Во дворе было темно как в черной комнате, в которой не за что не сыщешь черную завывающую кошку и пять ее не накормленных котят. А что поделаешь, если фонари еще за первую пятилетку независимости в лагере перестали работать? К тому же холода на этом каменном оазисе особо чувствуются. Иногда так сильно. Для примера: мгновенно забываешь про сумму собственных конечностей. Благо от перестановки мест она хоть не меняется. Праздник на подходе, словно дрожжевое тесто проситься наружу из тесной кастрюли. А с небесной кухни никто сахарную пудру так случайно и не рассыпал. Уснул Дед Мороз что ли?
- Были ж деньки, - шепчутся в пристроенном сарайчике к главному корпусу вожатые под запотевшую рюмочку с запеканкой, - снега как зарплаты авансом выдавали на два месяца вперед.
- Снежные бабы со снеговиками, войнушки, хоккей, коньки...
- Мне в лоб, как-то зарядили. Так сирень за ночь распустилась и до весны не сошла.
- Н-да...ну давайте только быстро и не чокаясь...
- Тссс...
Тем временем в игровой:
- Петь, а давай Ольку, похитим?
- Зачем?
- Скажем, что Сережка?
- Так он же ни причем. Может лучше Настьку пострижем. Шоб язык не показывала, а?
- Дурак ты!
- Ребята, а у Оли мама строгая с усами.
- Трус! Трус!
- Да ну вас. У меня круче идея...
- Какая?
- Какая?
- Тсс...
- Пошли на Деда Мороза охотиться...
'Я чинить умею сани, снег чинить я не могу, а у нас по расписанью, завтра игры на снегу. Я чинить умею сани, снег чинить я не могу, а у нас... Что же у нас? Вот же ж приклеилось словно варенье к ложке, - выругала себя старшая смены Зефира Александровна'.
Беленькая, збитенькая, зажала пухлыми пальчиками кудрявую головку в молочной ангоровой шапочке. А там идет себе гражданская война.
- Зефирочка Александровна, ну что нам с ними делать? Уже по три стиха на голову позазубривали.
- Да какие шашки! У меня старшему четыре года исполнилось. Еще нарды предложили б!
- Подумаешь, мои вот вчера свадьбу Барби и Кэна устроили.
- А мы в карты играем и ничего...
- Людмила Прокопьевна, вы же взрослая женщина!
Хоть море новое наплачь. Грызет ногти Зефира Александровна сидя на батарее. 'Ведь недавно была запеканка и чай, то есть завтрак. Кошмар, а уже четвертушки суток как и нет'.
Затопотали по коридору сапожки, ботинки и валенки. Крик, шум, гам.
'Пора, - вздыхает Зефира Александровна, а по дороге к актовому залу перечисляет, - стихи, костюмы, гирлянды, каравай... Каравай каравай кого хочешь, выбирай. Тьфу. Каравай вечером в духовку. Так. Елка! Елки ж палки!'.
Взобралась на сцену. И раскинулось перед ней шумящее, вовсе и не море, а больше похожее на фруктовое поле. Красно - розово щекие, беззубые и зубатые, смеющиеся и печальные, сопливые и не очень, и десять к ним измученных не негритят конечно, а всего на всего полу трупов вожатых в придачу.
- Кх-кх...
Шумят так, что по самолетному уши закладывает.
- Тише, - вдруг как прикрикнет, а потом притопнет и к тому же ладошками прихлопнет.
Подействовало. Шестьдесят три пары буравят в ней теперь дырочки, как в прованском деревенском сыре.
- Ребята, а ну-ка давайте все минуту помолчим. Для того чтобы каждый про себя смог загадал желание. Только пусть оно у каждого будет одно. Одно на всех нас. Понимаете?
Закивали яблони и груши.
- И тогда, - продолжает Зефира Александровна, - желание непременно исполнится. Ну что готовы?
- Готовы!
Заглянула тишина.
- Пусть завтра выпадет снег! - Прошептала Зефира Александровна.
- Тсс...
- Тссс..,- прокатилось эхо.
- А ну как теперь все быстренько наряжать елку, марш!
Даже до утра ждать не пришлось... Белые пушистики застучались в окно еще за долго до того, как были поданы аллади со сметаной к ужину.
![[]](/img/r/rudx_e_a/kushatxpodano/3.jpg)