"Мама, я умер", - было написано на одинокой бумажке, скатившейся с разжатых пальцев и гоняемой теплым осенним ветром по полу.
Он тупо смотрел в окно, на изящное голубое небо; в этот вечер как никогда наиболее красив был его город, город, в котором он прожил свою одинокую, полную странных приключений жизнь. Но не это было главным. Жизнь была прожита. Такая, какая ни была.
Он решил умереть сегодня, так, как он хотел - в такой прекрасный солнечный вечер, чтобы солнце плясало розовыми бликами по стенам комнаты, переливалось в стекле...
Он сидел на полу и курил. Курил долго, сигарету за сигаретой, вспоминая всю свою жизнь. Медленно выпускал дым, медленно дышал и чувствовал, как слабость постепенно заполняла все его тело.
Одиночество затягивает. Иногда можно выбраться, но потом понимаешь, что жизнь в одиночку все же проще, ты только сам за себя в ответе и ни за кого больше. Ты один и навсегда.
Он пробовал любить; влюблялся много раз, но любовь... любовь это в первую очередь привязанность к кому-то, к конкретному человеку; а если он тебя не любит? Бросит?
Он всегда тяжело переживал подобные случаи и в один прекрасный день решил "хватит".
С тех пор он жил один, замкнувшись в своем мирке, со своими проблемами и радостями.
Приходил домой, включал двд, телевизор и смотрел старые черно-белые фильмы. Смотрел, как живут другие люди. Любят и умирают. Когда он смотрел на все это, он думал, а почему я? Почему бы и мне?.. Но боялся. Боялся раскрыть кому-то душу. Посвятить всего себя любимому человеку. Без остатка. Навсегда. Но это казалось страшным, поэтому ничего не вышло. Не по-лу-чи-лось!
После всех этих фильмов становилось так горько, так одиноко в душе, что просто выворачивало наизнанку. Где ты, любовь? Почему никто не постучит в дверь и не скажет: "Ну здравствуй, это я". А в ответ: "Почему так долго, ведь я столько ждал тебя". Но так не бывает. Так просто не могло быть. Поэтому единственным ответом была тишина. Пустота в квартире. Нет тепла, ласки, заботы. Ты никому не нужен, парень!
-Ха-ха-ха ха! - засмеялся кто-то громовым басом. - Я тебя давно жду! Ну что же ты, давай, действуй!
И он понял, что это конец. Самый натуральный конец. Тело обмякло, голова безвольно свесилась на грудь, руки, ноги расслабились. Потом он почувствовал, что может летать. Теперь с телом его связывали голубые потрескивающие молнии. Он увидел себя с высоты, комнату, несколько упаковок из-под снотворного и остатки угасающего дня.
-Боже, как красиво, - прошептал он, а может и подумал, потому что рта у него не было - теперь он представлял собой сгусток эфира, особого вида энергии.
-Я тебя жду! - снова кто-то пророкотал.
Там, за окном, вдали, над горизонтом нависла огромная рожа; наверное, это был дьявол или тот, кто собирает души.
Нити, связывавшие его с телом с глухим треском и гудением лопнули, разлетелись на маленькие огоньки.
"Теперь свободен", - подумал он и полетел. Это было прекрасно, это было здорово. Он покружил немного под потолком и, раскинув руки подлетел к самому себе. Он увидел, что на щеках того, что недавно ему принадлежало и называлось его телом, застыли слезы.
-Прощай, - сказал он тому, что остался на полу, - теперь ты навсегда...
И маленькое облачко растворилось в воздухе. Оно выскользнуло в окно и помчалось ввысь, к облакам.
А ветер катал обрывок бумажки по комнате. На подоконник вспорхнул голубь и уставился на безжизненное тело. Он улетел и его место занял воробей.
А ветер все гонял и гонял по вымытому недавно полу записку.
Вечер плавно переходил в ночь. Жизнь была так прекрасна! Но кому-то не хватило маленького кусочка счастья. Всего лишь немного любви. Никто его не нашел. И вот теперь он лежал здесь, уже почти остывший, такой же одинокий; впрочем, как и всегда, даже в своей смерти.
Ветер приподнял клочок бумажки и вышвырнул в окно. Сторонний наблюдатель мог прочесть всего два слова: "Мама, я умер".