Я выкуриваю четвёртую сигарету. У меня чертовски сильно болит голова, во рту стоит неприятный привкус выпитого этой ночью пойла.. Ночь была длинной, настолько длинной.. я даже не заметил, как оказался сидящем на полу туалета разглядывая паутину форфорового дна унитаза.
Над моей головой горит отвратительно яркая лампочка. И я с глубоким безразличием стряхиваю пепел сигареты на кафельный пол. Скорее всего уже утро. И мне нужно выбираться отсюда. Я глубоко затягиваюсь и кидаю недокуренную сигарету в унитаз, с трудом встаю и нажимаю кнопку слива.
- Как оно? - Она встречает меня прямо за дверью. Анарексичная блондинка с убитым зрачками.
Её глаза похожи на две монеты и мне никогда не объяснить вам какого хуя они вообще могут, что либо видеть. Но поверьте, моему опыту она видит лучше любого. По крайне мере сейчас она именно так и думает.
- Замечательно и превосходно, - вру я.
- Поэтому тебя так трясёт? - это не вопрос, это предложение. Она достаёт из кармана своих необъятных по сравнению с ней джинс, таблетку. Протягивает мне: - А все уже ушли.
Все знают правила, не употребляй неизвестное. Тем более если ты находишься в незнакомой квартире с незнакомым человеком. Тем более если ты не помнишь, как оказался в столь странной компании в столь странном месте. С глубокого похмелья всегда плевать на правила.
Через пол часа мы лежим на грязном диване. Сквозь порванные в нескольких местах шторы прорывается яркое солнечное утро.
Она стягивает с себя джинсы и белую футболку. Эта единственная одежда на ней. Её чересчур худое тело кажется отполированным и русый коротко стриженный холмик на лобке кажется единственным за что можно ухватиться взглядом. Я лежу рядом с ней одетый. Я внезапно думаю, о девятом вале Айвазовского.. Я никогда не понимал высокого исскуства.. Но разве его нужно понимать? Тем более если ты никогда не был знаком с этим самым Айвозовским..
А потом наступил сон. Внезапно глубокий и умиратворяющий.. А потом..
А потом я очнулся на автобусной остановке с бутылкой шоколадного ликёра в руке.. И она сидела рядом и мы молча делали глотки прямо из бутылки. Я посмотрел на наручные часы, два часа дня.
Проезжали автобусы. Проходили люди. Со скоростью ускоренной перемотки часовая стрелка переместилась к трём..
Город разлетался на светофоры, дорожные знаки и названия улиц. Мы летеле в кабине такси. Именно летели, по другому это назвать никак нельзя. Несмотря на то что спидометр показывал сорок и редко достигал шестидясити.
И мы приехали на место.
;И мы сидели и пили вино. И мы смотрели на уходящие вдаль волны.
Море было невероятно живым. Сверкающим на солнце многочисленными мини зеркалами. Песок забивал обувь.
И она наконец спросила: - Ты понял?
И я ответил: - Да.
Я никогда не понимал высокого исскувства. Наверное потомучто никогда не был знаком ни с Айвазовским, ни с кем либо ещё.. Но наверное это не нужно.. Мне интересно только одно, откуда она узнала про мои мысли..