Борису Гребенщикову - джентльмену мистической удачи
 
 
 
  В поэтическом нашем резвится бору
  Сумасшедший один - почитаемый.
  Лао-Цзы иль Конфуций? - не разберу,
  Но мудрец, и к тому же - вменяемый.
 
  Он поет лишь коаны одни, почитай.
  Их порой лишь Сократ понимает.
  Дзэн-буддийский монах, поскорей приезжай,
  Лет пятнадцать учиться. Кто знает?
 
  Остальным где набраться такого ума,
  Чтобы песни застольными стали?
  После чарки горелки, принятой до дна,
  В сельском клубе они б зазвучали.
 
  И простой - как тот валенок - тракторист,
  Позабыв про Марусю родную,
  Пел о Дао, нирване, отвергнув свой твист,
  И Янцзы воспевал бы святую.
 
  Эх, туман над Янцзы! Я в нем тоже парил...
  Там нет верха и низа, и правил.
  Это пьянство свободы, безумство всех сил.
  Чуть душу там свою не оставил.
 
  И хоть бард всем блаженно (со вкусом) поет,
  Перейти реку вброд предлагая,
  Пронесет его над Янцзы вертолет,
  До небесного самого края.
 
 
 
  25 сентября 2009