За окном призывно шелестела зелень, что-то напевали птицы, а поодаль коты грозились намять бока один другому. Однако ни прислушаться к шелесту, ни улыбнуться птицам, ни выйти, разнять котов было невозможно. Потому что...
- Учащаяся Энни Миллер! - суровым голосом произнёс учитель истории, мистер Томас Блер. - Расскажи нам, в чём состоит историческая вина белой расы?
Энни - худенькая белокурая девочка с испуганным взглядом больших серых глаз - вскочила с места и затараторила:
- Белая раса, к которой мы принадлежим, совершила множество преступлений против других рас, особенно африканской! Наши предки держали африканцев в рабстве! Убивали, расстреливали, морили голодом в лагерях смерти, травили газами! Африканцы были разорены и жили в нищете, когда наши предки жирели в роскошных особняках. К началу двадцатого столетия африканцы были уничтожены в Евразии, а в остальных странах оказались в рабском положении.
- Правильно, - кивнул чернокожий мистер Блер. - Садись. - И он обратился к другой девочке:
- Учащаяся Мириам Стоун, какие великие открытия совершили африканцы?
На этот раз с места поднялась черноволосая кареглазая Мириам:
- Африканцы совершили все великие открытия! Созданные ими рычаги первого и второго рода позволили построить пирамиды - величайшее творение всех времён! Африканцы Карл Маркс и Фридрих Энгельс изобрели коммунизм! Африканцы разработали теорию иммунитета, которая защищает нас от болезней! Африканец Альберт Эйнштейн придумал теорию относительности, открывшую нам дорогу в космос!
- Хорошо, - кивнул мистер Блер. - Но ведь и белые не всегда сидели сложа руки? Кто такая Мари Кюри?
- Мари Кюри - жена великого африканского учёного Пьера Кюри, совершившего множество открытий! Она помогла ему открыть полоний и радий!
- Очень хорошо, учащаяся Стоун, садись. Учащаяся Крисси Эванс, расскажи, чем известен президент Авраам Линкольн!
- Белый президент Авраам Линкольн известен тем, что под предлогом освобождения африканцев из рабства он затеял гражданскую войну...
- И что же? - улыбнулся учитель. - Разве избавление от рабства - это плохо?
- На самом деле, он вовсе не освободил африканцев, а заменил формальное рабство на худшее, экономическое, - украдкой поглядывая в учебник, отвечала девочка. - Африканцы оказались в жестоком угнетении. А Мартин Лютер Кинг... Кинг...
- Да? Что же такого сделал африканец Мартин Лютер Кинг?
- Он выступил соглашателем. Попытался убедить африканцев поступиться их историческими правами ради мелких поблажек.
- Хорошо, Крисси, - милостиво улыбнулся учитель. - Немного неуверенно, но материал ты знаешь. Садись.
Урок продолжался. Преподаватель принялся рассказывать о том, как африканец Джордж Вашингтон разгромил белых захватчиков - англичан. Мистер Блер был в хорошем настроении, но школьницы не смели отвлекаться - все помнили, как на прошлом занятии учитель выпорол розгами одну из учащихся, за то, что она посмотрела в окно.
Энни не удивилась, что мать и сегодня не встретила её у школы. В конце концов - ничего страшного, до дома идти три минуты, а здесь, на этой улице, много людей.
- Эй, белая шлюшка! Куда это ты торопишься, а?
Энни скосила глаз: к ней обращался развязный парень азиатской внешности. Коли так, можно не реагировать, только прибавить шаг.
- Эй, тёлка! Остановись, когда к тебе обращается мужчина высшей расы!
На этот раз дорогу девочке загородил негр - плюгавый, сутулый, с подбитым глазом, но - афро-американец. Мимо него так просто не проскочишь. Энни торопливо ответила:
- Извините, сэр, я спешу домой, мне четырнадцать лет, - и дёрнулась вправо, обходя негра. Тот изловчился и схватил девочку за локоть:
- Стой, не уйдёшь!
- Эй, ты! Она моя! - разозлённый азиат набросился на негра, и завязалась драка. Через секунду оба уже катались в пыли, шумно ругаясь и стараясь ударить противника по голове. Энни сочла за благо не ждать, кто окажется победителем, а проскочила в узкий проулок. Ещё два шага - и вот он, подъезд родного дома...
- Что, припёрлась? Если хочешь жрать - приготовь сама, я тебе не нанималась, - сообщила мать. Она была в плохом настроении, одета в халат и старые шлёпанцы. На голове - бигуди. Сделав неосторожный шаг вперёд, Энни отшатнулась: от матери разило спиртным. Девочка заскочила к себе в комнату и перевела дух. Да, обед придётся опять делать самой, иначе быть голодной. Хорошо, продукты купила вчера...
Она уже заканчивала варить суп, когда в кухню вошёл отец. Он покрутил носом:
- Обед готовишь? Умница, доча! Не то что мать - бездельница, паразитка!
- Э, ты что несёшь?! - возмутилась мать из коридора. - Чему только ребёнка учишь? Сам бездельник конченый!
- Неправда! - с готовностью возразил глава семейства. - Я безработный, но деньги в дом приношу, и не только пособие! Вот сегодня - мне обещали сотню за то, чтобы я проголосовал за демократов!
- За чернокожих демократов, - не удержалась от мрачной иронии Энни.
- Ну и пусть чернокожие! Всё равно только за них и можно голосовать. Чернокожие демократы, чернокожие республиканцы, чернокожие независимые. Мне-то что? Не я это придумал, так почему не заработать?
Энни пожала плечами, не отрываясь от помешивания супа: отец, в сущности, прав - в этой системе, именуемой 'корректирующая дискриминация', нужно просто выживать любыми средствами. А все мысли типа 'Почему белое большинство не может быть избранным на руководящие посты?' лучше оставить при себе.
Энни принюхалась, попробовала суп и возгласила:
- Готово! Можно садиться обедать!
Это известие вызвало бурный энтузиазм: что-что, а от обеда, приготовленного дочерью, родители никогда не отказывались. В последующие полчаса две пары челюстей усердно чавкали, а затем отец поднялся из-за стола, хлопнул мать по заду, получил сдачи, и оба направились в спальню. Энни облегчённо вздохнула: теперь можно спокойно убраться на кухне, после чего взяться за домашнее задание.
- Новообращённые! Клянитесь, что будете до последнего вздоха верны делу борьбы за освобождение белой расы и установления всемирной справедливости!
Майкл Браун не без робости смотрел сквозь прорези колпака на незнакомцев, собравшихся в этом мрачном, тёмно-сером зале, освещённом только свечами. Не люди - только некие существа в белых балахонах, сидящие на каменных скамьях.
- Новообращённый, твоя очередь! Клянись!
Майкл слегка вздрогнул, облизнул губы, глубоко вздохнул и повторил:
- Клянусь! Я буду до последнего вздоха верен делу борьбы за освобождение белой расы! И... и...
- Достаточно, новообращённый, хорошо, - кивнул мистер Крис Бултон, школьный учитель физкультуры, которого нетрудно было узнать несмотря на балахон - благодаря его огромному росту. Он и привёл Майкла и его друга Тони Меера на это собрание Ку-Клукс-Клана. - Следующий новообращённый! Клянись!
Майкл услышал, как его друг, запинаясь, произносит заветные слова. Обоим друзьям стоило немало внутренней борьбы решение прийти сюда. О Клане ходили нехорошие слухи: убивают чернокожих просто так, ради забавы, причём очень жестоко - сжигают на кострах. Но куда иначе податься, если терпеть эту подлую систему угнетения нету сил? И вот оказывается - по крайней мере, так сегодня говорили здесь - что все эти россказни про Клан лживы. Клан борется против расизма, ненависти, за равенство и справедливость. Что же в этом плохого? Правда, не объяснили пока, какими средствами он борется - ну так об этом наверняка расскажут позднее...
- А теперь все свободны! Все, кроме новообращённых! - громко объявил глава собрания, с вышитым золотым орлом на левом плече балахона - Магистр, как его представил мистер Бултон. Люди в балахонах не спеша поднимались со своих сидений, почтительно кланялись Магистру и направлялись к выходу. Майкл увидел, что и мистер Бултон вышел - и мальчику стало совсем не по себе. Магистр подождал, пока все взрослые выйдут, и обратился к подросткам:
- Что же, молодые люди! Теперь вы посвящены в Клан, но осталось пройти испытание. Вы должны завтра прийти в парк Расовой Дружбы, там есть фонтан с изображением обнимающихся детей - знаете?
Майкл молча кивнул: сейчас ему стоило бы немалых усилий заговорить. Тони бросил взгляд на Майкла и тоже ограничился кивком.
- Там вас встретит человек лет сорока, он спросит, не видели ли вы маленькую девочку с куклой Барби. Вы ответите, что видели её, она убежала в аллею направо, и с этого момента и до завершения испытания вы подчиняетесь этому человеку.
- Мы поняли, - дрожащим голосом ответил Майкл. Тони молча кивнул. Магистр шумно вздохнул, осенил мальчиков крестным знамением и мягким движением подтолкнул их к выходу.
Едва покинул мрачное здание, Майкл почувствовал себя нехорошо. Не то чтобы что-то болело - просто весь мир вокруг мелко дрожал и рассыпался мелкими брызгами, которые тотчас сливались обратно в знакомые предметы. Внезапно мир взвизгнул недовольными автомобильными покрышками и сильно толкнул Майкла в бок...
- Эй, парень, ты жив? - потряс мальчика за плечо автомобилист, только что сбивший Майкла. - Что же ты выходишь на проезжую часть, да ещё под колёса бросаешься? Сильно я тебя ударил?
Майкл хотел было сказать, что всё в порядке, сейчас он поднимется и пойдёт домой, но вместо этого только слабо застонал. Автомобилист вынул мобильный телефон и позвонил в службу медицинской помощи.
Через двадцать минут Майкла уже осматривал врач. Значительных травм не было, но много лёгких ушибов, пара гематом, а ещё - сильное сотрясение мозга.
- Придётся вам, молодой человек, полежать в больнице минимум день, - сообщил врач. - Как позвонить вашим родителям?
Майкл хотел было сказать, что всё хорошо, но опять ничего не получилось. Медсестра сделал ему укол, и весь окружающий мир куда-то провалился.
Сегодня Энни решила вернуться домой другим путём - а то вдруг вчерашние негр и азиат поджидают. Она вышла из школы, огляделась на всякий случай - и - быстрым шагом - к дому...
- А, вот она! Так я и думал, что будешь хитрить!
Энни остолбенела при виде того самого негра, да ещё в компании двух других. Плохо дело, даже убежать опасно - обида для представителей высшей расы... Девочка хотела закричать, позвать на помощь, но чёрная рука схватила её за горло:
- Пикнешь - прикончу!
Однако в тот же миг все трое разлетелись, будто сухие листья от порыва ветра.
- Энни, ты спятила - здесь ходить? Самая опасная улица в квартале!
К Энни обращалась Мириам, рядом с которой стоял её брат Джек, с интересом рассматривавший спасённую девочку.
- Быстро отсюда! Нас тут не было!
Энни медленно приходила в себя. Мириам схватила её за руку и потянула. Не прошло и пять секунд, а на пустынной улице остались только три оглушённых представителя 'высшей расы'. Когда подростки уже подошли к дому, где жила семья Смит, Энни сказала:
- Что же теперь делать? Они обратятся в полицию, скажут, что вы их избили. Высшая раса, им поверят.
Джек и Мириам рассмеялись. Джек пояснил:
- Когда очухаются, ничего помнить не будут. Просто тебе не надо больше пешком из школы ходить.
- У нас нет машины, - вздохнула Энни.
- Зато у нас есть! - гордо ответила Мириам. - Сегодня решили прогуляться пешком - и вот...
- Прогуляться по опасной улице? - удивилась Энни.
- Немного адреналина никому не мешает, - усмехнулся Джек. - Ну что, девчата? Завтра, когда закончатся уроки, ждите меня у входа в школу. Туда извращенцы пока не допускаются.
- А где ты учишься? - поинтересовалась Энни.
- Здание напротив нашей школы, - подмигнула Мириам. - Ты не знала, что это школа для мальчиков?
- Ну-с, молодой человек, как себя чувствуете? - услышал Майкл - и проснулся. Не сразу понял, где находится: кругом чистота, белизна, люди в белых халатах...
- Где я? - спросил он сквозь шершавые губы и тут же добавил:
- Пить...
Медсестра тотчас поднесла к его губам 'поилку'. Врач вздохнул:
- М-да, не помните, где находитесь...
- Я в больнице?
- Да, - кивнул врач. - А как сюда попали, почему - не помните?
- Нет... Головой ударился?
- Ну да... Вас сбила машина, когда вы неправильно переходили шоссе. Водитель, сбивший вас, привёз сюда.
- Не помню, - вздохнул Майкл.
- А как вас зовут - помните?
- Да... Майкл Браун.
- Вот, уже неплохо. Сейчас придут ваши родители, они ждут в коридоре.
Майкл кивнул. Он тщетно пытался вспомнить, при каких обстоятельствах переходил шоссе... Возвращался из школы? Кажется, нет. Провожал девочку? Кого? Сью? Нет, с ней расстались месяц назад, теперь у неё другой парень. Мэри? Так она дала от ворот поворот. 'Надо же, как много всего помню, а вчерашний вечер... Стоп, но я ведь помню, что это случилось вчера... вечером... случилось - что?'
Медсестра впустила в палату отца и мать. Мама была заплакана, папа взволнован.
- Сыночек, миленький... Как же так... Мы так волновались за тебя...
- Он идёт на поправку, - с улыбкой сообщил врач. - Никаких серьёзных травм. Думаю, завтра вы можете забрать его, но пару дней ему придётся полежать. Со льдом на голове.
Только теперь Майкл почувствовал, что голове холодно. Надо было что-то ответить...
- Спасибо вам, доктор...
- Да-да, доктор! - с жаром поддержала мама. - Огромное вам спасибо, что спасли нашего мальчика!
- Ну, 'спас' - сильно сказано, - улыбнулся врач. - Я просто сделал свою работу. Случай вашего сына - поверьте, далеко не самый сложный в моей практике. Думаю, и студент-медик справился бы. Опасности для жизни не было.
Глаза Майкла слипались. Он понял, что устал и хочет спать, но мысль о вечере накануне застряла в мозгу, будто заноза. Видя, что пациент хочет отдохнуть, врач мягко подтолкнул родителей Майкла к двери.
- Можно мне посмотреть телевизор? - сонно произнёс мальчик, не желая сдаваться дрёме.
- Можно, - кивнул врач. - Только звук пусть будет потише, - и он подал Майклу пульт от телевизора.
- Да... спасибо... - Майкл уже почти спал, но старался не показать виду.
- Мы подождём в коридоре, - сказала мать, обращаясь одновременно к сыну и врачу.
- Лучше поезжайте домой, а завтра приходите пораньше. Я подготовлю документы, и вы заберёте своего мальчика. Не забывайте менять лёд, а если состояние ухудшится - сразу звоните мне, - и он дал женщине визитную карточку.
Все вышли из палаты. Майкл всё ещё боролся со сном, и чтобы не сдаться легко, включил телевизор. О, как раз новости. 'Вдруг про меня скажут?' - со странным интересом подумал мальчик.
- Предотвращён теракт в парке Расвой Дружбы! - интригующим тоном произнесла ведущая. - Преступники планировали расстрелять африканских детей, прибывших в наш город из Сан Диего и пришедших в парк на экскурсию! Благодаря бдительности наших стражей правопорядка, злоумышленники арестованы на пути к месту преступления! Как выяснилось, они члены Ку Клукс Клана!
Майкла будто током ударило. Вот что произошло накануне вечером - посвящение в Клан... Сегодня предполагалось испытание - именно там, где... 'Что же получается? Если бы меня не сбила машина, я бы пришёл в парк, не намереваясь никого убивать... и меня бы арестовали по обвинению в терроризме? Выходит, Тони и других ребят арестовали? И теперь их будут судить как террористов... Они назовут меня, и я тоже буду арестован?'
Однако на этом месте сонливость вдруг навалилась с полной силой, и Майкл провалился в царство Морфея.
- Тук! Тук! - послышались удары снаружи. Семья Стоун - Мириам, Джек, их родители и маленький братик Риджи - вскочила на ноги. Все переглянулись.
- Тук! Тук!
- По-моему, это камни, - высказалась Мириам. - Кто-то бросает нам в окна, но попадает в стену или решётки.
- Вот же сволочи! - с чувством произнёс Джек. - И какой только подлец придумал называть погромщиков протестующими?!
- Тук!!!
- Все оставайтесь здесь, а я пойду прогуляюсь, только возьму кое-что, - Джек направился в свою комнату. Мать вскрикнула:
- Джек! Куда ты?! Не пущу!
- Не пущу! - подтвердил отец.
Однако Мириам угадала намерение Джека и бросилась к себе. Через минуту брат и сестра вышли из своих комнат, и родители остолбенели.
- Что это на вас? - только и выговорил отец. Не отвечая, Мириам и Джек выскочили на лестницу. Вслед им донеслись горестные восклицания перепуганных родителей.
- Чёрный ход! - пояснил Джек. Мириам кивнула. Через несколько секунд они вышли на улицу. Здесь, на заднем дворе, было пока тихо и спокойно. Подростки миновали пару зданий и оказались в тылу бушующей толпы. Переодетые панками, вымазанные гуталином, они сейчас не отличались внешне от погромщиков.
- У того, который ближе к нам, оружие справа! - шепнула Мириам брату. Тот кивнул. Мириам подошла к намеченной жертве, хлопнула его по плечу - тот обернулся и тотчас получил нокаут сзади от Джека. Ещё через секунду его револьвер перекочевал к победителю. Подростки оглянулись: ни на них, ни на оглушённого ими погромщика никто не смотрел.
- Уходи за угол! - шепнул Джек сестре. Мириам подчинилась: так безопаснее для них обоих - во избежание сюрпризов.
- Бах! Бах! Бах!...
Ещё три выстрела, едва слышные среди рёва беснующейся толпы - Джек разрядил обойму, сунул револьвер в руку нокаутированного парня и присоединился к Мириам. В толпе погромщиков послышались крики боли и ужаса.
- Всё! Уходим!
Мириам набрала телефон матери.
- Алло! Доченька, где вы?
Мама была очень испугана, сквозь слова прорывались рыдания.
- Мама, всё хорошо. Камни больше не летят?
- Нет. Скорее - домой, милые!
- Да, мама, мы сейчас.
Мириам и Джек немного покружили по кварталу, затем вернулись к дому. Мама, причитая, прижала их обоих к груди. Папа уныло вздохнул.
- Зачем так рисковать... - произнёс он виновато.
- Так ведь и здесь рискуем, - пожал плечами Джек. - Там риск хотя бы имеет смысл.
- Джек, в следующий раз я пойду с вами! - тоном, не допускающим возражений, объявил Риджи.
- Ну вот, - развёл руками отец. - Какой пример подаёте.
- Скорее снимите эту гадость, которая на вас! Вымойтесь! Переоденьтесь! - мама уже почти успокоилась, и теперь ей только хотелось, чтобы дети поскорее вернули себе нормальный облик.
- А вдруг вас засняли камеры видеонаблюдения? - вскинулся папа.
- Нет там видеонаблюдения, - ответила Мириам. - Камеры удалили полгода назад по требованию участников акций протеста.
- Ну-с, молодой человек, будем говорить, давать показания? - следователь ФБР снисходительно и скучающе глядел на Тони, словно давая понять, что арестованный может говорить, а может и молчать - никакой разницы ни для него, ни для остального мира.
- Будете говорить, - мрачно усмехнулся Тони. Он понимал, что дело плохо, но не представлял себе, откуда исходит опасность. Три человека пришли в парк - это преступление? Между прочим - пришли безоружные, хотя имели право взять с собой электрошокеры и слезоточивый газ.
- Напрасно острите, молодой человек, в вашем-то положении. Покушение на массовое убийство, да-с.
- Какое убийство, чем? У нас не было оружия.
Следователь усмехнулся и положил на стол фотографию револьвера.
- Участие в Ку Клукс Клане не отрицаете - уже хорошо. Но этого недостаточно. Вот, молодой человек, что было у вас изъято. Те, с кем вы были в парке, уже дали показания. По их словам, вы подговаривали их убить детей, только за то, что они родились африканцами.
Тони потрясённо уставился на фотографию, затем сказал:
- Это ложь. Никакого оружия при мне не было, и никого я не подговаривал убивать. На этом револьвере нет моих отпечатков пальцев. С этого момента я отказываюсь отвечать на вопросы, пока не придёт мой адвокат.
Следователь расхохотался:
- Нет отпечатков?! Какой вы самоуверенный. Что же, пусть, в самом деле, придёт адвокат, вместе с ним придумаете, как выкручиваться.
Тони с удивлением посмотрел следователю в глаза:
- Хотите сказать, что отпечатки есть? Это возможно только если вы сами их нанесли. Клейкой лентой или как-то иначе.
- Откуда вы знаете про клейкую ленту? - вскинулся следователь.
- Читаю детективы.
Следователь задумчиво посмотрел в глаза Тони и молча вышел из кабинета.
По этой улице - направо... Вон до того угла, оттуда налево... Ближайшее здание, такое знакомое... А вдруг и они узнают?..
Сердце Мириам колотилось, хотя девочка уверяла себя, что бояться нечего: всё отлично продумано. Узнают в интернет-кафе - ну и ладно, сразу уйти, сказать, что готовилась к маскараду... Вот он, знакомый вход - толкнуть дверь...
Владелец бросил скучающий взгляд на Мириам - и сразу отвернулся: одетая в панковый унисекс, с непотребной зелёной причёской в стиле 'индеец гурон', жующая жвачку, девочка сейчас менее всего походила на саму себя, да и вообще на девушку, вслед которой оборачиваются на улице встречные парни. Потянув жвачку изо рта и превратившись в нечто малоприятное неопределённого пола, она промычала:
- Тырнет - полчаса.
Владелец не оборачиваясь указал пальцем на свободный столик и подал чашку с кофе. Мириам хотела было сказать 'не надо', но сообразила, что её персонаж вряд ли отказалось бы. Уплатила десять долларов, взяла кофе и прошла к указанному месту. Включила. Пока компьютер приходил в рабочее состояние - украдкой осмотрелась: кажется, никто не наблюдает. Вынула из кармана куртки флешку, подключила, подождала, пока самодельный вирус войдёт в систему... Убрала флешку обратно, ещё раз осмотрелась, проверила сигнал в углу экрана: зелёный, молчит - окей... Вошла в библиотеку Конгресса, закрытый архив...
Вот, значит, как всё было на самом деле. Сразу после 'чёрной революции' тогдашний президент отправил ядерные боеголовки и основную часть авиации и флота в Канаду - чтобы новые владыки страны не затеяли мировую войну. Канада закрыла южную границу и заключила альянс с Израилем и Австралией, обеспечивая последней ядерный зонтик... С того момента Соединённые Штаты Америки, нет, уже Соединённые Штаты Афро-Америки пребывают в прохладных отношениях с Альянсом, но без былой военной мощи ничего поделать не могут.
Ладно, сказала себе Мириам, а что происходит в остальном мире?
Традиционный соперник США - Россия - не успела пожать плоды крушения дяди Сэма. Очередная зараза, пришедшая из Китая, выкосила сотни тысяч россиян, а миллионы других оказались прикованы надолго к постели. Разразился тяжёлый экономический кризис, а тут подоспели президентские и парламентские выборы. Недовольство населения грозило привести к власти лидера оппозиции, но действующий президент нашёл средство: предоставил российское гражданство миллионам китайцев, проживавших к тому времени в стране Пушкина и Чайковского. Китайцы дружно проголосовали за своего покровителя, но в Думе оказались многочисленные уроженцы Поднебесной. На президента оказали давление, и он согласился на ряд сомнительных мер. В результате на территорию России вошли китайские войска - под предлогом защиты своих граждан. Без единого выстрела они захватили огромную территорию. Миллионы россиян бежали в Украину или Белоруссию, а тем временем из КНР прибывали всё новые и новые эшелоны. Триумф Китая, вызвавший сильное беспокойство в остальном мире, оказался непрочен: в Пекине произошёл военный переворот, Коммунистическая партия Китая оказалась отстранена от власти и поставлена вне закона. Прежние правители успели сбежать на юг, и страна оказалась поделена на две части. Военные заручились поддержкой Москвы, и теперь было непонятно, кто кем правит.
Африка, возликовавшая по случаю 'чёрной революции' в Америке, быстро поняла, что рано обрадовалась. Новые правители закрыли чёрную иммиграцию, а нелегалов арестовывали и отправляли в тюрьмы. Не поздоровилось и американским индейцам, которые напрасно надеялись, что прежняя солидарность с чёрными повысит их статус. Напротив, резервации были упразднены, и национальные языки индейских народов оказались под запретом.
У Мириам голова пошла кругом от таких новостей - не только неожиданных, но и идиотических. Она собралась было скопировать остальные документы на флешку, но тут сигнальный кружок пискнул и сменил цвет с зелёного на жёлтый - а значит, ещё немного, и вторжение школьницы будет обнаружено. Она вздохнула, закрыла все входы, вывела на экран игры, вошла в реверси, проиграла кому-то, шумно и хрипло выругалась - так, что на неё обернулись все, кто был поблизости, - показала экрану средний палец и, демонстрируя крайнее недовольство, вышла. Миновала несколько улиц, убедилась, что никто не следит, подошла к своему автомобилю, села внутрь и мигом превратилась в себя обычную - длинноногую, изящную, очаровательную, соблазнительную, но интеллигентную девочку из хорошей белой семьи.
Горит хижина дяди Сэма
(Фантастика, боевик)
Глава 2. Корректирующее рабство
- Мама, ты считаешь, это платье идёт мне? - озабоченно спросила Мириам, осматривая себя в зеркало. Она всё ещё не была уверена, что правильно поступила, приняв предложение матери - пойти на выпускной бал в её, мамином, платье многолетней давности. Конечно, платье сохранилось идеально, словно вчера куплено, да и деньги выбрасывать ради одноразового мероприятия жалко, но сложение...
- У тебя идеальное сложение! - решительно заявила мама. - Просто ты немного выше меня. Вот здесь слегка добавим, здесь подтянем... Нет, подтягивать ничего не нужно, просто получается другой фасон платья. Тебе в нём удобно?
- Ну... да, - неуверенно ответила девушка. Всегда решительная и склонная к резким шагам, когда дело касалось учёбы или... в общем, не только учёбы... она волновалась и колебалась, словно собиралась на приём к английской королеве, а не на встречу с одноклассницами. Впрочем, не только с одноклассницами: там ещё и их родственники будут... братья...
- Вау! Кто эта красавица? - произнёс Джек, входя в комнату. Он чувствовал волнение сестры и по мере сил старался поддержать её. - Девушка, можно с вами познакомиться? Меня зовут Джек!
Мириам не выдержала и расхохоталась. Когда смешливость прошла, спросила:
- Джек, а ты как поступишь через год, когда у тебя будет выпускной бал? Возьмёшь папин костюм?
- Не знаю, - пожал плечами брат. - Вряд ли это будет иметь значение. Я приведу туда свою сестру, она такая красивая, ну прямо Элизабет Тейлор в её первых фильмах. Все подумают, что она моя девчонка, и начнут завидовать. Тут-то я и закадрю кого-нибудь!
- Хм! Неплохая мысль! А может, и мне сегодня сделать вид, будто ты мой парень? Все мальчишки раззавидуются, тут-то я и... Только надо Энни предупредить, чтобы нас не выдала. Кроме неё, кажется, никто тебя не знает.