Преодолеть искушение подойти к посудной полке и начать методично разбивать об пол тарелки, до последней, стоило огромного усилия воли.
Он прошел мимо кухни на балкон и шагнул с него.
Последнее, что он запомнил, было восхитительное ощущение полета - той свободы, которой он всегда был лишен при жизни.
Собственно говоря, приземляться и не пришлось. Не было никакого удара. Он плавно перенесся туда.
Опустился и осмотрелся.
Всё было как обычно: те же дома, деревья, те же птицы над головой. И всё-таки что-то было не так. Как "ё" без точек.
Не было людей.
Его пронзило одиночество.
Но он не помнил этого чувства и не понимал его.
Он помнил, что в той жизни у него были жена, дети.
Кажется, были друзья.
Но шли годы, и с каждым годом что-то безвозвратно уходило.
И в какой-то момент ему стало всё равно.
По правде говоря, повод шагнуть с балкона был мелочный.
Да разве дело в нём?
И вот сейчас это чувство одиночества.
Он начал пытаться припомнить, что это такое.
Просто сел на скамейку рядом с домом и стал вспоминать.
...Мама уехала в санаторий и оставила его на попечение соседки. Было лето и было очень холодно.
...Другой город, где всё не так. И страшная тоска по дому.
...Расставания с той, кто дороже всех на свете и которая причиняла так много боли.
...Расставание с сыном. Навсегда.
Он вспомнил.
Его охватил ужас, оттого что уже ничего не вернуть.
Там остались его близкие, самые близкие.
Он обрек их на одиночество.