В её маленькой без электрического света квартире стоял таксофон. Обычный телефон-автомат, который стоит на городских улицах, в подземных переходах и на железнодорожных вокзалах... На который нельзя позвонить, а можно совершать лишь исходящие звонки.
-- Работает? - поинтересовался я.
Она подтвердила:
-- В Советском Союзе с такого звонили за 2 копейки (две монеты по одной копейки или одна монета в две).
Я подошел к автомату, снял трубку - раздались телефонные гудки.
-- Работает!
Гудки прекратились и в трубке установилось молчание.
-- Не работает.
-- Это меняет что-то?
-- Пока не знаю, - соврал я в ответ.
Вообще-то, я, никогда не любил молчание - оно оставляет место для всяких неопределенных мыслей. Вот и в этой ситуации прослеживались два существенных "но". Во-первых, я не люблю трахаться в телефонных будках. Во-вторых, девушка без телефонного номера - это...
-- Ничего ненормального, - перебила мою мысль она, как будто "услышала" её, - Однажды перестаешь удивляться обещаниям "обязательно позвоню".
Думаю, именно в этот момент я решил обязательно позвонить. Но куда?!
Я спросил номер телефона.
-- Это же таксофон, - усмехнулась она, кивнув на телефон-автомат, потом поцеловала меня и стала раздеваться...
Действительно незамутненным в моей памяти и через два с лишним десятилетия остается поцелуй в сумерках комнаты, похожей на телефонную будку, а также секс под аккомпанемент возникающих в ней от неловких движений руками пронзительных гудков, исчезающих, если положить трубку на место. В этом было какое-то ни с чем не сравнимое совершенство, отчасти связанное с тем, что, казалось, оно обещало большее.
...Во время оргазма зазвонил телефон. Я удивился.
-- Ответь, - попросила она.
-- А кто звонит?
-- Ты! Больше некому, - ещё больше удивила она.
Это действительно был я. И единственный случай в жизни, когда я не нашелся что ответить, когда меня спросили по телефону кто я.