- Казнить мальчишку! - Рявкнул как шелудивый пес герцог.
Девушка-богатырь холодно ответила:
- Достаточно просто выпороть, пусть только сначала досмотрит процесс пытки и казни.
Далее Брослава творила страшные изуверства, которые только могла подсказать ее извращенная фантазия. Вход шел огонь, иглы, пылающее масло, и прочие пыточные атрибуты. Вскоре тело девушки превратилось в одну сплошную язву. Но это было только прелюдией к казни.
По приказу герцога ее было приказано колесовать. Пять мастодонтов должны разорвать ее за руки, ноги и волосы. Это было чудовищным зверством, особенно одиозным, так как речь шла о очень красивой девушке.
Подгоняемые кнутом мастодонты двигались медленно. Так что Анюта реально ощущала, как ее рвут на части. Первым поддались волосы, был сорван скальп, полилась кровь и обнажились вены. Затем в разные стороны разодрали руки и ноги.
Тем не менее, девушка все еще была жива, хотя жизнь и вытекала из нее.
Олег Акулов пробормотал:
- Вот изверги!
Даже некоторым воинам стало плохо, пара юношей и одна девушка завалились в обморок.
Бронислава не спеша, приблизилась к жертве, резким ударом отсекла голову и насадила на древко копья!
- Победа! - Крикнула она.
Рабы кинулись смывать кровь. И собирать остатки тела. Согласно обычаю их должны были сжечь, а пепел развеять по ветру.
Бросилава подошла к Олегу Акулову.
- Тебя как я и обещала, ждет порка. Не бойся бить будет с таким расчетом, чтобы ты поднялся и продолжил службу в армии великого Фиамата.
- Да! Мне! - Мальчик хотел крепко выразиться, но в последний момент спохватился, спокойно добавил. - Все равно.
Девушка-богатырь прошлась по траве босой ножкой и пискнула:
- Тогда ложись, я буду тебя лично пороть. Ты знаешь мою ласковую руку.
- Снисхождения я не требую. - Произнес, ложась, Олег.
Бронислава принялась стегать мальчишку. Его жилистая спина хорошо переносила удары, а упругую загорелую кожу трудно было рассечь. Олег Акулов терпел, стиснув зубы, не испуская даже вздоха.
Бронислава работала с умеренным энтузиазмом, опасаясь серьезно покалечить нужного армии мальчишку. Наконец ей это надоело, и он, продолжая одной рукой бить, другой раскалила на огне щипцы. Босые, пыльные ноги подростка, вызывали у нее зуд. Сколько раз она видела эти мелькающие пятки. Почему бы их не прижечь, услышать крик.