Румянцев Евгений Игоревич. Верхом по Шпалам

"Верхом По Шпалам - 2. Алые Таруса"

Послесловие - Письмо - Грин - В тишине - Встреча - "Осторожно, двери закрываются"

Я все еще помню ту странную историю, в которую ввязался несколько лет назад. Неза, Яло, Ятаку и прочих - всю эту компанию, с которой нечаянно столкнулся под кислотным дождем и с которыми отправился затем в дорогу к загадочным Гермоворотам. Кто знает - может быть, легенде следовало оставаться легендой. Да, было, было то пьянящее ощущение победы - легкость по всему телу, силы, достаточные, чтобы свернуть горы... Но все это прошло. После того, как Гермоворота были найдены, мы думали отправиться в новый поход, к какой-нибудь еще более фантастической цели. Не отправились. Просто не смогли найти то, что опять зажгло бы глаза и сердца так же сильно, как это сделала легенда о последнем осколке старого мира.
Какое-то время мы еще держались друг друга. Шли куда-то все вместе. Потом - я не помню, кто это был - кто-то ушел. Пожал на прощание руки, что-то тихо шепнул - так, словно не хотел быть услышанным - и ушел. Мы тогда долго смотрели ему вслед, понимая, что вот она, первая ласточка. В конце концов, кто-то должен был это сделать. Потом, день ото дня, наш и без того маленький отряд становился все меньше и меньше... В конце концов, куда-то ушел и я сам. С тех пор, как уже было сказано, прошло несколько лет. Я больше не виделся ни с кем из них. Время пролетело - что я делал все эти годы, пожалуй, рассказывать не стану. А то получится совсем другая история, а сейчас мне хочется рассказать именно эту, про то, как мы снова встретились, и про то, как я узнал, что будет после. Этот рассказ начинается в маленьком Укрывище где-то в степях Ближнего Валлата - именно там меня настигло злополучное письмо.

* * *

Сфера сантиметрового диаметра, отлитая как будто бы из темно-зеленого бутылочного стекла. Внутри недобрым багровым светом отсвечивает искорка. Солнечный луч так упал? Катаю шарик на ладони, перебрасываю в другую руку - нет, не исчезает, не меняется.
Вот так весточка. Шарик - и короткая записка на листе кровопласта, в которую он был завернут. За недели - или месяцы? - пути хрупкий материал ссохся и угрожающе похрустывал, пока я разворачивал послание. К счастью, обошлось - и записка не рассыпалась у меня в руках кучкой обломков. На листке - несколько строчек кривоватым, убористым почерком: "Пора бы старым друзьям встретиться. Собираю всю компанию, ходившую к Гермоворотам. Место встречи - Порт. Компас из письма поможет в дороге."
И все. Ни подписи, ни ориентиров. Порт... Какой еще Порт? Портов много, особенно бывших. Перебрасываю прохладную стекляшку из руки в руку еще пару раз. А это, значит, компас? Готов поспорить на что угодно, что указывает он не на север.
"Пора бы старым друзьям встретиться..."
Ну-ну... Столько времени ни привета, ни доброго слова - ничегошеньки. И тут - срывайся, приходи невесть куда? Бред.
По губам нагло расползается улыбка.
"Помнишь, в тот раз ты тоже твердил - бред, глупость, шиза. А что было? Вспомни?"
На краткий миг возвращается волшебное ощущение крыльев за спиной - и снова пропало.
"С тех пор многое изменилось."
"Да? Что именно?"
Пожимаю плечами.
"Я. Годы выдались не самые добрые. Я подрастерял былую прекраснодушность. Стал практичнее. Наверное, и жестче."
"Никогда не поздно поменяться обратно. Может быть, встреча со Странной Компанией поможет с этим?" - азартно спорит мой воображаемый собеседник.
"Не исключено. Но нужно ли? И - кто знает - может быть, и они уже изменились? Захочу ли я их увидеть другими? Может не стоит ворошить былое, оставить светлые воспоминания воспоминаниями?"
"Пока не проверишь - не узнаешь"
Буйный степной ветер сбросил полог со входа в пещеру и принялся набрасывать внутрь траву, песок, мелкие камешки, насекомых, кости и прочий мусор. К моменту, когда клапан удалось вернуть на место, бледный огонек, который с таким трудом удалось разжечь на скудной растопке, успел погаснуть.
"Ложись-ка спать, Хйед," - сказал я себе. - "Утро вечера мудренее".
И заснул под певучий перезвон корней над головой.

* * *

... Из края в край, сколько хватает глаз, распростерлась водная гладь. Мирно поскрипывают доски. Шурх... Шурх... Шурх... Над головой похлопывают большие куски ткани, выкрашенные в пронзительный красный цвет.
- ...это называется "паруса", - говорит чей-то очень знакомый голос.
Оглядываюсь - никого.
- Ветра нет уже больше недели. Это называется "штиль". Проклятие моряков...
- Кто здесь? Есть кто здесь?
- Корабль отнесло далеко от суши, - продолжал невидимка. - И теперь время от времени мотает течением. Мы остаемся здесь на милость волн и Посейдона. Никто не хочет покидать корабль, а мне, как капитану, положено оставлять судно последним. Да если бы и не было положено - не оставил бы. Корабль и эти глупые паруса - все, что у меня есть...
Щелчок.
- ...жалко. Могла получиться такая красивая история. Сказка. Ее бы рассказывали на каждом углу, наверняка, кто-нибудь и записал бы - про девушку, ждавшую каждый вечер, не покажется ли на горизонте корабль с алыми парусами, и про влюбленного в нее юношу. Шли годы, юноша изменился - вырос, возмужал, стал капитаном собственного судна. Чем это может закончиться кроме "и жили они долго и счастливо?". Вот чем...
Голос замолкает. Из темного дверного проема больше не доносится ни звука.
- Эй?
Дверца поскрипывает в унисон с досками под ногами. Свет, проходящий сквозь круглое окошко, освещает обитый железом деревянный ящик, разбросанные по полу одежды, бутылки, металлические шарики, которые я обхожу. Стол. Стул. Пара грубо сбитых табуретов. Узкая кровать.
- ... верит ли она еще в сказки? Ждет ли своего принца? - задумчиво говорит голос прямо мне в ухо.
Отскакиваю, под ногу некстати попадает какая-то мелочь и я позорно грохаюсь на теплые доски пола. Под столом, накренившись, стоит что-то вроде небольшого деревянного пьедестала, из которого выходит два помятых металлических раструба. Деревянная конструкция, на которой я нахожусь, подпрыгивает на очередной волне. Рычажок на деревянном пьедестале делает случайный оборот - и это, видимо, заставляет двигаться большой диск из черного материала.
- ... ссоль... - шепчет уже и вовсе неразличимый голос.
Здесь никого нет.

* * *

Мне редко снятся сны, так что если что-то снится, я всегда запоминаю. Но не сейчас. В этот раз сон оставил горькую соль на губах да неприятное, какое-то всеобъемлющее ощущение гулкой пустоты внутри.
"Здесь никого нет."
Буянивший ночью ветер унялся. За пологом, закрывавшим мое убежище в эту ночь, обнаружилось серо-голубое небо и неяркое солнце. И тишина. Никогда еще меня не окружало столько тишины, как в то утро. В ней было что-то нездоровое, нереальное - ведь Степь всегда полна жизни. Не всю ее можно увидеть или даже услышать, но присутствие ее - словно взгляда который ежемоментно проходит мимо тебя, сочетая в себе вежливую опаску и спокойную силу - это присутствие нельзя было не чувствовать. Но сейчас и его не было.
"Здесь никого нет."
Неожиданно мне стало очень неуютно здесь находиться. Давно обжитая, можно сказать, родная, нора - показалась таинственным, темным, опасным логовом неведомого существа. И это существо было не больно-то радо, что кто-то нагло нарушил его одиночество.
Всегда доверяй предчувствиям. Не медля больше ни секунды, я бросился собирать вещи. Последними в полупустой вещмешок отправили листок кровопласта и стеклянный шарик с непонятной искоркой внутри. Или... Шарик был извлечен обратно, под неприветливый солнечный свет. Огнистая точка внутри мягко покачивалась, указывая куда-то вперед и на запад.
"Что у нас в том направлении? Обратные Горы, Кильярви, Тоус. Серная пустыня. Аванпосты рядом с Антрацитовым Омутом. Сам Омут, и вся непонятная чертовщина, которая из него лезет. Механическое кладбище. Эдена."
Мысль про Эдену мне понравилась. Приятное местечко. Обычно - мирное. Если задержаться там до начала сезона нефтяных дождей, можно увидеть знакомые лица, да и просто - поговорить с другими Путниками, узнать, что делается в мире. Эдена... Радужный каскад над городом - почему-то свет там преломляется совершенно особенным образом. Только там. Рядом с городом - длинный, полный пыли овраг. Когда-то там был длинный, узкий залив - длинный, извилистый язык морской воды, проложивший себе путь в глубину материка. Вода пересохла давно, может быть, еще до Войны. Но приливы и отливы остались - иногда по лощине ходят настоящие пылевые волны.
"Может, Эдена и есть тот "Порт", о котором шла речь?" - весело подумал я, убирая шарик-компас в карман.
Итак, решено. Я отправляюсь в Эдену. И в самом деле, почему бы и нет?

* * *

А вот этого небольшого городка рядом с Бритвенным Перевалом я не помнил. То ли Степь раньше водила, держа меня от него на безопасном расстоянии, то ли я ухитрился сбиться с пути, во что верилось с трудом - но факт оставался фактом. Пара холмов с неровно срезанными верхушками - и между ними вдруг начинается улица, по обе стороны которой ютятся малоэтажные домики. Единственное высотное здание - да и те же холмы по бокам от него - судя по всему, попало под ту же Бритву, в честь следа от которой назвали перевал, и от него остался несуразный косой обрезок.
У самого конца уходящей в Степь дороги кто-то, потратив немерено времени и сил, криво вбил железный столб с табличкой, гласившей "Таруса. Пристань".
Городок оказался чистенький, спокойный. Немногочисленных местных жителей вообще отличали вальяжность и некоторая заторможенность. Мужчина, которого я расспрашивал о городке, говорил неторопливо, напевно, с незнакомым акцентом.
- Пристань-то? Пристани здесь уже давно нет, так, да... Как вода-то отступила, ушла в землю, так больше ничего и нет - ни кораблей, ни причала. Деревяшки, как водится, пустили на дрова, сваи и бетонные плиты разобрали ремонтники. А так да, было когда-то тут судоходство, было.
Эти слова подтверждал и стеклянный шарик компаса, очередной раз вытащенный из кармана. Искорка внутри сферы указывала вперед, вдоль улицы., и, будто бы разгорелась - стала больше и ярче... И тут шар чуть не вылетел из рук - кто-то со всего маха влетел мне в плечо.
- Извини! - заорал мне на ухо незнакомый голос. Неизвестный отпихнул меня и помчался дальше, в сторону Степи, не переставая истерично причитать. Бежал он в потешной местной манере - дергано, замедленно. Я коротко проводил его взглядом, затем обернулся - ведь обычно бегут или к чему-то, или от чего-то. Но нет - я увидел лишь спокойную тарусскую улицу, несколько местных, на чьих лицах заторможено проступало выражение легкого удивления, и... Звяк.
На мостовой у меня под ногами лежал невесть откуда взявшийся ключ. Сейфовый, или от какого-то механизма - с длинным латунным стержнем, сложной формы бородкой и очень красивый. Должно быть, выпал у того истерика, когда он в меня врезался. Я оглянулся - но того уже и след простыл.
- Ну и ладно, - бурчу себе под нос, пряча ключ под полу.

* * *

Над входом сохранилась вывеска - крупные керанитовые буквы, с которых давным-давно осыпалась краска - "Гостиница "Марина"". Массивные пластиковые двери оказались не заперты.
Стеклянные двери за ними, и деревянные после стеклянных - тоже.
... Где это я? Под потолком светит на десятки небольших лампочек огромная люстра. Пахнет деревом, бумагой, слабо - какой-то старой химией, тканью - значит, настоящие и обои на стенах, и паркет на полу. Ковры, тяжелые драпировки, светильники... В последний момент удалось подхватить наметившую свободное падение челюсть.
- ...ут.
Человек, стоящий за конторкой в паре шагов от меня что-то говорил, наверное, уже пару минут, но я заметил его только сейчас - и услышал только обрывок последнего слова. Помотал головой.
- Что?
Сочувственная улыбка в ответ.
- Ну да, на всех так действует, в первый раз-то, - сообщил он. - Добро пожаловать в "Марину".
- Да, но... Как? Откуда это все?..
Портье неопределенно махнул рукой.
- Вас ждут, - сообщил он вместо ответа на вопрос. - Второй этаж, курительный салон. Если решите оставаться на ночь - ваш номер двести шестнадцатый. Возьмите ключ. Элиза вас проводит. Элиза!
Из двери за спиной говорящего выплыла маленькая улыбчивая старушка, ряженая в форменный костюм и с метелочкой из перьев в руке.
- Идемте, - кивнула она. - Вещи можете оставить здесь, у стойки.
- Нет уж, спасибо. Я как-то к своим вещам привык.
- У нас с ними ничего не случится, - обиженно вскинулась Элиза.
- У меня - тем более.
Она недовольно разводит руками, делает мне знак идти следом. Мы поднимаемся по исходящей роскошью лестнице на второй этаж. Вот и салон - просторная зала, уставленная пуфиками, креслами, столиками, книжными полками...
- Хйед?

* * *

Меня заметили. Внутри курительной обнаружилась Странная Компания в полном составе.
"А теперь - в совсем полном, ага" - мысль заставляет меня расплыться в улыбке.
- Хйед?.. Это ты? - неуверенно спрашивает Яло.
- А кто же еще?
Я был в чем-то прав. Они действительно поменялись. Появились морщины. Появились шрамы. Появилось оружие. Стали жестче взгляды. Кое-кто, похоже, уже попробовал крови. Но все это было наносным, словно и не настоящим - и сейчас все эти зарубки, узелки, углы и темные мысли прятались в тайнички души, где и будут дремать до тех пор, пока опять не случится что-то жуткое и опасное. Недоброе отступало, оставляя тех самых замечательных ребят, с которыми я расстался несколько лет назад.
- Будто и не расходились.
Фраза щелкнула, как спусковой крючок. Я едва успел сбросить заплечный мешок, как на меня налетели, сбили с ног, подбросили чуть не к потолку, и очень неохотно вернули на землю. Объятия, рукопожатия, улыбки-улыбки-улыбки сплелись в одну упругую искристую ленту. Я наконец и сам с облегчением расхохотался, чувствуя, как испугалась и отступила тишина, от которой я до сих пор тщетно пытался скрыться.
- Поверить не могу - и правда все собрались!
- Да уж, - проворчал Нотн. - А я-то, дурак, думал, что меня уже ничто не выдернет из Скайна...
- Веришь - нет, я сюда вообще попал по дороге в Эдену.
- Верю. А я - по дороге из Эдены.
Я обернулся к някоморфе.
- Ятака, ты ведь тоже не первый раз там была? И раньше ходила туда по Бритве?
- Ну да, а что?
- И тоже не помнишь этого места?
- Какого? Эдену? Почему же, прекрасно помню.
- Да не Эдену, Эдена-то тут при чем, - отмахнулся я. - Тарусу эту. Или Тарусу, как правильно?
Девушка-кошка задумчиво потеребила кончик уха.
- Да, не помню.
- И что с того? , - встрял в разговор Амор. - Вы что, земли из края в край исходили? Скорее всего, просто не заходили сюда никогда.
- Ну... да, может быть. Городок выглядит так, будто был здесь всегда.
Ятака кивнула, но в глазах у нее читалось сомнение:
- Да... Наверное.
Нез попытался сменить тему.
- Кстати, а кому надо сказать "спасибо"?
- На тему?
- За встречу. Сам думал устроить что-то подобное, но не знал, как вас растрясти. А пара идей насчет путешествий в хорошей компании у меня появились. Например...
Я нахмурился. Плохое предчувствие опять дало о себе знать. Что-то здесь было не так...
- Нез, секунду!
Веселая компания настороженно замолкла.
- Я думал, что инициатором встречи был ты. Как и похода на Гермоворота. Но это не ты, верно?
Он покачал головой.
- Не ты.
Яло мотнула головой.
- Не ты.
Нотн шутливым жестом скрестил руки - мол, "я - пас".
- Не ты.
Сидящие рядом Ялок и Амор одновременно сказали "Нет", избавив меня от необходимости задавать лишний вопрос.
- Не ты.
Някоморфа вопросительно подняла брови.
- И не я. Тогда - кто?

* * *

Полевой бинокль давал прекрасное увеличение. Он читал по губам.
- Догадливые какие, - поморщился Организатор. - Такая хорошая встреча получилась - и так быстро покончить с романтикой, перейти к делу... Судя по всему, понадобится больше времени, чем мы запланировали.
- Что, уже? - удивился Секретарь. - Пожалуй, это рекорд. Осколки успели к ним привязаться?
- Успели. А теперь они собрались. Процесс уже пошел.
- Хорошо. А время... Время не важно. У нас его достаточно, - и Секретарь скомандовал: - Включить машину!
Исполнитель переключил первый рычаг. Машина оживала медленно и торжественно. Загудела подстанция. Расцвели разноцветными огоньками панели. Задрожали индикаторы. Исполнитель сверил показания последних с табелем, подкрутил какие-то ручки, и отозвался:
- Машина готова.
- Включить изоляцию!
Исполнитель взялся за эбонитовую рукоятку, продекламировал:
- Осторожно! Двери закрываются!
И опустил рычаг.

* * *

Как есть - Решение - Ссора - Приходит сон

Последние два дома. Линия песка упирается в изуверски скрученный воздух, из-за произошедшей метаморфозы вдруг ставший более плотным, чем срезанные Бритвой скалы. Нотн сперва осторожно пробует "стену" рукой, затем с размаху бьет по ней кулаком, а вот они уже уперлись в нее всем весом на пару с Амором. Без толку.
На улицах ни единой живой души. Хотя... Их ведь и так не было.

* * *

"Элиза! Элиза! Что с тобой... с вами?"
"У нас вам нечего бояться" - старушка лежит на полу. В какой-то странной, неестественной для человека позе, что я сначала просто списал на местные причудливые манеры. Пару минут назад, когда в "Марине" погас свет, она просто взяла - и упала. И продолжает лежать без движения, да твердить: "У нас вам нечего бояться. У нас вам нечего бояться..."
Через минуту в ней что-то щелкает, и монотонное бормотание стихает с жутким скребущим звуком - вольной интерпретацией на тему резки стекла с помощью наждачной бумаги.
"Элиза?"
Прикосновение оказывается поистине разрушительным. Щелчки. Целый каскад щелчков, и с каждым от лежащего на полу тела что-то отваливается. Сперва - ногти, пальцы, украшения, мелкие детали одежды. Дальше - больше. Последней в сторону откатывается слезшая с плеч голова. Тихий, исполненный лютого ужаса вскрик сзади - кто-то из девушек увидел жуткое зрелище, но сумела-таки сдержать. Вот и умница.
Крови нет. Крови нет - и именно это сразу бросается в глаза. С головы сваливается аккуратный узел седых волос - разумеется, парик. Фальсификация. Обманка.
- Что там, Хйед?
- Не настолько хорошо разбираюсь в механике. Но оно никогда не было живым, так что не умерло. Только сломалось...
Ятака поднимает голову, осматривает ее так и эдак, а затем вдруг начинает чистить, словно огромный апельсин. На пол летит розоватая морщинистая кожура.
- Дерево, - объявляет она. - Оно и понятно. Железо слишком ценно, чтобы переводить его по пустякам.
То, что лежит на ее ладони, ни капли не напоминает настоящий череп. Единственное напоминание о том, что еще недавно это была голова - пара ярких глаз, несуразно утопленных в гладкой деревянной поверхности.
Следующее интересное открытие принадлежит мне - на спине механизма обнаруживается небольшое отверстие замысловатой формы. Показываю находку Незу.
- След от пули?.. Нет, вряд ли. Стрела? Только если с каким-то мудреным наконечником. Скорее всего, какое-то экзотическое холодное оружие...
- Не угадал, - я роюсь в карманах пальто, и, наконец, нахожу то, что нужно. - Это замочная скважина.
Ключ свободно входит до упора. Оборот. Другой. Третий. И... ничего.
- Наверное, пружина полетела. Кто же знал, что у этой странной гостиницы такие милые шутки!
- Надеюсь, с нас за нее не потребуют, - рассеянно улыбнулась някоморфа. Она продолжала играться с глазастой деревяшкой.
- Идем вниз? Узнаем, кто тут кукольных дел мастер.
И мы спустились. На первом этаже за стойкой безжизненно обвис портье.
- Что, и этот?..
Я снял с того форменную шапочку, приподнял волосы. На меня неприветливо уставилась вторая замочная скважина - сестра-близнец первой.
А больше в "Марине" никого и не было.

Зато улица напомнила Кантайю, по улицам которой лет десять назад прошла невидимая Гостья. А затем - стена. И, разумеется, виновники торжества тоже не заставили себя ждать.

- Глядите-ка! - Яло указывала вверх, в подернувшееся желтой пленкой небо.
Посмотреть было на что. Даже в эти дикие времена дома летают не каждый день. Маленький, уютный, двухэтажный.
- Штора задернулась, - отметила Ятака.
- Где?
- Первый этаж, второе по левой стороне.
- Ну и глаза у тебя, - завистливо пробормотал Амор. - Я окно-то еле различаю.
- Выходит, мы здесь все еще не одни.

* * *

Если в летающем домике кто-то и был, то они не подавали знаков жизни. Битых два часа мы кричали, улюлюкали, выскребали на земле огромные буквы посланий - до тех пор, пока солнечный шар не канул за срезанные верхушки гор.
На маленький город за какие-то десять минут опустилось непроглядное покрывало ночи.
- Без толку, - ворчал Нотн. - Только время потратили. И так понятно, что там, в доме - весельчаки, которые все это устроили.
- С чего ты взял? - неожиданно возмутилась Яло. - А что если там еще кто-то вроде нас, влипший в этот город, как скорпион в битум?
- Будь ты права, они бы попытались с нами связаться.
- А если там один запуганный человек? С какой стати ему связываться с большой, опасной компанией?
- Бессмысленный спор, - отмахнулся от них Амор. - Кстати, куда мы идем-то?
- Обратно в гостиницу, - отозвался Нез. - Лучшее, что мы сейчас можем сделать - лечь спать. Нужно дождаться утра.
- А утром?..
- А утром и посмотрим.
Возражений не последовало - еще бы! Пакостная липучая темнота, вольно расплескавшаяся по улицам, казалась живой. Живой и голодной. В такой темноте очень легко потеряться - достаточно случайно сделать пару шагов не туда. Ты потеряешься, будешь звать на помощь, но никто не услышит твоего голоса...
"Марина" подверглась стремительной и безжалостной перестановке. К дверям, ведущим со второго этажа на лестницы, привалены тяжелые антикварные шкафы и столы. Окна - захлопнуты. Общее впечатление - неприветливое. Уходи. Тебе здесь не рады. Здесь никого нет.
Единственное помещение, производящее впечатление жилого - "Салон". Здесь по стенам бегают теплые блики, уютно пахнет дымом - Амор разжег камин, назначив дровами несколько особо отвратительных образчиков старинной мебели. Общий стол отпихнули в угол, и теплой, живой кучкой устроились у огня.
Молчание, перемежаемое похрустыванием огоньков. Хочешь что-то сказать, ободрить друзей, дать надежду - и не можешь, потому что у тебя самого никакой надежды нет. Эту же мысль я видел в глазах окружающих, и каждого из нас она грызла, как маленький, настырный и ненасытный паразит. Хотя за четверть часа никто не проронил не слова, нервное напряжение прыгало от человека к человеку, как мячик для пинг-понга, и с каждым отскоком росло, как снежный шар.
- Нез?
- Что?
- А вот, помнится, с вами было... как там его... у вас был ланс, верно?
- Ну был, - сухо отозвался Нез.
- А куда делся?
- А что ты у меня-то спрашиваешь? Тебе надо - так нашел бы ланса, да душевно порасспрашивал, где и как он убивает свой досуг... Ушел он от нас, ясно тебе? В конце концов, все ушли... - он чуть слышно выдохнул, сбрасывая раздражение.
Неприятная игра в молчанку на натянутых струнах продолжается.
В конце концов, все ушли...
Замечательная фраза. Сколько из них сейчас сидит, и чувствуют себя предателями? Все. Да, наверное, все. Как и я сам. А кто-то - по глазам вижу - готовит острый ответ. Потихоньку, понемножку назревала ссора, а в ссоре я не собирался принимать даже малейшего участия.
- Пойду спать, - коротко оповестил я товарищей. - И вам рекомендую. Если не пойдете - постарайтесь не перегрызться.
- Здравая мысль, - чуть оживился Ялок. Впрочем, по сравнению с его обычным ураганным темпераментом нынешнее состояние смотрелось жалко и как-то даже неправдоподобно. - Пожалуй, и я пойду на боковую.
- Я сам разберусь, что мне делать, и когда. В советах не нуждаюсь
- Нотн, ты чего? - удивленно повернулся к тому Амор. Такой отповеди от приятеля он явно не ожидал.
- Ничего! - взорвался Нотн. - Можно меня уже оставить в покое?! Хоть ненадолго?!
Отпихнув меня, он пулей вылетел в коридор. Где-то на противоположной стороне этажа ахнуло дверью, и все стихло.
- Что это с ним?
- Понятия не имею, - Яло отмахнулась от вопроса, как от назойливой мухи.
И это Яло? Та, для кого чужое - не то что горе - беспокойство, нечаянная грусть - становились собственными, кто от них зачастую страдал даже сильнее обладателя? Не верю. Не. Верю.
В камине погас последний огонек, и осталась кучка рдеющих недобрым жаром углей, а меня пробил неожиданный озноб. В комнате кроме меня никого не было. Я больше не чувствовал присутствия. Или...
- Ребята, вы здесь?..
Тишина.
- Ребята? Яло? Амор?
В тенях что-то шевельнулось, и с этим пришло отпустившее меня было ощущение присутствия чужака.
- Ребята!!!
- Да тише, что ты орешь, - недовольно пробурчал рядом голос Ятаки.
- А что вы не отвечаете?
- Пустошь, великая и необъятная, - страдальчески вздохнула някоморфа. - Ты что, ослеп? Все стоят вокруг тебя, в трех шагах самое большое. Мы и подумали, что ты шутку какую затеял, или еще что.
- Я вас не чувствую.
- С ума сойти, какая жалость! А глаза тебе на что?
- И не вижу.
- Ты же раньше порядочно видел в темноте?..
- Значит, разучился. Или здесь какая-то неправильная темнота, - мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы не влить в ответ толику яду. Желание было, и немалое.
"Может, не так это и плохо - не-чувствовать окружающих? На мозги никто не давит..."
Наконец-то удалось нашарить в темноте ручку двери, и я распахнул дверь в коридор.
- Спокойной ночи.
И все-таки хлопнул дверью.

* * *

В конце концов, я нашел-таки нужную дверь. Цифры 216 не отвалились, замок - не заклинило, и ключ, полученный мной по приезду к нему подошел. Это была не скромная комната, а настоящие покои, чуть ли не маленький зал, который можно было поделить по своему вкусу целой кучей небольших подвижных перегородок, чем я и занялся. Помогло - раздражение начало понемногу отпускать. Здоровенная кровать с балдахином привела меня в замешательство - палатка, в которой я ютился в случаях, когда не мог найти удобного естественного укрытия на ночь, была значительно меньше.
"А что, может, разбить палатку? Прямо здесь, на этой аэродромной кровати? То еще будет зрелище. Зато, быть может, усну."
Может быть. Но вот в этой огромной полупустой комнате, на исполинской кровати, в одиночку - вряд ли. Тем не менее, какое-то время по ней я полазал - спрятал с одной стороны кровати пистолет, а с другой - один из ножей. Вытащил из заплечника спальный мешок, и расстелил его на полу. Спальник еще хранил в себе капельку дождевой сырости и призрачный аромат степных трав. На удачно подвернувшийся журнальный столик, который я поставил рядом, легла фляга с водой, еще один нож, и... Я искал что-то еще, но порядком удивился, увидев пятно света у себя в кармане. Светился позабытый в суматохе шарик-компас. Лепестка-стрелочки внутри него больше не было - только ровное, красноватое сияние. Свету я обрадовался, и положил удивительный фонарь на все тот же столик, в пустующую вазочку для сластей. Будет эдакий ночник.
В дверь негромко постучали.
- Кто? - мои пальцы поглаживают рукоятку лежащего на столе ножа.
- Это я, Нотн... - голос из-за двери звучит тихо, даже подавлено. От приступа истерии не осталось и следа.
- Не заперто!

* * *

Сначала он заглянул в комнату - голова появилась в дверях и тут же исчезла обратно.
- Ты что, думаешь, я стою за дверью с топором наготове?
- Кто тебя знает!
Дверь медленно, тяжело открывается. Нотн стоит на пороге и настороженно выглядывает контуры моего лица в неясном сиянии моего импровизированного светильника. За взглядом следует ствол - в руках у него короткий помповый дробовик с пистолетной рукоятью вместо приклада. Нож он, конечно, не видит. Одно резкое движение - и метательная снасть исчезнет у него в шее, оставив снаружи тупой, нелепый хвостик рукояти... А если он все-таки выстрелит первым?..
В горле моментально пересохло.
- Поговорим? - Нотн смотрит на меня. Два тусклых отблеска цвета свернувшейся крови - глаза. Черная, непроглядная дыра чуть ниже - ствол дробовика.
- А это зачем? - кивок на оружие. Сейчас... Сейчас он отвлечется. Прыжок за широкую, массивную спинку кровати, и оттуда - бросок. Сейчас...
Но мой собеседник смотрит на свои руки с выражением совершенно детского изумления, словно не понимая, что это у него там за штука, и откуда, собственно, она вообще взялась. И опускает оружие.
- Так... На всякий случай.
- Ты думаешь, на этаже есть еще кто-то?
Нотн прикрывает дверь, и в комнате сразу становится душно.
- Нет. Только наши.
- Тогда о каком "случае" идет речь? Кому из Компании тебе нет веры?
- Убавь эти обвинительные нотки, а? - просит он. - Я ведь могу задать тебе тот же вопрос.
- И получишь тот же ответ, - пожимаю плечами. - Ты это хотел услышать?
- Не это. Что здесь происходит?
- А я почем знаю?
Нотн отколол "коронку" - мгновение назад он стоял у двери, а сейчас вдруг раз - и уже оказался в полушаге от меня. Щеку приятно холодит металлический кружок. Чуть ощутимо пахнет ружейной смазкой.
- Ты первым отметил, что начинается ссора в "Салоне" - раз. Ты прибыл последним - и за тобой закрылся город - два. Ты, кажется, совершенно не удивился куклам, более того, у тебя откуда-то взялся заводной ключ - три. Остальные с ума сходят, грызутся - а ты у нас воплощенный островок спокойствия и здравого смысла. Ну и капелька страха - для пикантности, чтобы совсем уж не выбиваться из коллектива. Отличная маскировка - на самом виду, а?
- То есть, ты считаешь, что это все - моих рук дело?
Он молча кивнул.
- И?
- Расскажи.
- Что?
- Зачем тебе все это? Что тебе такое от нас нужно?
Полшага. Его глаза совсем близко, и за багровой пеленой в них виднеется искорка совсем другого происхождения. Идея? Нет. Инстинкт? Ближе к истине.
- А ты, значит, хочешь войти в дело?
Он удивлен, хотя старается этого не показывать. Да, точно - он ждал этого предложения. Правда, не с ходу. Возможно, пару выбитых зубов и сломанных ребер спустя...
- Какое дело? - прохладный металл у моей головы легонько подрагивает.
- Вопрос жизни и смерти. Для тебя, - уточнение сопровождает как будто бы машинальный жест.
Он его не замечает. И славно.
- А как насчет остальных?
- Выбирай. Или они - или ты, - еще одно незаметное телодвижение.
Ночь раскалывает крик. Дикий, отчаянный, крик боли и ненависти. Отлично слышимый даже через закрытую дверь.
- Что?.. - продолжить Нотн не успел. Его закрутило, швырнуло в стену, и, наконец, дробовик сменил хозяина.
Дверь номера не поддается - мой ночной гость ее запер, и куда-то убрал ключ.
- Гады! Нелюди! Хапхал! Хапхал! Хапхал!
Искать ключ времени нет - в ход идет дробовик. Мгновением позже у меня отчаянно звенит в ушах, зато в двери на месте замка - дыра размером с детскую голову. Краем глаза улавливаю шевеление сзади. Нотн пришел в себя и стоит у стены. Руки предусмотрительно подняты.
- Кто кричал?.. - шепчет он. Голос совершенно другой - как будто бы полминуты назад я говорил с каким-то иным человеком.
- Ятака, - покореженная дверь наконец-то открылась. - Не только тебе взбрело этой ночью поиграть в вопросы и ответы.

* * *

Пока я мило беседовал с Нотном, кошку травили. Някоморфу зажали в угол в кладовке, посреди ведер и швабр. Первая сшибка уже была - у Ятаки плетью висела правая рука, а по груди Неза проходил роскошный след когтей.
Кошка не поняла вовремя, что дело миром решить нельзя. Когда люди отчаянно пытаются найти себе хоть какое-то подобие правды - или хотя бы реальности - любые оправдания кажутся жалким признанием вины. Нужно было дать им время подумать. Осторожно выпустить пар.
А раз нет - получай в нагрузку три лица с печатью благородного безумия, перелом, а в скором будущем, может и...
... грохот выстрела. У меня еще раз закладывает уши, а троих безумцев осыпает дождем щепок и штукатурки. Передернуть затвор. Интересно, там, внутри, еще остались патроны?..
Тишина. Поток невнятных обвинений, которым троица осыпала Ятаку, оборвался. Нез, Амор и Яло смотрят на меня с недоумением, видимо, решая, в каком я лагере. Железо можно ковать.
- Они подумали на тебя?
Някоморфа угрюмо кивает, убирает когти, и превращается из желтоглазой фурии в обычную крайне несчастную девушку. Адреналиновый разряд кончается, и у нее начинает ныть лапа.
- Не поверишь. У нас сегодня не ночь, а какой-то праздник памяти имени святой инквизиции.
- О чем ты? - отлично, Нез втягивается в разговор.
- Как это о чем? Пару минут назад выяснилось, что я гнусный заговорщик, закрывший город, ну и продавший вас заодно его хозяевам. Спасибо Нотну, разъяснил. А то я даже не знал на кого подумать!
Нез щурится на ружье у меня в руках. Узнал.
- И ты...
- Он как-то сдержался, - знакомый голос из-за спины. - Я бы на его месте не стал.
Нотн практически не пострадал - пара синяков, да обычное выражение спокойствия на лице - вот и все перемены. Одобрительно киваю, перехватываю дробовик за ствол, и возвращаю законному владельцу.
- Нез, скажи, почему бы нам не затравить тебя вместо нее? Амор, тебя? Яло, в конце концов?
- Но я же невиновна!
- А она? - Нотн указывает на морфу.
- Не знаю, - выдавливает Яло, сосредоточенно изучая паркет под ногами.
- Почему тогда решили, что она в чем-то виновата?
Тут уже все трое начали выглядеть жалко - еще мгновение назад в голове была полнейшая ясность, четкая картина мира, но попытайся высказать ее основные тезисы - и вся конструкция начинает проседать, рушиться.
- Почему вообще подумали на одного из своих? - я присоединяюсь к стороне обвинения.
Тихое шипение из угла. Някоморфа с поблекшим лицом сползает вниз по стене.
- Мне кажется, сейчас следует оказать помощь пострадавшим. Но к этому разговор мы еще вернемся.
- Вот уж спасибо, - Ятака вымученно улыбается. - Я уж как-нибудь сама о себе позабочусь...
Но она протестует достаточно вяло, и позволяет довести себя до спальни, наложить шину, съедает таблетку найденного в аптечке морфина, сворачивается клубком и готовится отойти ко сну.
- И ты промой рану, - Яло обращается к Незу.
- Пластыря будет достаточно, - сонно шепчет някоморфа. - Царапина чистая. Я не выпускала яд. Он все-таки мой друг... Был мне другом... - и проваливается в беспокойное наркотическое забвение.
На комнатку наваливается болезненная тишина.

* * *

- Вам не кажется, что кого-то не хватает?..
Нез, безмолвно шевеля губами, пересчитывает присутствующих.
- Ялок! Кто?.. Какая сволочь это сделала?! - и вылетает в коридор.
Остальные несутся за ним.
- Ялок! Ялок! Да Ялок же!
Нез распахивает дверь комнаты, и застывает на пороге.
- Что там?
- Нез, ну не молчи же ты!..
Тот улыбается.
- Ребята, вы не поверите. Он даже не проснулся.

* * *

До утра было заключено негласное перемирие. Коридор наполнился хлопаньем дверей и щелчками замков. Я такой роскоши себе позволить не мог - замка-то не осталось. Но комнату менять не стал - эта уже стала какой-то более или менее обжитой. Да и опасностью больше не пахло.
Я забрался в загодя расстеленный спальник, и сосредоточился на ползающих по стенам багровых тенях. Мягкий свет импровизированного ночника успокаивал.
- Ого, прям-таки триумфальное возвращение усталого героя, - иронично шепнула мне темнота.
- Кто здесь?! - начавшие было сплетаться нити сна разлетелись ошметками. Я был уверен, что нахожусь в комнате один... но в том, что услышал слова, я тоже был уверен.
- Тарус, - ответил мой незримый собеседник. - Соображаешь? Тарус - Таруса. Этот город назвали про мою честь.
- Говорящий город?! Только этого мне до полного счастья не хватало!
- Не город. Город - он город и есть. Или нет? Ты ведь сам уже убедился, что здесь все не слишком настоящее. Вот я - я настоящий.
- И что тебе от меня нужно, настоящий?
- Да ничего, - хихикнул Тарус. - Хотел поздравить. Зрелище ты устроил презабавное! Давненько я так не веселился. Вот и решил нанести визит, свести личное знакомство...
- А утром его свести нельзя было?
- Всему свое время, друг мой, всему свое время. Утром тебе, небось, тоже было бы не до всяких подозрительных голосов, а? Что же, хочешь спать - спи. Мешать не буду, и даже больше - обещаю постеречь твой покой.
- Это от кого?
- А ты не знаешь? От твоих, кхм, друзей. Больше здесь никого нет. Комнату ты все-таки зря не поменял...
- Их я хоть сколько-то знаю. А с какой стати мне верить тебе, невидимка?
- Я просил мне верить? - удивился Тарус. В его голосе сквозила неприкрытая симпатия. - Не верь на здоровье! Это же один из основных законов выживания, верно?

Кажется, он потом еще долго что-то вещал, но я уже не отвечал. Пришел теплый, обволакивающий полусон, и был принят, как жданный и желанный гость.
"Вот увидишь, утром все поменяется кардинальнейшим образом" - услышал я напоследок. И отключился.

Последний осколок - Гермоворота - Возвращение - "Одна уже готова"

Последний клочок земли. Летающий остров. А может, и не летающий, а медленно падающий куда-то вниз, в хмурую неопределенность наступившего утра. Или - сам ставший кусочком неба наравне с косматыми облаками и печальными птицами на горизонте. Выбирайте версию, которая вам больше по нутру - мне, если честно, не нравится ни одна.
В нашем распоряжении остались те жалкие квадратные километры, на которых стоит призрачная Таруса. А невидимая стена и все, что было за ней - весь огромный внешний мир - все исчезло. Можно сесть на краю нашей маленькой земли и поболтать ногами - как это сейчас делает Яло. Можно кидать за край камни, надеясь на слабый отзвук удара снизу, как Амор. Можно рисовать в воображении апокалиптические картины умирающей планеты, и гадать, почему именно нам так повезло. Или все-таки не повезло?..
- Слышал я одну старую историю, - Нез задумчиво буравит взглядом одетый в облака горизонт. - Дескать, грозила планете страшная опасность. И никто об этом не знал, кроме какой-то там высшей силы. И вот эта самая сила избрала человека - который жил себе да жил, горя не знал - и подкинула задачку. Построй, говорит, такой здоровенный корабль, чтобы туда поместилось всякой твари по паре. Человек построил. Потом, говорит, собери этих самых тварей, птиц всяких, змей... Кто там еще на довоенной земле обитал? - всех, значится, по паре. Человек так и сделал. Ну и себя с семьей не забыл. А потом случился тот самый катаклизм, и все на планете вдруг смыло. Остался только корабль. Потом беда ушла, вода - отступила, и человек выпустил из трюмов зверье - чтобы оно плодилось, размножалось...
- Брехня, - прервал его Ялок. - Я слышал совсем другую историю про Начало Мира, и мне моя кажется гораздо логичнее. Там хоть никаких высших сил нет. Помнится, там...
- Да подожди ты! - отмахнулся Нез. - Вам мой рассказ ничего не напоминает?
- Хочешь сказать, что у нас сейчас тоже самое?
- В точку, - кивнул докладчик. - Только без птиц и зверей.
- То есть, нас не похитили, а спасли? - вытаращилась на него Яло. - И чем это мы такие особенные? Почему именно нас?
- Не имею ни малейшего понятия, - дернул плечом Нез. - А ты что, недовольна, что не исчезла вместе со всем остальным миром?
- Ну, не то чтобы... - девушка огляделась по сторонам. - Но здесь так... так тесно! Я чувствую себя не в своей тарелке.
- Не ты одна, - проворчал Амор. - Нотн! Ну что там?
- От голода не умрем, - Нотн закрыл за собой люк в подвал и отряхнулся. - Продуктов такое количество, будто все куклы в этом городке получали усиленный паек три раза в день!
- Откуда столько? - удивился я.
- Понятия не имею! И еще - вот, смотрите, что нашел, - он продемонстрировал пухлый рюкзачок защитного оттенка.
- Что это?
- Парашют, - неожиданно отозвалась Ятака. Первое слово, которое она сказала за сегодня. После ночной свары обычно общительная морфа замкнулась в себе и лишь неприветливо сверкала по сторонам пронзительно-желтыми глазищами. - Сколько их там?
- Только этот. Один.
- Плохо, - уронила кошка, и опять смолкла.
- А зачем нужен пашаруд?
- На нем можно летать, - объяснил Нотн. - Но только одному. И только вниз.
- То есть... - Яло вновь осторожно заглянула в пропасть.
- Да. Можно. Но никто кроме парашютиста не узнает, что там внизу.
- Если вообще что-то есть, - уточнил Нез.
- Есть! - из-под ботинок вскочившей Яло во все стороны порскнули мелкие камешки, и она чуть не сверзилась в пустоту, которую до этого так тщательно изучала. - Смотрите!
Внизу действительно что-то было. Что-то золотистое, пускающее неяркие блики - кружок размером с дно от кружки.
- Я сначала подумала, что мне показалось. Будто солнечный блик, или просто какая-то искорка... Но он продолжает расти!
Теплый оранжевый светлячок не только приближался - а сейчас он был уже размеров колеса от внедорожника - но и звучал. Тихонько гудел, словно сонный шмель.
- Что это?
- Эй, ты видишь? Там внутри кто-нибудь есть?
- У этой штуки вообще есть кабина?
- Что это?
Свистнул камень - беззвучно канул куда-то внутрь фантасмагоричного светлячка. Тот вздрогнул, словно выведенный из дремы, качнулся в сторону...
... проснись ...
... и начал подниматься быстрее.
Он торжественно взлетел над краем, словно маленькое солнышко - потягиваясь, расправляясь - и наша маленькая земля утонула в густом оранжевом свечении.

* * *

Капает вода. Темно. Приближаются шаги. Шарящий фонарный луч выхватывает голые каменные стены и массивную металлическую дверь с наполовину осыпавшимися значками радиации и категории высшей защиты. Именно здесь я был несколько лет назад. Место узнается немедленно, и ошибиться невозможно - это Гермоворота. С опознанием приближающихся голосов также не возникает проблем - Странная Компания в полном составе. Странно и немного жутковато слышать со стороны реплики, которые кто-то произносит там, в темноте, твоим собственным голосом.
- Так вот они какие, Гермоворота...
- Нашли. Вы понимаете, ребята, мы их нашли!
- Все в точности, как в легенде...
- Ну что... будем открывать?..
Рядом со мной проползает ланс. Останавливается, принюхивается, бормочет что-то неразборчивое, уползает дальше. А ребята уже навалились дружной толпой на запорное колесо - но оно почему-то не поддается. Нахмуриваюсь. Странно... В прошлый раз мы ведь открыли его без особых проблем. Просто навалились вот точно так же, всем скопом...
... ты что, не помнишь?..
Ах, ну конечно же! Эхо моего смешка вспугивает Компанию, они отрываются от Гермоворот и испуганно озираются по сторонам. Не скрываясь, выхожу в круг света от одного из фонарей.
- Похоже, вам не помешает помощь, а?
Лица. Нез, Амор, Яло, Ятака...
- Что? Это... Хйед?
Нотн, Ялок, и... я сам. Чуть моложе, чуть светлее - но все равно, ошибка исключена.
Он смотрит на меня. Я вглядываюсь в него. Синхронизация.

"Ты меня слышишь?"
"Да."
"Ты понимаешь, кто я?"
"Могу задать встречный вопрос. Но сейчас важнее другое."
"И?"
"Судя по всему я здесь для того, чтобы помочь вам открыть эту чертову дверь."
"Но..."
"Никаких "но". Скажи что-нибудь остальным, молчание затягивается."
"Один вопрос. Ты ведь из дальше?"
"Можно и так сказать."
Он тянется к памяти моего сенсориума, но получает жесткий запрет, и кубарем вылетает обратно в синхро.
"Еще не время. Скоро сам все увидишь."

- Хйед?
Хйед-здешний разыгрывает удивление.
- Откуда ты здесь?
Принимаю подачу.
- Должен же за тобой кто-то присматривать... братишка.
- Друзья, это немного неожиданно... Черт побери, это совсем неожиданно! Но позвольте вам представить моего близнеца. Его зовут Дейх, - объявляет самозваный близнец.

* * *

Пещеры - обитель сквозняков. Я предлагал подняться на поверхность, но Компания была не готова расстаться с только что обретенным чудом. Так что костерок разложили на месте - и начались расспросы. Я врал наотмашь, не оглядываясь - очень помогало знание, что мы вроде как чужие люди. Весь скоропалительный бред был принят на "ура", как и несколько историй, случившихся со мной уже после этого похода. Двойник задумчиво ковырял веточкой угли, изредка на меня посматривая.
- И все-таки, как ты здесь оказался, эээ... Дейх?
- Не спрашивай. Я просто знал, что ему - указываю на Хйеда. - Понадобится помощь.
- Но... ты знал, что Гермоворота здесь?
- Разумеется.
- И... ты знаешь, что за ними?
Странная Компания ждала ответа, затаив дыхание.
- Положим, знаю.
- То есть ворота уже открывали?!
- Не похоже - ты сама посмотри, какой тут слой ржавчины... Да и мы вон - всемером несчастный штурвал скрутить не можем!
- Я и не говорил, что это было сегодня.
- И... что там? - жадно спросил Нез.
- Увидишь. Но Гадалка была права - ты больше разочаруешься, чем удивишься.
- Вот как... Скажи, Дейх, может, нам тогда их не открывать?
- Нез, ты чего? Как это не открывать? - возмущенно загомонили остальные.
Нез ждал ответа.
"Он знает".
Улыбаюсь.
- Вы же добрались сюда. Проделали долгий, тяжелый путь, чтобы это сделать. Вопрос считаю неуместным, - и, как тогда, иду к запорному механизму и кладу руку на шлюзовое колесо.
-Эй, что это там?!
Оглядываюсь. По стене неторопливо ползет знакомый шарик оранжевого сияния. И вновь - момент контакта - и вот я уже знаю, что ползет он именно ко мне. И что сбежать не удастся.
- Сюда! Быстрее!
Легкое дежа вю - как и тогда, на запорное колесо ложатся руки, мы начинает его тянуть, толкать, сбивая прикипевшую ржавчину...
- Есть! Пошло!
И вновь все утонуло в оранжевом.

* * *

Под веки словно набилась пригоршня искр. Руки дрожат. Сесть удается с трудом. Что это было? До жути реалистичное прошлое или дурной сон? После встречи с неизвестным феноменом я чувствовал себя неважно. Сил не было вообще. Болело все, что только может болеть.
Оглядываюсь по сторонам. И снова здравствуй, Таруса. Все тот же маленький островок посреди огромного ничего, те же дома... А где же все наши?
- Хйед!
Вот и Нез обнаружился.
- Пришел-таки в себя. А я уж думал, что буду тут один-одинешенек куковать.
- Один? Почему это "один"?
- Так ведь больше никого нет. Пока. Ты первым появился.
- В смысле - "появился"?
- Вот так вот, из воздуха. Или еще откуда. Я сначала пытался тебя добудиться, но ничего не получалось. Тогда пошел в обход, посмотреть, не вернулся ли еще кто. Ты здесь уже с полчаса лежишь, не подавая признаков сознания.
- А ты?
- А я, получается, вернулся раньше всех, - он пожал плечами. - Слушай, Хйед... Тут такое дело... Как ты думаешь - что это было? Даже нет, не так... Это - было?
- Какая разница-то?
- Если бы разницы не было, не спросил бы.
*щелчок*
Гермоворота. "Скорее!". Ряд рук, пытающихся сдвинуть с места приржавевшее запорное колесо.
Украдкой смотрю на ладонь - через нее проходит широкая ржавая полоса.
- Знаешь, где я был?
- Ну?
- Несколько лет назад. Гермоворота. Я помогал их открывать - и вот, - демонстрирую руки.
Нез плюхается в траву рядом со мной, закрывает глаза, выдыхает.
- А ты, помнится, говорил, что это был твой брат...
Теперь уже потрясен я.
- Нез? Ты что? Какой еще нафиг брат? Не было там никого! Ты что, не помнишь?
- Был, Хйед, был. Видимо, это у тебя проблемы с памятью. Я вот отлично помню того парня - он ведь казался твоей почти полной копией. Ты просто был чуточку его моложе тогда, а?
- Да ну? И откуда тот парень взялся? Куда исчез, когда гермоворота открылись?
- Он ждал нас на месте, в пещере... Исчез?.. Не помню. Это разве не он ушел из Компании первым?
*щелчок*
Знакомое лицо, отличающееся от моего лишь парой шрамов, которые я получу где-то через год. Он жмет мне руку, хлопает по спине. "Удачи, братишка!". "Счастливо, Дейх. Береги себя". Он вскидывает на плечо рюкзак, также кратко прощается с теми, кто шел после меня, и отстает. Через пару минут его уже не видно.
- Не было этого! Не было!
- Было, - Нез невесело улыбается, и вдруг вскакивает на ноги. - Наконец-то!
Творение какого-то художника абстракциониста. Каркас из ломаных линий. Линии пульсируют оранжевым, и с каждым пульсом их становится все больше. Готовую композицию медленно наполняет цвет - и вот с резким хлопком безжалостно разрезанного воздуха, яркое пятно превращается в Яло. Девушка появилась неудачно - над самым обрезом асфальтовой дорожки, и непременно грохнулась бы прямо на твердое, не успей ее подхватить Нез. Появляется новый каркас. Тут я уже нахожу силы подняться, и осторожно укладываю бессознательное тело Амора в траву. Замерцало сразу два новых пятна. Мы с Незом переглядываемся, и бросаемся ловить.

* * *

Вернулись все - и где-то через полчаса пришли в себя. Сонное непонимание сменилось отвращением и неожиданной злобой. Пятеро переглянулись, и отпрянули друг от друга.
- Уберите их от меня! - с исказившимся лицом завопил Нотн.
- Сам свали! Провались, извращенец поганый! - не осталась в долгу Яло.
Кошка вторила им яростным шипением. Ялок тоже скривился, словно лимон проглотил.
- Какого черта здесь происходит?! - взвился Нез. - Кто-нибудь это мне может объяснить?!
- Тебя это не касается! - рявкнул на него Амор. И добавил тише: - И радуйся, что не касается.
Пятеро расползлись друг от друга на елико возможное расстояние, и, тяжело дыша, продолжили прожигать друг друга взглядами.

* * *

- Одна уже готова, - доложил Секретарь.
- Быстро.
- Даже слишком.
- Что с остальными?
- Уже тоже вот-вот. Очень быстро наполняются.
- Что же, я рад, что мы в них не ошиблись. В наше время немного осталось настолько эмоциональных людей. Тарус все реже и реже соглашается принимать гостей.
- И все-таки, мне кажется, что одного можно было и убрать - еще на подходах, - угрюмо заявил Исполнитель. - С такой скоростью кто-то из них может и выжить.
- Выживет - так сойдет с ума, - Организатор демонстрировал полнейшее безразличие. - Ну а если нет - почему бы нам не принять такого выдающегося индивида в наше маленькое общество?
Голосование прошло стремительно и единогласно. И в самом деле, почему бы и нет?

Архивы Основателей - Нарушение амплитуды - Речи Таруса - Сон наяву

Ссора разгоралась с новой силой, и, кажется, уже давно вышла за рамки здравого смысла - осталась просто кучка людей, уже непонятно из-за чего орущих до потери пульса. Озлобленные лица, в которых начинали проглядывать черты каких-то фантастических чудовищ, исчезли в новой оранжевой вспышке. Надо сказать, я принял новую перемену с облегчением - лишь закрыл глаза, чтобы их не так сильно резало. Усталость не проходила, напротив - росла, и, кажется, уже норовила перейти ту черту, после которой организм начинает сжигать сам себя - но продолжает работать. Пожалуйста, пусть там, куда я попаду, будет тихо. Дайте мне отдохнуть.
Гудение стихло, и наступила восхитительная тишина. Спасибо.
Я попал в какое-то помещение явно рукотворного свойства, но не смог опознать его принадлежности. Ни где так строят, ни - из чего. Непроглядно-черный материал - то ли камень, то ли пластик - был абсолютно гладким, бесшовным, бестемпературным. Природу редких белесых прожилок, испускающих приятный люминесцентный свет, так же не удалось установить. Помещение было довольно-таки обширным залом абсурдной геометрии - четыре прохода, расположенных посреди противоположных стен, вели исключительно друг в друга - достаточно сделать шаг - и ты уже с другой стороны той же комнаты. Или другой?.. Да, лучше думать, что это бесконечный комплекс совершенно одинаковых комнат, а то становится как-то не по себе.
Впрочем, ощущение, что я заперт в четырех стенах, меня и не покидало.
- Эй! Аууууу...
Эхо на мой крик не ответило, зато прожилки на стенах засияли чуть ярче. По залу зазвучало нечто вроде странной, чужеродной музыки, но потом я понял, что звуковую какофонию порождало невероятное количество разнообразных голосов - и каждый из них говорил, вероятно, на своем языке. По крайней сере, мне на миг показалось, что я различил пару знакомых диалектов.
Наконец, звуковой хаос умолк, укатился точно такой же волной, какой и пришел. Его сменил один голос - безликий, бесполый, холодный, четко выговаривающий слова.
- Добро пожаловать в Залы Помнящих, паломник. Вы опознаны как носитель языка Атсури, 18 век до сверхновой эры. Вероятный уровень допуска - шестнадцатый. Вы хотите внести информацию, получить информацию, изменить информацию?
- Получить информацию.
Стены осветились изнутри, проявив орды непонятных знаков и символов.
- Введите запрос, - предложил голос.
Хм... Как он там сказал? "Атсури"?
- Восемнадцатый век до сверхновой эры. Народ Атсури.
- Ведется поиск. Ждите.
Стены-экраны разом сошли с ума. Мельтешение непонятных значков ускорилось, достигла апогея восприятия, слились в одно единственное истошно дергающееся пятно.
- Обнаружено: один миллион сорок две тысячи девятьсот двенадцать записей. Вывести все записи на экран, уточнить поиск?
Ну что же, попробуем уточнить.
- Хм... Уточнить поиск. Таруса.
- Ведется поиск. Ждите. - выдал стандартную реплику механизм, и тут же поправился. - Совпадений не обнаружено.
- Уточнить поиск. Тарус.
- Ведется поиск. Совпадений не обнаружено.
- Уточнить поиск. Гермоворота.
Система подумала, и выплюнула короткий список из трех пунктов.
- Обнаружено три записи. Книга Н.С Фентвеллера "Прошедшие мировые войны. Анализ", неизвестный автор "Легенды выжженного времени", сборник эссе Основателей "Священная книга Основателей".
Вывести все записи на экран, уточнить поиск?
- Вывести на экран.
Первая книга оказалась каким-то заумным трудом, написанным на все том же непонятном языке, который не стал сильно понятнее даже после перевода, выполненного трудолюбивой машиной по первой же моей просьбе.
Вторая заметка оказалась интереснее.
"... разбирая подробнее тематику виталистической философии, можно отметить одну из популярных после третьей мировой войны легенд. Автор данного мифа неизвестен, возможно так называемое "народное творчество". Суть легенды была в том, что где-то на Пустошах в надежном месте находится Семя (другой вариант названия - Оазис) старого мира - нетронутый радиацией уголок рая (см. ссылку: примитивные парадизные мифологические черты), способный предоставить нашедшему все блага, такие как - натуральная еда, чистая вода, отсутствие жесткого излучения, место и материалы для постройки жилища. Семя оказалось не затронуто войной благодаря тому, что основная линия бомбежек пришлась на другую экстарель, и, разумеется, благодаря надежному входу в это райское место - входу, закрытому надежными гермоворотами высшей степени защиты (см. ссылку: гермоворота простого типа). Легенда была проверена и опровергнута Основателями (см. ссылку: "Священная книга Основателей").
Выдержки из "Священной книги" с трудом помещались на третьей стене.
"... сформированный Основателями Исследовательский Корпус обнаружил место, где в последствии и был построен город под названием Мемориал. Дитя, познай же суть этого слова, суть города, в котором живешь..."
"... предсказанная Основателями звездная активность. Только мудрость и сила, полученная нашими Отцами при Перерождении, смогли спасти тех немногих верных, что следовали их следами..."
"... и наивысшей ценностию ставили истину. Многие легенды и мифы были раскрыты именно Основателями и легли в основу этой книги. Легенды о Мертвопаде, Гермоворотах, точках Сопряжения - все это стало вкладом наших любимых Основателей в точную и тонкую науку истины мира."
В горле пересохло.
- Поиск. Основатели. Фотография.
- Ведется поиск графических изображений, - согласился голос. - Найдено восемь тысяч совпадений.
- Давай любую.
- Вывожу изображение, выбранное генератором случайных чисел.
Их было шестеро. Кадр был снят, когда Основателям было лет под пятьдесят. Они стояли рядом друг с другом, лица излучают какую-то ненормальную благодать - но не узнать их было сложно.
Нез. Яло. Нотн. Ялок. Амор. Ятака.
- Поиск. Седьмой Основатель.
Прожилки на экранах тревожно перемигнулись красными огоньками.
- Закрытая информация, - интимным шепотком сообщил голос. - Требуется абсолютный уровень доступа. Для выполнения - пройдите идентификацию на совпадение уровня доступа. Начать процедуру?
Я успел открыть рот - но и все. Оранжевая вспышка в этот раз прервала меня на самом интересном месте.

* * *

- Он очнулся!
Надо мной обнаружилась встревоженная мордочка някоморфы.
- Хйед, ты нас напугал!
- Чт-то та... кое?.. - говорить давалось с большим трудом - язык вообще не желал ворочаться. Глаза видели все размыто, еле-еле. Веки налились свинцовой тяжестью, и то и дело пытались закрыться. О том, чтобы попытаться сесть, не шло и речи.
- Все хорошо. Все хорошо.
- Остальные очнулись как и в первый раз, через полчаса, - вступил в разговор Нез. - А ты лежал в отключке все два. Бредил, но не приходил в себя.
- Угу, точно. "Закрытая информация", "седьмой основатель", "в жертву", "предатели" - что-то такое.
- Куда тебя занесло на этот раз, Хйед? Что ты там видел? - по голосу я узнал Ялока, но воспринимал только его горящие хищным участием глаза.
- Не... не помню... Голова... раскалывается... - сумел я выдавить из себя. По крайней мере, наполовину это было правдой - голова трещала от души.
- Ну ладно. Пройдет. Вспомнишь.
- А что... у вас?.. Больше не... воюете друг... с другом?..
Нез засмеялся, остальные его поддержали.
- Да что ты такое говоришь, Хйед! Как друг может воевать с другом? Сейчас мы - наверное, единственные выжившие в этом мире. Нам надо держаться вместе. Ссоры - это все пустяки. Мы же как дети, правда? У нас не бывает долгих обид.
Ятака, улыбаясь, закивала. Про перелом и наложенную шину она словно и позабыла. Чем ее взяли? Запугали? Или они все теперь заодно? А я?
...тебя хотят убить...
- Что? Снова...
Оранжевый свет.

* * *

Вспышка. Вспышка. Вспышка. Вспышка...
Я потерял им счет. Они шли уже почти непрерывным потоком, и сознание успевало захватить только отдельные кадры. Снова гермоворота - в этот раз я сразу помчался помогать их открывать, но все равно не успел. Таруса. Пустой и темный город странной архитектуры, где за мной настороженно смотрели сотни глаз, но никто из жителей так и не показался. Таруса. Смутно знакомый деревянный... плот? Корабль? Как их там называли?.. Таруса. Вспышка. Таруса.
Каждый перенос забирал у меня сколько-то сил, даже когда сил уже не оставалось вовсе. Я попытался удивиться мысли, что вообще еще жив и могу думать - но на удивление сил уже не хватало. Я не знал, что меня больше пугало - странные, чужие места, в которые меня забрасывали переносы, или обязательное возвращение на исходную, в Тарусу, где меня ждали... друзья. Они больше не ссорились. Они ходили, ели, пили, улыбались, кто-то, кажется, даже пытался с кем-то завести короткий роман - но все это проходило мимо меня. Каждый раз я пробуждался последним, каждый раз - самым обессиленным. Остальные привыкли, "отходняк" занимал у них минуту-другую. Я же мог бревном проваляться полдня. Они ничего такого мне не говорили - наоборот, утешали, что все наладится, не забывали принести еду и питье - но я чувствовал, как между нами вырастала стена - все более высокая, прочная, страшная. Стена презрения сильного к слабому.
Вспышка. Вспышка. Вспышка. Вспышка.

* * *

Звон бьющегося стекла.
- Вот она, зараза! Нотн, это, видимо, твоя!
- Разбивай ты ее на хрен!
Приговорили и вторую стекляшку.
Уверенные, твердые шаги по чему-то мокрому, или липкому.
- Мертвые небеса! Он еще жив?!
- Из него же вся кровь вытекла...
- Аптечку! Какого черта вы там возитесь?
- Ищу лекарства! - заорала в ответ Яло. - Здесь не аптечка, а мечта наркомана! Снотворное, морфин, опиаты, хлороформ... Ага, нашла.
- Адреналин? При такой кровопотере?!
- Или шанс, или смерть. Видишь же, у него сердце останавливается!
- Извини, я не умею видеть работу внутренних органов!
- Заткнись уже и коли!
Измученное сердце, кажется, переводит дыхание, и начинает биться ровнее, сильнее.
Чьи-то пальцы разлепили мне веки.
- Живой!
- Хвала небесам!
У меня не было сил улыбаться, но боль там, внутри, вдруг стало стихать, а с нею отступила и злоба. Я лежал на своей кровати в номере гостиницы "Марина" в Тарусе, смотрел в деревянный потолок, а вокруг меня были мои друзья.

* * *

- Ну что смотришь? Исповедуйся, - Нез подтолкнул Нотна.
Тот протянул мне ладонь, полную мелких стеклянных осколков.
- Узнаешь?
Я отрицательно помотал головой.
- Шарики. Которые были "компасами", - пояснил Нез.
- Ага, сейчас, "компасами", как же! Не знаю, какая сволочь прислала мне это, но очень хочу посмотреть ему в глаза...
- Эти шарики - что-то очень странное, - внесла свою лепту Яло. - Это точно не стекло. Они... Они живые, Хйед.
- Были живые! Мы все разбили, верно?
- Да.
- Да.
- Это какая-то новая мутация, мне так кажется. Паразиты, прикидывающиеся полезной безделкой.
- Как пиявки.
Киваю. Я видел, во что превратился мой спальник - ткань пропиталась кровью до приятного алого оттенка и невыносимой вони перекисшего железа.
- Они усыпляют человека. Во сне - присасываются к нему, и... питаются. Кровь идет из глаз, носа, рта, ушей... Большей частью прямо через кожу. А проснуться ты не можешь - потому что сон становится очень подробной реконструкцией реального мира. Во сне тебе кажется, что ты уже не спишь. Более того, у меня получалось и спать во сне - поначалу.
- Да, нам надо сказать спасибо Нотну, за то, что он пошел устраивать тебе полночный допрос, - невесело хохотнул Амор.
- Я на всякий случай взял с собой свою бусину. Вместо фонарика, наверное, - пояснил Нотн. - И в драке с тобой выронил - она закатилась под шкаф. Так что я проснулся, как обычно. Заглянул к Ятаке - и увидел тонкую струйку крови, тянущуюся от ее кровати к тумбочке. Там стекляшка уже была немаленькой... Шар размером с хорошую кружку, насосавшийся, полный крови. Ятака металась по кровати, кричала во сне - но не проснулась, пока я не грохнул паразита об пол.
- Непонятно только одно. Зачем так изощренно? Город, полный кукол, шарики-кошмарики, непроходимая стена...
- На этот вопрос есть ответ, - отозвался незнакомый голос. Или все-таки знакомый?..
- Тарус! - хором воскликнули все.
- К вашим услугам. У меня нечасто бывают такие удивительные гости. Скоро настанет рассвет, и до сих пор никто не умер. Удивительно, не правда ли? Даже тот несчастный, который пригрел у себя на груди два осколка разом. Думаю, вы заслуживаете объяснений... Прошу вас в большую гостиную.
Дверь номера распахнулась настежь. В коридоре мягко вспыхнули светильники.
- Как я посмотрю, Таруса знают все.
- Только по имени.
- Он к вам тоже приходил перед сном?
Кивки.
- Не нравится мне все это... Идем?
- А как же Хйед?
- Останешься здесь?
Мотаю головой. По моим немым указаниям Ялок потрошит рюкзак, и, наконец, находит коробочку с черной живицей. Шарик под язык.
- Ну вот, пару часов я буду чувствовать себя нормально... Кстати, а кто успел протереть пол?
Доски пола как будто бы никогда и не были залиты кровью - дерево сияет лаком, а кое-где и вовсе демонстрирует нетронутую пыль.

* * *

Мы шли по указке нашего таинственного знакомца - продолжали зажигаться сами собой лампы, открывались двери. Гостиную та же невидимая сила успела украсить - под потолком протянулись бумажные гирлянды, столы сдвинули в ряд и накрыли белыми скатертями. Горели свечи, светильники, камин, разбрасывала огоньки огромная хрустальная люстра под потолком.
- Прошу!
На головы входящим посыпались алые лепестки роз и пестрые обрезки серпантина.
Дойдя до середины, мы остановились, и принялись крутить головами, выискивая говорящего. Тарус засмеялся.
- Я скоро прибуду.
И верно - распахнулись двери с противоположной стороны залы, и еще две заводные марионетки - этих даже не стали обряжать в имитацию человеческой кожи - ввезли в зал огромную пустую раму. От картины, или от большого старинного зеркала.
- Я иду!
Грохнуло, словно над гостиницей вдруг началась нежданная гроза. Или и правда началась?.. Тяжелые капли застучали по крыше, по окну... по лестнице? Разом распахнулось все, что могло распахнуться - двери, окна, вытяжки... И отовсюду хлынули багряные реки. Гостиная мгновенно превратилась из уютного местечка под семейное торжество в филиал бойни. Кровавые реки, бурля и клокоча, устремились к установленной истуканами раме, влились с двух сторон в ее зияющий проем - и исчезли. Но заполнилась рама. Глубокое алое стекло завораживало - по нему то и дело пробегала неприметная рябь, из-за чего отражавшиеся в кровавом экране фигуры принимали удивительные и непривычные черты.
- Я здесь!
Совершенно определенно, голос шел от зеркала.
- Я здесь, и я нынче весел - ведь вы, мои новые родичи, живы, и мне не нужно вас оплакивать. Я - Тарус, и я рад вам!
Зеркало не двигалось, но отражение начало меняться, словно кто-то, заключенный внутри, осматривал нас - и позволял нам увидеть мир собственным багряным оком.
- Зачем мы тебе?
- Неправильный вопрос, - засмеялся Тарус. - Это я хотел бы знать, зачем я вам понадобился. Чего вы хотите?
- Убраться из Тарусы? - предположил Амор.
- Оригинально. Но не то - это вы и так можете сделать. Какого чуда вы желали, явившись сюда, и взыскуя моей помощи?
Отражение вновь обвело собравшихся, лица - крупным планом.
- Ясно. Ничего-то вы не знаете. У нас есть еще немного времени до рассвета, и, чтобы поддержать приятную беседу, я хочу рассказать вам одну историю.
Зеркало откашлялось.
- Тарусе много лет. Очень много. Давным-давно, когда люди еще не умели строить дома, я уже облюбовал это местечко, и оно стало Тарусой - "Домом Таруса". И однажды ко мне пришел первый человек - он был из Чувствующих, из тех, кто видит нити мироздания - и долго со мной говорил. Я был рад гостю, и открыл ему свое предназначение. В тот же день мы заключили договор, что жив и по сию пору. Девять лет из десяти я сплю, и меня не тревожат. На десятый год я просыпаюсь, и жажду нового. Отмеченные да почувствуют, отмеченные да придут в Тарусу, отмеченные да отдадут мне свои жизни, чтобы я прожил их второй раз, и видел то, что видели они, слышал то, что слышали они, чувствовал то, что чувствовали они. Каждый десятый год договор подтверждается - человек из рода Чувствующего оставляет мне каплю своей крови залогом, и получает пригоршню моих осколков, которыми и отмечает тех, кого посчитает нужным. Кровь - мерило жизни, и потому, я ее принимаю. Утолив же свое любопытство, я дарю - и дары мои ваш мир называет чудесами. Вечная жизнь? Исцеление от всех болезней? Богатство? За всем этим ко мне приходили, и не раз... Скучно. Но я чту договор.
- То есть, мы можем попросить... о чем угодно?
- Именно так, - согласился Тарус. - Только одно "но". Не "мы", а "я". Может быть исполнено только одно желание. Подумайте пока, у кого что самое заветное. И кто будет загадывать.
В конце концов, перед тем, как жизнь завершится, вам будет приятно об этом подумать, не правда ли?
Двери захлопнулись.
- Вы многое мне отдали, но еще не утолили моей жажды. Выбирайте, кто будет загадывать. Выбирайте, кто заберет жизни у остальных. Разве заветная мечта не стоит нескольких жизней?
Из зеркала выпало что-то темное, и с лязгом упало на пол. Нож не нож, топорик не топорик - массивный, отлитый из какого-то желтоватого металла.
- Решайте, - настойчиво шептал Тарус. - Все - или ничего. У вас есть полтора часа до рассвета. Если солнечные лучи дотронутся до меня - я исчезну, или как вы говорите - умру. Но и вы меня не переживете, кровные.

* * *

- Что там происходит? - осведомился Секретарь.
- Тарус обходится без нашей помощи. Но в этот раз мы желания, похоже, лишимся.
- А где Исполнитель?
- Я отослал его привести в порядок еще одну комнату. У нас же скоро будет гость, - Организатор кивнул в сторону гостиницы. - Надеюсь, победителю хватит ума сразу пожелать себе бессмертие, иначе придется тратить желание через десять лет опять на него.

* * *

- Ну? Кто? Я же слышу ваши за-мысли. У всех вас есть мечты. Хотите возродить старый мир, каким он был когда-то, до войны? Чтобы всем и всего хватало? Новых, головокружительных приключений? О, а это, пожалуй, не буду оглашать - джентльмену негоже ставить даму в неловкое положение. У вас остался час!
Нервная обстановка? Не то слово. И Тарус не умолкает ни на секунду. Самое поганое - понимать, что он прав. Друзья? Еще не так давно ты о них почти не вспоминал, как и они о тебе. Радость случайной встречи моментально омрачилась - стоило лишь собравшимся оказаться отрезанными от окружающего мира. А ночной рейд? Кто мы, в конце концов - даже не друг другу, а просто, по своей натуре? Получается, что не такие уж мы и люди.
"Особенно те, кто живет инстинктами - как ты, например", - мысленный шепот Таруса на фоне его же воплей в полный рост слышался очень странно.
"Решил еще раз пообщаться с каждым индивидуально? Подстегнуть?"
"Только с тобой. Ты, может, уже догадываешься, кто умрет первым?"
Быстрый взгляд в сторону Нотна.
"Угадал. Он не отдал мне ни капли, свалил все на тебя. Причина недолюбливать его. Ну и дополнительный источник симпатии к тебе, кровный. Условие часа на него не распространяется - в отличие от вас, он уйдет целым и невредимым."
"Я же сказал, не сработает."
"Мне будет приятно, если останешься именно ты. И твое желание я бы исполнил с удовольствием - имей ввиду, это возможно."
"Ты меня оставишь в покое, или нет?!"
"Нет, конечно. Ты ведь уже понял - я говорю на вашем языке, но... назовем это принципами - они у меня свои."
И шепот исчез.
А вместе с ним - и реальность.

* * *

- Хйед? Хйед, ты собираешься сегодня вставать? Эй, засоня?!
Летнее солнце сияло высоко в небесах. Было уже душно, влажно - воздух обещал скорую грозу.
- Встаю, встаю...
- Собирайся уже, а не вставай! В темпе, в темпе! - брат, как всегда, был бодрячком - свеж, одет, полон энергии.
- Что такое?
- Ты что, забыл? Мы же собирались подстрелить того тигра! Если совсем склероз заел, сэр, сообщаю, сэр, что в окрестностях деревни появился тигр, людоед. У Тэйлов позавчера младшая девчонка пропала и не вернулась. Вся деревня уже вышла на охоту, один ты дрыхнешь, и все тебе нипочем.
Пока я привожу себя в человеческий вид, жую тосты с сыром, запивая их остывшим кофе, Дейх успевает сбегать в сарай и принести ружья, патронташи, боеприпасы. Сверкая белыми зубами и желтыми глазами, откладывает в сторону дробь, оставляет пули и картечь - на крупного зверя.
- Тварюга-то говорят, матерая. Повезло же нам! И что этому тигру неймется? Сидел бы себе в лесу!
Наша хибарка стоит на окраине, и чуть ли не наполовину вросла в лес. Выходишь через задние двери - и все, уже сельва, деревья, густая зелень, и ни других домов, ни людей не видно.
Дейх несется вперед чуть ли не вприпрыжку - вот уж кто ни за что не станет красться.
"Да, с тигром надо кончать, пока он еще кого-нибудь не убил"
"Что? Черт! Держите, держите его! Хйед!"
Ветер несет с востока тяжелые грозовые тучи. На горизонте уже недобро погромыхивает, полыхают молнии. Гроза идет буквально по нашим следам.
- Полчасика еще побродим, нифига не найдем, да и вернемся! - Дейх выскакивает из зарослей справа. Ружье висит у него на плече. - Хотя девчушку Тэйлову жалко, тут спора нет. Но не светит нам сегодня ничего, это я тебе точно говорю. Я все зверье в радиусе километра распугал.
Он жизнерадостно ржет, и снова уносится вперед.
Тигр поджидал его. Огромный полосатый хищник вылетел из кустов плавным движением, свойственным в этом мире лишь диким кошкам, и всеми своими килограммами предназначенных
для охоты мышц приземлился на Дейха.
"Да что с ним такое? Какого черта? Что за муха его укусила?!"
"Он бежит сюда!"
Братишка не растерялся. На ружье он лежал - но нож на боку никто не отменял. Оттолкнув дышащую жаркой вонью тигриную пасть, он выхватил клинок. Но тигр словно понимал грозящую опасность - и впился зубами в кисть с опасной железкой. Захрустели кости, и Дейх с воплем боли выпустил нож. Но все равно не растерялся, и не давал боли одержать над собой верха.
- Хйед! Стреляй! Какого лешего ты ждешь?! Стреляй!!!
А вот я стою, как последний дурак с ружьем на изготовку, и понимаю, что не могу нажать на курок. Внутри моего "ремингтона" восемь патронов с картечью. Тигр не переживет, но и брату достанется. Руку ему залатают - а дыру в голове?
Роняю "Ремингтон", и снимаю с пояса собственный нож. Оригинальный вариант мачете - и нож, и топорик. Можно прорубить дорогу в сельве. Можно нарубить дров. Можно разделать тушу подстреленной косули. Годится ли против тигра? Должен.
- Хйееееед!!!
Тигр заметил меня слишком поздно - когда я уже прыгнул на него.
"Хйед! Хйед!!!"
"Нез, я стреляю!"
"Подожди. Еще немного."
Нез? Кто это?
Как всегда, в горячке начинающейся драки, время тормозит, и дает мне хорошенько примериться, решить куда ударить.
Глаза.
Бронзовый нож уже набрал размах, стремится к цели - и отчаянно сопротивляется попытке сменить направление удара. Но я настырнее.
Тигр взрыкивает, и затихает. Слезает с тела Дейха - тот еще дергается, исполняет прощальную пляску смерти, крепко прибитый клинком к матери-земле - и садится рядом со мной.
Иллюзия рассыпается тысячей осколков кровавого зеркала.
Из опустевшей рамы торчит бронзовый нож.
- Маленькая шутка на прощание, да, Тарус? Зверь с человеческими глазами. Человек - со звериными. Но, кажется, я убил того тигра.

* * *

- Выравнивай дом!
- Сам выравнивай! - рыкнул Исполнитель, выбивая сложный код на приборной доске.
- Мне уже нечем! - заорал на него Секретарь из кресла. И это была правда - и руки, и ноги у него уже осыпались прахом. Организатору повезло меньше - от него уже только и осталась, что горка праха, нещадно разносимая сквозняком по всей комнате. Но он и был старше на пару веков.
Чудеса переставали действовать. Закончилась вечная жизнь. Вечный источник энергии заискрил, и иссяк. Исполнитель оставил приборную доску в покое, и выпрямился в кресле - насколько смог.
- Падаем, - коротко сообщил он. - Конечная!

Оставить комментарий © Copyright Румянцев Евгений Игоревич (deih.inbox@gmail.com) Размещен: 07/04/2014, изменен: 07/04/2014. 80k. Статистика. Рассказ: Проза Верхом по Шпалам Скачать:		Ваша оценка:
Аннотация: Настоящая поездка, разумеется, тоже была в Тарусу. Но там с нами не случилось абсолютно ничего фантастического.

Румянцев Евгений Игоревич Верхом по Шпалам - 2. Алые Таруса

Румянцев Евгений Игоревич
Верхом по Шпалам - 2. Алые Таруса