Октябрьское утро накрыло город холодным сизым покрывалом. Начиналась новая рабочая неделя, и лица спешащих навстречу пешеходов казались удивительно одинаковыми - сосредоточенно-хмурыми и не вполне проснувшимися.
Олег Петрович Платунов невольно улыбнулся. Это на сонных улицах неприютно и сумрачно, но стоит дойти до конца квартала, как мир вспыхнет ярким золотом, полыхнет холодным пламенем серебра, расцветится изумрудными и рубиновыми огнями, заискрится бриллиантовой россыпью.
Эх, как же удачно получилось. Всё-таки возраст у Олега Петровича не юный, достойную работу бывшему военному, которому ещё и хорошо за пятьдесят, найти сложно - и вдруг это объявление, прямо на подъездной двери. "Ювелирному магазину требуется охранник". Что может быть лучше? В тепле, в тишине, среди красивых вещиц. Это тебе не в будке на автостоянке часами торчать. И персонал заранее порадовал - две приятные дамы под сорок. Будет с кем словом перекинуться.
- Доброе утро! - невысокая подтянутая блондинка, улыбнулась Платунову, словно давнему приятелю.
Бейдж на груди, затянутой в белоснежную форменную блузку, услужливо подсказал имя - Софья.
- С первым рабочим днем, - в унисон ей пропела пухленькая брюнетка Любовь.
Ну что же, пока всё неплохо. И кресло у входа для охранника удобное и изысканное - под стать интерьеру.
По периметру магазина располагались обтянутые бордовым бархатом витрины, в которых переливались бесчисленные дорогие безделушки. По кремовым стенам стекали темно-красные шторы. Потолок, словно звездное небо, был усеян множеством маленьких ламп.
Мир роскоши и респектабельности, отметил Олег Петрович.
"Теперь и я вроде как имею отношение к этому богатству", - проскользнула шаловливая мыслишка.
Настроение стало празднично-приподнятым.
Первой посетительницей оказалась шустрая юная особа.
- Мне пирсинг вот сюда! - сходу потребовала она и, стрельнув в Олега Петровича строгим карим взглядом, распахнула куртку и задрала футболку.
Платунов умилился: вот егоза.
- Думаю, это отлично подойдет, - Софья открыла витрину и достала небольшое украшение.
Олег Петрович отошел от своего кресла, чтобы получше разглядеть вещицу: уж очень любопытно было, да и задержать клиентку, если она решит похулиганить, будет куда проще.
На юной ладони извивалась маленькая белая гусеница. Крохотные лапки весело щекотали розовую кожу, мордочка с голубыми эмалевыми глазками доверчиво тыкалась в теплую мякоть руки.
Девушка осторожно пристроила гусеницу на пупок.
- Мне нравится. Беру, - подытожила деловито.
"Милочка, ты сдурела платить за насекомое?" - хотел было воскликнуть Платунов, но его губы онемели, словно от странного наркоза.
Расплатившись, клиентка упорхнула, и к Платунову вернулась способность разговаривать.
- Это возмутительно, вы продали гусеницу! - рявкнул Олег Петрович. - Я всё расскажу вашему хозяину, я обращусь в полицию, я...
На сжатые пальцы, которыми Платунов угрожающе рубил воздух, присел золотистый шмель.
Олег Петрович хотел было согнать наглое насекомое, но не успел: вместо шмеля на пальце очутился массивный золотой перстень.
- Это... это не я ... я не брал кольца!
- Конечно, не брали. Разрешите вашу руку, - Софья осторожно стянула перстень и спрятала его в витрине.
- Что, оно на самом деле золотое? Или это подделка?
- Здесь не торгуют подделками, все украшения настоящие. А девушке мы продали отличное настроение, радость и задор, - Софья улыбнулась. - Ведь пройдет совсем немного времени, и из гусеницы вылупится редкая красавица...
- ...а из девчушки - молодая женщина, - мечтательно подхватила Любовь. - А там и первая влюбленность, и бабочки, бабочки в животе...
"Ну я и влип, - мысленно чертыхнулся Платунов. - Местечко, похоже, то ещё".
Распахнувшаяся дверь впустила в магазин парочку - представительного мужчину средних лет и длинноногую эффектную особу лет на десять моложе.
- Нам колье. Самое красивое, - влажный взгляд вожделенно скользил по ухоженному личику спутницы.
- Да, что-нибудь эдакое подберите... - капризно протянула красотка, рассеянно скользя взглядом по витринам.
"Неприятные какие оба", - брезгливо оценил клиентов Олег Петрович.
Лица продавщиц лучились профессиональной доброжелательностью.
- Пожалуй, вот, - в пальцах Любови переливалось что-то текучее и прозрачное, словно синий ручеек.
Глаза красотки засверкали, будто отражая блеск украшения.
- Эти сапфиры удивительно вам идут, - прожурчала Софья.
- Ну-ка дайте сюда, - грубо потребовал представительный. - Сейчас, милая, мы застегнем это на твоей шейке...
Платунов еле сдержал вопль удивления: хрупкую женскую шею сдавил жесткий собачий ошейник.
- Ну как, дорогая? - в мужском голосе бурлил тестостерон.
- О... О! - выразила свой восторг красотка.
Голубые глаза преданно заглядывали в лицо представительного.
- Кажется, теперь она на поводке? - заключил Олег Петрович, едва магазин опустел.
- Ну да, никуда не денется от своего хозяина. Пока у того есть деньги, разумеется, - скрестила руки на груди Софья.
- Но платить за ошейник такую цену...
- Цена вполне соразмерна получаемому удовольствию, - промурлыкала Любовь.
В магазин, торопливо цокая каблучками, вошли три модно одетые молодые особы.
- У нас ответственное мероприятие на носу, - затрещала самая бойкая. - Юбилей мужа. Вот у неё, - указала бойкая на приятельницу. - Подберите серьги, чтобы все гости обалдели.
- Давайте эти попробуем, - Софья осторожно вытащила из бархатного чрева тонкие нити белого металла.
- Серебро, что ли? - сморщила нос жена будущего юбиляра.
Приятельницы тихонько хихикнули.
- Ни в коем случае! - отмахнулась от предположения клиентки Софья. - Для вас - только платина.
По залу прошелестел еле слышный завистливый вздох подружек.
В женских мочках повисли два рыболовных крючка.
- Чудесно, - покрутилась перед зеркалом посетительница. - Упакуйте.
- К сережкам очень хорошо будет вот это кольцо.
- Какое кольцо? - встрепенулась клиентка.
"Зацепили тетку, точнее подсадили на крючок, - мысленно восхитился ловкостью продавщицы Платунов.
К кольцу присоседился браслет - подарок мужу - и маленькие золотые сережки - "на каждый день", как уточнила их предназначение Софья.
- Приходите ещё, будем рады. Непременно подберем вам что-нибудь не менее изысканное, - напутствовала клиентку Софья.
После приятельниц магазин посетила супружеская пара.
Женщина средних лет в скромном плаще и с простенькой прической получила на выбор несколько брошей.
- Какая прелесть! Мне всё нравится. Даже не знаю, на чем остановиться. Ослепительная красота, ослепительная... А ты что посоветуешь? - озадачила клиентка мужа.
- Ну, эта неплохо смотрится, а та вроде не особо. Решай сама.
Наконец пара удалилась. Жена сжимала в руках миниатюрный пакетик с украшением.
Её глаза показались Платунову странно невидящими.
- Ослепла, бедняжка, - вздохнула Любовь. - Всё-таки женщинам небезопасно отказывать себе в безобидных радостях. Некоторые живут, во всем себя ограничивая, а потом - бац! - и не успевают насладиться маленьким дамским счастьем.
...Олег Петрович даже не заметил, когда стрелка настенных часов умудрилась подобраться к девятнадцати ноль-ноль, - таким насыщенным оказался день.
- Неплохо поторговали, - согласилась с Платуновым Любовь, - жаль, самого существенного так и не продали.
Дверь распахнулась, и на пороге появился молодой человек.
- Успел! Я ведь успел, правда? - карие глаза смотрели с мольбой и надеждой.
- Конечно, - успокоила посетителя Софья. - Вам...
- Кольцо! Такое... - клиент повел в воздухе широкой ладонью. - Особенное.
И замолчал растерянно.
- Обручальное? - подбодрила клиента ласковой улыбкой Любовь.
- Нет. Пока нет. Но я хочу предложение сделать. Сейчас. Пока она не уехала. Через полчаса поезд. Я должен её остановить!
Откуда-то из бархатных глубин Софья извлекла изящное золотое кольцо с огромным алым камнем.
Молодой человек осторожно принял украшение, и камень запульсировал, словно оживленный неведомым механизмом.
Олег Петрович тихонько охнул: на узкой золотой полоске билось человеческое сердце.
- Да, это то, что нужно, - в голосе посетителя звучало радостное возбуждение. - Это как раз для неё подарок. Она поймет, ей понравится...
- Ей обязательно понравится, - глядя клиенту прямо в глаза, подтвердила Любовь. - Ну, торопитесь же!
Молодой человек исчез так же стремительно, как и появился.
- Теперь можно и по домам, - удовлетворенно вздохнула Софья.
...Над городом сгустилась вечерняя сырость.
Вот и закончился первый рабочий день в ювелирном магазине. Первый день среди драгоценностей. В каком-то смысле первый драгоценный день.
Платунов засунул было замерзшие руки в карманы куртки, как почувствовал укус, словно в правую ладонь вцепилась пчела.
Олег Петрович, охнув, вытащил ужаленную руку.
На среднем пальце сверкал знакомый золотой перстень.