Аннотация: Сакаев Равиль Алимович 1917-2007, Добрая ему память!
Дядя Равиль
Был он дядей самым добрым,
Бабушкиным младшим братом.
Был всю жизнь телефонистом,
А на фронте был солдатом.
На войне был зимней финской,
А потом на той Великой,
Сорок первый - сорок пятый,
Эти страшные две даты.
На войне он был связистом,
А ещё был он сапёром:
Через реки он понтоны
Наводил в воде по пояс.
Я потом уж удивлялся,
Почему же наш Равильчик -
Вся родня так называла -
Очень уж он был весёлый -
Непоседа, просто живчик.
Сколько помню, все шутил он
И всегда всем помогал он,
А того, кого любил он,
Того звал он партизаном.
Я был тоже удостоен.
Но простите, я отвлекся.
Дядя, когда был на море,
Иль на речке возле дачи
Никогда не окунался,
Вдоль по берегу гулял лишь.
Я не понимал причину.
Позже папа рассказал мне:
Всю войну в воде мой дядя
Простоял в жару и в стужу,
И в сезон дождей холодных.
Оттого река для дяди
Навсегда лишь злая память.
И вообще воспоминания
О войне хотел забыть он.
Да, девятого он мая
Все надев свои медали,
В парк Измайловский он ездил
И встречался там с друзьями,
К теми, с кем однополчанил.
А домой он возвращался
с каждым годом больше грустный:
Вот ещё один товарищ
Из больницы не вернулся.
Как-то раз пришли мы в гости,
Дядина жена, Шафека,
Дай ей Бог еще здоровья!
С пирогами все хлопочет.
Дорогая наша тетя,
Не по крови, по природе
Любящего человека.
Во главе стола наш дядя,
На груди его медали,
А ещё какой-то орден,
А на нём красное знамя.
Я хотел узнать, за что же
Этот орден был получен,
Только дядя отшутился:
- Нет, война, племяшка, скучно.
Ты вот пироги ешь лучше!
Я потом узнал от папы,
Что мой дядя несерьёзный,
Непоседливый и скромный
Орден получил за подвиг.
Дело было так когда-то:
Через реку мост тянулся,
Был он очень-очень длинным.
Этот берег - был он нашим,
На другом же немцы были.
А еще там уцепилась
Разведгруппа. Нашим пушкам
Помогала и огонь их
На врага там наводила.
В общем, корректировала.
Только перебили провод,
Связь с разведкою пропала
И связистам был приказ дан:
- Срочно связь восстановите!
Вот телефонист усердный,
Побежал, мотая кабель,
Телефонная катушка
У связиста за плечами,
Тяжеленная такая.
А связист бежит по мосту.
Но не спит немецкий снайпер,
Выстрел - падает, не встал уж.
Значит, очередь другому.
Что, готов? Бегом и с Богом!
И второй упал с налету,
По нему из пулемета.
Вот и третий, вот четвертый,
А за ними еще пятый...
Снова смерти-смерти-смерти!
И пока нет результата.
А теперь бежать и дяде.
Очень страшно, но ведь надо!
И на тех, недобежавших,
На мосту они повсюду,
Нет, на них совсем не глядя,
Он бежит, поверив в чудо.
Да, наверно, он боялся -
Только надо - он собрался!
Есть приказ - его исполнит!
А катушка давит плечи,
А вокруг грохот картечи,
Пулеметы бьют и что-то,
Что-то свищет рядом с ухом.
Видно, это смерть-старуха
Размахнулась так косою.
Только мимо - повезло как!
Это вражий пулеметчик
Целил, очередью срезал
Не его, а столбик дыма.
А потом у дяди крылья
Появились за спиною.
И как будто бы летит он,
Не споткнуться бы ногою!
Долетел, добёг к своим он!
Захватив его под руки,
Вот уже в окоп стащили.
Руки как на автомате,
Ладят к телефону кабель.
Все, ура, идут сигналы!
Рапортует: связь наладил!
А еще о дяде вспомнил:
Случай с нами был забавный.
Когда мы с женой квартиру
Где-то в городе снимали,
Нужен был нам холодильник.
Дядя нам нашел у друга,
Погрузили на машину,
Сапожок миниатюрный.
Дядя сразу: еду с вами!
Я ему: как поместишься,
Если только у шофера?
Но там тесно, а дорогу
Знаю я лишь до квартиры.
- Ничего, сказал мой дядя,
Я тогда залезу в кузов,
В тесноте, да не в обиде!
Обниму я холодильник,
Очень хочется увидеть,
Как с женой ты разместился
В этой съемочной квартире.
В этом был он весь, мой дядя,
Непоседа, добрый живчик.
Наш по виду не геройский
Дорогой дядя Равильчик.