Да, названия, банальнее этого, я придумать просто не смог :) Рассказ написан на конкурс "Мертвые Цивилизации".
Дезертир
Автор выражает огромную благодарность
Дмитрию Линкову akaHaktar'у за неоценимую
помощь консультативного характера ;)
Страх - вот что мы чувствуем всю свою жизнь, от рождения и до самой смерти.
Каждый день, каждый час мы чего-то боимся, и даже Цезарь трясется по ночам в холодном поту, зная, что однажды наступит момент, когда его не спасут ни власть, ни деньги, ни доблестные когорты преторианцев.
Мы все боимся за свою жизнь, и я - не исключение.
Серое небо висит так низко, что, кажется, стоит лишь поднять руку, и она тотчас покроется мелкой россыпью холодных капель.
Я стою перед трибуналом со связанными за спиной руками, поддерживаемый двумя рядовыми из моей когорты. Порванная туника, кровоподтеки в уголках рта и все мое тело как одна большая ссадина - квестионарий* не зря получает свое жалование.
Ветра нет.
Полное затишье - даже листья на деревьях словно бы замерли в ожидании чего-то... как в тот день.
День, когда я отвернулся от горящих безумным огнем глаз своего страха.
...Резкие выкрики центурионов, напряженные хмурые лица и запах пота, исходящий от тысяч тел, стоящих в три линии в сомкнутом строю. Я - в первом ряду, стою, оперевшись о воткнутый древком в землю пилум*, и холодная капля бежит по моему лбу из-под надвинутого на затылок шлема.
Страх - это то, с чем ты вынужден жить всю свою жизнь. Его нельзя ни погасить, ни искоренить, его можно лишь побороть - на час, на миг - на время, достаточное для выполнения своего долга.
Через несколько секунд протрубят наступление, и мы, подняв щиты на уровень глаз и взяв наизготовку свои дротики, начнем спускаться с холма к противнику четким печатным шагом.
Впереди - лес и виднеющиеся из него обросшие, перекошенные гневом лица. Грязные шкуры поверх кожаных курток, обитые металлом круглые деревянные щиты... Ты смотришь в глаза своему страху и видишь там лишь одну картину - себя с разрубленным напополам туловищем или же головой, болтающейся на одном позвонке - как шлем во время переходов.
Расстояние между нами и варварами неумолимо сокращается - если чуть-чуть прищуриться, можно разглядеть швы на одежде и цвет их блестящих в огне заходящего солнца глаз.
Тридцать шагов, мы останавливаемся, и воздух наполняется дождем из пилумов, выкашивающих первые ряды противника.
Конечно, попасть в туловище удается не всегда. Но, даже втыкаясь в щит, дротик делает свое дело - его наконечник никогда не закаливается, и защищаться пробитым им щитом становится невозможно.
Десять шагов - и мы успеваем лишь выхватить мечи и встать наизготовку, когда на нас обрушивается дикая, взбесившаяся лавина, сметающая все, что оказывается у нее на пути...
Наши ряды пробили на левом фланге.
И когда мой манипул стали зажимать в кольцо, когда я упал в холодную грязь - без щита и с острой, жгучей болью, исходящей из раны на левом плече, - и увидел глаза варвара, занесшего надо мной огромный боевой молот, вот тогда я и бросил свой меч.
Страх... когда слепой кормчий протягивает тебе худую костлявую руку, все, что ты чувствуешь - это непреодолимое, всепоглощающее желание жить.
Ты забываешь обо всем.
Долг, честь - все это становится таким далеким и чуждым...
Ты ни о чем не думаешь.
"Жить, жить, жить..." - все твои мысли сводятся к этому слову, такому простому, но столько в себе вмещающему...
Страх нельзя убить. Потому что, если ты все-таки это сделаешь, то умрешь сам.
Тот варвар - я не помню, что с ним случилось. Скорее всего, его сразу же зарубил кто-то из наших... не знаю.
Я отшвырнул свой гладий, поднялся и, зажав правой рукой кровоточащую рану на плече, побежал, насколько мне позволяла охватившая меня слабость, прочь с поля боя, видя перед собой только эти безумные глаза.
Как я остался в живых - на этот вопрос я не могу ответить даже сейчас. Наверное, в тот вечер я чем-то приглянулся Фортуне... Пелена страха, застилающего мозг, кровь, сочащаяся сквозь пальцы, и дикое желание жить - это все, что я помню.
Я выжил там, чтобы умереть здесь.
Лежать в холодной грязи с расплющенной головой или быть забитым до смерти на глазах всего легиона - что бы выбрали вы, представься вам такая возможность?
Долг важнее жизни - наверное, я понял это слишком поздно.
Да и смог бы я осознать это тогда, сжимая рукоять меча во вспотевшей ладони и смотря на заросшее лицо своего страха?
Мы стоим в кольце из солдат первой когорты, и два легионера поддерживают мое полуобмякшее тело.
Цепь размыкается, и ко мне, в сопровождении двух спекуляторов*, подходит трибун, держащий в руках короткую дубинку.
Одно касание - и он выходит из круга, не проронив ни слова.
Кольцо вокруг меня сжимается.
Fustuarium*. Бросаешь в бою оружие, и те, с кем ты бился плечом к плечу, на смерть забивают тебя дубинками.
Рука все еще болит. Издав тихий стон, я поднимаю голову и бросаю взгляд на застилающее небо месиво серых туч.
К вечеру, наверное, пойдет дождь.
...
*Квестионарий (лат. quaestionarius) - штабной офицер, отвечавший за ведение дисциплинарных дел в легионе.
*Пилум (лат. pilum) - дротик, состоящий из длинного деревянного древка (около 1 м) и металлического острия примерно той же длины.
*Спекулятор (лат.speculator) - офицер, предназначенный для исполнения или надзора за исполнением смертной казни.
*Fustuarium - смертная казнь битьем палками, приводимая в исполнение сослуживцами наказанного.