Вкруг усадьбе Набоковых - сладкие запахи дома.
Джип из города прикатился, в подворье вкатился, у дома остановился,- все двери - нараспашку.
Виталина, выскочила из джипа - вприпрыжку побежала обниматься-целоваться с мамой. Работник Борис уже стоял у машины - для - отнести купленные в городе продукты на хозяйскую кухню. Стас тоже уцепился было за пакеты, но Набоков младший вполне энергично взял его под локоть, потянул в сторону:
- Стас, ты мне нужен... Они тут сами, я сказал они с-сами, разберутся, и твои "жилеты" никуда не денутся. А у меня к тебе дело есть - там в Гранде,- он махнул рукой в сторону ангара.- Пошли.
Зимин так бы не поступил. Сам бы он и все пакеты в дом отнес, и спасибо за это не спросил. Сам бы.
Но он уже понял: "Здесь - у них есть какие-то свои правила и порядки... Надо сначала вникнуть, а потом уже инициативу проявлять... "Я не у себя дома... А за свой дом... уже нужно решать,- что мне с собой делать? Вернуться в квартиру и начать самому жить заново, а к Набоковым приезжать в гости или когда-никогда денег подзаработать... Или..?"
Впрочем, это не мешало ему уже идти, прийти и уже войти в ангар вместе а Авдеем.
Они прошли по чисто выметенному полу, мимо желтых катушек сена.
- Это моё сено,- не без гордости сказал Набоков.- Сено это основа основ - для быковедения. Но это - деревня, а мы идём... Сейчас сам увидишь.
Они прошли - через двойной занавес - во вторую половину ангара.
Подошли к двери, над которой была нарисована радуга, а на радуге, буквами, каждая размером с астраханские арбуз - разноцветное слово "Сезам".
Авдей набрал код, дверь негромко мяукнула и отворилась. Они вошли в Сезам
***
Выгородка в ангаре, которую Авдей называл Сезам - шириной в десять и длиной в двадцать пять метров - большое Место, и это большое Место резко отличалось от всего того, что подпадает под понятие "сельская жизнь".
Как вошли в отдел, Стасу захотелось встать и вытереть ноги::: чисто, как в аптеке, пол гранитный, с про́белью - под мрамор. Стены пластиковые трехметровые, без потолка. То есть потолок как бы есть и без "как бы", но это - крыша ангара, она там - высоко наверху.
Не было здесь ни серпов с косами, не было... хрюкающих свиней, блеющих овец, не было клеток с кроликами, не было ничего деревенского.
Авдей, как вошли, хлопнул в ладоши, и очень приятный, очень женский голос откуда-то отовсюду сказал: - - -
- Здравствуйте, Авдей Александрович добро пож... Женский голос перебил мужской баритон: Здравия желаю, товарищ Авдей, во время вашего отсутствия... Баритона перебил низкий и сиплый голос бывалого алкоголика: Будь здрав, боярин!
Авдей снова хлопнул в ладоши, голоса смолкли.
- Не обращай внимания на этих подхалимов,- Авдей весело кивнул головой по сторонам - на невидимые динамики.- Все что они могут - это льстить... Заискивают передо мной, а мне - приятно.
- Мне тоже нравится,- Зимин почти рассмеялся, но сдержался.
Авдей оценил сдержанность Стаса и принял ее, как воспитанность интеллигентного человека, понимающего и принимающего его полудетскую игру.
- Именно так, Станислав Михайлович - на чём стоим, на том и летаем. По сторонам головой не верти... Позже у тебя будет достаточно времени познакомиться с моей микроимперией поближе. Уже после вечерней трапезы мы сюда вернёмся.
- А сейчас мы подошли к моему главному отсеку. Это, так сказать... Собственно - ЭТО и есть сам "СЕЗАМ". Как видишь, во всем отделе, всё вокруг - без особых перегородок, кроме комнаты для мальчиков и вот этой выгородки площадью - шестью восемь квадратных метров. Эта выгородка - это "Харт"... Сердце по-ненашему. Это как у тебя на службе: В океане - подлодка, в подлодке - пингвин, в пингвине - килька, в кильке икра, в икре - новая жизнь.
Авдей набрал код, они вошли в Харт.
- То что я скажу сейчас нужно запомнить... Или лучше включи диктофон на своем телефоне. Я буду говорить много и быстро, если что не поймешь - после прослушаешь, столько раз, сколько тебе будет нужно для въезда в тему. Или нет, лучше дай мне свой "смарт", поставим его на запись... А то ты - то ближе ко мне, то - дальше,- запись получится некачественная.
- Я еще не знаю, где здесь диктофон,- Зимин достал-повертел в руках смартфон, передал Авдею, тот тут же включил диктофон на запись, положил себе в нагрудный карман рубашки (для качественной записи).
- Станислав Михалыч, привет... это я не тебе - сейчас, это для записи, она тебе понадобится.
Зимин на секунду остановился - для оглядеться, но Авдей его уже опять торопил:
- Входи, проходи, не отвлекайся... Ну чего ты встал?.. Чё стоишь - спишь? Тебе подушку дать, или сам проснешься?.. Иди со мной, бери шланг, вот этот, что на синей бочке.
- Куда мы так спешим? Мы на пожар что ли опаздываем?- осмелился перебить начальника Стас. Он не успевал понимать, что тараторит Авдей.
- Тебе это кажется, что мы спешим, а как по мне - можно было бы и побыстрей.
- В этой синей бочке, у которой мы сейчас стоим - сто литров уже готовой браги, сама бочка - на сто двадцать семь литров. Ты сегодня сделаешь первый перегон. Приходилось когда-нибудь?
- Нет,- Зимин пожал плечами.- В детстве только видел, у соседей... мельком.
- Бери шланг,- повторил Авдей.- Вот этот, сосни и - в куб.
Авдей снял крышку с бочки, снизу подставил перегонный куб дистиллятора.
- Это как из бензобака - в канистру бензина отсосать. Нальешь без пяти сантиметров до плеча куба, не выше, иначе брага при нагреве может через горловину - наружу полезть.
Зимин недовольно опустил силиконовый шланг в бочку, другой конец сунул себе в рот.
"Куда и зачем такая спешка?- снова мелькнуло у него в голове.- Только что все ехали в джипе... Весело беззаботно болтали - ни о чем, о жизненных простоташках. И вдруг - он уже стоит - здесь, даже еще не осмотревшись вокруг, с полным ртом браги, стоит и не знает что делать.
Конечно - во рту не бензин, а брага - пойло знакомое, и на зоне в теплое время года каторжники умудрялись ставить бражку в лесу, где-нибудь на солнечной поляне, в теплом пустотелом пне. Бражку делали с добавлением табака и мухоморов. Пили - дурели, а потом охрана гоняла "чумовых пьяных ёжиков", с автоматами и матами по деревьям и кустам.
Набоков, увидев Зимина с надутыми щеками, улыбнулся:- Ну что ты стоишь, как воды в рот набрал. Не хочешь глотать, выплюнь в бочку или в куб, перегонится - мука будет.
Стас проглотил, выплевывать в куб не стал. Вкус бражки ему понравился: ядреная, с горчинкой... и без мухоморов.
Авдей, однако, уже ушёл - скрылся в кладовке.
- Так что у нас здесь?- донесся до Стаса негромкий, но хорошо слышимый голос работодателя:
- Вот тут на полках, как зайдешь - слева - сахар в пятикилограммовых мешочках. Очень много сахара. Запоминай: сначала будешь наливать воду а потом - сахар, а если наоборот - почувствуешь ненужную разницу. Смотри не перепутай, Кутузов... на какой глаз повязку надевать. Вот тут - направо - дрожжи. У меня только сухие и хорошие,- спиртовые.
Турбодрожжи я не использую, они сбраживают очень быстро... за двое суток, но нет той чистоты, какая есть в обычных спиртовых дрожжах. Разбраживать не нужно, не барское это дело. Раньше разбраживали - для проверки, а сейчас производители насобачились хорошие дрожжи делать.
Вот тут на средней полке - у меня сейф новый. Старый я выкинул, в него батяня-братаня влез,- все ему неймётся секреты мои выведать... У сейфа шестизначный код... его не знает никто, потому что никто и не должен знать. После трех неудачных попыток угадать комбинацию цифр,- сейф очень громко закричит - не человеческом голосом... К сейфу даже не прикасайся. Не советую.
Стас налил в куб браги, как было велено "на пять сантиметров ниже плеч".
Подошел юный работодатель:- Так...- отлично. Идем дальше: куб у меня на тридцать литров,- что бы не тяжело было поднимать на плиту. Плита как видишь - газовая. Поднимай давай, убедись, что не тяжело. Если тебе тяжело - я тебя уволю.
"Он балабол - не хуже брата... Родная кровь рулит,- подумал Стас, а в слух спросил:- А что мне светит по зарплате?
На зоне Зимин, если нужно, ворочал тяжеленные бревна, и сейчас самогонный куб поднял легко - как стакан с водой,- на плиту поставил очень мягко. Юному Набокову "физика и пластика" Зимина понравилась.
- Так, ставим на горловину куба арматуру, защелкиваем на хомут, одеваем силиконовые шланги: от крана соединяем с нижним патрубком змеевика, от верхнего патрубка - на выход - в раковину.
- Зарплату, Станислав Михайлович, я тебе положу в... пять копеек... - тебе нравится?- Авдей хитро улыбнулся.
- Пять копеек?.. У меня даже слов нет. Это ты опять для ядрёности, для интересу к жизни?..- Зимин мотнул головой, ему вдруг вспомнился подходящий случай по поводу копеечной зарплаты.
- Ты знаешь, Ава, мне в бараке... это еще в первую ходку было, в руки попала какая-то книжка, точнее обрывки: без названия, без обложки, много вырванных листов... Но там в одном месте... какой-то батрак напился и хотел набить морду хозяину за то, что он ему за два каторжных месяца работы заплатил три рубля с полтиной. Получается - один рупь семьдесят пять копеек в месяц... О как! Ты, Авдей, мне зарплату в месяц назови. А то вы с братом и так уже - без меня меня женили.
- Ну какой, Стас, батрак,- развел руками Набоков,- какой месяц?.. Работа аккордная. Пришел - записал время начала работы, побыл, поработал два-три часа, записал время ухода. Пять копеек - это... в секунду. Дальше сам посчитаешь, калькулятор у тебя в смартфоне есть. Теперь я зажгу газ, включу охлаждение, а ты... шуруй в дом. Мне тут кое-что нужно сделать... Но об этом - никому видеть не надо. Запиши себе пятнадцать минут, как отработанные. И всё,- давай чеши. После ужина снова сюда придём, учить тебя буду и денег еще заработаешь.
Понятливый Зимин молча, и кивая головой, как китайский болванчик, быстро вышел из Харта через одну дверь, через вторую - из Сезама, через третью - заднюю дверь, вышел из ангара - в сторону поля.
Солнце, уже совсем красное, врывалось в землю. Мимо летел ветерок - розовый, свежий с ароматом кухни, доносившимся из приоткрытого окна хозяйского дома.
Одно только, за эти пятнадцать минут Зимин понял - "С этим пацаном, вдвое моложе его, молодым да ранним, разговаривать придется по ЕГО правилам. У пацанчика - в голове ветер, но кроме ветра и кроме шуток - ...деловой, и в свои шестнадцать лет - уже командует... давит. И очень - не дурак - парниша".
Зимину становилось понятно, почему Вадим младшего брата слегка побаивается: Вадим старше по годам, но и только.
Авдей, оставшись в "харте" один, достал из сейфа несколько банок с секретными специями, сверхточные, очень компактные электронные весы, измеряющие даже вес пыли на себе ( если запылятся ).
Но, взглянув на часы понял, что времени на новый эксперимент не хватит,- до ужина осталось всего-ничего, а выслушивать каждый раз нотации от Марии из-за опозданий к столу ему не нравилось. Он положил специи обратно в сейф...
Зазвонил телефон... в кармане рубашки.
-О как!- Авдей повторил восклицания Зимина.- Кто-то товарищу старшему матросу звонит, наверное - друзья с его подводной лодки.
- Да,- юноша попробовал сказать слово "да" голосом, по тембру которого нельзя было бы понять: это голос мужской или женский, молодой или старый, солдатский или матросский, бодрый или усталый, сытый или голодный...
Получилось - хуже некуда... ... но было - куда... В конце звука "а" в горле что-то неприятно пискнуло.
"Никогда еще,- подумал Авдей,- я не был так близок к позору."
-Але, дяСлава привет!- услышал он в трубке.
Сам Набоков голос в телефоне определил, как "совсем девчачий".
-Здравствуйте,- ответил он вежливо, вкрадчиво и уже своим голосом.
-...Алё, кто это... или я номером ошиблась? А вы кто? Позовите дяСлаву... Это же его телефон?
- Нет - не его.
- А чей?
- Мой. Теперь мой. Я этот телефон у дяСлавы украл.
-... Тогда... верните сейчас же, или вас в тюрьму посадят.
- Не посадят... Я уже в тюрьме.
- Послушайте, перестаньте шутить, мне нужен дяСлава.
- Мне он тоже нужен... Как делить будем?
- Тогда я ему позже позвоню.
- Обождите... Вас как зовут?
- Я с уголовниками не знакомлюсь.
- А меня...- Калистрат,- сказал Авдей.
- Очень неприятно.
- А вы ЧЁ сегодня вечером делаете?
- НИ-ИЧЁ,- Алиса выключилась.
Авдей рассмеялся, мельком взглянул на входящий номер телефона, запомнил.
Но в карман "смарт" не успел положить. Телефон снова забибикал.
- Алле́ ?
- Вы ещё опять здесь? Позовите пожалуйста Станислава Михайловича.
- А вас девушка как зовут?.. Не бойтесь, меня уже выпустили из тюрьмы.
После короткого молчания Алиса вновь выключилась.
- Вот ведь... какая... и очень... девочка, - самому себе сказал Авдей, взглянув на часы... - Однако, пора двигаться к еде. Любовь любовью, а подкрепиться, как говорит мой друг Винни Пух - никогда не помешает.
- Новый звонок...
- На этот раз Авдей медленно молчал и слушал.
- Но и Алиса так же медленно молчала и слушала.
Потом - слова - "Так и будем в молчанку игра...?!"
Причем - слово в слово,,, одновременно - с двух сторон - в оба конца.
Рассмеялись тоже вместе.
- Где мой друг?- успокоившись спросила Алиса.
- Я уже иду к нему... уважаемая незнакомка. Станислав Михайлович, между прочим, и мой друг тоже, и у нас с вами, пока я иду к нему, есть пара минут - поболтать. Вы любите поболтать?
- Я... если... дяСлава и... ваш друг тоже... Пару минут... отчего не поболтать.
- Меня Авдей зовут, на этот раз по паспорту.
- Тогда я Алиса... просто Алиса.
- Я в десятом учусь... А ты, Алиса, в... шестом или седьмом?
- Откуда узнал, тебе что, дяСлава про меня рассказывал?
- Нет, не рассказывал... Я сам.
- Сам?.. И что ты еще... ...сам ?
- Ну... по тому, что́ и ка́к ты сказала, я понял... - ты неглупая, голос у тебя приятный. И еще я догадался, что ты сейчас уже пришла из школы... разговариваешь с каким-то пацаном по телефону, и ты даже знаешь, как этого двоечника зовут. Его зовут Авдей.
- Какая школа, я в Москве?
- Тересно, а школа не в Москве?
- Откуда у нас в Москве школа? Наша школа в трех километрах, от нас - в другой деревне.
- Очень интересно. У нас тоже деревня есть рядом и тоже в трех километрах. Видишь, как много у нас общего. Много и сразу,- слегка растерянно сказал Авдей.
Авдею не понравилось, то что он сейчас "не просекает" тему. По голосу девочки, по интонации было совершенно ясно, что Алиса не врёт и даже не лукавит.
"Тогда, что за ерунда с этими деревнями, со школами и с Москвой без школ?"
Пока Авдей разговаривал, он шёл и уже пришёл к дому.
Зимин стоял на открытой веранде, смотрел на далекие облака на другом уже тёмно-синем краю неба, он дышал свободой,- не надышался ещё.
- Тебя, дяСлава,.. Алиса... очень хочет, - он протянул смарт Стасу.
- Да.
- ДяСлава, привет, это я...
- Привет, Алиса!
- А... этот... Авдей - он кто, с кем я сейчас разговаривала по твоему телефону?
- Это младший брат моего друга. Просто мой телефон... был у него в кармане.
-...У тебя что своих карманов нет?
- Рад тебя слышать, Алиса. Ты чего хотела?
- Да ничего я не хотела,- просто поговорить. У тебя все хорошо? Ты в Новоречинске?
- Я у друга в гостях.
- А мы в нашей Тёзке пока погостим. Только мы от семнадцатиюродных родственников переехали. Квартиру на месяц сняли, - в Ясенево, на четырнадцатом этаже. От метро недалеко. Мне метро очень нравится. В Москве конечно интересно... А ты не передумал?
- Что не передумал?
- Ну мы же в Испанию с тобой поедем.
- Алиса, послушай, ты это... Ну ни к чему всё это. Ну пошутила и пошутила, проехали и забыли. Ты маленькая ещё. Я взрослый, у меня жизнь другая. Ты звони когда захочешь... хоть среди ночи... поболтаем... я не против... Но в Испанию я не смогу поехать... Папе с мамой передавай привет. Как там папа ходил к вра...
- Алиса, не дослушав, снова бросила трубку.
- Что, Алиса девочка с характером?- усмехнулся Авдей.
- Да, энергичная девочка, и... тоже деловая.
- А можно, дяСлава, я́ ей позвоню... Не сейчас... в другой раз. Завтра например?
- Ну ты же с Алисой уже разговаривал. Звони, если хочешь. Кстати девочка симпатичная.
На веранду из дома вышла Елена Прекрасная:
-Кто симпатичная?..