На взоре пламенном печаль,
Он потерял себя в тревогах.
Искал  себя, борясь, во снах,
Но только смысла жизни жаль.
Он находил его, прям мельком,
Спросонья открывал глаза,
И там запекшись аж слеза,
А в горле застревает ком.
Он смысл жизни щупал прямо!
Вот так, рукою поводя,
Хватал за шиворот, бредя
По сновиденческим дорогам, мама...
А маму часто вспоминал,
В том сне, - в каком не помнит, - он
Был погружен щемяще в детство, сон
Его на край безбрежный звал.
А как понять 'безбрежный край'?
Ну вот, он в этом находил
Бессонный смысл, им он жил
Пока еще сон теплился, но рай
В его предчувствии саднил,
Он шел намеренно в экстаз,
Его там было много раз,
И медленно под нос себе бубнил
Простые истины о том,
Что время движется исконно
Мотком, клубком, оно бездонно,
И нить его обвяжет все кругом.
Моток развертится, следи!
Моток-клубок исчезнет быстро!
И не поймешь где правды чувство.
Ты не поймешь себя, иди
Пока еще есть путь во сне,
Пока еще ты бесконечен
В своей предъясности мечтать,
И в той мечте себя искать,
Познав, что сон сей скоротечен...

О правде дня то суть простая.
На солнце глядя, видим сон.
Моментом только, или в стон
По жизни погружает образ рая.

И спим нечаянно иль веско.
Секундой спим иль навсегда.
И не даем себе труда
Понять, что время близко.

Какое время, о чем речь?
А то, что есть судьбы момент,
В котором суть, в котором нет
Затменья; в коем мгла и - ночь.

Судебный занавес из мглы.
В душе распялит сердце пламень.
Нагреет бывший стылым камень.
Размякнет он. Штаны малы...

Уж вырос, и давно, и матерь
Рукой проводит по плечу,
И смотрит: будто в крик кричу...
И молча смотрит. Веры тварь
Залезет в сердце как иглой,
Вопьется в пустоту надежд.
И он поймет, что правде чужд.
Поймет, что сам себе изгой...

Стих философский, это так.
Но так же в нем закрылась суть.
Закралась? Выйдет как-нибудь.
И это будет рая знак.