Двенадцать часов неба. Для Боинга полет нормальный, для людей - утомительный. Все кто смотрел в иллюминатор - устали смотреть, кто не смотрел - устали не смотреть. Все устали.
Прилетело время посадки.
Нюанс: Боинг-777 никак не мог снизиться ниже двух километров четырехсот метров. Так на высоте и сел... на гладкую ладонь аэродрома. Новый Цветок - Аддис-Абеба одна из самых высокогорных столиц мира.
Другая достопримечательность: Набоков младший, когда летел "в первую сторону" про необычные эфиопские календари ничего не знал... Но старик Хоттабыч ему глаза открыл. Сейчас Авдею обязательно понадобился эфиопский настенный календарь, где и год не тот и двенадцать месяцев по тридцать дней.
Перед посадкой он объяснил своим женщинам их главную цель и задачу в африканском аэропорту
Командиром операции под секретным названием "ВВК" (всё врут календари), он назначил "дочь полка", заместителем - бабАню - мать свою, начальником охраны - Свету Знамцеву.
Только что купленный в надземном переходе, ярко-красный шарик висел на ниточке у Знамцевой высоко над головой и был виден издалека. Визуальная связь - самая успокаивающая связь в мире.
Задание женской банде - простое: Нужно раздобыть, во чтобы то ни стало, десять настенных эфиопских календарей.
С отцом Авдей (о чем в высоком полете уже было говорено), решил проверить его счет на золотой карте.
Как только женщины удалились на расстояние вытянутой допустимости, Авдей ухватил отца под руку:-Ты, пап, присядь... для равновесия.
- Да я уже насиделся, дальше некуда.
- А ты все одно присядь, я не хочу чтобы ты в обморок упал. Вот давай на эту лавку сядем... Мне есть, чем тебя огорошить.
Они сели.
- Я - Авдей Александрович, тебе, Александр Сергеевич, должен признаться в некоторой неточности. Ты же помнишь, если не забыл... Я еще над океаном обозначил цифру - тридцать тысяч...
- Так я уже сказал, что согласен,- недовольно кивнул отец.- Пошли лучше буфет какой-нибудь поищем. Винца хорошего...
- Ты не дослушал. Что за привычка недослушивать своё родное дитё?
- Ну, говори уже,- отец продолжал нервно оглядываться по сторонам в поисках "винного ларька".
-... Понимаешь, пап, я НОЛИК потерял, когда говорил про тридцать тысяч.
- Какой ещё нолик?
- Круглый, папа, круглый... Я один нолик нарочно выкруглил. На самом деле на мою карту сеньора Лаура положила триста тысяч долларов.
В полете я не хотел... Вдруг с тобой... ведь, что угодно могло случиться, а скорую помощь не позовешь. Скорые по облакам ездить не умеют. К тому же мы болтались высоко над океаном... Ну, что ты замолчал, может сейчас тебе медпомощь нужна?
- Сердце что-то замерло,- ответил отец, на время потерявший жажду к "винцу"...- Сердце замерло, но не померло. Ощущение от впечатления очень... разное. Триста тысяч - не тридцать... они не могут быть твоими. Сумма слишком огромная.
И еще мне на ум вступило: ты врешь что ли? или так дурно шутишь; или тебе в самолете голову радиацией напекло? Врачи говорят, на небе радиация сильная... как в раю.
- В каком смысле я вру? и какой смысл? В смысле - до хрена и больше я вру, или ни хрена и меньше вру я?
- Обожди, сынок, сейчас мы всё устаканим. Ты сказал, что нужно проверить мой счет на вшивость. Давай с тебя начнем. Пошли найдем банкомат, и ты покажешь мне эти самые "нолики".
Банкомат Набоковы искали недолго. Он стоял издалека видный, квадратно-зеленый и тяжелый. Но сын тут же мягким голосом обозначил жесткие условия:
- Сначала ревизуем твой счет, потому как за свой я не переживаю, у меня все как в сейфе. Ни один нолик никуда не укотится. Отвечаю! Слово бродяги сына - бродяге отцу!
Набоков старший после такого огорошивания завис, между чем-то непонятным и чем-то неопределенным.
"Если сын действительно не шутит,- подумал он, почесав занывший вдруг затылок.- То почему - ему, а не мне?"
Подойдя к банкомату он уставился на зелёную железяку, как баран на новые ворота. От душевного цунами он все забыл: в каком кармане банк-карта? Забыл пинкод. Да еще это пальто с карманами. В аэропорту в багаж верхнюю одежду Авдей сдавать не разрешил.
"В Москве зима,- напомнил он всем.- И в аэропорту, пока дождемся багажа... Так и околеть недолго".
Карточку Авдей нашел у отца во внешнем нагрудном кармане пиджака. Пинкод отец нашел в своем портмоне, при этом, едва не получив от сына подзатыльник. Но короткое нравоучение получил:
- Пап, так нельзя! У тебя же на карте целое состояние. Если у тебя памяти нет, запиши пинкод, но как будто... номер телефона. Например "сосед Вася", и десять цифр. Последние четыре - это твой пинкод, но... наоборот. Например последние цифры 9813 - значит твой реальный пинкод - 3189. Так, давай, лучше я наберу, а то если неправильно нажмешь, то после трех раз карточка съедается, и для восстановления потребуется твое личное присутствие в банке Аргентины. А мы сейчас в Африке, да и то одной ногой... А дальше - улетим ещё дальше.
- Денег я сниму всего 500 баксов... нам главное убедиться, что со счетом у тебя все нормально.
Пальцы Авдея проворно забегали по кнопкам, банкомат послушно выдал пять сотенных зеленых билетов, Авдей вынул их из ямки денежной железяки. Получил по запросу чек. Взглянул...
Но сразу... даже он не понял. Закрыл глаза, опустил голову, посмотрел в пол... Протянул деньги и чек отцу.
Я, пап, сейчас допускаю возможность, что в этой Эфиопии... Африка ей под ноги,- не только календари перевернутые. У тебя было шестьсот тысяч?.. а сейчас... девятьсот.. без пятисот.
Отец поглядел себе на руку, на полученные доллары, поглядел в чек.
В это время подошла Виталинка со своей свитой и рулоном календарей в руке. Вот, товарищ главный командир!- Весело воскликнула она.- Задание выполнено. Мы одиннадцать календарей купили. Хотели десять, но у дяди-продавца было всего одиннадцать. Тогда мы все календари и купили.
Деду внучкино веселье не передалось. Он стоял в испуге (от собственной, возможной радости).
Взглянул на жену:- Вы бы лучше вина купили,- сказал он негромко.- А лучше виски.
- А еще лучше ничего не покупать,- недовольно ответила жена.- Ты, Шурик, успокойся уже. Все люди как люди. Так и будь как все.
- Вы бы шли куда шли.
- В каком смысле - куда шли? Да что с тобой?- Мама перевела взгляд на сына.- Авдей, что с ним случилось?
- Анита, не дави на меня. У нас тут непонятки... дай бог... в нашу пользу. А тут вы... со своими календарями ненормальными.
- Так, девочки, пошлите еще погуляем,- сказала Анна Андреевна.- Мороженого купим, или еще каких вкусняшек.
Девочки так и сделали. Ярко-красный шарик над головой Знамцевой ушел гулять по второму кругу.
Отец и сын снова сели на ближайшую лавку.
- Я кажется понял,- неуверенно, после долгой паузы, заговорил отец.- Лаура исправила свою ошибку. Она деньги с твоей карты переправила на мою. Давай твою проверим.
- Ничего я проверять не буду,- сказал Авдей, он даже фигу в кармане скрутил... но не показал.
- Почему?
- Потому что ты ерунду городишь. Никто не может снять деньги с моего счета, даже тот, кто их на мой счет положил, тем более без моей банковской карты,- Авдей похлопал себя по нагрудному карману.
- Ну, а если... Давай убедимся.
- Я сказал - нет... А если всё же... если вдруг: на моем счету сейчас нет денеѓ... значит их нет. Жарко мне не будет и холодно тоже. Я не в бане и не в проруби. Взялись ниоткуда, туда же в никуда и вернулись. Я забуду эту тему как неудачный сон.
Отец помолчал, головой покачал и сказал не без гордости: "Мой характер. И мысли мои. Ты, сынок, сейчас сказал, о чем я и подумать остерегался... Но в голове такая страшилка мелькала... во вчерах - позавчерах. Я насчет этой дарственной, и бумаги по продаже фермы Эктору. Если бы этот жадный сын Лауры сделал так, что я остался бы ни с чем... я бы плюнул, махнул рукой, топнул ногой и крикнул "Да и чччёрт с ним". Ты знаешь, я сейчас как бы обрадоваться должен, но мысль, что деньги с твоей карты на моей оказались... Ты меня пока не переубедил...
Отец нервно рассмеялся... Так я и не знаю даже... не знаю, что с этими деньгами делать? У нас ведь и свои тугрики есть. На своей земле заработанные. Я вот как думаю: Лаура возвращает долг... Ферма же полтора миллиона стоит. Мне и другое понятно: любая недвижка при продаже имеет две цены: одна - желаемая и другая... как само дело покажет.
- Вот видишь, пап, не я сказал. И не ты. Эту фишку все знают... Это же азбука... Азбука Морзе.
- Почему Морзе?
Сын хитро улыбнулся, прищурился, наклонился к уху родителя и таинственно прошептал: "Чтобы никто не догадался".
- Ну, ты, сына... футы гнуты... это же ты из фильма? Мне эта кинокомедия нравится. Ее Гайдар поставил.
- Молодец, пап, я всегда догадывался, что ты неплохо разбираешься в живописи.
- Кстати, пап, по поводу, "чтобы никто не догадался". Давай пока маме... не будем говорить.
- Да разве я утерплю?
- А зачем терпеть? Забудь... и терпеть не надо... А если не знаешь куда деньги девать... Ну, купи себе велосипед за зеленый мильён.
- Скажешь тоже... велосипед за зеленый лимон; таких не бывает.
- Ещё как бывают. Ты в компе поинтересуйся... Там тебя еще не так удивят.
Например какой-нибудь типа художник, а на деле - обсосок... но величину из себя корчит... Бросит холст на пол, плеснет под ноги разноцветных красок, потопчется-потопчется по холсту босиком, а потом выставляет на продажу... за мильёны. И при этом, иногда, находятся ценители; начинают видеть его талан и мастерство. В результате картина- мазня-размазня, оказывается на аукционе, и тебе папa, со своим нищим миллионом на том аукционе делать нечего, и не за чем. Мы для них - серые землекопы. Наши мозоли на наших ладонях там никому не нужны... Такова мозаика жизни.
- Ну, так что, пап,- не будем говорить маме про нули, умноженные на нули... пока дома не окажемся?
- Раз так, давай так. Потерплю.
================================================
Полёт Аддис-Абеба - Москва - 8 часов 10 минут. Самолет полупустой, долетели по расписанию. Из самолета все пассажиры выходили, уже одетые в зимние одежды. В Москве -9.