Мифы об УПА.

     2017-03-22

     Миф 1: УПА — «гитлеровские прихвостни» и против нацистов не воевали

     Цитата-миф: Нет ни одного документа, который бы свидетельствовал о боевых действиях УПА против немцев. И в 42-м, и в 43-м, и в 44-м годах немцы поставляли оружие отрядам УПА.

     Дмитрий Табачник, министр образования и науки (2010-2014) в эфире передачи Большая политика на телеканале Интер,

     12 ноября 2012 года

     Суть мифа

     УПА создали немецкие оккупанты, в тесном сотрудничестве с ними она занималась проведением карательных операций против советских партизан, украинского, еврейского и польского населения. Нет никаких свидетельств об антинацистской борьбе УПА.

     Факты кратко

     О борьбе между УПА и немецкими оккупантами и их союзниками свидетельствуют многочисленные документы немецкого, советского, польского и собственно уповского происхождения. Деятельность УПА и немецкая, и советская стороны оценивали как антинемецкое восстание.

     Факты подробнее

     Чрезвычайно жестокая оккупационная политика гитлеровцев заставила Руководство ОУН(б) выступить на защиту населения вооруженно. Первую сотню УПА создали 22 января 1943 года. Уже 7 февраля она разгромила немецкую комендатуру в райцентре Владимирец на Ровенщине.

     Весной 1943 года УПА постоянно увеличивает численность и масштабы сопротивления. Самые ожесточенные стычки с немцами происходили на Луччине, Ковельщине, Гороховщине, Ровенщине, Кременетчине, Костопольщине, Сарненщине и Лановетчине. В течение марта 1943 года повстанцы пять раз захватывали районные центры. Под конец первого месяца весны немецкие чиновники отчитывались райхскомиссару Эриху Коху, что на Волыни осталось только два района, свободных от «банд».

     Оккупационная администрация начала проводить крупные антипартизанские операции с участием бронетехники и самолетов. В конце апреля в районы Березно, Людвипиль, Мизоч, Острог, Шумск и Кременец было переброшено дивизию для борьбы с УПА.

     Карательные акции нацистов оказались малодейственными. Если в марте подразделения УПА всего 8 раз нападали на немецкие экономические объекты, то в апреле было уже 57 нападений, а в мае — 70.

     На совещании в Ровно 5 июня 1943 года с участием нацистского министра оккупированных восточных земель Альфреда Розенберга оккупационный руководитель Волыни и Подолья Хайнрих Шене докладывал, что его администрации «украинские националисты причиняют больше трудностей, чем большевистские банды».

     Интересно, что этот факт впоследствии признало и руководство советских партизан. Командир советских партизан Петр Вершигора 4 марта 1944 года сообщил в Украинский штаб партизанского движения: «нельзя допустить в Польше той ошибки, которую мы совершили на Волыни, отдав руководство народным восстанием против немцев в руки контрреволюционных группировок националистов».

     

     Листовка УПА с призывом бить немцев всеми доступными средствами, июнь 1943 года Фото предоставлено Украинским институтом национальной памяти

     Имеющихся сил для подавления сопротивления гитлеровцам не хватало. Поэтому с июля 1943 года борьбой против УПА занялся командующий антипартизанскими силами на Востоке Эрих фон дем Бах. Под его руководством находилась 8-я кавалерийская дивизия СС Флориан Гейер (10 тысяч солдат) и 10 батальонов мотопехоты с артиллерией. С воздуха эту группировку прикрывало 27 самолетов, а на земле — 50 танков и бронемашин.

     Однако подразделения УПА маневрировали и не давали себя уничтожить. Всего в июле повстанцы 295 раз атаковали немецкие опорные пункты и 119 раз — хозяйственные объекты.

     С началом августа 1943 года фон дем Баха отозвали в Галицию для борьбы с рейдом Ковпака. С ослаблением немецкого натиска активность антинемецких выступлений УПА возросла: 391 нападение на гарнизоны и 151 атака на предприятия.

     Но вскоре высший командир СС и полиции Украины Ганс Прюцманн организовал новое наступление на УПА. Это наступление продолжалось на Южной Волыни с 23 августа до 9 сентября 1943 года. Сначала авиация разбомбила село Антоновка, в котором стоял штаб группы «Богун». Следовательно, карательная экспедиция напала на лагеря УПА в Кременецких лесах. Куреням группы пришлось разделиться на мелкие подразделения и прорываться из окружения.

     Летом 1943 года повстанческое движение против нацистов перекинулось и на Галичину. 18 августа Украинская народная самооборона (УНС, первоначальное название УПА в Галичине) напала на немецкую каменоломню в городе Сколе на Львовщине. 150 принудительных рабочих националисты уволили, а охрану лагеря уничтожили.

     Осенью 1943 года начались масштабные бои между повстанцами и гитлеровцами. 3 сентября под городом Долина с доминирующих высот украинские солдаты расстреляли батальон немцев, ехавших по узкоколейке в горах. На поле боя немцы оставили около 200 солдат. 25-29 сентября сотня Трембита отбила наступление карателей на свой лагерь на горе Стовба.

     29-30 ноября 1943 года произошел тяжелый бой между 1,5-2 тысячами шуцманов и куренем Кривонос-II близ села Недильна на Самборщине. Повстанцы отступили со значительными потерями, на поле боя остался почти весь штаб атамана и сам куренной.

     На Волыни последнюю большую антиповстанческую операцию Прюцманн провел в ноябре 1943 года. 2-3 ноября авиация разбомбила город Степань и вытеснила подразделения группы Зарево на север. Одновременно 3 ноября немецкие самолеты обстреляли и разбомбили город Колки, где УПА образовала «Колковскуя республику». Здесь надо отметить, что территорию «республики» нацисты не могли захватить с июня до начала ноября 1943 года, когда провели зачистку, убив до 600 гражданских.

     За октябрь — ноябрь 1943 года между УПА-УНС и немецкими оккупантами произошло 47 боев, а сельская самооборона УПА провела 125 столкновений. Гитлеровцы потеряли свыше 1,5 тысяч солдат.

     Полностью подавить сопротивление УПА нацистам не удалось. Советско-германский фронт приближался, оттягивал на себя большинство военных сил. Поэтому масштабных антиповстанческих акций на Волыни немецкие генералы больше не проводили. На галицких землях противостояние продолжалось до конца лета 1944 года. Украинскую народную самооборону (УНС) переформировали в УПА-Запад. Воины УПА в марте — мае 1944 года выступали в обороне украинских сел от немецкого грабежа. Порой недостаточно успешно: в мае Вермахт разбил сотни имени Галайды и Сироманцев на Львовщине.

     

     Расстрел нацистами повстанцев, взятых в плен в бою под Недильной, 2 декабря 1943 года Дрогобич Фото предоставлено Украинским институтом национальной памяти

     С 31 мая до 6 июня 1944 года в Черном лесу с УПА воевали части 7-й танковой дивизии Вермахта. До середины лета противостояние в Галичине достигло пика.

     Крупнейшие столкновения УПА-Запад с немецко-венгерскими войсками произошли вокруг горы Лопата на стыке Дрогобычской и Станиславской (ныне — Ивано-Франковской) области. Об этих событиях подробно сообщают также и письменные донесения польского подполья. С 6 по 16 июля 1944 года шли напряженные бои, которые от артиллерийских обстрелов переходили к рукопашным схваткам. Но победа была за повстанцами под командованием Василия Андрусяка — «Резуна». Полегли 50 украинцев, а оккупанты потеряли около 200 солдат и отступили.

     Под ударами Красной армии Вермахт покидал Украину. В начале сентября случались преимущественно мелкие стычки и разоружения уповцами немецких частей.

     В истории украинского повстанческого движения были эпизоды, когда отдельные командиры попытались самовольно провести переговоры с немецким командованием по формуле «нейтралитет в обмен на оружие» или «еда в обмен на оружие». Также известно о нескольких случаях, когда по такой формуле от 80 до 100 единиц стрелкового оружия было-таки передано повстанцам. Но такие договоренности не приветствовались командованием украинского подполья. В некоторых случаях дошло даже до сурового наказания. В марте 1944 года по приговору военно-полевого суда УПА расстреляли первого инициатора самовольных переговоров Порфирия Антонюка — «Сосенка». Также в апреле 1944 года по приговору суда УПА казнили Николая Олейника — «Орла».

     Позже переговоры с немецкими оккупационными чиновниками все же состоялись на уровне Провода ОУН(б). Оккупанты были заинтересованы в том, чтобы ОУН и УПА прекратили антинемецкую борьбу, чтобы немцы могли бросить больше сил для сдерживания советского наступления. Оуновцы же стремились добиться освобождения политзаключенных из концлагерей (Степана Бандеры, Ярослава Стецька и многих других), а также получить оружие для УПА, которого всегда не хватало. Встречи между представителями Провода и немецких органов состоялись в марте, апреле, июне и июле 1944 года. Вследствие них повстанцы получили несколько сотен единиц оружия, а в сентябре — октябре 1944 года нацисты освободили Степана Бандеру и других украинских националистов, правда оставили под наблюдением Гестапо.

     Зато бандеровцы уменьшили интенсивность антинемецких акций (преимущественно на Волыни), но не прекратили их вовсе. Как доносил офицер группы армий Юг майор Мюллер, «в то время, как отдельные национал-украинские банды ставят себя в распоряжение германского Вермахта или выполняют его задания, другие ведут бешеную борьбу против Вермахта с фанатичной ненавистью». Примеры такой «бешеной борьбы» в Черном лесу или на горе Лопате в Галичине упоминались выше.

     Деятельность УПА признавали антигерманским восстанием и немецкие оккупационные руководители Шене, фон дем Бах и Прюцманн, и советский партизанский командир Вершигора. Исследователи оценивают потери от рук УПА в 12 тысяч немецких оккупантов и их союзников. В вооруженном противостоянии с оккупантами украинское подполье и повстанческие подразделения потеряли также 10-12 тысяч.

     Чтобы поставить точку в истории этого мифа, остается процитировать один из многих немецких документов о существовании которых «не знал» вышеупомянутый бывший министр образования Дмитрий Табачник. Это — телеграмма высшего руководителя СС и полиции Украины обергруппенфюрера СС Ганса Адольфа Прюцманна от 25 августа 1943 года: «Главнокомандующему территории группы армий Юг. В связи с тем, что райхсфюрер СС отдал сильные отряды вверенных мне воинских частей в распоряжение фронта, я вынужден ограничиться остатками этих частей для подавления украинского национального восстания на Волыни. Поскольку на севере Украины возникают из-за этого большие неконтролируемые районы, то в ближайшем будущем следует рассчитывать на усиленное давление банд в южном направлении».

     Телеграмма Прюцманна относительно подавления украинского национального восстания на Волыни, 25 августа 1943 года. Фото предоставлено Украинским институтом национальной памяти

     Мифы об УПА: развенчание

     

     Батальоны «Нахтигаль» и «Роланд» не входили в структуру СС, их воины не имели эсэсовских званий и выполняли вспомогательные функции, а дивизия «Галичина» использовалась прежде всего как боевая часть. Почему же их зовут карательными?

     10 мифов об УПА. Как было на самом деле? — совместный проект, цель которого — опровергать мифы, существующие в коллективной памяти о деятельности Украинской повстанческой армии.

     Миф: Батальоны Нахтигаль, Роланд и дивизия Галичина были карательными подразделениями СС

     Цитата-миф: Израиль готов предоставить документальные доказательства зверств батальона Nachtigall SS под командованием Шухевича

     Коммунистическая партия Украины,

     заголовок сообщения на официальном сайте

     7 декабря 2007 года

     Суть мифа

     Во время Второй мировой войны немцы создали из украинских националистов батальоны Нахтигаль, Роланд, а также дивизию Галичина. Эти подразделения комплектовались из нацистских коллаборационистов, входили в структуру СС, подчинялись ее руководству и имели эсэсовские звания. Нахтигаль, Роланд и дивизия Галичина были созданы для уничтожения мирного населения на оккупированных территориях.

     Факты кратко

     Нахтигаль и Роланд действовали в составе Вермахта, никогда не входили в структуру СС, а их солдаты не имели эсэсовских званий. В начале германо-советской войны оба батальона выполняли вспомогательные функции, а осенью 1941-го были переформированы в 201-й охранный батальон полиции порядка.

     Дивизия Галичина, созданная в 1943 году, относилась не к общим СС, а к войскам СС и использовалась прежде всего как боевая часть.

     

     Бойцы батальона Нахтигаль. Фото: предоставлено Украинским институтом национальной памяти

     Факты подробнее

     Этот миф сформировался в советское время. В соответствии с ним, все участники украинского освободительного движения во время войны были предателями родины и марионетками на немецкой службе, с готовностью исполнявшие все прихоти «хозяев». Немцы же доверяли им лишь самую грязную работу — проведение карательных акций против невооруженного гражданского населения.

     Преимущественно авторы подобных «сенсаций» не видят разницы между военными формированиями, действовавшими на территории Украины в годы войны. Поэтому у обывателя обычно не возникает вопросов, когда он слышит с голубого экрана о «батальоне СС „Нахтигаль“». Но факты говорят о другом.

     Батальоны Нахтигаль и Роланд никогда не были подразделениями СС. Инициатором их создания был не рейхсфюрер СС Гиммлер, а ОУН, совместно с офицерами Вермахта, в частности из военной разведки (Абвера).

     Впрочем, каждый из инициаторов создания батальонов преследовал собственную цель. Оуновцы рассматривали эти два батальона как своего рода основу для будущей украинской армии. Ведь в начале 1941 года руководство ОУН знало о подготовке к войне Германии и СССР и рассчитывало, что именно в момент начала войны удастся поднять восстание на территории Украины и создать независимое государство.

     Для подготовки восстания и удержания территории в будущем нужны были люди с военным опытом и оружие. Однако в той ситуации, в которой оказалась ОУН после аннексии Западной Украины Советским Союзом, получить военную выучку ее члены могли в рядах лишь одной армии — немецкой. Страны Западной Европы не готовы были воспринимать ОУН как самостоятельного игрока и не предоставляли ей помощь. А переговоры с главным врагом — СССР ― тем более были неприемлемы.

     В переговорах с руководством Абвера представители ОУН выдвинули требование о создании специальных подразделений, в которых члены организации должны были пройти боевую выучку, а со временем стать основой для формирования новой украинской армии.

     У немецкой стороны были несколько иные планы. Нахтигаль и Роланд руководство Абвера рассматривало как разведывательно-диверсионные батальоны, которые во время войны должны были проводить диверсионные операции против советских военных частей, а также обеспечивать безопасность передвижения немецких частей, разоружение остатков Красной армии, охрану эшелонов с пленными и боеприпасами.

     Задания, которые ставили перед батальонами как руководство Абвера, так и ОУН, существенно отличались от задач, которые выполняло СС на оккупированных территориях.

     Рядовые и часть командиров батальонов были украинцами. Они носили военные, а не эсэсовские звания, а их командиры с немецкой стороны тоже были из вермахта. И Нахтигаль, и Роланд не подчинялись командованию СС.

     Несмотря на ожидания ОУН, участие обоих батальонов в боевых действиях было ограничено. Роланд летом 1941 года перекинули на территорию Молдовы и Одесской области, где его личный состав несколько недель находился в ожидании приказа, а потом подразделение снова вернули в Австрию.

     Батальон Нахтигаль в составе немецкой армии принимал участии во взятии Львова и дошел до Винницы. Уже в августе 1941 года его отозвали с фронта, а 16 сентября оба батальона переформировали.

     Совсем иной была история дивизии Галичина. Ее создание началось почти через два года после создания батальонов Нахтигаль и Роланд — весной 1943 года, на территории Восточной Галичины, входившей тогда в состав немецкого Генерал-губернаторства.

     

     Поручик дивизии Галичина Владимир Козак. Обратите внимание на петлицы: вместо эсэсовских рун в дивизии носили «льва» — стилизованный герб Галичины. Фото: предоставлено Украинским институтом национальной памяти

     Хотя в официальном названии формирования до апреля 1945 года присутствовала аббревиатура «СС», с самого начала дивизия была исключительно военным формированием. Поэтому она входила в структуры не общих СС (Allgemeine SS), а в так называемые войска СС (Waffen-SS). Таких дивизий существовало более 40, в основе половины из них был личный состав из граждан оккупированных и союзных Германии государств (хорваты, латыши, эстонцы, венгры, французы и пр.). Дивизия Галичина создавалась для совместных с вермахтом боевых действий.

     Рядовой и низший командный состав комплектовался из украинцев — преимущественно выходцев из Галичины. Командные должности от батальона и выше до 1945 года в основном занимали немцы, хотя были и украинцы ― например, одним из командиров дивизиона был Николай Палиенко.

     Украинцы вступали в ряды дивизии по разным причинам. Часть рассматривала пребывание в Галичине как возможность приобрести военный опыт и оружие для того, чтобы в будущем перейти в УПА, у которой на тот момент не было возможности обеспечить выучку и вооружить такое количество бойцов. Другие надеялись на ее основе сформировать украинские военные части для борьбы с СССР, пусть даже на стороне немцев. Были и такие, кто вступал в ряды дивизии, чтобы избежать принудительного вывоза на работу в Германию или не остаться на территории, которую вскоре должны были занять советские войска. Какую-то часть бойцов в Галичину мобилизовали принудительно.

     Официально ОУН(б) выступала против формирования дивизии и даже распространяла призывы к украинцам не вступать в ряды Галичины. Однако фактически определенное количество членов ОУН оказалось в ее составе. Они тоже хотели получить выучку и оружие, а также служить «связующим» звеном между бойцами дивизии и УПА с тем, чтобы в нужный момент организовать их переход в украинское подполье. В тоже время ОУН(м), наоборот, призывала молодежь вступать в ряды дивизии, рассматривая это формирование как возможность для вооруженной борьбы против СССР.

     Дивизия Галичина принимала участие в боях против наступления Красной армии. Летом 1944 года дивизию перебросили под город Броды на Львовщине, в распоряжение 13-го армейского корпуса в составе группы армий Северная Украина, где она заняла вторую линию обороны. Во время боя дивизию окружили и разбили. Из 11 тысяч бойцов вышло из окружения лишь около 3 тысяч, из которых около 1,5 тысячи во главе с генералом Фрайтагом отступили в направлении Закарпатья. Остальные либо погибли, либо попали в советский плен, либо присоединились к УПА. Всего дивизия тогда потеряла до 70 % личного состава.

     После переукомплектации дивизию отправили в Словакию, где она принимала участие в борьбе со словацкими партизанами. В январе 1945 года ее перебросили в Югославию для борьбы против коммунистических партизан Иосифа Броз Тито.

     Бытует миф о том, что дивизия Галичина будто бы участвовала в подавлении Варшавского восстания в августе — сентябре 1944 года, но это не соответствует действительности.

     В апреле 1945 года дивизия некоторое время воевала на фронте близ замка Гляйхенберг в Австрии. В конце апреля ее вывели из состава войск СС и присвоили новое название — 1-я Украинская дивизия Украинской национальной армии.

     После капитуляции Германии бойцов дивизии интернировали в британской и американской оккупационных зонах, а после 1948 года они разъехались по всему миру — в США, Канаду, Австралию, Аргентину и другие страны. В 1985 году для расследования фактов возможного присутствия в Канаде военных преступников, в том числе выходцев из Украины и стран Балтии, была создана так называемая Комиссия Дешена. По результатам изучения архивных материалов и допроса свидетелей в Канаде и Западной Европе Комиссия Дешена подготовила отчет, в котором ни один из эмигрантов ― бывших участников дивизии Галичина — не был признан виновным в совершении военных преступлений во время Второй мировой войны.

     —