Как сонные лиловые дали,
Как неискромётный гордый закат,
Явились во сне эти печали
И историй великих парад.
Где на полях бескрайних небес
Царит хаос, разруха и мертвая слава.
Да снизойдут сатира, рапира, эфес
В жизни людей, которых осталось так мало.
А Солнце мудрый свидетель всех этих ужасных деяний.
Не увидят строки любимых сердец,
Тех, кто приложил уйму стараний.
И с горчинкой во рту, как старый творец,
Оно тихо уйдет за вершину горы, вспомнит, поплачет.
И выйдет с утра, как ни в чём не бывало,
Надеждой и верой одарит.
И жаль, что история жизни правду искала,
Как пролетавший мирный орел в спокойствии чинном.
Он свободой теперь наделен,
Душой спокойной и взглядом невинным.
Но это только лишь сон,
Где в истории ждет незримый пророк
И милая нежная дева на одеялах;
И эта любимая вручает клинок
Вся в прекрасных кружевных одеяньях.
И сон является день за днем:
Кружева становятся изящней, и изящней,
Клинок становится мечом,
И одежда, и взгляд еще воздушней и прозрачней.
А странность та таится в нем,
Что улыбка живая ее - воздел мечтаний,
Глаза горят скромным огнем
И повторяет она: "Настало время скитаний!
Великих открытий и откровений!
Могущих историй о камне с душой
И для слепца жажда прозрений!
Путь волшебной дороги домой
Ко мне в родные объятия
И поцелуй навстречу мечте,
Возвращение ножен и снятие заклятий..."
Любимая дева явилась во сне.