- Возьми лучше ложку, ты ножом пока не умеешь.
Перепачканные клубничным джемом пальцы, гнутая чайная ложка и клетчатый передник. Девочка старательно сопит, неуклюже держа ломтик хлеба.
- Рио, не получается! Не получается! - сетует она жалобно.
Капля тягучая, алая. Держится на поджаренном краю ломтика, не торопится упасть. Солнечный луч весело щекочет девчонкин нос. Брат заговорчески подмигивает:
- Старайся! У меня получилось на прошлой неделе, ты же знаешь! И я видел!..
Торопливые лёгкие шаги, скрип половиц. Мама в дверях - как всегда, внезапно. Малышка вздрагивает, ложка летит на пол - туда, где у ног разливается маленькое клубничное озеро.
- Пресвятая дева, да что это?
Мамины брови хмурятся и становятся похожими на волны, которые любит рисовать Либби. Только сейчас эти волны не предвещают ничего хорошего.
- Что вы тут натворили? Ривер!
Брат спрыгивает с высокого кухонного стола, хватает тряпку.
- Я уберу.
Либби всё ещё держит в руке ломтик хлеба, измазанный джемом. Глаза малышки медленно наполняются слезами.
- Мама! Не ругай нас! - звонко кричит она. - Ривер хочет взять меня в Промис Плейс! Я почти намазала тост снизу, но джем всё равно падает!
Чёлка падает на глаза, мальчишка старательно оттирает пол. Мама хмурится всё сильнее.
- Рио, ей шесть лет, тебе двенадцать! Сколько можно так зло шутить над сестрой? Оттирай пол и марш в сарай! Ты наказан до утра!
- Он не шутит! Это взаправда! Мама, не надо-о-оо!!!
Либерти громко и отчаянно ревёт, крупные слёзы падают в озерцо джема. Щёки Ривера то бледнеют, то покрываются пунцовыми пятнами. Он молча вытирает остатки ключа в Промис Плейс.
- Как тебе не стыдно забивать голову сестрёнке идиотскими выдумками! - гремит отец, запирая за старшим сыном тяжёлую дверь сарая.
- Это не выдумка, - отвечает Ривер спокойно и уверенно. - Я видел Промис Плейс.
Взрослым не объяснить, что двери в Промис Плейс открываются необычным. Например, тостом с джемом, намазанным на хлеб снизу. Или бегущей по воде рыбой. Но отец никогда не слушает. И мама не верит. И сестрица Рейн дразнится фантазистом.
...Часы бьют тринадцать, четырнадцать, пятнадцать... Где-то внутри них маленькая шестерёнка дёргается вперёд-назад, пытаясь удержать время. Ривер бы их починил. Девушка в чёрном траурном платье подносит платок к заплаканным глазам. Замирает и прислушивается.
Двадцать, двадцать один...
- Промис Плейс! - шепчет она. - Ты обещал, слышишь?
В ладонь ложится хлебный ломтик - как когда-то в детстве. Перехватить двумя пальцами - так удобнее мазать. Правая рука шарит по столу в поисках ножа. Скорее же, Либби!
Двадцать два, двадцать три...
Алые капли вишнёвого джема дрожат на лезвии ножа.
- Не падайте, пожалуйста, - плачет девушка. - Если ты не ошибся, Рио... Дай мне знать!
Двадцать трииииииииии...
В сумерках за окном вспыхивают огни и мимо дома с рёвом и грохотом мчится поезд в Промис Плейс. Жухлая ноябрьская трава под его колёсами не мнётся.