Потемкин заколебался. Вот звучит сигнал... Неужели решил драпать в Кремль, уводя солдат?
И полковник-наемник решается. Михельсон обнажает саблю, командует:
- Ну, ребятушки... За государыню-матушку!
И бросается в кровавый, булькающий водоворот смертельной баталии. А пугачевцы встречают противника, новыми выстрелами. А сам казачий царь уже зажал саблю в руках и вскочил на коне.
Королева Афродита первой увидел, что Михельсон в атаке. Девушка подкинула босой ногой ружье и поймала руками. Она выстрелила, не целясь, положившись лишь исключительно на свое чутье. Тем более, что обычно солдатское ружье не настолько точное оружие, чтобы попасть в него на глазок. Но когда ты палишь интуитивно, то...
В данном случае сработало. Полковник Михельсон схватил за окровавленное лицо и упал на спину. В немного численные сопровождающие командира остановились, и тут же попали под атаку ободренного мужичья.
Чаша весом опять качнулась в сторону повстанцев. А конница и пехота генерала-поручика Потемкина уже отступала в Кремль. Емельян Пугачев и остальные казаки резво вскочили на коней. А самые трусливые мужики бросились снова в схватку. Битва запылала с новой силой, добивая наемные рати.
Русские солдаты бросали оружие и молили о пощаде. Или кричали: слава царю батюшке! А иноземные наемники продолжали свое, теперь уже безнадежное сопротивление.
Триумвират сражался без фальши и с энтузиазмом. Через полчаса закончились последние всплески баталии. Осталось лишь поле густо усеяно трупами.
Пугачев уничтожил почти три тысячи бойцов Михельсон из них лишь около пятисот пехотинцев, попало в плен, несколько сотен солдат и дворянских ополченцев Потемкина.
Удалось захватить две небольшие пушки, и довольно крупный обоз с боеприпасами и харчами. Победа придала уверенности пугачевцам, которые решили немедленно воспользоваться ситуацией и предпринять ночной штурм.
Босоногие и едва прикрытые лохмотьями Мария, Афродита и Максимка были приведены к присяге. Емельян Пугачев с очень довольным видом протянул, им троим руку.
Шаловлива Афродита поцеловала с энтузиазмом, подмигнув казачьему царю: "мол, я готова и на большее"!
Мария более скромно, а Максимка только приложил губы.
Император мужичья ласково произнес:
- Вы дюже гарные девки! Сильны, пригожи и воинственны! Жалую вас званиями капитанов! А оголец что при вас будет, пуская поручиком!