И юный шут подставил свою мускулистую спину. На ней были еле заметные, но многочисленные следы плеток и бичей.
Афродита нахмурилась и спросила герцога:
- Кем был ранее это шут?
Мальборро который, как всегда много знал, уверенно ответил:
- Рабом в каменоломнях!
Афродита нахмурилась и переспросила:
- А почему, он теперь шут?
Герцог спокойно ответил:
- Придворный чародей Парамук выбрал самого способного мальчика-раба для этой роли!
Афродита ядовито отметила:
- Не пора Парамука четвертовать?
Мальборро уверенно ответил:
- Не стоит! Парамук предан короне и вам лично, а сильные маги большая редкость. Это не рабы и слуги, которые при нашем климате с вечным летом, и тремя урожаями в год плодятся как кролики. Нет, чародеев беречь надо!
Афродита с этим согласилась:
- Да! Если их часто казнить, то можно настроить против себя всех волшебников нашего мира! Чего не скажешь о вельможах!
Королева улыбнулась пошире, и заявила:
- Порка отменяется! Недостоин!
Мальчик поклонился... Афродита стала любоваться им. От постоянной, тяжелой работы в каменоломнях мышцы мальчишка налились тяжелыми жевалками. Мускулатура стала рельефной и красивой. Судя по всему, мальчишек чередовали на разных работах, от чего мышцы развивались равномерно и пропорционально. Тело и сухое, но вовсе не истощенное, а именно с рельефом юных мышц.
Афродита подумала, что на такого шута приятно смотреть, и она еще не скоро найдет подобного красавца. Так что казнь отменяется.
Королева спросила с усмешкой:
- Кто умеет воровать, но совсем не тать?
Максимка быстро и в рифму ответил:
- Воровать умеет тот, кто фальшиво не поет!