Байбаюш и Фараон

     Фараон — Царь египетский сидел на белоснежной дворцовой веранде и задумчиво смотрел как кровавый диск раскаленного африканского солнца с шипением опускался за зыбкую линию горизонта.

     Вечерний туман жадно слизнул его последние лучи. Пурпурно-золотой небосвод сгустился и угас.

     И уже через мгновение мягкий бархат ночи укрыл пустыню своим плотным плащом.

     Вот так вот и жизнь пройдет: закат за восходом, день за день, и луна за луной — с философской обреченностью размышлял Фараон.

     С этими грустными мыслями он прошел в прохладные царские покои и утомлённо опустился в глубокое кресло.

     На огромном столе, покрытом исписанными папирусами Фараон зажег маленький масляный светильник.

     В его зыбком свете, сопровождаемом легким ароматом сандала, на фоне бесконечно черного неба в оконном проеме проявился загадочный серебристо туманный силуэт.

     Через несколько мгновений его облачная дымка сгустилась, потемнела, и материализовалась в волшебного котика, уютно разлегшегося на подоконнике.

     Этот удивительный призрак-кот-силуэт потянулся, выгнул спинку и грациозно спрыгнул на пол.

     — Добрая ночь, Государь — безмолвно приветствовал он Фараона.

     — Воистину Добрая! Дорогой Байбаюш! Давно не виделись! — искренне обрадовался Фараон в ответ.

     Байбаюш, или для друзей просто Би-Би — так звали загадочного ночного гостя Фараона.

     Они были очень дружны уже долгие годы, и поэтому Би-Би мог так же обращаться к Царю по-простому:

     —Дорогой Фара! Давно-недавно — все относительно — улыбнулся Байбаюш.

     — Но ночи тут у вас реально очень темные, прямо темень такая не относительная, а абсолютная! — все так же безмолвно продолжил мысль Байбаюш.

     —Да, я уже думал над этим — указом нужно ввести определение "Тьма Египетская". Но Главное — постоянно думаю, какая память останется после меня!? — несколько печально вздохнул Фараон.

     —Светлейший, ты же знаешь, что лучший памятник себе, это долгая память людей о добрых делах твоих. Чем больше добра, тем дольше память и соответственно, тем больше памятник— все так же безмолвно попытался успокоить его Байбаюш.

     —Так-то так! Не спорю! И добро стараюсь творить, ежедневно и неустанно. Нерукотворный, так сказать, памятник уже есть! Да! Но хотелось бы чего-нибудь физического — того, что можно пощупать, посмотреть! — порывисто ответил Фараон, и задумчиво продолжил:

     — Ведь даже у простых добрых людей есть хоть и простые, но осязаемые памятники, а я все-таки Фараон.

     —Полностью согласен с тобой, Величайший! Давай соберемся и обязательно что-нибудь придумаем. Небеса тебе в помощь, а я просто подскажу некоторые вводные данные. И точкой отсчета у нас будет аксиома — скромность украшает человека — Байбаюш выдохнул и продолжил:

     — Так что, Светлейший, невзирая на все твое величие и прочие заслуги и достоинства, давай обойдемся без этих всяких башен, вышек, обелисков и высоких оград!

     —Да, но тогда остается просто плита, а это как-то скучно! – попытался возразить Фараон.

     — Согласен, Государь! Плиты мы оставим простым смертным, а для тебя из простых вещей и понятий возьмем простые фигуры и будем с ними работать — успокоил его Байбаюш.

     —Кажется, начинаю понимать! Например, круг!? — воодушевился Фараон.

     — Ну да, принцип такой, только маленькое Но! Круг — это совершенство, а мы еще только на пути к нему. Так что давай возьмем что-то другое — например квадрат. — предложил Байбаюш и, видя дружескую заинтересованность, продолжил:

     — Используем несколько квадратов, но так, чтобы получился не скучный банальный куб, а что-то посвежее и интереснее:

     —Один квадрат в основание, а пару квадратов поделим на треугольники. — Начало положено, а там сообразишь, на то ты и Светлейший! — улыбнулся Байбаюш.

     Внутренне Фараон воодушевленно загорелся, но дневная усталость и исходящее от Би-Би спокойствие закрывали ему глаза и, сладко зевнув, он склонился прямо над столом и провалился в мягкие объятия сна.

     — Сладких снов, Государь — тихо сказал Байбаюш

     — Сладких снов, Би-Би — пробормотал в ответ Фараон.

     — Поспишь тут с вами, так-то я на работе — подумал Би-Би, но произнес:

     — Баю-Бай, Фара! — И растворился в темноте…

     Когда через какое-то время Байбаюш снова вернулся в комнату, он застал Фараона все так же склонившимся на стол и мирно спящим прямо на разбросанных по нему папирусах.

     Один из них, плотно исписанный и расчерченный, лежал прямо под ладонью Фараона. Этот папирус особенно заинтересовал Байбаюша.

     Его глазам предстал план-чертеж удивительного строения— тонкие черные линии образовывали на папирусе таинственное сооружение на фоне пустыни. Его силуэт удивил даже много повидавшего Байбаюша — что-то гипнотическое было в этом сочетании простых линий, складывающихся в простые фигуры, которые в свою очередь образовывали удивительно гармоничную композицию.

     И, как будто разбуженный вздохом удивления, Фараон приподнял голову со стола и открыл глаза.

     —Добро Утро, Фара! Вижу, что и ночь выдалась не только доброй, но и продуктивной!

     —Доброе, Би-Би! Ну и как тебе? —Фараон кивнул в сторону папируса.

     — Изумительно, Государь!

     — Осталось понять, что это такое. — улыбнулся в ответ Байбаюш.

     —Да я и сам не знаю, как-то оно само так вышло, как приснилось, так и получилось. —как бы извиняясь пробормотал Фараон.

     И очень замечательно получилось! Величественно в своей простоте! Я бы даже сказал божественно— смягчил его смущение Би-Би:

     — Я вижу гармонию всего — это как соединение четырех сторон света и четырех стихий! Все в одном! И назовем мы это так же таинственно — Пирамида!

     —А что это!? - удивленно выдохнул Фараон.

     —Сам не знаю! — улыбнулся Би-Би: — Но есть встречный вопрос!

     —А это что такое? - Байбаюш указал на небольшой отдельный фрагмент-эскиз, пририсованный на папирусе рядом с пирамидой.

     —Ну, это я так—для себя, для Души, для радости и эстетики! Не гробницами едиными…— тихо пробормотал Фараон.

     —Государь! Вот так вот ты мудро объединил женщину и котика! Что есть лучшего под небесами — в одном образе! — одобрительно улыбнулся Байбаюш:

     —А это чудо как назовем?

     —Мне приснилось, что ее зовут Сфинкс! — на выдохе выпалил Фараон.

     —Гениально! Хотя и ничего непонятно! —подытожил Би-Би:

     —Но что-то мне подсказывает, что на ближайшие тысячи лет человечеству будет чем заняться—тебя вспоминать, и загадки наши разгадывать…

     —Интересно было бы посмотреть, что там в будущем — задумчиво произнес Фараон.

     Байбаюш улыбнулся:

     —Дорогой Фара! Будущее— это где-то там и потом, просто живи настоящим!

     —Жизнь там, где ты — здесь и сейчас! Живи, мечтай, иди до конца и обязательно воплощай задуманное!

     —И сегодня чудесный день для добрых дел! —

     на прощанье улыбнулся Байбаюш и растворился в рассветном тумане…