Выуживаю по измученной 
строке
из графомании подверженного 
мозга
что можно мне сегодня а чего 
нельзя
и думаю какая в этом 
польза.

Вот буква за буквой строка 
за 
строкой 
втрамбовываются в лист 
бумаги
и хоть бы что-то всколыхнулось 
за стеной
из под чужой изношенной 
рубахи. 

Остановилась мысль застряла 
в венах 
кровь
поэтов нынешнего 
века
готов ли кто-то оставаться 
человеком
и циркулирует ли в ком ещё 
Любовь.

Вопрос повис растянутый в 
широкую 
улыбку
в глазах стекло, молчания 
надрыв
уж прогремел бы лучше тягостных 
раздумий 
взрыв
в ещё способных во Христе 
признать 
Владыку.