Тот самый эльф из Пророчества

          ПРИСТВИЛЛЬ

     Эльф оглядел городок, в который занесла его судьба. Ничего особенного, такой же серый и невыразительный, как все остальные людские поселения. Горожане отрывались от своих занятий и глядели ему вслед. Но эльф давно привык к подобному вниманию. Он деловито подошел к ближайшему горожанину:
     — Пусть лучи солнца озаряют твой очаг, человек. Имя моё — Литаниэль Лучистый. Не соблаговолишь ли ты объяснить мне, где находится дом вашего кузнеца? Здесь ведь... есть кузнец?
    Эльф с сомнением оглядел обшарпанный городишко. Но человек не ответил. Он попятился от эльфа, глаза его изумлённо расширились. Литаниэль надменно поднял брови. Конечно, в такой глуши никогда не видели чистокровного эльфа, но реакция была чрезмерной. Литаниэль оторвал взгляд от странного человека: позади собиралась целая толпа. Чуткие уши позволили эльфу легко различить в шёпоте:
     — Это же...
     — Смотрите, эльф!
     — Так она была права?
     — Это он!
     — Это тот самый эльф из пророчества!..
     — Скорее, Том, беги за колдуньей!
     Литаниэль приосанился. В этом городе есть пророчество? Славно. Конечно, ему не хотелось спасать людей: тут бы место на корабле купить, да уплыть поскорее! — но чувствовать себя героем было приятно. Эльф понимал: сейчас, как обычно это бывает, к нему подойдёт местный глава, будет называть его спасителем и просить избавить от какой-нибудь напасти. Эльф не собирался соглашаться, лишь немного покупаться в лучах славы. Но потом пришлось бы уносить ноги от навязчивых людей, и Литаниэль заранее продумывал, как будет убегать. Но люди разошлись. К эльфу так никто и не подошёл, лишь рыжая девушка с восторгом глядела на него. Литаниэль огляделся: остальные, переговариваясь, возвращались к своим делам. Он окончательно запутался.
     — А ты правда эльф? Правда-правда? — так же умильно глядя на него, спросила девушка.
     — Правда...
     — Ой, здорово! До чего здорово!
     Девушка захлопала в ладоши и закружилась на месте. Литаниэль подождал, пока она успокоится, и смущённо уточнил:
     — Возможно, мне не пристало подобное любопытство, прекрасная дева, но не будете ли вы достаточно милостивы, чтобы пояснить мне, о каком пророчестве говорили эти господа?
     Девушка сдвинула брови. Видно было, что все её силы уходят на осмысление этих слов. Наконец, лицо её прояснилось, и она взахлёб начала объяснять:
     — Вчера приходила ведьма! Она нам гадала! А потом мэр спросил, что будет с городом, и она сказал, что сюда придёт эльф! Ну... — горожанка запнулась. — Мы подумали, что она издевается... И прогнали её. Побили слегка, конечно. И деньги тоже забрали... Ох, как нехорошо получилось! Надеюсь, Гэйл успеет её догнать! Сколько ж нам теперь извиняться...
     Литаниэль растерянно поглядел на девушку:
     — Надеюсь, моё поверхностное восприятие не смутит вашей веры, но правильно ли я понял, что пророчество состояло лишь в том, что я должен зайти в город?
     — Ну да! Правда, она великая ведьма? Кто мог знать, что к нам (к нам!) заглянет настоящий эльф? Ведь мы так далеко от вашей страны! — девушка вздохнула и нежно поглядела в небеса. — Она даже это знала! Значит, остальное тоже сбудется! И я... я, значит, выйду замуж за Томаса!
     Девчушка запрыгала на месте и заверещала. Литаниэль быстро попрощался. Да уж, герой, нечего сказать... Но девушку порадовал — уже хорошо.
    Разумеется, после произошедшего он заинтересовался странной ведьмой. Горожанам удалось её догнать и даже убедить вернуться. Теперь очередь из желающих узнать своё будущее была такой огромной, что Литаниэль понял: ждать придётся дня три. У него не было денег, чтобы задерживаться, и эльф побрёл в следующий город.
     В дороге Литаниэль привычно взвесил кошелёк. На еду деньги тратить было не нужно, лес прокормит, но вот ботинки совсем износились. Эти разве что выбросить, а новые покупать — очередные траты... Ещё и плащ исхудал... Так он никогда не попадёт на корабль! Ему не уплыть из этой окраинной страны!
    Мысли эльфа прервали шаркающие шаги. Литаниэль обернулся: с холма спускалась пожилая женщина, замотанная в шкуры животных. Шаманка, варварка из Глухих Лесов. Эльф с любопытством разглядывал путешественницу. Ему казалось смутно знакомым это лицо с высокими скулами и острым носом, но он никак не мог вспомнить, где мог видеть старую варварку.
     — Здравствуй, Литаниэль, — произнесла женщина низким голосом.
     Эльф вздрогнул. Как она узнала его имя?
     — Да осветят боги ваш путь, — согласился он. — Умоляю простить мою непочтительность, но не вы ли — та великая гадалка, о которой я столь многое слышал в близлежащем городе?
    К морщинам на смуглом лице варварки добавилась кривая улыбка.
     — Я.
    Литаниэль невольно простёр к ней руки. Он готов был отдать все деньги, отказаться и от ботинок, и от плаща, лишь бы получить надежду.
     — Не могли бы вы снизойти до меня, сделать и мне предсказание?
     Гадалка с усмешкой поглядела на него:
     — Сказать, сможешь ли ты уплыть отсюда?
     Литаниэль опешил.
     — Д-да... Я...
    Шаманка помедлила, перебирая костяные фигурки в ожерелье.
     — Да. Ты купишь себе место на корабле и уплывёшь к себе домой.
    Память и зрение эльфов куда острее человеческих. Литаниэль вдруг вспомнил базар другого скучного городка. Там смуглая женщина с длинным носом продавала амулеты. Торговля шла бойко: артефакты были красивы и зачарованы сильной магией. А женщина расхваливала их так умело, что даже Литаниэль не смог пройти мимо. Эльф вспомнил, как жалел, что у него не хватает денег, как любовался творениями магов... Позже он встретил эту женщину в порту, когда расспрашивал, сколько стоит место на корабле... Но той женщине было лет сорок, да и не было у неё таких скул. Может быть, это была дочь варварки?
    Литаниэль отбросил эти мысли и спросил о главном:
     — Мне неудобно осквернять ваши способности столь приземлённым любопытством, но где я смогу набрать столько денег?
     Варварка усмехнулась и сняла с головы платок. По плечам рассыпались русые, совсем не седые волосы. Она скинула с плеч медвежью шкуру и с наслаждением распрямилась. Теперь она выглядела лет на сорок.
     — А это я тебе сейчас предскажу.
    
    
    
    
    
    
     ДОГССТОУН

     Сатинда шла по городу, тяжело опираясь на палку. Жители косились вслед старой варварке, но зла не делали.
     — Добрый человек, — низким голосом обратилась она к худому горожанину. — Скажи-ка мне, где найти вашего мэра?
     Мужчина смерил дикарку взглядом.
     — А зачем тебе наш мэр? — и он презрительно добавил: — Добрая женщина.
     — Я — предсказательница из Глухих Лесов. Думаю, его заинтересуют мои способности.
     Горожанин вздрогнул: все знали про Глухие Леса — обитель варваров, ведьм и всяческих чудовищ. Мужчина натянул самую заискивающую улыбку, которую берёг для знатных персон.
     — Прямо по улице, госпожа. Большой белый дом.
     — Будь благословен, добрый человек, — старуха трижды ударила посохом.
     Мужчина испуганно склонил голову. А ведьма побрела дальше. Дом нашёлся сразу: он был в три раза крупнее соседних.
    Мэру было скучно, и он с удовольствием принял старуху.
     — Сколько же стоят твои услуги, добрая женщина?
    Варварка бросила свой размеренный тон и быстро огласила прейскурант. Мэр поперхнулся.
     — Сто золотых монет?! За предсказание, в котором я не могу быть уверен?!
     Ведьма поджала губы.
     — Прочества Сатинды сбываются всегда.
     Мэр тряхнул щекастой головой. Вышколенные слуги отошли от него подальше.
     — А ну-ка выдай что-нибудь, проверим тебя!
     Варварка закрыла глаза и трижды ударила посохом об пол. После этого она загробным голосом провыла:
     — Ваш город... через полгода начнутся дожди, и все дороги размоет... Вы не сможете провести ярмарку.
     Мэр хмыкнул.
     — Неплохое предсказание. Я заплачу за него... через полгода. Ну как, ведьма, подождёшь, пока твои слова подтвердятся или заглянешь в будущее поближе?
     Ведьма будто не слышала его.
     — Завтра в этом городе появится чистокровный эльф, потомок самого короля Финарии.
     Мэр ошарашено посмотрел на старуху, а потом зашёлся смехом.
     — Светлый эльф? У нас? В глубине людских земель, на другом краю света от Финарии? Да ещё и потомок короля? Ой, не могу... Ой, убила... Убирайся, шарлатанка!
     Ведьма не проронила ни слова. Молча развернувшись, она отправилась на постоялый двор. Там Сатинду заказала еду, комнату и спокойно уселась за стол в центре зала. Время от времени заглядывали люди, показывали на неё пальцем и смеялись. Они уже знали о нелепом предсказании, которое сделала Сатинда. Эльф! Здесь! В глубине человеческих земель! Они и до столицы-то редко добираются, а уж так далеко от своей родины ни один остроухий не забредёт! Ведьма не обращала внимания на людей: трогать дикарку они боялись, так и пусть развлекаются.
    Вечером следующего дня дверь таверны едва не сорвали с петель.
     — О могущественная колдунья!..
     — Пожалуйста, скажи мне...
     — Где я...
     — Возьми мои деньги!
     — Нет, мои!
     — Я первый пришёл!
     — Зато я больше заплачу!
     Посетители таверны изумлённо глядели на вошедших. Те наперебой объясняли:
     — Там эльф, настоящий, живой эльф! Ходит по улице, болтает со всеми, уже к мэру заглянул!
     Таверна взорвалась криками. Сатинда ударила посохом об пол.
     — Вы мешаете мне слушать духов! — провыла она. Повисла тишина. — Я буду у себя в комнате. Заходить по одному: великие духи злятся от вашей суеты.
     Ведьма удалилась. Так она и провела весь вечер, пока не прибежали посланники мэра. Они на коленях умоляли ведьму соблаговолить прийти к их господину. Сатинда соблаговолила.
    
    
    
    
    
    
     ИМПЕРСКИЙ ТРАКТ

     Литаниэль взвесил в руках мешочек с золотом. Эльф не собирался пересчитывать деньги: если бы Сатинда и обманула его, это было в десять раз больше, чем он заработал бы сам. Как приятно было снова держать в руках золото!
     — Всего два или три города, и я наконец воссоединюсь с родными, — прошептал он.
     — Двух должно хватить, — поддержала спутница. — В Лизеррвуде живёт много народу.
     Эльф ещё раз погладил мешочек с деньгами и наконец убрал его.
     — Не слишком ли вольно с моей стороны будет поинтересоваться, что ты будешь делать, когда я вернусь домой? Едва ли поиски ещё одного эльфа в Империи увенчаются успехом.
     Сатинда фыркнула.
     — А зачем мне эльф?
     — Но я думал...
     — Когда я жила в Глухих Лесах, то познакомилась с одним орком. Наверняка он до сих пор там.
     — Ох. Я полагал, что ты никогда не была в Лесах... прости моё недоверие! Так ты всё-таки ясновидящая?!
     Ведьма зашлась каркающим смехом.
     — Конечно! Я ведь ясно вижу, кому из людей что говорить!
    Костяные фигурки в её ожерелье тряслись при каждом смешке. Литаниэль склонил голову:
     — Значит, звёзды сложились так, что мы всё же обманывали этих доверчивых людей.
     Сатинда похлопала его по плечу.
     — Не глупи. Предсказания Сатинды сбываются всегда.
     — Но... — память у эльфов куда острее человеческой. — Но что станет с девушкой, которой ты предсказала свадьбу с неким Томасом? Её сердце разлетится на сотню осколков!
     Сатинда в сердцах ударила посохом.
     — Литаниэль! Представь себе девушку, которая говорит со своей истинной любовью. Как она себя ведёт?
     — Должно быть, она очень мила... заботится о нём... и, конечно, не использует этот злой тон, которым так грешат людские девушки...
     — А как выглядит девушка, если уверена, что собеседник её любит?
     — О! Её глаза сиют, словно звёзды на небе моей родины.
     — И на ком же захочет жениться бедняга Томас?.. — Сатинда снова рассмеялась. — Ах, эльф. Правильно составленные предсказания сбываются всегда.