моряка-писателя "Рабы синих полей" эпопея рыбацких "героических будней", которую автор создавал свыше девяти лет.
Нужно обладать не только талантом писателя, но и огромным мужеством, чтоб назвать советских людей рабами, пусть даже "синих полей". Книга на корню была зарублена партийной цензурой -- Главлитом, на нее начали "охоту". Со стола боцманской каюты, вероятно для "дегустации", дважды было выкрадено по сто страниц текста. Тяжела судьба литератора-моряка того времени...
Если его хотели унизить в издательстве, то приветствовали: "Ах, боцман тоже здесь!" Если на судне хотел унизить капитан, то говорил: "Чёртов писатель!" Был в жизни Вилли тяжелый период, когда он стал жертвой оговора и провокации. Его судно стояло на ремонте в Гётеборге, отношения с капитаном и помполитом были натянутыми, и пообещал политкомиссар отлить для него "серебряную пулю", которая для Вилли оказалась миной замедленного действия. Однажды, когда он в рабочем платье возвращался из цеха авода, у борта его встретили капитан-директор и первый помощник. В лучших традициях бериевских фальсификаторов было сфабриковано "Дело о самоволке за границей". В результате просидел Вилли семь лет на берегу, учил молодых вязать морские узлы и писал книги, на издание которых не рассчитывает по известной всем пишущим причине...
Вилли считает, что на писателя нельзя научиться, писателем надо родиться или не родиться. На избранную в молодости судьбу он не жалуется, полон энергии и творческих замыслов. Всё тот же юмор, порой солено-мрачный, с сочной морской начинкой.
В 1993 году после шестилетнего перерыва, связанного с работой на высокой избираемой дожности, в порт на место директора по экономике вернулся Лембит Виснапуу, с которым мы знакомы с 1972 года, когда я проходил дипломную практику в Таллиннском морском торговом порту. Руководителем практики был главный диспетчер порта Анатолий Иванович Савин, человек вежливый, выдержанный и спокойный. А Лембит Виснапуу занимал должность заместителя главного диспетчера.
Как и многие его сверстники, он в детстве мечтал быть моряком и обязательно стать капитаном, поэтому, поступив на судоводительское отделение ТМУ, учился прилежно и старательно. Особенно любил астрономию и теорию устройства судна -- предметы, которые преподавали опытнейшие педагоги Ростислав Юрьевич Титов и Аркадий Давидович Дидык.
К сожалению, после окончания училища по состоянию здоровья Лембит Виснапуу не смог продолжить морскую карьеру. Тяжело прощаться с мечтой всей жизни, но он преодолел трагедию, нашел свое призвание и место, пойдя работать в Таллиннский морской торговый порт.
В марте 1967 года Лембит начал трудиться стивидором. Благодаря трудолюбию, упорству и настойчивости он стал двигаться по служебной лестнице: стивидор, диспетчер грузового района, диспетчер порта. И был не простым статистом выполнения пунктов сменно-суточного плана, а подходил к обстановке творчески, улавливая изменения, происходящие в ней, принимая правильные и ответственные решения. Эти качества позволили ему при подведении итогов работы стать лучшим сменным диспетчером ММФ СССР. А после окончания юридического факультета Тартуского университета Л.Виснапуу получил самый ответственный участок работы -- кадры, которые "решают всё".
Творческий процесс развития портов всегда отставал от роста флота и его модернизации. Флот пополнялся современными технически оснащенными быстроходными судами, но сдерживающим фактором являлось продолжительное время стоянок в портах. Требовалось сократить время проведения погрузочно-разгрузочных операций. На смену мощным фигурам грузчиков и их железным бицепсам приходили средства малой механизации, для управления которыми людей нужно было искать и обучать. Этому процессу заместитель начальника порта по кадрам Лембит Виснапуу отдал много сил и энергии.
Зная его долгие годы, могу сказать, что в жизни он скромнейший, порядочнейший и честнейший человек. Лембит немногословен, предпочитает больше слушать других. В общении очень прост, вежлив, корректен, тактичен. Умеет владеть собой, скуп на эмоции, никогда не допускает срывов, старается избежать конфликтов.
Лембит В иснапуу обладает сильно развитым чувством ответственности и долга. Не дает невыполнимых обещаний, но при первой возможности обязательно поможет. Не забывает друзей и дорожит дружбой.
С 1 января 1996 года он -- директор порта Кесклинна. Если проследить за его карьерой -- это целенаправленное движение вперед и вверх. Со всех своих предыдущих должностей он уходил с повышением. Ныне Лембит Виснапуу возглавляет порт Мууга, крупнейший в республике. Как каждый смертный, он имеет своё увлечение -- очень любит природу, в свободное время трудится на даче, занимаясь огородничеством и садоводством.
ЛЮБОВЬ И НЕНАВИСТЬ
А теперь впору рассказать читателю о тех, кто нас "укреплял и направлял". Моим шефом оказался высокий и статный отставной полковник внутренней службы с каменно-холодным лицом.
У каждого человека есть качества положительные и отрицательные, при оценке личности их взвешивают и смотрят, что перетянет. Мне скоро представилось, что организм моего шефа соткан только из отрицательных клеток. О делах порта он не имел ни малейшего представления, но амбиции буквально выпирали из него наружу. На его самодовольном лице отчетливо просматривалось пренебрежение к людям, особо люто он ненавидел специалистов, чего даже и не скрывал, а наоборот, стремился подчеркнуть. В его характере была агрессивность по отношению к подчиненным, желание подавлять других, не считаясь ни с чем. Характерные черты шефа -- властность и жестокость, эмоциональная тупость, патологическое отсутствие всякого сопереживания и полнейшее бесчувствие к чужой боли.
Бывший таллиннец, ныне покойный Сергей Довлатов писал: "Люди делятся на умных и глупых. Добрых и злых. Талантливых и бездарных". Думаю, по таким категориям следует оценивать и начальников, поскольку они тоже биологические особи.
Один мудрый человек как-то спросил меня: "Как начальник?" По простоте своей житейской и доброте человеческой ответил: "Да вроде ничего парень", на что мудрец объявил: "Заруби себе на носу, что мудак не может быть "ничего парнем"! У нас существует старая притча, что самое сладкое блюдо для эстонца -- другой эстонец. А еще есть африканский анекдот, будто один чернокожий вождь спрашивает другого: "Ну, как тебе мои подданные? Понравились? Тогда съешь еще кусочек..."
Признаться, идя в порт, я никогда не мог подумать, что меня ждет столько испытаний и придется пережить много несправедливости. Поначалу казалось, ничего не предвещало плохого. В работе никто не застрахован от неудач, трудности неизбежны в любом деле, никому не дано их заранее предугадать. Откуда я мог знать наперед, когда с контейнера сорвут пломбу, попытаются вынести через проходную бутылку ворованного спирта, вывезти через ворота несколько чушек первичного алюминия или даже сорокафутовый контейнер с кофе? При желании любую проблему можно решить по-человечески, не прибегая к каннибализму, а именно этот путь борьбы со мной избрал шеф.
До этого я уже имел 25-летний опыт работы с людьми, но подобных методов мне ранее видеть не доводилось. Когда меня испытывали на прочность, я добрым словом вспоминал своих прежних начальников. Для меня символом человеческой и профессиональной порядочности всегда были М.Р.Фридман, Б.В. Румянцев и Э.П.Лехепуу. А у моего шефа -- постоянно плотно сжатые губы, отсутствующий взгляд и полнейшее отсутствие юмора...
Теперь, вороша в памяти свои "зигзаги удачи" в порту, не могу сказать, с чего и когда именно это началось. Уверен, что мог бы прожить и проработать здесь спокойно и достойно, так как мои бывшие начальники привили мне чувство уважения к подчиненным. Зуб на меня у нового начальника начал расти после одного весьма неприятного разговора: "Гони пенсионеров!" -- сказал тогда шеф, а я позволил себе возразить ему. К сожалению, переубедить начальника не сумел.
Пенсионеров из порта беспощадно изгнали, забыв при этом поблагодарить за работу, а меня лишили права приема на службу новых работников.
Объективности ради должен признать, что в ходе бездумной "расчистки площадки", когда многие остались без работы, число "воротчиков" пополнилось людьми и с высшим образованием, которые честно и добросовестно трудились в порту. Среди них оказались представители разнообразных профессий и специальностей: экономисты, журналисты, ветеринарные врачи и инженеры-механики. Назову некоторые имена: К.Бобкова, Н.Крайник, В. Малышев, Т.Рагголь.
В июле 1993 года Владимир Сепп возглавил группу учета персонала порта Кесклинна. С его уходом у нас появился новый куратор, оказавшийся давним сослуживцем шефа. Подарком судьбы для нас он не стал.
Однажды ко мне зашел невзрачного вида мужчина средних лет с сильно помятым лицом и представился. Достал записную книжку, начал расспрашивать и что-то записывать. Получилось вроде консультации перед экзаменом: он спрашивал, я отвечал. Вряд ли в моей голове могла возникнуть мысль о том, что именно он скоро придет меня учить.
Утром, открыв дверь кабинета и оттолкнувшись от порога, он в неимоверном прыжке пролетал к противоположной стене, хватал со шкафа графин с водой и начинал жадно пить -- трубы горели внутри организма. Такое повторялось часто. Затем мы шли с ним на контейнерный терминал. Стояла теплая летняя погода, молодые женщины млели в истоме, куратор, подставив лицо легкому ветерку, дышал чистым морским воздухом, восстанавливая пошатнувшееся здоровье.
С утра шеф начинал его поиск по телефону, и когда вызывал его по рации, я отвечал, что на терминале он считает контейнеры. Особенно тяжело куратору было попасть на работу по понедельникам, когда обмякшее и непослушное тело не могло вписаться в дверной проем проходной. Пришлось приказать в эти дни недели для его прохода на территорию открывать въездные ворота порта.
Однажды он начал меня учить, как надо работать. Не знаю, надоумил его кто-то или мозг, обогащенный алкоголем, подсказал ему это. У меня аллергия на хамство и наглость, и тогда включается защитная система организма. Я вспылил: "Ты у отца в яйцах был, когда я на горбу таскал мешки с сахаром и китайским рисом по 100-120 килограммов. И вздумал меня учить? Ты позже пришел и раньше уйдешь!"
Мои слова оказались трагически пророческими. После конфликта мы уже не совершали с ним дружеских прогулок на контейнерный терминал подышать свежим воздухом. А вскоре произошло драматические событие. В один из понедельников он не мог вписаться в шестиметровое пространство ворот. Произошло столкновение пьяного человека со столбом. Он снес себе половину лица, а на столбе явных повреждений не обнаружилось. После этого его перевели на другое место работы.
А я сломал себе шею на одном совещании, когда был вынужден возразить шефу, чего он органически не терпел. В кабинете присутствовали четыре полковника, два подполковника, один майор милиции и один инженер. С каменным выражением лица, отсутствующим взглядом и металлом в голосе шеф произнес: "Мы научим портовиков работать". Я не мог спокойно вынести этого и продолжил: "После того, как научимся отличать "двадцатку" от "сороковки".
У каждого человека, будь то министр или дворник, есть своя профессиональная честь и гордость. Минуло свыше десяти лет с поры, когда из-за амбициозности тщеславного начальника меня сняли с должности. Все эти годы я часто вспоминаю то злополучное совещание и в мыслях возвращаюсь к тому разговору. Горжусь своим поступком и тем, что не предал своих коллег-портовиков. Промолчи я тогда, сейчас было бы стыдно в глаза посмотреть им и возненавидел бы себя за беспринципность.
С этого начались все мои неприятности. Мне не хотелось, чтоб у читателя сложилось впечатление, будто работа в порту -- сплошной ад кромешный. Нет, тут я открыл для себя много интересного и полезного, встретил многих удивительных людей, познал любовь, пусть до уз Гименея дело не дошло. Да, лучшие чувства были цинично и безжалостно растоптаны, однако добрые воспоминания остались...
Только годы спустя я узнал некоторые весьма любопытные подробности событий, разразившихся вокруг моей скромной персоны. После того совещания оскорбленный шеф пришел к главному юристу и заявил: "Рястаса нужно немедленно выгнать из порта!" Выслушав шефа, юрист, знавшая меня много лет, спросила: "Основания? Он единственный специалист среди вас!" Тогда шеф, жаждущий моей крови, отправился к Б.С.Попову и сказал: "Ты принимал Рястаса на работу, ты его и выгоняй!" Борис Сергеевич ответил: "У меня по службе нет к нему никаких претензий". И тогда внешне сдержанно-вежливый шеф начал применять против меня целый ряд мероприятий воспитательного характера, которым мог бы позавидовать сам основатель ордена иезуитов Игнатий Лойола. Чего стоит одна лишь провокация -- расскажу о ней.
В один из солнечных летних дней с поста на воротах порта раздался сигнал тревоги -- вооруженное нападение на пост. Я схватил огромный ключ от гаража и изо всех сил побежал к воротам. Увидал там следующую картину: женщина-контролер левой рукой была прикована наручниками к шлагбауму, но большего злоумышленник сделать не успел. Простая женщина схватила бандита за шкирку, как котенка. Недаром поэт писал про русских женщин: "Коня на ходу остановит, в горящую избу войдет..."
Разъяренные мужики требовали самосуда над бандитом. До смертоубийства дело не дошло, но ему бы основательно отрихтовали тело вместе со скелетом. И тогда злоумышленник взвыл, прося помощи. И когда она подоспела, у всех опустились руки и нижние челюсти, а кое-кто лишился дара речи: соучастником нападения оказался один из одиознейших полицейских чиновников и лучший друг моего бывшего шефа. У некоторых даже вырвалось: "Полицейские бандиты!" "Пинкертон" заявил, что я организовал покушение на комиссара полиции и сорвал крупномасштабную операцию.
Заковав в наручники, меня втолкнули в машину. Дорога до полицейского ведомства недолгая, но я успел о многом передумать. Эстония всегда ранее считалась республикой с благополучной криминогенной обстановкой. Теперь меня волновал вопрос: "Почему у нас так выросла преступность?" И стал ясен ответ: пока в нашей полиции будут служить такие держиморды, одна раскрытая квартирная кража из ста будет нормой. Еще я с жалостью подумал о судьбах моей маленькой родины: неужели возвращается время, когда невинных людей хватали и заковывали в наручники?
Мне было предложено подробно описать, как я готовил план покушения на жизнь комиссара полиции. Бериевские приемы еще не окончательно выветрились из голов некоторых эстонских полицейских. Даже годы спустя писать об этом стыдно. Интересно, много ли в рядах полиции таких придурков? Из истории известно: многие обреченные на смерть люди писали про себя целые "романы" на тему, подсказанную следователем. Мне ничего писать не пришлось. Мой новый шеф П.Луканенок, человек честный и порядочный, действовал решительно и смело, потребовав моего немедленного освобождения. Как и следовало ожидать, я был освобожден, но полицейский чиновник, допустивший незаконное задержание, вновь нарушил закон чести, не принеся мне положенных в такой ситуации извинений. Сославшись на занятость, он удалился, не пожелав со мной говорить.
Как специалисту мне известно, что в каждом цивилизованном государстве нападение на охрану порта является чрезвычайным происшествием, которое рассматривается на правительственном уровне. Поскольку никакого служебного расследования в данном случае проведено не было, остается сделать вывод, что это была провокация лично против меня. И не трудно представить, кто являлся её организатором. За шесть тысячелетий существования портов, это был, вероятно, единственный случай, когда начальника охраны объекта при исполнении им своих служебных обязанностей заковывали в наручники, и человек, сделавший такое, мог стать известным в мире -- его имя стоило бы занести в книгу рекордов Гиннесса...
А снят я был позже. Без предъявления каких-либо претензий меня понизили в должности до заместителя. Вместо меня начальником назначили отставного полковника милиции. Не хочу писать о нем плохо, его уже нет среди нас, тем более о нем можно сказать, что он был скорее человеком хорошим, нежели плохим. Незадолго до своей преждевременной смерти он сказал мне: "Прости меня, я встал на тебя ногами", на что я ответил: "Тебя на меня поставили". Борис Сергеевич Попов выразил мне свое сочувствие, но признался: "Я не смог тебя защитить".
Пробыв некоторое время заместителем, я вновь был опущен. На этот раз мне поручили дело огромной государственной важности -- проверять номера пломб на контейнерах, выходящих из Северо-Западного района порта. Работа -- не бей лежачего. Кроме того, здесь всё напоминало о морской молодости. Тут стоял эскадренный миноносец "Смелый", на котором проходил матросскую практику. Отсюда вышел в первый рейс матросом через Атлантический океан, отсюда же начал и первый штурманский рейс. Здесь меня встречали после долгого моря будущая жена, сестра и брат. Единственно, чего я боялся -- встретить кого-нибудь из своих многочисленных учеников, но судьба хранила.
К глубоководным причалам становились крупнотоннажные суда под российским флагом. Психологический террор против меня пошел на убыль. Один не просыхающий после пьянки деятель ходил и распространял обо мне слухи, будто я совершенно не образован, а в аттестации написали, что я не знаю технологического процесса обработки судов. Это были для меня комариные укусы, на которые не реагировал. Каждый должен знать сам, чего он стоит. Надежды моих "доброжелателей", что я заведусь, не оправдались: друзья, зная мой вспыльчивый характер, просили не делать этого.
Со временем я попросил назначить меня начальником команды, где спокойно доработал до ухода на пенсию. С новым шефом у меня сложились нормальные отношения. Моим помощником оказался Анатолий Мостович, среднего роста, сухощавый, очень подвижный человек. По работе мы понимали друг друга с полуслова. Вместе со мной на смене дежурил охранник Велло Вийра, удивительный человек, член сборной республики по конной выездке, участник многих соревнований. Крупный мужчина, говорил он медленно, раздумчиво. Срочную службу проходил на конно-спортивной базе ЦСКА в Москве, многократно встречался с маршалом С.М.Буденным, учил верховой езде дочь Н.С.Хрущева -- Раду. Имел от командования 26 благодарностей. Интересно рассказывал об известных наездниках И. Калите и И.Кизимове.
Ненамного пережил в порту меня и бывший шеф. Его тоже попросили "очистить площадку", ушел со скандалом. Мне неизвестно, научился ли он отличать "двадцатку" от "сороковки", но кажется, что пренебрежение к людям, амбициозность и полнейшая некомпетентность явились большим злом в период его деятельности в порту.
Возможно, моя оценка некоторых одиозных личностей пристрастна и резка, но объективна, поэтому не приношу им за это своих извинений.
НА ГРАНИЦЕ ТУЧИ ХОДЯТ ХМУРО
До сих пор я все больше рассказывал о прошлом. Но жизнь-то идет и сегодня. Вот потому хочется кратко высказаться о современном (ноябрь 2004 года) положении в системе портового хозяйства нашей республики. Как я сам это понимаю. Время от времени над Таллиннским морским портом сгущались грозовые тучи, и наступило время, когда здесь началась весьма небезоблачная эпоха, омрачаемая амбициозностью и некомпетентностью чиновников, а также отсутствием профессионалов-управленцев.
Всё началось со времени второго правительства М.Лаара, когда министром транспорта стал Т.Юргенсон, который вряд ли понимал что-нибудь в морских перевозках. В составе первого лааровского правительства он был министром экономики, и хотя ничего выдающегося здесь он не совершил, память о себе оставил, заявив, что негативный баланс внешней торговли "играет положительную роль". Поскольку в мире нет специалиста, способного подтвердить правильность этих слов, возможно, когда-нибудь в учебниках внешней торговли появится "эффект Юргенсона", а его автор займет достойное место в одном ряду с учеными, доказавшими, что человек может жить, не напрягая мозговые клетки.
Т.Юргенсон на флоте личность совершенно неизвестная, я вот про него ранее никогда не слышал. Откуда у нас в отечестве берутся такие вундеркинды, одному Богу известно. Как убежденный исамаалийтовец, не откладывая дела в долгий ящик, он начал второй виток "расчистки площадки" в своем ведомстве. В качестве первой жертвы для расправы избрал председателя совета АО "Таллинна Садам" Энна Сарапа.
Если бы министр хотя чуть-чуть имел представление о портовом хозяйстве, вряд ли бы рискнул затеять грязную игру по снятию Э.Сарапа. По показателям работы "Таллинна Садам" был на подъеме, а его руководитель значился лучшим среди коллег.
Снимать с должности руководителя преуспевающего предприятия иначе, как идиотизмом, назвать нельзя. Я бы не хотел, чтоб у читателя сложилось обо мне мнение как о друге Энна Сарапа. Он мне не сват, не брат. Но я защищаю его как специалист, поскольку Сарап был снят по иным мотивам его политическая окраска не гармонировала с мрачными убеждениями министра. Творя беззаконие, министр чувствовал вседозволенность и безнаказанность. Как подобное могло случиться в государстве, которое стремилось в Европейский Союз и называло себя правовым?
Т.Юргенсон уволил Сарапа по настолько надуманным причинам, что мне об этом и писать стыдно. Оказалось, что министр не знал о том, что Вентспилс является крупнейшим нефтеобрабатывающим портом Балтики и соединен нефтепроводом с Новополоцким заводом с годовой мощностью в 30 миллионов тонн, а в Таллинн жидкие грузы поступают в железнодорожных цистернах. Поскольку руководителю министерства этого понять было не дано, он потребовал от Сарапа увеличения грузооборота, чего тот, безусловно, сделать не мог по не зависящим от него причинам. Председателю совета "Таллинна Садам" было предложено подать заявление об уходе, чего он не сделал. Тогда Сарапу предложили остаться консультантом, от чего он тоже отказался. Взвесив все "за" и "против", Э.Сарап решил, что лучше быть миллионером, нежели нищим.
Министр уволил Сарапа, объяснив свое решение тем, что "получил много негативной информации". Желания перепроверить "информацию" у него не хватило, а ведь в наше время конкуренты способны запустить любую "утку".
У меня нет оснований заявлять, что Энн Сарап -- крупный специалист водного транспорта, но он имел большой опыт управленческой работы и, несомненно, в портовских делах был на голову выше министра.
Естественно, Э.Сарап обжаловал незаконные действия министра в суде, который удовлетворил иск на сумму в 1,2 миллиона крон. Казалось, справедливость восторжествовала, но указанную сумму С арапу выплатили за счет кармана налогоплательщиков, а не зарвавшегося министра.
В очередной раз грозовые тучи нависли над портом, когда министром экономики и коммуникаций стал недоучившийся студент экономического факультета М.Утонен. Земля слухами полнится, знающие люди утверждают, что в молодые годы он пытался осилить программу высшей школы в трех учебных заведениях, но они, словно сговорившись, не дали ему себя закончить. История знает много всяких курьезных случаев с назначением на ответственные места безграмотных людей, но обидно, что от этого должен страдать именно морской транспорт.
Во всем цивилизованном мире возглавлять предприятия назначают профессионала. В этой связи вспомнился случай четвертьвековой давности. Один молодой человек на вопрос о специальности ответил: "Я немноску лесарь (слесарь), немноску варсик (сварщик)". И подумалось мне: как отнесся бы наш министр к такому объяснению?
Некомпетентный министр сразу начал "наводить порядки", замахнувшись на святая святых мореплавания -- безопасность движения: принялся сверху расшатывать лоцманскую службу.Из совета АО "Ээсти Лоотс" были отозваны Э.Мойк, Э.Хунт -- капитаны дальнего плавания и инженер-эксплуатациониик водного транспорта Н.Тыниссон. Подобное решение министра является элементарно глупым. Кто был введен в состав совета взамен, у меня не поднимается рука написать.
Одновременно произошла "смена караула" в руководстве порта и составе совета, в результате ни там, ни здесь не оказалось ни одного профессионального портовика. Кто-то решил, что портом могут управлять банкиры и железнодорожники...
Как случается всегда при смене власти, начались непонятные для нормального человека нововведения. Например,посчитали, что директор тут не нужен. Новый совет потребовал значительно повысить портовые сборы. Никто и не подумал о том, что это вызовет цепную реакцию: судовладельцы повысят ставки фрахта, а фрахтователи начнут искать более дешевые порты, и бумеранг вернется -- порт не досчитается значительного числа судозаходов. И получается, что пока мы в одночасье решили разбогатеть, наши конкуренты самодовольно потирают руки, предвкушая дополнительные доходы...
Совершенно непредсказуема ситуация на пассажирском рынке. Повышение сборов неминуемо вызовет рост стоимости билетов, что сократит пассажирооборот. Сам собой возникает вопрос: "За что мы боролись?" Для увеличения числа пассажиров строили терминалы, удлиняли причалы, расширяли вход в Адмиралтейский ковш, открывали новые линии и покупали для них суда. Всё коту под хвост?
Если руководство порта действительно заинтересовано в увеличении доходов, то единственный путь -- повысить пропускную способность, что обеспечит рост грузооборота и пассажирооборота. Другие пути чреваты весьма нежелательными последствиями.
Одновременно хотелось бы напомнить горячим сторонникам приватизации порта, что во всем цивилизованном мире причалы и другие гидротехнические сооружения, как и акватория, принадлежат государству -- как стратегические объекты.
Ну, а наш министр решил навести порядок и в организации паромной переправы между материком и островами. Не хотелось бы останавливаться на данной теме подробно, она сложна и достойна научных исследований. Достаточно напомнить читателю, что паромные переправы во всем мире убыточны, им необходима государственная дотация. Как это организовать -- забота правительства.
Со своей стороны считаю, что самым разумным решением проблемы является строительство моста на Сааремаа, учитывая, что поблизости проходит 25-метровая изобата. В будущем здесь возможно создать глубоководный порт, способный принять под обработку суда с любой осадкой, которым удается пройти в Балтику через пролив Большой Вельт. Надо полагать, что для этого инвесторы найдутся, нужно только иметь аналитический ум, честное сердце и чистые руки...
РЯДОВОЙ АРМИИ ОБЕЗДОЛЕННЫХ
(СУДЬБА ПЕНСИОНЕРСКАЯ)
Сажень земли себе отмерь
и досок заготовь.
А. Твардовский
ПЕНСИОНЕР МЕСТНОГО ЗНАЧЕНИЯ
Продолжали дуть ветры непонятной кадровой политики. В морском государстве шла охота на морских специалистов, как в свое время на воробьев в Китае. Почти всем уже вручили "путевки в жизнь", я оставался одним из последних, но дошла очередь и до меня.
2 марта 1998 года я был освобожден от занимаемой должности. Настала минута прощания. Добрых слов было сказано мало, да и выпито меньше обычного. Никто из власть предержащих не выкроил минуты драгоценного времени, чтоб пожать руку и сказать простое человеческое: "Спасибо!" Родное предприятие подарило на память длинный и тонкий фирменный галстук, возможно, с тонким намеком на практическое использование "в минуты тягостных раздумий".
Однако после ухода из порта я не пополнил 300-тысячную армию обездоленных и всеми забытых, ибо продолжал преподавать в Эстонском центре морского образования, где для меня был вполне подходящий микроклимат. Там работали многие мои сослуживцы по прежней работе и учебе: Валентин Вервейко, Гастон Кангро, Хейно Каев, Вячеслав Морозов, Тоомас Мурашов-Петров, Арви Нордман, Алексей Ревякин. Это люди крепкой морской закалки и высокой человеческой культуры.
Попозже познакомился с капитанами Александром Борониным и Рейном Раудсалу. Оба выпускниики ЛВИМУ им. адм. С.О. Макарова. Александр занимался на кафедре судовождения программным обеспечением, Рейн читал "Управление судами".
Еще в школьные годы одноклассники и учителя обратили внимание на исключительные математические способности Александра, за что его называли "Мозг". Увы, теперь и Александра Боронина нет с нами. А Рейн Раудсалу с недавних пор -- декан судоводительского факультета Эстонской морской академии.
Мне доставляло огромное удовольствие работать с молодежью, с ними сам чувствуешь себя моложе. Среди них были толковые и любознательные ребята. Добрым словом вспоминаю своих бывших учеников, а их успехи радуют.
Был один курсант по фамилии Серегин, который на моих уроках разгадывал кроссворды. Трижды пытался поймать его врасплох, спрашивая: "Серегин, повторите, что я сказал!" И каждый раз он повторял нужное -- способный парень. А уже потом однажды встретил в автобусе старшего помощника капитана крупнотоннажного судна Серегина. Был рад за него.
Но случалось иное. Один курсант особым рвением и прилежанием не отличался. И вот звонит его мать: "Вы знаете, Сережа командует танкером 300 метров длиной". Тем более приятно, что неожиданно такое сообщение...
Т.Хунт стал магистром и заведующим кафедрой в Эстонской морской академии, отличница Наталья Семенова начала преподавать в Академии, А.Каев старпомит на немецких судах. Mor бы этот список продолжить.
Однако некогда сильное морское образование Эстонии переживает не самые лучшие времена в своей славной ранее истории. Здесь есть несколько веских причин, на которые я указывал, выступая в периодической печати.
Закончив преподавать, я в одночасье влился в пенсионерскую жизнь, которая предстала перед мной во всей своей красе. Прежде всего, выход на пенсию сопряжен с огромным морально-психологическим напряжением всех физических и нравственных сил, когда человек осознает свою обреченность на нищенское прозябание. Выйдя на пенсию, чувствуешь себя выброшенным за борт нормальной жизни, когда надо бороться за выживание, ибо пенсионер никому, похоже, не нужен, о нем вспоминают только перед выборами, когда все партии с легкостью необыкновенной обещают
старикам молочные реки и кисельные берега.
То, что пенсионеры живут тяжело, ни для кого не новость. Новость, и шокирующая, то, что через несколько недель после выборов министр социальных дел говорит: они знают проблемы пенсионерские и даже думают о них, но в казне нет денег. И люди в который уж раз оказываются обманутыми.
Пенсионерам не за что благодарить правительство Лаара, которое первым обрекло их на жалкое существование и медленное вымирание. Судьбу "отживших свое" решали люди, о которых в народе говорят: "Он способен похоронить любое дело, даже не начав его".
Патронажная сестра 300-тысячной армии обездоленных заявила: "Принятие пенсионного законодательства нецелесообразно". На том и порешили, начав выплачивать пенсионерам прожиточные деньги, их из-за быстрого окончания острословы называют "месячными".
Была провозглашена программа к действию: "Поможем тем, кто сам себе помогает". Я специальных курсов по словоблудию не оканчивал, поэтому думаю, что это современная трактовка бессмертного лозунга: "Спасение утопающих -- дело рук самих утопающих".
Одна сердобольная особа посоветовала употреблять в пищу картофельную кожуру, а молодой премьер-министр предложил питаться на 500 крон в месяц. Возможно, он увлекся теорией лечебного голодания. В ней существуют две концепции: американская и российская. Автор американской, профессор Поль С.Брэгг рекомендует голодать, если человек найдет в себе силы, 3-7 дней. Автор российского метода лечебного голодания профессор Юрий Сергеевич Николаев советует голодать постоянно. Вероятно, господин Лаар предпочитает российскую концепцию голодания.
Ощутив и прочувствовав на себе заботу правительства о моем здоровье, я вспомнил времена, когда в Рязанской области возникли трудности с мясом. Тогда Центральный совет общества "Знание" командировал в область ученых агитаторов -- читать лекции о вреде мяса. Выучив наизусть все болезни от "А" -- артериосклероз до "Я" -- язва желудка, профессор говорил: "Товарищи! Не употребляйте в пищу мясо, от него все болезни". И шел перечень болезней по алфавиту. Люди верили заезжему медицинскому светилу и не возмущались отсутствием мяса на прилавках.
В пору моей курсантской молодости, когда я познавал премудрости судовождения, мне говорили: "В морях твои дороги". Теперь мне никто ничего такого уже не говорит, но наш путь ведет в никуда. Пенсионера обложили, как волка на охоте: кровожадные монополисты, постоянно растущие цены, убожество медицинского обслуживания, нищета и одиночество. Ведь основная часть прожиточных денег уходит на оплату коммунальных услуг и стремительно подорожавших лекарств.
Один известный капитан с высшим экономическим образованием подсчитал, что после уплаты всех услуг и лекарств, на пропитание остается по 14 крон в день -- вот бы г-ну М.Лаару пожить так!
Топорно проведенная реформа медицинского обслуживания направлена на ускорение прощания с пенсионерами. Вот современная ситуация: семейный врач (к нему попасть тоже непросто) дает направление к врачу-специалисту, а туда можно прорваться через месяц-полтора. За это время не то что умереть успеешь -- черви могут изрядно над тобой потрудиться...
Встретил как-то одного бывшего крупного начальника и поинтересовался: - Как жизнь?
- Покупаю булку хлеба, килограмм салаки и делю на три, -- ответил он с грустью на лице. Действительно, грустно и печально.
Проведя в уме несложные арифметические расчеты, я задумался. Ведь еще недавно маленькая Эстония без учета прибрежного лова занимала второе место в мире по добыче океанической рыбы -- 213 килограммов на жителя республики, а по производству свинины -- третье, по 139 килограммов. Значит, каждый эстоноземелец съедал в год по целой свинье! По этому поводу специалисты-националисты завопили хором: "Эстония превратилась в свинарник для России!", а один политик заявил: "Зачем производить, если можно купить?" И пошло-поехало...
После бессмысленного развала интенсивного сельского хозяйства "до основания" производство свинины сократилось в три раза, и теперь её не хватает даже для внутреннего рынка, а нам вместо мяса предлагают кушать картофельные очистки...
Хотелось бы сделать этим умникам контр-предложение: пока в республике не начнут проводить операции по пересадке головного мозга, надо употреблять в пищу муравьев, что, по утверждениям ученых, в два раза увеличивает интеллект.
Самое страшное для пенсионера -- одиночество, отсутствие общения. Как правило, он встречается со знакомыми и друзьями в очереди к врачу или на похоронах ушедших из жизни. И следуют два вопроса: "Как здоровье?" и "Хватает ли "месячных"? Стандартные ответы: "Хуже, чем было, но лучше, чем будет!" и "Не хватает: месяц ждешь, через три дня кончаются!"...
Некоторые пенсионеры, не выдержав одиночества и нищеты, сводят счеты с жизнью. По количеству самоубийств мы вновь "впереди планеты всей" -- 40 человек на 1000 жителей. А многие, не выдержав борьбы за существование, опускаются на "дно" жизни, становясь бомжами, по-научному асоциалами.
Крупный корифей всех наук, познавший толк в эстонском золоте, российских рублях и американских долларах, С.Каллас вывел теорию происхождения асоциалов. Оказывается, они произошли от... многоквартирных домов. Позволю себе удовольствие процитировать размышления господина Калласа: "..многоквартирные дома, построенные по типовым проектам, это удар топором по селу Эстонии. Они приводят к лодырничеству, к возникновению асоциалов, к отчуждению от общества". Гениально! Потому предлагаю в дальнейшем в статистически-социологической отчетности именовать асоциалов "детьми многоквартирных домов".
Пенсионеры оказались в положении воробья из анекдота: "Попал в г.... -- не чирикай!"
Я по натуре человек не завистливый, но показалось несколько странным, что одна моя знакомая, бывший врач-терапевт, получает 12 тысяч шведских крон пенсии и объехала весь мир, кроме Тайваня, куда её не пустили. Был удивлен, узнав, что никогда не работавшая французская домохозяйка получала 7500 франков, и перечень того, что она могла на это купить...
Американцы называют пенсионерское время "золотым периодом". Вряд ли возможно применить подобное определение к нашему пенсионерскому прозябанию. Эстонские пенсионеры напоминают цыгана, который шел босиком по Красной площади, приговаривая: "Вот сволочи! Жмут и давят!"
Кто жмет, -кто давит? -- поинтересовался постовой милиционер.
- Сапоги, будь они трижды прокляты! -- ответил цыган.
- Но ведь ты босиком?
- Потому и разулся, что жмут и давят, -- объяснил цыган и поплелся дальше.
Некоторые "умные" люди утверждают, что дряхлые руководители, выжившие из ума, не способны ни говорить внятно, ни мыслить разумно. Наши молодые политики рассуждают с умным видом, а вот мыслят ли они соответственно -- весьма сомнительно.
PLENUS VENTER NON STUDET LIBENTER. Эту латинскую пословицу шутники перевели на русский язык, как "Сытое брюхо к учению глухо". Действительно, всем известно, что мозг после обильной еды работает с трудом. Так что не будем ждать милости, а потуже затянем пояса. Что же касается путешествий, то на кладбище "Лийва" в крайнем случае отвезут и за казенный счет...
МАЛЫЕ РАДОСТИ
Несмотря на тяжелое положение, у пенсионеров иногда бывают и радости. Давно ли мы пели: "Я люблю тебя, жизнь...". Радоваться нужно уже тому, что ты пережил планку средней продолжительности жизни мужчин -- 61,1 года. Пенсионер -- независимая личность, теперь он сам себе хозяин, не должен преклоняться, унижаться, извиваться, уклоняться. И не видеть, наконец, пьяную рожу своего бездарного шефа. Теперь он может пропеть:
Правьте, безмозглые, нами!
Мир направляйте идеей!
0 судьбах народа радея,
Во всю шевелите мозгами!
А еще -- о тяжелой демографической ситуации в стране. Некоторым представителям "старой гвардии", может, стоит с большой радостью повлиять на увеличение народонаселения, имея надежду на широко разрекламированную "Виагру"...
Когда у пенсионера на душе становится тяжко, устав от суеты сует, он включает телевизор и видит телешоу, где слуги наши борются за власть, не жалея сил своих и не щадя нервной системы телезрителей.
Но особо захватывающим зрелищем для нашего брата является предвыборная кампания, когда грязь в адрес оппонентов льется потоками. Чего только не узнаешь: кто, кого, где и за сколько! Потрясающая информация!
В такие периоды весьма интересно проехать по городу на общественном транспорте и наяву убедиться в силе наглядной агитации. Особо широко развернулись реформисты, город во время последних "предвыборов" буквально пожелтел от их фотопортретов. Создавалось впечатление, что вернулись к однопартийной системе, на выпуклый пенсионерский глаз безошибочно можно было определить, в чьих руках находятся деньги. Все будки на троллейбусных остановках и сохранившиеся в городе заборы были оклеены агитационными плакатами реформистской партии с милой хвостатой белочкой.
Особо жаркая борьба почему-то развернулась вокруг Таллиннской психоневрологической больницы. На заборе, ведущем в сторону Штромки, расположились "исамаалийтовцы". На специальном стенде красовался самодовольный лидер реформистов. Таллиннскому городскому суду не удалось напасть на след искусно украденных десяти миллионов долларов. Рядовые реформисты выстроились в направлении входных ворот больницы. Посчитав, что реформистов слишком много, оппоненты начали на них наклеивать портреты доктора Афанасьева.
В центре города "умеренный" Таранд отрешенно смотрел на зеленые мусорные ящики, где нашли временное пристанище агитки умеренных с интригующим призывом "Прекратить ерунду".
С редких стендов пасмурным взглядом на происходящее, сложив два пальца в виде латинской буквы У("виктория"), взирал "железный Эдгар". Многоопытный лидер центристов знал, как "прекратить ерунду", но ему было известно и другое: выборная кампания -- самая ответственная пора по сбору голосов избирателей для любой партии, и каждый в борьбе за эти голоса готов вцепиться мертвой хваткой другому в глотку, а, собравшись в кучу, вырвать из рук победу, добытую в честном бою конкурентом. Ведь в политике, как и в бизнесе. Друзей нет. Как в воду глядел лидер центристов, именно так и случилось.
Но вскоре все эти игрища надоедают, пенсионер начинает готовиться к летнему сезону. Выведет из гаража в лучшем варианте застоявшегося за зиму своего древнего железного друга -- "Москвича" или "Жигуленка" и поедет на "фазенду". А там теперь больших компаний не собирают, "Партия -- наш рулевой" не поют, а, выпив дешевой подпольной водки, вполголоса вспомнят молодость: "Ходили мы походами...".
Когда созреет первая клубника, старик соберет самую крупную и пойдет к соседям: "Вы только посмотрите: "Фестивальная" вымахала -- в стакан не лезет!" Пенсионер -- дачник в душе и грибной фанат. Первых маслят он нарежет на жарёху на собственном участке, потом начинает ждать колосовиков. Найдя белый гриб или подосиновик, пенсионер наклонится, срежет, поцелует в головку и только тогда опустит в корзину. Ближе к осени пойдут рыжики и грузди...
Занятые своими текущими делами, старые люди пытаются отвлечься и забыться, но тяжелая доля постоянно напоминает им о себе: постоянный рост цен на жизненно необходимые продукты, воду и электроэнергию И все же, и все же, хоть не можем мы ничего изменить, жизнь-то продолжается.
Будем жить!
О НРАВСТВЕННОСТИ, СОВЕСТИ И ЧЕСТИ
Важнейшее из образований -- образование нравственное.
В.Г.Белинский
Совесть стала роскошью сегодня,
и многие научились обходиться без нее.
Генерал А. Лебедь
Никто не обязан быть великим или мудрым,
но всякий обязан быть честным.
Академик Аксель Берг
Прочел вынесенное в эпиграф и надолго задумался. Что в наше время можно написать о нравственности, совести и чести? Где они? Куда делись?
Обратился со своими вопросами к давнему знакомому-журналисту.
- Ты сумасшедший! Колумб выискался, Америку открыл! О нравственности заговорил, совесть ищешь! Пропали они, а скоро и из словарей исчезнут. Ныне балом правят деньги. Вот так, дружище! -- возмутился приятель.
К сожалению, мне нечего было ему возразить, он сразил меня наповал. И такая на меня напала грусть! Как могло случиться, что люди потеряли столь важные моральные категории? Мы погрязли в непроходимом болоте бесстыдства и бесчестия, преступности, коррупции и бюрократии. Кажется, впору кричать "Караул!" Но все молчат -- привыкли. Даже те, кого это должно волновать в первую очередь.
Общество разложили, и для этого потребовалось немногим более десяти лет. Люди устали от коррупции в эшелонах власти, разворовывания государственного имущества, сомнительных сделок, скандалов и грязных афер, что никоим образом не вписывается в этические нормы.
В чем причины и где корни нравственного обнищания нации?
Анализ сложившейся ситуации позволяет сделать вывод о том, что одной из главных причин происшедшего является вседозволенность и безнаказанность наших "слуг" и чиновничества сверху донизу. Правильность моих выводов подтвердил опрос, в ходе которого 94% респондентов признались, что не доверяют политикам. Безусловно, этому способствовали и позорные события, связанные с отстранением с должности мэра столицы Э.Сависаара осенью 2004 года.
Однако рассмотрим все события по порядку и дадим им критическую оценку с позиции усредненного жителя города Таллинна и гражданина Эстонии. После проведения референдума о вступлении республики в Евросоюз, в ходе которого каждый третий эстонец высказался против, экс-президент назвал таких людей дураками, то есть нанес оскорбление каждому третьему соотечественнику. Кто осудил этот безобразный поступок? Как мог образованный и воспитанный человек уподобиться базарной торговке, привыкшей ругаться с соседками по прилавку?
Если честно сказать, за два срока президентства я слышал из его уст только одну умную мысль: "Правовая система Эстонии до сих пор является слабым звеном в государстве, поскольку в стране пока не существует сбалансированного разделения ветвей власти". Напомню, что у нас президент избирается не всенародно. А кто ему дал право оскорблять меня? Ведь перед законом все равны.
Премьер-министр берет в руки помповое ружье и открывает стрельбу по фотографии своего политического оппонента. И сразу нашлись горячие защитники премьера. Из истории известны случаи, когда сильные мира сего любили побаловаться с ружьем: Никита Хрущев предпочитал стендовую стрельбу, Леонид Брежнев охотился на кабанов и при этом отлично стрелял, "красный диктатор" Николае Чаушеску и недавно свергнутый Саддам Хусейн палили в воздух. А Март Лаар предпочитает стрелять по фотографии.
Таллиннский градоначальник сравнил всех неграждан с неграми, или, выражаясь непротокольно, плюнул каждому третьему жителю страны в лицо. Ну и что? Ни один русский политик не проявил гражданского мужества и политической воли, чтоб призвать расиста к порядку, все сидели, словно набрав в рот воды, судорожно держась за должностной стул руками. И тогда нашелся умный острослов, который заявил: "Никакой он не расист, так он сокращенно назвал неграждан -- "негр". На этом инцидент был исчерпан, и все стыдливо утерлись.
В этой связи я вспоминаю забавный случай, происшедший в далекой ЮАР во времена апартеида. Молодой коммерсант из Швеции несколько дней подряд грел свое тело под знойным южным солнцем и, загорев, стал похожим на местного жителя. Вечером коммерсант решил развлечься в ресторане, но ему преградили путь два дюжих блюстителя порядка, указав на табличку "Только для белых". Как ни доказывал свое происхождение швед, сторонники чистоты расы не внимали его доводам. И тогда цивилизованный европеец с проворством портовой проститутки спустил штаны и показал изумленным полисменам свой белый зад. Справедливость восторжествовала! Скажите, какую часть тела или какой орган должен показывать русский человек, видя объявление: "Толстым и русским не предлагать". И сразу у автора этого объявления нашлись защитники и теоретики мононационального коллектива. Мне лично трудно понять их, ибо когда-то в экипаже нашего судна были представители шести национальностей. На безбрежных просторах Атлантики бок о бок трудились эстонцы и русские, украинцы и белорусы, литовцы и латыши, грузины и молдаване. Никто и никогда не спрашивал у них национальности. Это было великое морское братство, которого нам теперь не хватает.
Уникальный урок безнравственности, бесстыдства и бесчестия продемонстрировали избирателям с экрана телевизора представительницы реформистской партии. Сначала ТВ показало председателя Таллиннского горсобрания Марет Марипуу, которая так убедительно говорила о преданности коалиционному союзу с центристами, что я поверил симпатичной блондинке, подумав: "Какая порядочная женщина!" Увы, выяснилось, что она признавалась в верности центристам, когда полным ходом шли закулисные переговоры с Народным союзом о захвате власти в Таллинне с целью свержения Э.Сависаара.
Через несколько дней на экранах появилась более амбициозная личность -- руководитель таллиннского отделения реформистов Кейт Пентус. Опытнейший тележурналист Урмас Отт, вероятно, понимающий предательство партийной деятельницы, поинтересовался, как у нее обстоят дела с этикой, на что получил положительный ответ: всё в норме. На следующий день, когда секретные переговоры с Народным союзом были закончены, она заявила, что все разногласия по проекту бюджета преодолены, но обвинила центристов в том, что те пытаются договориться с Народным союзом. Классическая форма лжи!
А утром реформисты "вдруг" предали центристов. Кстати, им к этому не привыкать, они так поступали и раньше. Ведь предатель -- он и в Африке предатель.
Если амбициозно-агрессивных республиканцев и реформистов, склонных к измене, можно как-то понять, то никак нельзя понять партию, которая гордо называет себя Народным союзом. А ведь ей в заговоре была отведена самая неблагодарная роль -- заманивать под свои знамена и подкупать подлых и жадных до денег перебежчиков -- предателей из стана центристов. Чего стоит один случай с подкупом В.Фактулина, который продался за 16 тысяч в месяц плюс обеспечение охраной. Крутя педалями, убегала из партии, взрастившей её, Эрика Салумяэ, чтобы под крылом Народного союза создать группу "зеленых". Спасибо, что не "голубых", размножающихся, как блохи на паршивой собаке.
Так, с помощью подкупа и предательства, в Таллинне был совершен правый переворот, причем сделано это было вероломно и цинично. Они делили места, пока Э.Сависаар еще сидел в кресле мэра. И всё это видели с экрана простые избиратели.
В цивилизованном обществе переход из партии в партию считается чрезвычайным происшествием. Достаточно вспомнить, что своеобразный рекорд Уинстона Черчилля держался семьдесят лет, когда он в 1904 году из-за карьеристских побуждений совершил перебежку из консервативной партии в либеральную, а спустя двадцать лет вернулся к консерваторам. Теперь этот рекорд многократно побит эстонскими политиками, которые ради корысти и благополучия демонстрируют отсутствие твердых идейных убеждений, кочуя из партии в партию, как блуждающие форварды. При этом футболисту перейти из команды в команду гораздо сложней, нежели политикам в партию, где больше платят. И вспомнился случай, когда один деятель написал заявление о приеме в коммунистическую партию.Почему вы не дописали "СС"? -- спросил секретарь партийной организации.
- В СС я уже состоял, -- ответил заявитель.
Стыдно и обидно видеть, что творится вокруг.
Действительно, политика грязное занятие, и большой редкостью для политика является умение оставаться в ней чистым. К сожалению, у нас таких мало, а запачканных в грязи по уши - пруд пруди.
В последнем номере газеты "Столица", приказавшей долго жить по воле новых "отцов города", помещена статья Марет Марипуу, в которой она нанесла всем простым жителям Таллинна публичное оскорбление, пытаясь превратить их в безмолвную серую массу: "Для простого жителя Таллинна смена власти в столице -- тема довольно далекая и малоинтересная". Напрасно госпожа Марипуу считает, что в Таллинне нет честных людей, для которых неприемлемы такие низменные методы прихода к власти.
Боевой американский генерал носил в орденской колодке планку медали, которой не был награжден. Обман стоил ему жизни: не выдержав позора, он застрелился.
Обман лишил премьер-министра Финляндии кресла, теперь её ожидает судебный процесс.
Госпоже Марипуу ничего не угрожает, но меня интересует один единственный вопрос: "Как она будет смотреть в глаза своим избирателям? Кто поверит ей? Ведь, солгавши раз..." К тому же она позволила себе в очередной раз слукавить, заявив: "Политика -- не борьба личностей". Позволю себе не согласиться с автором этих слов. Все отчетливо видели и понимали, как расшатывали и вырывали стул из-под мощной фигуры Э.Сависаара.
Хочу надеяться, что честные избиратели осознают всю фальшь происшедшего и в октябре 2005 года отдадут свои голоса достойным кандидатам, а не перебежчикам.
По примеру "старших братьев" тропой безнравственности шагают братья младшие. Примеров можно привести столько, что никакая печатная площадь не выдержит, а редактор попостоянно требует сокращений. Но несколько массовых явлений позволю себе привести.
В обществе процветает мрачный начальственный беспредел, работники беззащитны перед самодурством и хамством начальников, рычащих: "Я тебя сегодня же уволю!" Женщины, изменяющие мужьям с боссами, не скрывая, говорят: "Но ведь это мой начальник. Как можно отказать в интимной близости?"
Люди всё видят, всё мотают на ус. Они не могут уяснить себе, почему одним позволено всё, другим -- ничего. Почему министр финансов не платил налогов, а они платят? Почему министр юстиции может нарушать правила дорожного движения, а рядовые водители не имеют на то права? Почему крупные чиновники воруют миллионы, отделываясь символическими наказаниями, да и то не всегда?
К сожалению, подобных "почему" можно найти бесконечное количество...
Последние слова Бориса Пастернака были такие: "Кругом слишком много пошлости... не только у нас, но во всем мире. С этим я все равно не примирюсь".
Трудно представить, что бы сказал великий поэт, прочтя объявления в наших газетах: "Парень познакомится с парнем для интимных отношений", "Симпатичный молодой парень познакомится со стройным парнем до 18 лет для интимных встреч".
Не остаются в долгу и женщины: "Симпатичная девушка 25 лет познакомится с девушкой от 23 до 28 лет", "Молодая женщина познакомится с лесбиянкой старшего возраста"...
Один гомосексуалист открыто заявил: "Ведь представители сексуальных меньшинств захватили ведущие позиции в культуре, СМИ, финансовом мире, а также влияют на политику государственного управления".
Геи и лесбиянки требуют принятия закона об однополых браках. Недавно наш город был удостоен высокой чести -- по улицам Таллинна прошла демонстрация геев и лесбиянок. А между тем каждый сотый эстонец -- жертва эпидемии СПИДа, что вывело Эстонию на одно из первых мест в мире по уровню заболеваний столь страшной заразой.
Особую тревогу вызывает молодежь, значительная её часть развращена до предела. Я отдаю себе отчет в том, что В. Белинского молодые не читают, вряд ли многие знают, кто такие генерал А. Лебедь и академик А. Берг, но хоть что-то святое должно же остаться в их душах.
Увы, они предоставлены сами себе, улица для них лучший жизненный учитель. Детьми мало кто занимается, многие школы самоустранились от воспитательного процесса, а министерство образования, переведенное по недомыслию в Тарту, далеко и контроля не осуществляет. Чтобы убедиться в царящих среди молодежи нравах, предлагаю совершить небольшое путешествие в наших троллейбусах и автобусах по любому маршруту. Перед входом в транспортное средство настройте себя на то, что места вам никто не уступит. Если намерены провести воспитательную работу среди молодежи, наденьте бронежилет и на голову немецкую каску образца второй мировой войны. А если рискнете в вечернее время ехать в автобусе до дальних остановок, где частенько хулиганы избивают водителей, позаимствуйте у "Кайтселийта" автомат или, на худой конец, попросите помповое ружье у экс-премьера М.Лаара.
И ежели вы не занимаетесь самостоятельным изучением русского матерного языка, заткните уши ватным тампоном и смело входите, пропуская однако вперед молодых. Войдя в транспортное средство, вы увидите развалившихся на сидениях бритоголовых парней, стильных юных особ и юнцов. Подростки могут сидеть с чувством собственного достоинства молча или переговариваясь, при этом молодые люди будут произносить самые крепкие матерные слова, а девицы -- готовно смеяться, слушая сочный мат.
Захочет пожилой человек сесть на свободное место -- не исключено, что девушка хоккейным приемом оттеснит его своим еще не окончательно сформировавшимся тазобедренным устройством и сядет в вожделенное кресло. Если вас откровенно толкнули локтем между ребер или наступили на больную подагрой ногу, не возмущайтесь -- Бог терпел и нам велел.
Бывает, хоть и редко, хулиганы получают достойный отпор добропорядочных граждан. На задней площадке автобуса городского маршрута три отморозка курили. Пожилой пассажир сделал им замечание, и тогда один подонок попытался погасить окурок об его лоб. Короткий удар сокрушительной силы завалил парня на пол.
Как же отреагировали другие пассажиры? Мужчины, храня гробовое молчание, стыдливо отвернулись, женщины постарше стали возмущаться: "Зачем детей обижаешь?" Знали бы они, что по криминальной статистике дети -- самые жестокие убийцы. Недавно в Таллинне четверо несовершеннолетних забили ногами до смерти мужчину.
В республике процветает детская наркомания. Даже самый слабый наркотик разрушает мозг и психику, поэтому в условиях катастрофического роста наркомании среди молодежи существует реальная угроза остаться в будущем без интеллектуального потенциала, и это обязывает серьезно задуматься над ужесточением мер в борьбе с наркобизнесом. Пока практически в этом направлении ничего путного не делается. Вопреки логике и здравому смыслу у нас смягчили ответственность за наркодилерство. В то время как в Таиланде и Китае за такое занятие расстреливают, а в США отправляют на электрический стул, у нас сплошь и рядом отпускают на волю -- домой. Один судья объяснил свое подобное решение тем, что у наркодилера дома -- больная бабушка. Как быть с теми, у кого бабушки нет, судья не сообщил.
Исследования показали, что 87% наших школьников употребляли алкоголь, а 33% мальчиков и 26% девочек курят. На экранах телевизоров целыми днями стреляют, грабят, взрывают, убивают и занимаются сексом, а ребенок, как губка, всё впитывает в себя.
По эстонскому телевидению в вечернее время показывали американский фильм про убийства "Четверг". Бабушка попыталась запретить десятилетнему внуку смотреть. Отрок возразил: "Бабуля, ты ничего не понимаешь, это клёвый фильм, так классно убивают -- люблю смотреть, как людей убивают!" Комментарии здесь излишни.
Можно ли в будущем рассчитывать на повышение уровня нравственности при таком безответственном распространении массового "искусства"? Думается, что это очень наивный вопрос, который может задать лишь постоянный клиент психиатра... Впрочем, та же проблема стоит не только у нас, а и во всех так называемых "передовых" и "цивилизованных" странах.
О ДРУЗЬЯХ-ТОВАРИЩАХ
(вместо эпилога)
Еше крепки канаты нашей дружбы,
Что повязала нас морским узлом.
И память не замыло нам песком,
Роднит нас братство прошлой флотской службы.
Тимофей Синицкий
Годы идут своей чередой. И кажется, что настало время пропустить через память все, что пережито, а пережито много: радости и горести, неоправдавшиеся надежды, несбывшиеся мечты, обманутые ожидания, несправедливость, измена, хамство и бесчестие. Но зачем о плохом? Ведь было в жизни много хорошего и светлого. В жизни каждого из нас были события, значение которых со временем не только не тускнеет в памяти, а наоборот, возрастает.
К числу таких событий относятся незабываемые встречи и общение с друзьями, ведь с возрастом человек становится нежней и впечатлительней. Каждый человек может назвать круг лиц, глубоко и значимо повлиявших на его жизнь. Мое сердце переполняет чувство благодарности за все, что сделали для меня многие добрые люди, но особенно сердце переполняет мысль о покойной жене и спутнице жизни -- Евгении. Вероятно, так уж устроен человек, что при жизни не ценит данное ему судьбой, а потеряв, начинает оплакивать: Жизнь слишком, слишком поздно научила любить так сильно ту, которой нет.
Я искренне благодарен всем, кто был со мной рядом, оказав мне моральную и материальную помощь в тяжелое для меня время. Я благодарен всем.
Сразу оговорюсь, что писать о людях, которых знаешь свыше сорока лет, трудно. Но я все же рискну вспомнить о некоторых из них.
Первый, о ком я хочу написать, -- мой преподаватель в Таллиннском мореходном училище Ростислав Юрьевич Титов.
РОСТИСЛАВ ТИТОВ
На втором курсе мы начали изучать мореходную астрономию, которая разрабатывает способы определения географических координат судна в открытом море путем наблюдения небесных светил и является одним из многочисленных разделов древнейшей науки, возникшей задолго до нашей эры.
Науку эту преподавал Ростислав Юрьевич Титов, которого за фанатичную влюбленность в предмет и его энциклопедическое знание называли "звездочетом".
После звонка в класс вошел преподаватель, дежурный скомандовал: "Встать! Смирно!" И доложил о готовности группы к уроку. Преподаватель тихим голосом поздоровался, разрешил сесть и представился. Был он чуть выше среднего роста, сухощав и строен. Лет тридцати от роду, в форменной тужурке с тремя нашивками.
Ростислав Титов родился 6 апреля 1928 года в городе Армавире Краснодарского края. Детство провел в Подмосковье, во время войны, в эвакуации, жил в Оренбургской области и на Кавказе. После окончания средней школы поступил в Ленинградское высшее инженерное морское училище имени адмирала С.О.Макарова. В 1949 году во время учебной практики прошел трассой Северного морского пути, плавание растянулось на пять месяцев.
В 1951 году с отличием окончил училище и попросил направить его в Северное морское пароходство. Работая на судах, получил хорошую закалку. Например, на буксире, "таскавшем" лихтера, единственным мореходным прибором был магнитный компас без донного освещения. Р.Ю.Титов работал на пароходе "Воронеж" и грузопассажирском судне "Вятка" II и Ш помощником капитана.
В 1954 году по решению ММФ Ростислав Титов был откомандирован в Таллиннское мореходное училище преподавателем морских дисциплин. Поначалу преподавал мореходную астрономию, теорию девиации и грузовое дело. По мере преподавания выяснилось, что Ростислав Юрьевич спокоен и выдержан, ни на кого никогда не повышал голоса. Даже мне, когда я не мог постичь премудростей космографии, спокойным голосом сказал: "Шел бы ты в землекопы", на что я ответил: "Я, Ростислав Юрьевич, лесоруб".
Начиная с 1954 года, Ростислав Титов занимается литературной деятельностью. В 1959 году увидел свет сборник его рассказов "Свежая краска". Ростислав Юрьевич подарил мне книжку с дарственной надписью "В память "сражений" в ТМУ".
В 1962 году он окончил Литературный институт им. М.Горького заочно, стал членом Союза писателей Эстонии.
Астрономию я все-таки освоил и, уже плавая штурманом, беря в руки секстан, чтобы "схватить" высоту, всегда вспоминал теплыми словами своего доброго учителя астрономии. Вряд ли я тогда мог подумать, что настанет время, и наши пути тесно пересекутся.
Параллельно с преподавательской деятельностью Ростислав Юрьевич выходил в море с курсантами начальником практики на учебно-производственных судах и на парусниках. В 1961 году на танкере "Будапешт" он с группой наших ребят ходил на Кубу. За время плаваний посетил многие страны. Из морских стран Европы он не был только в Албании и Югославии, а в Италии побывал 25 раз!
О многих рейсах он потом написал в своих книгах.
За свой честный труд Ростислав Юрьевич удостоен нагрудного знака "Почетный работник морского флота".
В 1999 году вышла моя книжка "Рыбацкий хлеб". Ростислав Юрьевич похвалил ее, сделав одновременно ряд замечаний. Дело в том, что я издал ее самостоятельно, без помощи редактора. На презентации книжки, которую организовал ныне покойный Виктор Ковалевич на УПС "Коралл", я передал Ростиславу Юрьевичу больше 500 страниц рукописи новой книги. С тех пор началось наше сотрудничество, а творчество, как известно, цементирует дружбу. Возможно, я слишком эмоционален и мои слова звучат высокопарно, но я отношусь к Ростиславу Юрьевичу исключительно трепетно, о нем нужно писать в превосходной степени: честнейший, порядочнейший, скромнейший. Он прост, внимателен, доступен, чрезвычайно вежлив, предупредителен.
Однажды Рейн Мейндок, ставший крупным морским управленцем, сказал мне: "Ты знаешь, Титов мог бы научить астрономии дерево" -- и это высочайшая оценка труда учителя.
Для меня теперь Ростислав Юрьевич стал учителем во второй раз. Ознакомившись с рукописью, он посоветовал рассказ о годах учебы в ТМУ вынести в отдельную книгу. С.Смоляков, А. Сенин, В.Хейнла горячо поддержали идею, и к сороковой годовщине нашего выпуска увидела свет книжка "Это вам, романтики", тепло встреченная однокашниками. А в 2002 году вышел плод наших общих усилий "Люди, море и суда".
Работая с Ростиславом Юрьевичем, я убедился в том, что он обладает удивительным качеством -- быть человеком. Он никогда не гнался за славой и обогащением, это не для него. Всю свою жизнь честно трудился, нет у него ни дачи, ни автомобиля. Самая большая драгоценность для него -- семья и дом. Все свое человеческое тепло он отдает семье: любящий муж, заботливый отец, внимательный брат и нежный дедушка. Он души не чает в своей внучке Асе, хорошенькой и смышленой второкласснице. Долгие годы его верным другом был пес Габи (по-домашнему "Гаврила"). Только крепкий тыл, семейный мир и согласие помогли Ростиславу Юрьевичу написать четыре учебника и 12 книг художественной прозы.
Ростислав Титов преподавал вплоть до ухода на пенсию в 1990 году, среди его учеников свыше половины капитанов Эстонского морского пароходства, известные береговые специалисты: Т.Кыутс, Т.Ниннас, Л.Виснапуу, Г.Онищенко, В.Хейнла, Х.Каев, Р.Мейндок, Э.Мойк, Ю.Колло и многие другие.
6 апреля 2003 года морская общественность республики отмечала 75-летие Ростислава Юрьевича на борту легендарного ледокола "Суур Тылл". С приветственным словом обратился к юбиляру его бывший ученик, вице-мэр Таллинна Тойво Ниннас, был оглашен памятный адрес вице-адмирала Т.Кыутса, учителя поздравили его многочисленные ученики.
Долгие годы Ростислава Титова связывала крепкая мужская дружба с известным писателем-маринистом Виктором Конецким.
Ростислав Юрьевич полон сил и энергии, на общественных началах возглавляет Объединение русских писателей Эстонии.
СЕРГЕЙ СМОЛЯКОВ
С Сергеем Смоляковым мы познакомились в экипаже Таллиннского мореходного училища на улице Сяде во время сдачи вступительных экзаменов в августе 1958 года, когда овладевали искусством владения шваброй, постигая тонкости гальюнных наук под управлением старшего лейтенанта по прозвищу "Утенок". Начитавшись в детстве приключенческих книг про экзотические страны и морские путешествия, Сережа приехал поступать в училище.
Был он роста небольшого, худощав, с челкой непокорных прямых волос. Природа наградила его одновременно многими способностями: превосходные артистические данные, поэт, художник, превосходные организаторские способности по части хохм и розыгрышей, хороший рассказчик, веселый и неунывающий человек. Энергичен, очень подвижен, полон оптимизма и юмора. Он сразу стал среди нас всеобщим любимцем. Называл себя "Гераклом в засушенном виде". Мы участвовали с ним в художественной самодеятельности и быстро сошлись. Он был постоянным ведущим концертов и мог насмешить наших девушек-гостей до слез.
Особенно мы подружились, когда он предложил мне помощь в борьбе с самой древней наукой -- астрономией. Он был добр, отзывчив, горд и независим, ярый противник несправедливости, мог постоять за себя, этакий борец за свободу. Заядлый спорщик за правду.
Сергей -- большой шутник и хохмач. Плавал на судне, капитаном которого был Абдул-Керим Абурбекович Сейдбаталов, который просил называть его Аркадием Андреевичем... А Серега при первой возможности обращался к нему: "Абдул-Керим Абурбекович" и так достал его, что капитан вынужден был отказаться от своего имени-отчества: "Если я еще раз услышу от тебя "Абдул-Керим Абурбекович", немедленно спишу тебя с судна!"
После окончания училища Сергей уехал на Дальний Восток. Сергей артист и случались с ним в жизни всякие приключения -- смешные и не очень. Неприветливо встретило своих молодых специалистов
Дальневосточное морское пароходство, ребята остались без крыши над головой и гроша в кармане. Они нашли временное убежище на старом пароходе "Анадырь", стоявшем из-за ненадобности в отстое. Когда-то он осуществлял в своих твиндеках перевозку вербо ванных, за что его прозвали "вербовоз". Теперь он стоял, напичканный судовыми тараканами и клопами. Ребят приютил четвертый помощник Виктор Аграновский, годом ранее окончивший нашу мореходку.
Сергей получил назначение на теплоход "Эльтон" -- лесовоз финской постройки, переоборудованный под перевозку взрывчатки. Стоя вахтенным у трапа, он услышал: "Сынок! Наруби дров!" Оглянувшись на хриплый голос, увидел в нескольких сантиметрах от себя летящий на него топор. Только мгновенная реакция боксера помогла ему уклониться. Нарубив дров, он принес охапку на камбуз, где судовая кокша с багровым шрамом через все лицо размешивала правой рукой в огромной кастрюле кипящие щи, стряхивая левой рукой в кастрюлю пепел с папиросы "Беломорканал".
Затем были теплоходы "А. Чириков" и "Рыбновск", рейсы Владивосток-Охотск с грузом водки, порты воюющего Вьетнама с грузами специального назначения, потом служба на ракетном корабле.
Все офицеры корабля должны были проводить политзанятия с личным составом, Сергей вел их на столь высоком профессиональном уровне, что замполит, отбывая в отпуск, оставил Серегу вместо себя, а тут, как на грех, прибыл с проверкой начальник политического управления капитан первого ранга Смирнов.
- Командир, кто у тебя замещает замполита? -- спрашивает начпо.
- Старший лейтенант Смоляков, товарищ капитан первого ранга,- отвечает командир корабля.
- Он член КПСС?
- Никак нет, товарищ капитан первого ранга.
- Но хотя бы член ВЛКСМ?
- Никак нет, товарищ капитан первого ранга -- выбыл по возрасту...
Слабость Сергея -- модно одеваться. Пошил себе элегантный костюм-тройку, модное пальто и каракулевую шапку-пирожок. Однажды Серега шел по территории порта, когда услышал топот армейских сапог, бряцание автоматных затворов и крики с требованием остановиться. В мгновение ока был скручен и доставлен на пограничный пункт, где было проведено тщательное опознание личности, после чего его отпустили. Оказалось, что по ориентировке он похож на немецкого шпиона...
В ресторане "Золотой рог" весело и шумно, братва, заработав в море, спускает кровно заработанное. В ресторан входит респектабельный молодой человек в костюме-тройке с бабочкой. На него сразу обратили внимание подвыпившие моряки.
- Кто вы? -- интересуются.
- Я ест сын посланника Финляндия ф Япония, фосфрашаюс на родина, -- с деланным эстонским акцентом отвечает Серега.
Сергей упрям, настойчив и напорист в достижении цели, сохранил в себе обостренное чувство справедливости и юношескую романтику. Мой друг настолько разносторонне развит, что все его таланты даже трудно перечислить. К юбилею не имеющие поэтического дара друзья сочинили ему послание, в котором попытались перечислить все его способности:
Артист, поэт,
Спортсмен, моряк--
Таков ты, наш
Сергей Смоляк
(В конце мы опустили "ов") --
потомок древних казаков.
К тому еще ты полиглот,
Прекрасно знаешь церковь, флот.
Сказать нам много есть еще:
Хэлло! Иппуку симасё!
Вряд ли заместитель командира корабля, оставивший Сергея вместо себя, и начпо, проверявший на корабле организацию партполитработы, могли когда-нибудь подумать о том, что старший лейтенант Смоляков возглавит партийный комитет одного из крупных предприятий Таллинна, а когда настанет пора испытания на порядочность, примет правильное решение, внеся свой гражданский вклад в бескровное обретение независимости Эстонии.
Сергей Смоляков до сих пор несет свою морскую вахту, а когда по тревоге "Человек за бортом!" матросы не решаются прыгнуть в воду, старший помощник, облачившись в гидрокостюм, прыгает за борт с юношеским задором.
Сергей вырос в семье военного. Мне довелось долгие годы знать эту дружную семью. Отец Сергея -- инженер-полковник. После окончания электротехнического факультета политехнического института был призван на военную службу. Во время войны вместе с будущим академиком А.Александровым принимал участие в разработке противоминной защиты кораблей: главный инженер полигона размагничивания подводных лодок в Суурпеа под Локса. Интересный и содержательный человек. После ухода в отставку преподавал физику в политехникуме.
Мать Сергея -- Зоя Павловна -- была доброй женщиной и гостеприимной хозяйкой, любящей матерью и бабушкой.
От отца Сергей унаследовал твердый характер, принципиальность и волю, от матери -- доброту и гостеприимство. Сергей любит дружеские вечеринки, обожает принимать и веселить гостей, даже может спеть им на языке хинди.
Когда Сергей прочел рукопись моей первой книги с рабочим названием "В морях твои дороги", он сказал мне: "Какая тут на хрен романтика! Это тяжкий и изнуряющий труд! Назови "Рыбацкий хлеб". Под таким названием книжка увидела свет.
Сергей внимателен и нежен с женой, любит дочь, унаследовавшую от него художественный дар, боготворит внуков, обожает любимую собаку по кличке Дора. Имеет садовый участок, до которого, правда, не всегда руки доходят.
В быту скромен, верен и надежен в дружбе, в общении прост.
Желаю другу богатых урожаев, попутного ветра и традиционных морских семь футов под килем.
(От редакции: Стихи и отдельные рисунки Сергея Смолякова можно отыскать в библиотеке самиздата уважаемого М. Мошкова)
ТОЙВО НИННАС
С Тойво Ниннасом мы в особо близких дружеских отношениях не состояли, и наши служебные пути-дороги никогда не пересекались, но я всегда искренне уважал его за профессионализм, простоту и скромность.
Познакомились мы осенью 1958 года, когда оказались в одной учебной группе на судоводительском отделении Таллиннского мореходного училища ММФ. Он был спокойным, неконфликтным и даже несколько застенчивым, выгодно отличаясь от своих товарищей серьезностью, усидчивостью, прилежанием и старанием. Учился примерно, но никогда не стремился возвыситься над другими или заставить их поверить в свои исключительные способности. Его отличительной чертой всегда была скромность.
Тойво Ниннас родился 29 февраля 1940 года в г.Хаапсалу. После средней школы поступил в мореходку.
В 1961 году, окончив с отличием училище, Тойво уехал по распределению на Дальний Восток. Работал в Сахалинском пароходстве, пройдя путь от матроса до капитана. Одновременно, без отрыва от работы, окончил в 1966 году Дальневосточное высшее инженерно-мореходное училище имени адмирала Г.И.Невельского по специальности "Эксплуатация водного транспорта".
Вернувшись в Эстонию, он около года капитанил в Эстонском морском пароходстве, после чего начал бурный рост по служебной лестнице: групповой диспетчер, начальник отдела, заместитель начальника пароходства, начальник пароходства. Пусть Тойво простит меня, что не описываю его служебный путь с анкетной точностью. Выражаясь по-военному, он на морском флоте прошел путь "от солдата до маршала". Завидная карьера. Несомненно, он -- одно из ярких явлений в славной истории "родного Таллиннского мореходного училища", как говорил ныне покойный начальник училища "папа" А.В. Аносов.
Тойво Ниннас -- самый подготовленный морской специалист в республике, к своим двум морским образованиям он добавил краткосрочную учебу в Академии народного хозяйства СССР, в Англии и Финляндии.
Тойво возглавлял пароходство в самое тяжелое время, когда ломалась устоявшаяся десятилетиями плановая система и пароходство становилось на рельсы рыночной экономики. Главной задачей при этом было любыми путями остаться в мировом фрахтовом пространстве и сохранить конкурентоспособность.
Теперь, когда торговый флот стал достоянием Эстонской Республики, а "дядя из Москвы", который когда-то искал клиентов и брал на себя заботы о техническом обеспечении судов, исчез, всем нужно было заниматься самостоятельно и как можно быстрей. Одной из самых острых проблем был морально устаревший флот, который сдерживал поступательное движение вперед, поскольку затраты на его ремонт значительно превышали доходы от его эксплуатации. За три года пароходство сумело продать свыше трех десятков "плавучих гробов", честно отработавших свой век на морских просторах. В этом прямая заслуга Тойво Ниннаса. Вырученные от продажи судов средства были вложены в строительство судов нового поколения типа "Мууга" в Голландии.
Ломка старого, к сожалению, касалась и людей, отдавших служению морю десятки лет. Несмотря на возникшие трудности из-за сокращения объема перевозки российских грузов и жесткую конкуренцию с западными компаниями, Эстонское морское пароходство удержалось в мировом морском бизнесе, в чем большая заслуга Тойво Ниннаса. Его природный ум, огромный опыт и большой международный авторитет сыграли положительную роль в экономике молодой республики, превратив пароходство в одно из самых устойчиво работающих предприятий.
Тойво Ниннас -- хороший организатор, "привык во все дела впрягаться". Когда неуемный приватизационный зуд одолел чиновников, Тойво Ниннас принял все меры к тому, чтобы сохранить флот для республики, но силы были неравны, и пароходство продали иностранцам. Горячие поклонники могли сказать: "Приватизация Эстонского морского пароходства, о которой так долго говорили дураки, свершилась!"
Все свои силы, знания и опыт Тойво Ниныас отдает морскому сектору экономики. Был избран президентом Ассоциации балтийских судовладельцев, состоял членом советов двух морских предприятий, но профессионалы нынче не в почете, и в газетах началась травля. Скажите на милость, кто должен быть в составе совета, как не специалист? Почему газеты не написали о дилетантах, одновременно состоявших в советах 5-6 предприятий?
В 2001 году капитан дальнего плавания Тойво Ниннас был избран Президентом Союза судовладельцев Эстонии (ССЭ), в том же году -- вице-мэром Таллинна. Он, в частности, отвечал в городе за дороги. При нем в столице нашли оригинальное решение некоторые дорожные узлы, проведена реконструкция бульвара Вабадузе.
А короче -- Тойво не тщеславен, серьезен и немногословен. В общении прост, тактичен и деликатен.
АНАТОЛИЙ СЕНИН
С детских лет мальчик со станции Валдай хотел стать моряком. После окончания средней школы любовь к морю привела его в Таллинн, где жил дядя, работавший механиком по ремонту портальных кранов в Таллиннском морском торговом порту. Анатолий устроился юнгой в Эстонское морское пароходство на теплоход "Рухну", совершавший каботажное плавание между материком и островами. Теплоход носил имя одного острова, но чем-то угрожающим несло от его наименования. Забегая вперед, скажем, что. через годы теплоход "Рухну" вследствие подвижки груза натурально рухнул на дно.
Капитан судна Пыллу был мягким, добрым, уже немолодым человеком. Он как-то по-отцовски отнесся к молодому юнге, начав обучать его премудростям морского дела. Через некоторое время прибывший на судно капитан-наставник пароходства, которого на флоте любя называли "папа Карла", принял у Анатолия экзамен на звание матроса второго класса. Это было его первое испытание на морскую зрелость и прочность.
Балтика штормила, укачавшаяся судовая кокша повесила себе на шею металлическое ведро. Капитан попросил матроса Сенина: "Молотой целовек, я просу телат кусат команду".
- Я не умею, товарищ капитан, -- отвечал матрос.
Умеес, умеес! Телай макароны, -- успокоил капитан матроса.
Обед для команды тогда матрос Сенин приготовил, а сейчас Анатолий Васильевич владеет кулинарным искусством настолько, что готов поспорить с самим шеф-поваром ресторана "Глория".
В 1958 году Анатолий Сенин поступил на судоводительское отделение Таллиннского мореходного училища. Он строен и статен, носит безупречный "бобрик" и не по годам серьезен.
Учитывая, что Анатолий имел удостоверение матроса второго класса, на парусную практику, где курсанты сдавали экзамен на это звание, он не пошел, а на СРТ-4590 вышел в Северную Атлантику.
Позже мы поближе познакомились, а потом подружились, и дружба наша продолжается по сей день.
После окончания училища Анатолий получил назначение в Эстонское морское пароходство. Начинал на теплоходе "Кярдла" матросом, затем четвертым помощником капитана, потом -- теплоход "Раквере", на котором пройден путь от третьего до старшего помощника. Получен диплом капитана дальнего плавания, и Сенин -- капитан теплохода "Техумарди".
Перейдя на береговую работу, начинал с должности начальника отдела грузового контроля в морской службе "Трансфлот", затем стал заместителем начальника службы.
Анатолий целеустремлен, упорен, трудолюбив, заочно окончил экономический факультет Таллиннского политехнического института. Возглавив "Трансфлот", он остался доброжелательным к людям, никогда не опускался до грубости и резких выражений. Недаром он награжден знаком "Почетному работнику морского флота".
Беспредельно честный, Толя всегда презирал людей, от "честности" которых краснели щеки у Фемиды. Скромен, правдив, верен в дружбе, прекрасный семьянин: муж, отец и дедушка.
Выйдя на пенсию, капитан дальнего плавания, инженер-экономист на своем хуторе поднимает разваленное "до основания" сельское хозяйство республики. Так что Анатолий -- один из знатных "фермеров" нашей "второй гвардейской роты".
ТЫНУ ТИЙВЕЛЬ
Одним из самых веселых ребят в эстонской группе был Тыну Тийвель, которого в курсантской среде называли Сась. Со временем это прозвище будет известно и в Эстонском морском пароходстве, где долгие годы работал Т.Тийвель.
Сась играл в училищном духовом оркестре на бас-трубе, являлся членом волейбольной команды училища, которая на спартакиадах мореходных училищ страны в 1959 и 1961 гг. была чемпионом. Он также пел в курсантском ансамбле. Тыну -- общительный, никогда не унывающий парень.
В 1961 году Тыну в составе группы наших ребят на танкере "Будапешт" ходил на Кубу. После окончания училища Тыну работал в Эстонском морском пароходстве. Начинал матросом на теплоходе "Сырве", которым командовал Арно Каск. На "Сырве" Тыну сделал на африканской линии 23 рейса и вырос до старпома. После назначения капитаном ходил в Африку на теплоходах "Махтра", "Локса", Виляны" и "Пайде".
Пришел однажды принимать судно, третий помощник обращается к нему: "Александр Карлович".
-- Я не Александр Карлович, я Тыну Карлович.
- Ничего не могу понять: Сась, а не Александр, -- удивился третий.
На флоте Тыну за любовь к пению называли "поющим капитаном". Он говорил, что петь можно после девяти утра, а когда его спрашивали, почему, отвечал: "Воробей, который чирикает с утра, к обеду оказывается в желудке у кошки".
На теплоходе "Репино" проходили практику три курсанта-механика. По выходе из Латакии радист принял радио:
"РЕПИНО КАПИТАНУ ТИЙВЕЛЬ ТЧК
НАЙДИТЕ ВОЗМОЖНОСТЬ ПЕРЕСАДКИ КУРСАНТОВ НА СУДНО ЗПТ ИДУЩЕЕ ОДИН ИЗ ПОРТОВ СОВ БАЛТИКИ ТЧК
ИСПОЛНЕНИЕ ДОЛОЖИТЕ ТЧК НАЧ ТМУ".
Поскольку во время прохождения практики курсанты находятся в подчинении пароходства, а капитан судна не подчинен начальнику училища, "поющий капитан" возмутился и дал ответ:
ТАЛЛИНН РАДИО НАЧАЛЬНИКУ УЧИЛИЩА ТЧК
КУРСАНТЫ ШЛЮПКОЙ ОТПРАВЛЕНЫ НА ОДЕССУ ТЧК
КМ ТИЙВЕЛЬ".
С приходом в порт капитана вызвал "на ковер" заместитель начальника пароходства Пауль Рохтлан. Войдя в кабинет, капитан Тийвель увидел начальника училища, который рвал и метал от возмущения.
- Вы ославили меня на все училище! Почему вы не дали РДО мне домой?! -- бушевал начальник.
- Простите, я не знал вашего домашнего адреса, -- спокойно ответил капитан...
В 1977 году Тыну заочно окончил ЛВИМУ им. адм. С.О. Макарова. За многолетнюю капитанскую карьеру на его долю выпадали серьезные испытания. Так, во время стоянки в Бейруте теплоход "Ковель", которым командовал Тыну, был обстрелян.
В 1987 году капитану Тийвелю было поручено перегнать в Никарагуа теплоход "Кунда" -- дар советского правительства. Вместо запланированных трех месяцев командировка продолжалась восемь. Судно под флагом Никарагуа совершало рейсы в Мексику, на Кубу, в Доминиканскую Республику и на Ямайку. Разный был груз, случалось и оружие. Особо запомнился капитану рейс в порт Рама, куда нужно было подняться по реке Эльдорадо. Порта как такового не было, судно привязали за пальмы и начали выгрузку судовыми стрелами на площадку длиной в 30 метров.
Когда обстановка накалилась до предела, посол СССР в Никарагуа В.Вяльяс принял решение о срочной эвакуации экипажа судна на родину. Тогда капитан Тийвель стал почетным работником морского флота.
После обретения Эстонией независимости Тыну продолжал работать на судне под флагом и эстонским, и других стран. В последнее время командовал крупнейшим в порту танкером-бункеровщиком "Скорпион". Закончил плавать в ноябре 2003 года, но окончательно с морем не порвал. Он работает в службе капитана порта Пальяссааре, название его должности состоит из 17 слов и переводу на русский язык не поддается, что-то вроде: "Чем больше женщину мы меньше, тем больше меньше она нас".
Теперь мы встречаемся часто. За годы Тыну изменился внешне, набрал вес, обзавелся бородой, за которую я его называю "Хемингуэй". По-юношески весел, остроумен и поет любимую частушку:
На базаре дед подвыпил,
Ох, стукнул бабку костылем,
Эта бабка оказалась
Комсомольским патрулем.
На берегу у Тыну появилось увлечение: пчелы, которыми он занимается на хуторе. Из ягод делает домашнее вино, которым любит угощать, когда мы приезжаем к нему на хутор.
АНАТОЛИЙ БЕЛЬСКИЙ
Анатолий Бельский вырос в Таллинне. Как каждый мальчишка своего возраста, мечтал стать моряком. С восьмого класса начал посещать яхтклуб и занимался в судомодельном кружке.
Познакомились мы в мореходке. Анатолий -- плотного телосложения, спокойный и невозмутимый, философского склада ума, немногословен, говорил, несколько растягивая слова. В учебе был прилежным и старательным. Конспекты писал каллиграфическим почерком, все заглавия подчеркивал цветными карандашами -- такие конспекты можно было везти на любую выставку. В поведении был примерным -- уставной дисциплины не нарушал и ни с кем не конфликтовал.
Ближе мы сошлись и сдружились, когда были матросами на учебной баркентине "Вега", вместе пережили страшный шторм конца августа 1959 года, когда оборвало швартовые концы и судно левым бортом навалило на корму теплохода "Уральск".
После окончания училища, получив направление в Эстонское морское пароходство, долго там не задержался.
Получив профессию штурмана и проработав некоторое время матросом, он думал о "чуде века" -- радиолокации. Тяга к радиолокации привела его в ЛВИМУ им.адм. С.О. Макарова на радиотехнический факультет, где мы с ним встретились, когда он учился на втором курсе и был старшиной роты.
После окончания училища Анатолий работал мастером по ремонту радионавигационной аппаратуры в навигационной камере Эстонского пароходства. Когда А.В. Аносов был назначен начальником не существовавшего еще радиолокационного тренажера, он предложил Анатолию должность старшего инженера. Предложение было с благодарностью принято. Анатолий Иванович Бельский по праву считается создателем радиолокационного тренажера ЭМП, за что был удостоен знака "Почетный работник морского флота".
После Анатолий руководил навигационной камерой и картографическим отделом. Много лет спустя Анатолий говорил: "Руководящая работа не для меня, самые светлые минуты моей жизни -- когда я работаю руками".
По характеру Анатолий -- не стяжатель, когда была возможность стать "новым" эстонцем, совесть не позволила ему это сделать. Он не пошел по пути личного обогащения, честно работал, скромно живя от зарплаты до зарплаты. Нет у него ни престижной иномарки, ни модного коттеджа с бассейном. Сейчас он живет на месячные пособия.
Когда мы работали поблизости, встречались часто, теперь -- реже. С возрастом Анатолий пополнел, но та же добрая улыбка, простота и дружелюбие. Главное его увлечение -- компьютер. В память нашей совместной учебы в мореходке он ввел в Интернет (от редакции: в библиотеку М. Мошкова) мою книжку "Это вам, романтики".
* * *
Я не верю в то, что в нашем государстве есть люди, которые думают о возрождении эстонского флота, моим глазам этого не суждено видеть. Но я верю в тех, кто десятки лет отдал верному служению тому, теперь разрушенному флоту. Я преклоняю свою седую голову перед светлой памятью тех, кого нет с нами, и желаю доброго здоровья тем, с кем довелось учиться и встречаться по работе. Никто не забыт, даже "доброжелатели", но иных уж нет, а живым прощаю: каждому -- свое...
2005 г.
|