Поздний день или ранний вечер. Солнце беспощадно греет стриженый затылок. Птицы нежно и радостно поют: "Кар-кар!"
И тут я!
Братва - фильтруй базар.
Иду несколько расслабленной походкой. Выражение на голове доступное, как с плаката "Не влезай - убьет". Цепура голдовая, в три слоя вокруг шеи обмотанная. Пальцы веером, на каждом "рыжье" - типа "гайки". На малиновом пиджаке, типа - депутатский значок. В общем, пацаны, прикид при всех делах.
Организованно обращаю внимание на добротную дверь. Над ней надпись "Добро пожаловать". Заинтересованно удивляюсь.
Согласно надписи захожу.
Охрана при входе суетится. У всех стоящих впереди мягко и напевно интересуются пригласительными. Увидели меня и в осознанку делают вид, что не замечают.
А мне-то что? У меня морда, типа - бывшие "закрома Родины" - чем не пропуск?
Поэтому "шестерки" прижались к стене и угасающими улыбками дают понять, мол, давай, братэла, проход свободен, мин нет.
Зашел в зал.
Осмотрелся.
Стол накрыт - уж это-то я увидел. На сцене какой-то фраер зализанный жестко арфу насилует. Бабы рядом не меньше, чем "за штуку баксов" с обнаженными плечами в каждой по три пера воткнуто. Мужики не по-нашему лопочут - видать делят меж собой гуманитарную помощь. Драки нет. Скучно, но тихо. Решил остаться.
Всех пригласили к столу.
А мне-то чё, образование позволяет. Я - шась!
Присел к блюду с бутербродами, икра на них. По быстрому сориентировался. Локти пошире расставил, грудью навис над ними, типа - интеллигент. Только два съел, как слева соседка на меня смотрит и говорит человечьим голосом:
- Мужчина! Бутерброд передайте.
Я чуть не поперхнулся. Ну, началось.
Выбрал поменьше. Передал.
Только нацелился на пятый. Опять тот же голос, но уже справа.
- Сэр! Не соблаговолите ли вы передать бутерброд с икрой?
За сэра чуть не врезал. Последний маленький передал. Настроение уже не то. Маленьких не осталось.
Положил на свою тарелку сразу три, четвертый взял в руку - кушаю.
Опять соседка слева.
- Мужчина, передайте бутерброд.
- Щас, - думаю, - последнее с себя сниму.
Как можно незаметнее намазал краюху горчицей. Передаю.
Не берет. Канючит - с икрой ей подавай. Ну, народ - жлобы!
Принципиально делаю вид, что не въезжаю о чем базар. Тороплюсь. Глотаю, не жуя.
Она - вот ведь неугомонная стерва.
- Передайте, пожалуйста, бутербродик, - и руки свои лебединые в мою сторону тянет. - Икры очень хочется.
Посмотрел я на блюдо, маленьких-то уже не осталось, урод справа последний забрал.
Что делать?
Взял, какой под руку попался. Там, где было больше икры, откусил и передал. Не жалко - не мое.
Доел, что там, на блюде осталось, и пошел куда шел. Но в организме, внутри, типа - уже не то.
Вот так, душевной черствостью и бескультурностью, испортили на весь вечер настроение.