Голые куклы ... сидели на полу.
Да, она любила играть с ними целыми днями.
Ей недавно исполнилось семь. Это было не самое веселое время.
Все вокруг было опять не так : мама была беременной.
Она лежала в кровати неделями.
В тридцать пять она была стара для родов.
Она боялась потерять ребенка и на этот раз.
Начались кровотечения и грипп. Изнуряющая температура изматывала в конец.
Текст - рамка: читать вслух!
Этими новостями отец, делился с дочерью.
Юлию радовало, что беда сблизила отца с ней.
Он просил ее играть тихо, говорить шепотом.
Смех в доме умер. Стояла могильная тишина.
Виннифред ждала смерти.
Она была суеверна и считала, что умрет от родов ... как и первая жена, неудачника-мужа.
Виннифред думала, что уж если она не умрет, то ... умрет ребенок.
"В любом случае риск не оправдывает надежды".
- Здесь была доля правды, - соглашался с этими мыслями отец.
Юлечка играла, не выходила из своей комнаты. Девочка по-старушечьи почернела, перестала раскатисто хохотать от предчувствия горя. Тень смерти омрачала ... ее детскую душу. Но случилось чудо.
В этот день отец принес двух кукол. Это была чернокожая и белокожая девочки. Казалось, что это "близнецы", но с разной кожей.
- Какая прелесть, - всплеснула она руками, боясь их потрогать.
Ее сердце замерло. Цвета кожи она не видела. Она влюбилась в этих "близнецов", потеряв голову. Она перестала дышать ... вдруг. Она вбежала на второй этаж и прыгнула к матери. Та поспешно отстранила ее от себя, защищаясь от нее всеми силами. Ее лицо побледнело, у нее начались предродовые схватки. Куклы опрокинулись на пол. Юлия выронила их из своих доверчивых ручонок.
Отец медленно и неторопливо спустил ее со ступеней вниз.
- Ты уже большая девочка ... отстань. У тебя скоро будет живая кукла, - погрозил он ей почему-то пальцем.
Она сидела в нижней комнате и ждала.
Ей хотелось вернуть своих кукол, но все забыли о ней.
Она тихо плакала.
Она не хотела, чтобы новая мама умерла снова.
Ее позвали.
Она затрепетала всем телом, как в ожидании смерти.
Вокруг было полутемно.
Новая голая мама лежала на сырых окровавленных простынях.
Ее лицо было желтым, под глазами синие круги ... как небо.
- Это твой брат. Подойди к нему, - сказала та хрипло. Истерично.
Она подошла и взяла его на руки. Она любила его больше Голубого Быка. Она забыла обо всем на свете.
"Нет, нет больше смерти в доме! Нет, нет больше температуры. Ее... мама будет опять ее мыть очень скоро". Она держала его долго, долго... рядом. Ей был нужен он и только он.
- Ну, хватит... я устала, - сказала мама. Возьми своих кукол и иди вниз, - показала она ей на пол.
Она не поняла, о чем ей говорят. Ведь ей совсем не нужны никакие куклы, когда есть ... он.
Ребенок испуганно подняла на мать глаза. Она поняла, что у них разные игрушки и почувствовала холод. Это дуло... от "новой" мамы... от ее кровати. Она знала, что с братом ей больше не играть. Отец смотрел на них и не понимал, что случилось.
- Эти леди начали делить мир ? - спросил неосознанно громко.
Никто не ответил.
Стало темнеть на глазах. Тени покрыли материнскую кровать. Девочка взяла чернокожую куклу и сняла с нее всю одежду. Ей нравилась нагота. Почувствовала всю ее прелесть и неотразимость.
Юля знала, что "бэби" рождаются такими, как ее куклы. Она бросила на брата прощальный взгляд и вышла. На полу осталась ее любимая кукла. Она была брошена у края его кровати.
- Оставила ему самую любимую куклу! Она его любит! - сказал отец, посмотрев на жену.
- Это ничего еще ... не значит, - отвернулась та от него к стене, и устало закрыла глаза.
Он догнал дочь на лестнице, когда та шла вниз, в свою комнату. Отец поцеловал ее первый раз за много-много лет. Помог ей раздеться и посадил на горшок. Уложил ее в постель и поспешно выскочил вон.
Через минуту вернулся к ней в спальную комнату.
Он осторожно поднял ее голову и перевернул подушку. Девочка не шелохнулась. Не подала вида, что не спит. Испугалась правды... отца. Только он и он любил ее взаправду. Каждый знал, что "мать" - врунья... притвора. Его руки поправили одеяло и положили рядом вторую куклу. Улыбнулся. Был рад, что она спала среди своих друзей.
Налево была черная, направо ... белая кукла.
Дочь сложила их вместе и поцеловала, едва он выключил свет.
- Нет, у меня нет брата, - шептала девочка серьезным голосом. - У меня только вы и папа, - услышал он, инстинктивно приоткрыв дверь.
Ему все стало ясно : "Они уже поделили этот мир без него". Такое случилось и уже давно.
Он увидел, что опоздал, как ... всегда. Одиночество оставалось западней.