Аннотация: О модели, манекенщице и настоящем человеке...
Жизнь бесцветна? Надо друг мой,
Быть упорным и искать:
Раза два в году ты можешь,
Как король, торжествовать...
Саша Черный
Одним майским утром на ступеньках гамбургского агентства вижу светлоголовую девчушку, которая водит пальцем по карте, пытаясь отыскать какую-то улицу.
- Тебе куда? - спрашиваю.
Она поднимает на меня свои большие глаза.
Мне надо ехать по тому же адресу. Мы отправляемся к метро по каштановым аллеям яркого своей празднующей приход лета зеленью города. Говорим на английском, сильный славянский акцент объясняется тем простым фактом, что она чешка. Babushka, uhi, - мимоходом пытаемся найти похожие слова в наших языках-братьях.
В мае месяце в Гамбурге мало моделей, так случается, что с Хеленой мы видимся почти каждый день, болтаем, гуляем по городу.
Любое шапочное знакомство, конечно, начинается с просмотра портфолио. На кастинге, когда образуется большая очередь девчонки с удовольствием меняются буками - всегда интересно посмотреть фотографии того, кто рядом с тобой.
У Хелены качественные листы из журнала, который вышел после конкурса Мисс Чехия, который она выиграла. Тогда ее и победительницу другой соседней страны напечатали в журнале, взяли интервью.
Фото, на котором она в мехах (изображает амазонку - натягивает лук, целясь стрелой в читателя) она тут же непременно комментирует - "Это не настоящий мех"
"Nez nosit kozich budu radsi chodit naha!" ("Чем носить шкуры животных, лучше ходить нагой") - так подписана фотография, на которой Хелена совсем без одежды, у ее ног примостились крольчата.
В России движение Greenpeace, репортажи из Европы о защитниках природы, которые устраивают хулиганские выходы нагишом, никогда не воспринимались серьезно. Каково же мое удивление, когда рядом со мной оказывается человек не на шутку озабоченный проблемами нашего отношения к природе.
"Мясо - это shit"- говорит она, и когда мы заходим в Burger-King, она только отщипывает кусочек булочки. Она рассказывает, что в Чехии выступила с заявлением против сети общепита McDonalds'а, так как они использовали для приготовления гамбургеров мясо животных, которых убивали как-то по особенному жестоко, вырубали леса в Южной Америке.
-После этого они звонили, хотели, чтобы я снялась в рекламе Mac'а за большие деньги.
- А ты?
- Я отказалась.
"Nestle - это shit" говорит она, и объясняет: в Африке эта компания организовала раздачу бесплатного молока новорожденным, после чего у матерей пропало молоко, а раздачи молока уже прекратили, и дети, многие дети умерли.
Для меня долгое время ее взгляды на защиту животных остаются как бы под вопросом, так как меня, признаюсь, не отпускают странные и нехорошие подозрения, что все-таки эта позиция Хелены - не более чем рекламный трюк в карьере модели. Эстонка Кармен, чей портрет в золотом вот уже который год красуется в витринах всех косметических магазинов и magazin's мира в рекламе Dior, например, увлекается шахматами. Эдакая изюминка, идея фикс. Почему бы и животных не позазищать?
Странно, что Хелена вообще выражает какую-то разумную мысль. Мы настолько свыклись со стереотипом модели как бессловесного, прежде всего, существа, которое недоедает, ночи напролет проводит на дискотеках в полупьяном виде, тусуясь с фотографами и прочей шантрапой, ни к чему не стремясь, ни о чем не заботясь, кроме своего гардероба, маникюра и диет.
Диета Хелены носит осмысленный характер - она вегетарианка.
"Мне не хватает кальция, но я принимаю витамины". Ее истощенный вид, впалые щеки говорят о том, что она и вправду отказывает себе в необходимом молодому организму питании. Хотя наряду с такой строгой диетой она вполне спокойно относится к тем, кто курит марихуану, и даже, кажется, сама не откажется выкурить косячок. Перед тем, как разъехаться в разные стороны, мои новые подружки покупают огромную бутыль красного вина, и так как мой самолет улетает рано утром, остаются отмечать расставание без меня. Но из целого ряда других девчонок с одинаково однообразными разговорами и репликами моделей образ Хелены все-таки надолго отпечатывается в моей памяти. Я вновь и вновь задаюсь вопросом: кто мог внушить девятнадцатилетней девушке мысль, что она имеет право что-то говорить, когда именно этого права говорить и думать лишена модель как таковая?
"В июне у меня назначена встреча с Полом МасКартни" - говорит она. Я с недоверием гляжу ей в глаза.
Пол МакКартни - известный защитник животных, и в этом нет ничего странного. Впрочем нет ничего удивительного и в том, что она мыслит такими категориями. После победы на конкурсе в Чехии ее поздравил глава страны, люди узнавали на улицах, брали автографы. Ей удалось основать фонд защиты животных.
"Но разве не важнее решать проблемы людей - на земле столько голодающих, обездоленных?" - донимаю я ее.
"Люди могут говорить, а животные - нет, кому же за них вступиться?" - невозмутимо отвечает она.
И все-таки я не верю ей. Сама я могу только рассуждать о несправедливости мироустройства, безрезультатно пытаясь решить для себя вопрос - правильно ли это - рекламировать косметику, одежду от кутюр, тогда как тысячи людей умирают от голода.
Среди моих друзей находятся и такие, кто упрекает меня именно в этом. Вписываться в буржуазно - капиталистический мир и оправдывать его самим появлением в рекламе, своим лицом - это не хорошо, говорят мне они. "Но если не я, то мое место займет другая и будет так же рекламировать, а если на этом месте буду я, то в случае успеха, смогу распорядиться деньгами лучше других" - пытаюсь возразить я. Но все это только слова.
Основная работа моделей заключается вовсе не в позировании перед объективом и дефиле, как думают многие. Каждодневный и самый невыносимый труд - бродить по городу, отыскивая адрес следующего кастинга, этот поиск нужного дома часто превращается в игру в прятки, как назло именно того дома, который так нужен, нет там где он должен стоять по всем законам логики, а туземцы в ответ на обращение к ним по-английски только улыбаются и разводят руками. Тот, кто хоть раз нанимался на работу, знает, как трудно наново знакомиться с работодателем, натягивать на лицо улыбку и слышать в ответ: "Спасибо, следующий" - и так по десять раз на дню.
Я вижу Хелену на улицах Милана. Вот она присаживается в изнеможении на раскаленный южным солнцем край бордюра: "Я так устала" - говорит она. Вид у нее и правда изможденный, белые локоны безжизненно собраны в хвост, она тихо закрывает глаза.
Все по-прежнему.
И кажется, что ей уже все равно.
В Азии европеец поневоле чувствует свое одиночество еще более остро. Тем радостнее для меня становится встреча с Хеленой в Токио, через полгода, я с жадностью узнаю, какие у нее новости?
"Представь себе, я взяла из детского дома девочку на все рождественские каникулы и устроила ей настоящий праздник".
Это ли не доброе дело, когда хотя бы одна детская душа увидела свет?
Я с восхищением смотрю на это хрупкое существо и думаю: "Хелена, ты много сильнее, добрее и умнее меня. Да поможет тебе Бог."
зная, что все-таки глупое чувство недоверия останется со мной и
когда через полгода я увижу в интернете статью под заглавием "Новая Моника Левински?" с фотографией Хелены, на какой-то вечеринке в Нью-Йорке, где Бил Клинтон что-то говорит ей, положа руку на плечо, а она смотрит в объектив с таким восторгом и счастьем,
внутренний голос будет шептать мне - вот видишь, вот видишь.
Замолчи, глупый голос сомнения и эгоизма.
Осуждать легко, но как трудно сделать хоть самую малость, как трудно даже высказать самое крохотное слово в защиту земли от самого жестокого и глупого насекомого по имени человек.