Нельви не то чтобы не верилось. Она была девушкой практичной, как и полагается наследнице престола - практичность в ней воспитывали лет примерно с трех. Но что-то мешало... не поверить, нет. Отдать подарок бабушки в руки этой неприятной особы. А если она права, и с помощью зеркальца можно... Ну, много можно. "Неслыханная сила" по-прежнему вызывала у нее некоторые сомнения, но вдруг правда? И что же - эта явно сумасшедшая дама овладеет этой силой? Жутко как-то.
На следующее утро леди Вартес уехала, как и обещала, и в замке явно произошло некоторое вполне объяснимое падение дисциплины. Во всяком случае, завтрак Нельви до сих пор не принесли, хотя часы на комоде показывали уже десять.
Принцесса проснулась около семи и через всё то же опостылевшее окно видела, как в не менее опостылевшем дворе провожали хозяйку, отбывшую в роскошнейшей карете, явно не предназначенной для проселочных дорог. Нельви сделала два вывода: во-первых, за воротами нормальная дорога, а во-вторых, ведьмы не всегда летают на метле.
Нормальная дорога предполагала наличие города неподалеку. Наверное. Возможно, леди Вартес настолько богата, что мостит всю округу только для собственной прихоти. Что же касаемо метлы - Нельви никогда особо в это и не верила: неудобно же! Хотя на метле гораздо эффектнее...
Впрочем, увлекательные размышления о способах передвижения ведьм скоро вытеснила примитивная мысль о еде. Завтрак не принесли. Ни в восемь, ни в девять, ни в десять. Пора было брать дело в свои руки.
- Вот и начнем, - сказала Нельви вслух и показала язык своему отражению - за неимением другого объекта. - Не просто же так сидеть.
Во исполнение принятого решения принцесса показала отражению язык ещё раз и вышла за дверь. Ей и в голову не пришло, что дверь может быть заперта. Самое интересное - она действительно заперта не была.
В коридоре не наблюдалось ни стражников, оберегающих ценную пленницу от обитателей замка и наоборот, ни просто обитателей, ни даже банальной служанки, с трепетом ждущей приказов. Вообще никого не наблюдалось. Тишина, полутьма, потертая ковровая дорожка, тусклые светильники на стенах. Оставалось решить, куда двинуться. Нельви огляделась. Коридор - что влево, что вправо - выглядел абсолютно одинаково, и принцесса, понадеявшись, что её никто не услышит, забормотала детскую считалочку, для верности тыкая пальцем в обе стороны.
- Раз-два, три-четыре,
Мы одни остались в мире.
Ну а если пять и шесть -
То тогда пора нам есть.
Если вдруг и семь, и восемь,
Мы, конечно, жребий бросим.
Если девять или десять,
То пора кота повесить!
- Прекрасная мысль! - с чувством сказал кто-то, как только считалочка закончилась. Нельви оглянулась ещё раз, надеясь, что ей показалось. Никого. Неужели призрак?!
- Я не призрак, уважаемая барышня, - сообщил кто-то. Нельви передернула плечами. Ей хотелось ретироваться обратно в комнату, но чувство собственного достоинства не позволило.
- Вы читаете мысли, уважаемое... уважаемый... А вы вообще кто?!
- Я Бернадетта. Извините, пожалуйста, что не представилась сразу, но ваши последние слова были столь приятны...
- Какие ещё слова?
- Про кота. Ой, извините ещё раз. Если вы пройдете два шага влево и подойдете к окну, то как раз меня и увидите.
Нельви, слегка поколебавшись, сделала требуемые два шага и оказалась в оконной нише. На мраморном, слегка потрескавшемся подоконнике сидела мышь. Просто мышь. Серая, маленькая, с трогательно-розовым хвостом и черными блестящими глазками.
- Это вы - Бернадетта? - недоверчиво спросила Нельви, присаживаясь рядом. Принцесса не боялась мышей. Крыс она тоже не боялась, равно как и пауков, и тараканов - в общем, всех тех тварей... божиих, которых полагается бояться женскому полу. Вот змей Нельви не любила. А мыши, мышки, мышатки, да и крыски тоже... - очаровательные создания, ясное дело! И хвосты такие симпатичные, в сеточку! Но говорящая мышь - это, согласитесь, немножко слишком. - Это вы со мной разговаривали?
- До чего же приятна вежливость в столь юном создании! - Мышь совершенно по-человечески потерла лапкой нос и чихнула. - Прошу прощения, здесь ужасно пыльно. Да, это я разговаривала. Не удивляйтесь, прошу вас.
- А вы точно мышь? Не заколдованная принцесса?
Мышь хихикнула, показав белоснежные зубки.
- Определенно, нет. Мои папенька и маменька, мир их праху, были самые обычные серые мыши... Ну, у маменьки было маленькое черное пятнышко, но это так, малость, извините за каламбур. Я не принцесса. А говорю, потому что меня заколдовали.
- О, всё-таки заколдовали?!
- Точнее, поставили опыт. Леди Вартес очень любит опыты, к сожалению...
Мышь Бернадетта, жертва опытов леди Вартес, тяжело вздохнула и опять потерла нос. Нельви смотрела с сочувствием: за эти четыре дня она начала понимать, что это такое - стать объектом внимания миледи ведьмы.
- И что же, вы стали говорящей мышью?
- Почти. - Мышь слегка замялась, но продолжила: - Видите ли, я была обычная мышь, совершенно. И мой интеллект не сильно отличался от интеллекта родственников. Поесть, поспать, спастись от хищников, сделать запасы, найти себе пару... - Нельви готова была поклясться, что мышь покраснела, если бы шерсть могла краснеть. - Это всё так обыденно... А потом я попала в лабораторию к леди Вартес. Не помню, честно говоря, каким образом, столько лет прошло... В общем, она меня поймала и что-то сделала.
- Поймала? Прямо так? Руками? - поинтересовалась неделикатная Нельви. Мышь посмотрела укоризненно.
- На кусочек сала. Увы, я любила его тогда... И сейчас люблю. Очень. А у вас, случаем, сала нет?
Столь неожиданный поворот разговора застал Нельви врасплох. А ещё она вспомнила, что хочет есть.
- Сала у меня нет, к сожалению, - сообщила она Бернадетте. - Более того, я сегодня вообще не завтракала.
- Как мне это знакомо! - Мышь укоризненно покачала головой. - Ах, молодость, молодость! Вечно вы стремитесь исхудать до состояния скелета. Разве так можно?
- Да нет же! - с досадой перебила её принцесса. - Просто сегодня мне не принесли завтрак. Вот что, госпожа Бернадетта, вы не знаете, как добраться до кухни? А то, боюсь, мне сегодня и обеда не дождаться: ведь... то есть миледи уехала, а прислуге, кажется, не до пленницы.
Бернадетта всплеснула лапками.
- Простите меня, простите! Я, в своем эгоизме, даже не поинтересовалась вашим именем! И только сейчас поняла, с кем разговариваю! Ох, уж этот эгоизм... Знаете, Ваше высочество, когда двести лет не с кем поговорить - это очень дурно сказывается на манерах.
Принцесса неаристократично икнула.
- Сколько лет? - переспросила она, совершенно уверенная, что ослышалась.
- Двести, - повторила мышь и пожала плечами: - Вы думаете, это много? Ах, по сравнению с вечностью двести лет - такая малость!
- С вечностью... Ну да, ну да! - с готовностью согласилась Нельви, усилием воли подавив икоту. - А всё-таки, вам в самом деле двести лет, госпожа Бернадетта?
- Именно так, Ваше высочество. Видите ли, у опыта, поставленного надо мной, было несколько побочных эффектов... - Бернадетта слегка замялась, но Нельви поощрительно погладила её пальцем по спинке. К счастью, подобная фамильярность мышь не оскорбила.
- В общем... - Бернадетта благодарно взглянула на принцессу и опять потерла нос. - В общем, я стала бессмертной, во-первых, а во-вторых, у меня крайне ядовитые зубы.
- И вы до сих пор не закусали вашу "благодетельницу"?!
Принцесса всегда отличалась... хм... спонтанной реакцией, ей это и гувернантки говорили, все одиннадцать штук, но ни одна из них не смогла отучить её говорить не думая... Так что Нельви очень повезло: чужих ушей поблизости не оказалось, а Бернадетта полностью разделяла её неприязнь к леди Вартес, но...
- Я думала об этом, - мышь перешла на шепот, и Нельви пришлось наклониться пониже. - Лет тридцать думала. Но потом решила, что жизнь свята, даже если эта жизнь принадлежит такой недостойной женщине как леди Вартес!
- А-а-а...
- Увы, моё мировоззрение не позволяет умерщвлять живых существ. - Мышь тяжело вздохнула, и в глазах её явственно заблестели слезы. - Но мы отвлеклись от темы. Вы, Ваше высочество, спрашивали, где здесь кухня?
- Да!
Какая там вечность, какие ядовитые зубы! Нельви мгновенно вспомнила о том, что её лишили завтрака, и сразу почувствовала, что живот застенчиво бурчит... А у приличных принцесс в животе бурчать не должно!
- Тогда, если угодно, посадите меня в карман - у вас ведь есть карман?..
- Есть.
- ...и я укажу дорогу, - закончила мышь и лукаво улыбнулась.
---------------
Три дня назад Нельви не запомнила пути в отведённую ей комнату: слишком хотелось спать. Впрочем, если честно, даже если бы и не хотелось - всё равно бы не запомнила: у принцессы от рождения были большие проблемы с нахождением пути куда и откуда бы то ни было. Помнится, в прошлом году, на дне рождения у Кэртиса, она забрела на чердак, хотя вообще-то пыталась добраться до выхода в сад... И дворец-то у герцогов Римальских крохотный, всего три этажа, но вот поди ж ты! Нельви искали долго, потому что подать голос она сочла неприличным... да и на чердаке тоже интересно было. Когда принцессу всё-таки нашли, она с энтузиазмом отчищала рукавом парадного платья небольшую мраморную статую. Даже то, что статуя оказалась давно утраченной работой легендарного Регга, платью не помогло: отстирать его так и не удалось. Кстати сказать, пострадало не только платье... Но о грустном Нельви вспоминать не любила.
На сей раз принцессе повезло: Бернадетта за свои двести лет изучила замок леди Вартес досконально. Со своей, мышиной, точки зрения. Так, где следует свернуть, чтобы не наткнуться на стражу, например, она не знала - стража на такие мелочи, как мыши, не разменивалась. Зато загодя предупреждала Нельви о приближении служанок, которых та, в общем-то, и не опасалась. "Они ужасающе визжат!" - застенчиво сообщила Бернадетта принцессе, в очередной раз уговаривая её переждать за углом.
Как оказалось, комната Нельви располагалась на третьем этаже. Кухня же была, понятное дело, в подвале - чтобы запахи не нарушали покоя хозяйки. "Да тут такая вонь!.. то есть такие ароматы пыли! О каком покое речь?!" - прокомментировала Нельви. Но мышь только пожала плечами: её представления о вони и ароматах явно расходились с представлениями людей...
В общем, прокравшись по лестнице и чудом избежав трех постов охраны (и от кого охраняются?), путешественницы очутились у входа в подвал. Массивная дверь, к счастью не запертая, отделяла помещения сравнительно чистые от грязных неимоверно. Длиннющий коридор по пути к кухне зиял провалами, которые вели... А демоны знают, куда они вели! Вероятно, в камеры пыток. Или то были подземные ходы. Или специальный лабиринт для незваных гостей... Фантазия Нельви пасовала перед множеством вариантов, и она спросила у Бернадетты. Та в очередной раз совсем по-человечески пожала плечами и ответила, что про узников в последние сорок лет ничего не слышала. Раньше - бывало, да. Что же касаемо лабиринта... Ну, может быть. Она, Бернадетта, этими людскими забавами не интересуется. И не стоит ли прибавить шагу - кухня уже близко! Этот аргумент (на что мышь, собственно, и рассчитывала) произвел впечатление на принцессу - и через пару минут они оказались около двери на кухню.
Честно говоря, Нельви слегка опасалась, что кухня, располагающаяся в таком неаппетитном месте, будет тоже... неаппетитной. Но запахи!.. Запахи свежих булочек и жареного мяса!.. О, эти запахи перебивали любые опасения - и принцесса было вцепилась в ручку полуоткрытой двери, чтобы решительно вломиться внутрь и потребовать от кухарки всего, что так замечательно пахнет...
- Секундочку, - прошелестела Бернадетта, неожиданно оказавшаяся на плече у Нельви. Та слегка притормозила.
- А почему шёпотом?
- А потому, что госпожа Селения очень не любит, когда в её владения ходят без спросу.
- И что? Возвращаться? Что за глупости!
Однако же, вняв голосу разума, Нельви с неохотой оторвалась от ручки и заглянула в щель. М-да... Физиономия "госпожи Селении" производила впечатление сногсшибательное. Почти в прямом смысле.
- А она не родственница Бентона? - поинтересовалась Нельви, как только обрела способность говорить.
- О, как вы догадались?
- Такие глазки, такие щёчки, такой носик... - Нельви перечисляла как заведённая, ибо неземные черты Бентона из её памяти ещё не изгладились... И, наверное, не изгладятся никогда... Решительно потряся головой, принцесса усилием воли пришла в себя и попыталась мыслить логически. Логика явно взяла выходной. Пришлось снова обращаться к Бернадетте:
- А вы, как бы вы зашли к... этому?
Мышь почесала нос и подергала себя за левое ухо.
- Ну, короткими перебежками, потом укрыться за ножкой стола, потом к плите...
- Бернадетта!
- Ой, верно... Вы не сможете...
Голодные путешественницы приуныли.
Желудок Нельви сообщил, что устал ждать.
Выслушав его рулады, принцесса озлилась. Она тоже не любила ждать. Тем более такой малости, как завтрака. Ну, не такой уж и малости, конечно, но...
- Бернадетта, в карман! - скомандовала она шепотом. И, открыв-таки дверь, вошла на кухню.
Если у кухарки и были возражения против непрошеных гостей, высказать она их не успела.
- Вы волшебница! - прочувствованно заявила принцесса и застенчиво потупилась.
- Что?.. - вопросила госпожа Селения.
- Я и не представляла, что кухня может быть такой... такой замечательной! - В голосе принцессы звучал столь неподдельный энтузиазм, что родственница Бентона начала оглядывать знакомую до мелочей комнату. Пол из необработанного камня, такие же стены, увешенные начищенными сковородами и кастрюлями, две огромные дровяные плиты, ещё более огромный разделочный стол, камин с набором вертелов... Обычная кухня. И даже кухарка леди Вартес, бывшая о себе очень, очень высокого мнения, ничего особо замечательного в ней не находила. Например, она давненько мечтала о новой, более удобной плите с новомодной духовкой...
- Эти восхитительные травы! Вы, наверное, тратите кучу времени на то, чтобы собрать их! И как глубоко надо проникнуть в тайны поварского искусства, чтобы правильно их применить!
...А, ну да. Травы. Действительно, с потолка свисало невероятное количество различного сена - в совокупности не менее копны. Нельви, по правде говоря, удалось опознать только мяту, и то по запаху. Но потоку славословий это не помешало...
- И вы, конечно же, мастер своего дела! Ведь только мастер способен так развесить все эти бесценные приправы, чтобы достать их было делом одной минуты!..
- Барышня, а вы кто? - осторожно спросила госпожа Селения, с неохотой вклиниваясь в этот нескончаемый, но, безусловно, приятный словесный фонтан. Принцесса как будто запнулась, с видимым трудом закрыла рот и сглотнула (последнее объяснялось голодом и дразнящими запахами - но кухарке об этом знать было необязательно).
- Я? Я Нельви. - Принцесса трогательно улыбнулась.
- Э?
- Ну... Нельви. Меня привезли... в гости к леди Вартес четыре дня назад.
- О?
- Да-да! Именно! А сегодня я вышла из комнаты и решила, что пора бы осмотреть достопримечательности сего удивительного замка. И вот я здесь!
Тактика ошарашивания и наглого наскока явно оказалась удачной. Кухарка попробовала проследить связь между достопримечательностями (слово-то какое!) и своей кухней - но достаточно вяло. Нельви с детства умела при случае сделать личико невинное, жалобное и любознательное до предела. А последние два года она обучалась искусству "раскрутки" собеседника уже целенаправленно - и в её активе значились душераздирающие истории и тайны семи пажей, четырех дворецких (по числу замков, принадлежащих семейству), двадцати шести горничных (истории похожие, но всё равно увлекательные) и даже исповедь одного министра августейшего папеньки (министр попался Нельви после очередного начальственного разноса и жаждал излить душу хоть кому-нибудь). Так что кухарка... Пф! Уж кухарка-то точно не могла устоять перед этими круглыми глазами, переполненных любопытством, сочувствием... и ещё боги знают чем.
- Ой. Я не представилась. - Нельви решила нанести последний, решающий, удар. - Нельви, принцесса Гардерильская из Трех Холмов.
- Принцесса?!
- Ага. К вашим услугам. - И Нельви, принцесса Гардерильская из Трех Холмов присела в глубочайшем реверансе.
Кухарка, да, собственно, любая прислуга, в замке леди Вартес - это вам, конечно, не шишки пинать . Это серьёзно. К титулам самая последняя посудомойка из Родхейма относилась снисходительно. Бывали тут и бароны, и графы, и герцоги - у всех у них находились какие-то таинственные дела к хозяйке. А кое-кто из вышеперечисленных покидал замок в виде... таком, не совместимом с жизнью. Или просто оставался в симпатичных темных подвалах, которые так поразили Нельви.
Так что видывали тут всяких и всякое.
Но вежливая принцесса?
Разве такое бывает?
Во всяком случае, принцесс, делающих придворные реверансы перед кухарками, не видели точно.
Госпоже Селении не было дела до степени глубины принцессиного реверанса - она в реверансах не разбиралась. Но неподдельная радость, светившаяся в глазах Нельви, и не менее неподдельное восхищение!.. То, что восхищение относилось к целому противню булочек, стоявшему посередине стол, значения не имело... А впрочем, как знать? Возможно, Селения возгордилась бы ещё больше, если бы поняла истинную природу неумеренного восхищения принцессы...
Самое интересное - она её поняла.
Кухарка леди Вартес, предпочитавшая, чтобы её называли поваром, была отнюдь не глупа. Пусть её внешность и говорила вроде бы об обратном.
- Есть хочешь, дочка? - спросила она добродушно и улыбнулась.
Нельви покраснела. Покраснела так, что, если бы у нее были веснушки, они наверняка слились бы с общим фоном. Веснушек не было, но зрелище и без того впечатляло - при её-то рыжих волосах. Определенно, госпожу Селению зачислить "в актив" не получалось... Ну и ладно!
- Очень, - честно ответила принцесса.
- А у меня есть пирожки с печёнкой, рыбой и вареньем, - сказала госпожа Селения.
Принцесса подумала - и ещё раз присела в глубочайшем реверансе. На сей раз совершенно искреннем.
---------------
- Ну? И что ты меня пугала?
Нельви и Бернадетта, сблизившиеся на почве добывания пропитания и на той же почве перешедшие на "ты", сидели в одной из башен замка - северной, самой редкопосещаемой, - и уплетали пирожки с вишней, полученные "на вынос". Кухарка-повар оказалась добрейшей души женщиной. Сейчас Нельви была абсолютно убеждена, что круглые глазки вроде совиных - почти идеал, а брови щёткой - удобнейшая вещь, особенно в плохую погоду - чтобы вода в глаза не попадала.
- Такая милая дама. И пирожки потрясающие! И та ветчина, светленькая!
- Тёмная тоже ничего.
- Ну да!.. Так чего ты говорила: "не любит, когда в её владения ходят без спросу"! Мы ж зашли? - Нельви аж подавилась от переизбытка чувств, и Бернадетта, чтобы помочь, исполнила на её спине некий танец... Почти свалилась, но в последний момент зацепилась коготками за воротник и, отдуваясь, вскарабкалась обратно на плечо. Нельви прокашлялась и уже привычно стряхнула с плеча крошки. Мышь пожелала завтракать именно там, поближе к уху.
- Не любит! Точно знаю! Бывало, зайдёшь на кухню - а она половником, половником! Или картофелиной запустит! - От избытка чувств Бернадетта опять чуть не свалилась. Нельви скосила глаза - и, ухватив мышь двумя пальцами, аккуратно ссадила её на скамеечку рядом с собой.
- Наверное, она не любит мышей, - философским тоном сообщила принцесса, слизывая вишневые усы с верхней губы. - Или что-то в этом роде.
- Но я же не просто мышь!
- А ей без разницы. Кухарки, они такие. Все поголовно... Ладно, проблема с едой решена, пора и о духовном подумать.
Бернадетта дожевала последний кусочек пирожка и удовлетворенно пошевелила усами. Похоже, ей уже было всё равно - любят кухарки мышей или нет, так что спорила она для порядку. Зато последняя фраза принцессы её заинтересовала:
- В смысле - о духовном? Ты хочешь сходить к жрецам?
- А тут и такое есть? - удивилась Нельви.
- Нету. Откуда? Леди сама себе жрец.
- Странно... Ну, что ты меня сбиваешь! Не нужен мне никакой жрец! Духовное - это то, что не материальное!
- Ясное дело, - согласилась Бернадетта. - А теперь пояснее.
Нельви задумалась. С формулировками у нее всегда были некоторые сложности, а уж с формулировками чего-нибудь "духовного"... Поэтому она решила начать издалека:
- Ты меня "Высочеством" называла.
- А как же! - кивнула мышь. - Положено - и называла.
- А откуда ты узнала, что я "Высочество"?
- Слышала. Бентон рассказывал стражникам, а те - дворецкому, а дворецкий - супруге, а супруга у него - старшая горничная... Так она его обругала и сказала, что сама знает, и дольше, чем он. Вот!
- Я-асно... - протянула Нельви. - Может быть, ты и причину моего... хм... пленения знаешь?
Бернадетта засмущалась.
- Ну, тоже слышала. Я ведь живу в той комнате, в которой тебя поселили. За комодом. Ты уж извини.
- Не извиняйся. Это здорово - а то я терпеть не могу объяснять. Раз уж ты всё знаешь, скажи мне - как бы отсюда сбежать?
Мышь подергала себя за ус, наклонила голову к плечу, почесала ухо... Нельви терпеливо наблюдала за её манипуляциями, понимая, что вопрос затруднительный. Наконец, Бернадетта покивала сама себе головой и снова вскарабкалась принцессе на плечо. Нельви терпеливо снесла и это.
- Вот видишь ли, - мышь для пущей доходчивости взяла собеседницу за ухо. - Дело в том, что отсюда ещё никто не убегал. Ни-ког-да.
- И не пробовали? - недоверчиво спросила Нельви. Ухо слегка побаливало - коготки у Бернадетты были острые. - Не может быть, чтобы никто не пробовал.
- Ну-у-у... Пробовали, конечно. Вот, помнится, лет тридцать назад один баронет был. Его папенька с миледи что-то не поделил, то ли алмазные копи, то ли место в партере театра... Не помню уже. И миледи пригласила в гости баронета. Он и приехал. Дурачок. Надеялся миром разобраться. Сначала его отправили в эту самую башню...
Нельви передернуло. Бернадетта вцепилась в её ухо ещё крепче.
- А потом, - продолжила она невозмутимо, - когда его вопли миледи надоели, перевели в подвал. Если от входа пройти мимо двух провалов и свернуть в третий - будет камера с косточками милорда Корнелиуса. Он там месяц с лишним продержался. Пить ему давали, а есть - нет.
Принцесса отцепила мышь от своего уха, в очередной раз ссадила её на скамейку и забегала по площадке башни, стараясь держаться подальше от открытого люка.
Было ей как-то неуютно.
Примерно на шестом круге Нельви остановилась:
- Подожди! А как же побег? Он же и не бежал?
- Отчего же не бежал? - мышь сочувственно наблюдала за метаниями принцессы. - Бежал. Два раза. Сначала из башни - попытался спуститься из окна, на кинжалах - ему оружие оставили. Специально, я так думаю. Представляешь - спустился благополучно! Во дворе его и встретили. Ждали, даже ставки делали.
- Бр-р-р...
- Точно. А второй раз - по дороге в подвал. Но он тогда уже слабый был. Попытался задушить одного из стражников. Его легонечко по голове стукнули - и дальше потащили.
Нельви присела прямо на пол. Ноги её отчего-то не держали.
- И всё?
- Ну, я же сказала - помер через месяц, - удивилась мышь. - Всё, конечно.
- Но это же жестоко!
- Что ты! - Бернадетта спустилась по ножке скамейки и, подсеменив к принцессе, с комфортом устроилась на подоле её шерстяного платья. - Это разве жестоко? Вот, помнится, случай был...
- Не надо! Я поняла... - Нельви сглотнула комок в горле, поморгала глазами - и не удержалась, всхлипнула. Нет, она не собиралась сдаваться. Мало ли, кто пытался бежать и не смог. Может, удачи не хватило, или пороху... Или ума, в конце концов! Она, принцесса Гардерильская, наследница короля Трех Холмов, потомок рыцаря Александра, загубившего десяток драконов и основавшего королевство!.. Она...
Просто ей наконец-то стало страшно...