Дерево, склонившееся на север, словно однажды кто-то засмотрелся на полярную звезду, да так и застыл, было прекрасным местом для ночлега. Мы сидели и молча наблюдали едва розовый закат.
- - Сегодня будет прекрасная ночь! )
- - Откуда ты знаешь?
- - Закат не красный. Ветра не будет.
- - Посмотрим! ))
- - Увидишь! ;)
Облако похожее на гору взбитых сливок медленно подплывало к солнцу.
Приятный теплый ветерок отгонял от нас насекомых и смешивал стрекот кузнечиков в сплошной фоновый шум. Каждый кузнечик пел о своем, о том что его беспокоит или радует в жизни. И все это смешивалось, сплеталось в огромный шипящий океан.
Степь жила своей ночной жизнью, благоухая слегка терпким и бодрящим букетом ароматов. Земля была теплая, она будет греть на всю ночь.
- - Как чудесно!
Взбитые сливки прикоснулись к солнечному диску. Солнце встрепенулось - вспыхнуло ярче и обняло облако, окрасив его в нежный розовый цвет. Застывшие глыбы наступали на солнце, а солнце как бы куталось в облако. Как будто действительно собралось ложиться спать и укрывается самым мягким одеялом. Вот его уже не видно, но небо над его ложем освещено, и мы вполне успеваем собрать немного сухих веток для костра.
- - Солнце легло спасть, но еще не заснуло. )))
- - Оно еще здесь и светит этому миру. Когда уснет, будет светить в других мирах.
- - ))) интересно, какие мы по списку? )))
- - )))))))))))))))))
Расстелив одно из наших одеял на траву, мы сидели, и наблюдали, как солнце засыпает, как меняется освещение. С востока, мягкой, волной накатили сумерки. А за сумерками шла тьма. Она уверенно окружила наш костер и подрагивала от каждой искры, вылетевшей из маленького пламени. Ослепленные ярким закатом, глаза не видели ничего, дальше трёх метров от костра. Поэтому все наше внимание было приковано к языкам пламени. Они извивались в самом древнем танце под мерное потрескивание сгорающего дерева.
Наши мысли медленно протекали сквозь нас, не оставляя после себя ничего. Как загипнотизированные, не концентрируясь ни на чем, мы сидели и вкушали сладость и безмятежность своего бытия. Говорят, что бог создал нас для того, что бы мы восхищались его творением, просто воспринимали мир во всех его проявлениях. Этим мы и были заняты, когда костер перестал потрескивать и языки пламени, лишившись, ритм партии, улеглись и тихо мерцали на углях. Тьма растворилась, и над нами оказалось небо. Небо, испещренное мириадами звезд. Большими и маленькими, яркими и еле различимыми. Голова кружилась когда я пытался рассмотреть как можно больше. Каждый поворот головы создавал иллюзию, как будто звезды движутся - меняются местами, перемигиваются...
- Первый раз вижу ТАКОЕ!
- Я тоже.
Мы улеглись на одеяло и, положив головы, друг другу на плечо, молча впитывали это незабываемое зрелище. Казалось даже кузнечики, умолкли и смотрят на бесконечно огромное нечто.
- Интересно там кто ни будь смотрит на нас? В смысле - мы же тоже для них, одна из звезд, на их небосводе.
- Если там кто ни будь есть, то наверняка смотрит. Точно так же как и мы лежит на поверхности своей планеты и смотрит на звезды.
Я протянул руку вверх, в небо. Звезды дрогнули и медленно расступились. От моего прикосновения по всей небесной глади пошла рябь. В ушах стоял странный низкий звон. Кузнечиков уже не был слышно, они остались позади. Я встал и пролез в щель звездного неба. Подъем не занял и одного мгновения.
- Помоги мне!
Я протянул руку. И вот мы уже вдвоем, наполовину высунувшись из нашего мира, рассматриваем "небесную механику". Все предельно просто, но массивность и величие не могут не поражать. То что мы видим построено не из слов или образов, это сделано тем, кто не пользуется чем либо определенным и поэтому "механизм" постоянно движется и никогда не остановится. Это не часы, здесь нет ни одной зафиксированной детали, но при виде его работы кроме слова "механизм" ничего не приходит в голову.
Мы понимали, что проснувшись с восходом солнца вряд ли вспомним это чудесное путешествие. Проснувшись мы станем частью этого великого механизма и даже подозревать не будем, что ночью нам было позволено заглянуть за грань. Так и будет - мы проснемся и в наших головах начнут вращаться слова и не останется места для ощущения, которое сейчас наполняет нас. Ощущение своей ничтожности на фоне бесконечного и огромная благодарность за величайшую честь - быть причастными к этому.
Мы вспомним это путешествие, когда еще раз попадем сюда. Мы вспомним и поймем, что обратно, в мир слов и постоянства, мы уже не вернемся.
- Я вернусь сюда первым. И буду ждать тебя. И когда ты выйдешь, я спрошу: "Ну что? Пойдём?".
- И мы пойдем.
- Да. Мы пойдем.
- Куда?
- Я не знаю. Главное не останавливаться.