Рогатый воин с широченными как шкаф плечами, отметил:
- Тут его пытать может неудобно. Доставим лучше в замок. Так профессионалы им и займутся!
Девушка-эльфийка плотоядно оскалилась и отметила:
- Какой красивый мальчик. Я бы его с удовольствием бы сама помучила. Но ладно, в замке им займутся!
Тут красотка со злым лицом подмигнула и отметила:
- А все-таки я ему покажу кое-что, чтобы с него слетела спесь!
Второй воин, у которого шлем венчался стрелой, одобрительно кивнул:
- Да ему тогда станет понятнее, что никто не придет на помощь!
Альберта привязали веревкой в крупу коня, и пустили легкой рысью.
Мальчику пришлось бежать за ними, сбивая босые ноги об корешки деревьев, веточки, шишечки, камешки. И мчаться приходилось со всех ног.
Альберт покрылся потом и блестел словно статуэтка. Время от времени девушка эльфийка, лупила его плеткой, которая оставляла следы на чистой и гладкой коже мальчишки.
Альберт, стиснув зубы, сдерживал крики. Хотя ему было и стыдно, и больно и страшно. Тем более он был теперь рабом, и почти голышом бежал по лесу.
Эх, не такого он ожидал приключения. И что самое досадное совершенно беспомощный, и в довершение всего его унижает женщина из рода эльфов. Что делает ситуацию противной вдвойне.
А эльфийка улыбалась, и била мальчика плеткой. То по ногам, то по спине, то по животу. Ей это нравилось. А затем злая девчонка зажгла факеле и поднесла огонь к босым, круглым пяткам бегущего мальчишки. Боль от огня куда сильнее, чем от плетки, да и голая подошва содержит много нервных окончаний. Альберт невольно вскрикнули. А эльфийка рассмеялась, да так что посыпались с деревьев шишки, а с цветков лепестки:
- Ну, как тебе нравиться! Приятно пяточкам?
Мальчик из-за всех сил стиснул зубы, так чтобы не развеется, и ощутил, как у него выступила кровь из десны.
Пытки нужно выносить с улыбкой. Но вот это не получалось. И больно, и стыдно, и противно. А самое главное, что ты не можешь ответить.
Эльфийка потянула ноздрями сладкий дымок с запахом нежного мяса, от попаленных ступней мальчишки. Возникла соблазнительная мысль:
взять и слопать пацана. Жарить живьем, и отрезать он него кусочек за кусочком. И это все-таки большое удовольствие.
Эльфийка снова факелом коснулась босых, круглых, покрывшихся волдырями пяточек мальчишки и пропела:
- На насилии держится мир,
Вулкан ярости хлещет с размахом...
Напряжение высшее силы -
Познается лишь с болью и страхом!
Только страх нам подарит друзей,
Только боль побуждает трудиться!
Потому я хочу все сильней,
Огнеметом в тебя разразиться!
После чего эльфийка снова возьмет и рассмеется, во всю глотку. Пересиливая боль, Альберт крикнул:
- Я если бы знал, то ничего бы вам не сказал бы!
Эльфийка отметила, скаля зубки:
- И не говори! Я только рада буду такого хорошенького мальчика истязать и мучить - долго, долго!
Воин в рогатом шлеме, не к месту брякнул:
- У нас много других важных дел, кроме как мучить какого-то мальчишку!
Эльфийка рыкнула:
- Замолкни! Этот артефакт может дать такую дивную и феноменальную силу, что вам и не снилась!
И коварная девушка снова ткнула факелом, но на сей раз между лопаток мальчишки. Загорелая кожа на спине, покрылась розовыми волдырями, и пахнуть паленым стало сильнее. Альберт, несмотря на болевой взрыв, сдержал крик, только прибавив ходу. Да это действительно унизительно и страшно.
Неужели его все спалят живьем? Умирать в муках не хотелось, и юный мозг искал выход. Правда, что конкретно придумать? Воображение рисовало длинный прыжок и попадание эльфийке в подбородок пяткой.
Та падает, и ты ее бьет ногами. А потом босыми пальцами извлекаешь кинжал, и рассекаешь веревки. А затем начинаешь рубить этих рогатых богатырей.
Эльфийка видно почувствовала это и ухмыльнулась:
- Хочешь, меня побить или даже убить! Сейчас ты увидишь такое что отобьет у тебя все мысли к сопротивлению! Так что будешь знать что такое тотальное бессилие!
Альберт жестко ответил:
- Уж лучше умереть с мечом достойно,
Сражаясь яростно за правду и за честь!
Чем жить как скот, что терпит плеть и стойло,
У нас в семье герои тоже есть!
Эльфийка ухмыльнулась с оскалом жемчужных зубов, и прочирикал голос звонким, но зловещим:
- Вот сейчас ты свою семью и увидишь!