Аннотация: Столкновение неизвестности и предсказуемости быта.
Туман.
- Смотри, как я умею! - стоя на балконе, я затягивал сигаретой и выпускал дым в густой, уличный туман.
- Ты нормальный? - она отошла дальше от двери на балкон, пятясь в центр зала.
- А что? - по мне, так это была отличная шутка. Своего рода каламбур: дым выпускать в туман.
- А если там горючее какое? Сейчас взорвемся тут все! - она сильно беспокоилась.
- Нет, не может быть, - я пытался перекричать дверь, стеснявшую наш разговор, - Тогда давно бы уже случился взрыв, если в воздухе что-то очень горючее, - затем, немного подумав, - Да это и в принципе невозможно.
Я выбросил окурок вниз и еще раз вдохнул этот странный вечерний воздух. Кто-то наверху или внизу (я, право, не знаю, кому принадлежит туман) испарил молоко. Добавил в него немного краски, запаха газа и спустил нам.
Выходить в такой туман казалось занятием опасным, поэтому я курил на балконе. Скидывал окурки вниз, с четвертого этажа.
Водители сбавили темп, поняв, что фары в такой вечер не смогут спасти. Прохожие же, наоборот весело бежали. Они вели себя как дети: смеялись, дразнили друг друга, курили. Так близко они в тот момент были от своей рутинной жизни, но не могли разглядеть ничего. Они не видели предприятий, на которых работают, магазинов, где покупают продукты, своих крохотных квартир.
- Как мало нужно людям, - я закрывал балкон и вел ее на кухню, - всего лишь туман, а они так радуются.
- Ничего себе всего лишь туман. Он краской пахнет! - она села за стол, выдвинув перед этим мне стул.
Она уже приготовила лапшу и чашку чая. Лапша, на мою радость, еще производила пар, белые волны которого исходили из самой глубины блюда.
- Спасибо, - я радостно тянулся за вилкой, как заметил легкое недовольство в ее лице. Словно я не сделал что-то, что страстно обещал. - Все в порядке?
- Нормально, - значит через несколько секунд она скажет чем недовольна. "Нормально" - это вступление. Не весь ответ.
- Просто, - как знал, - я спать хочу, а ты есть.
- Ну я же быстро поем и спать пойдем. Хорошо? - я говорил мягко, стараясь тоном благодарить ее за самоотдачу.
- Только быстрей, - немного обижено.
Я очень спешил. Старался как мог, ведь от этого зависело, в каком настроении мы ляжем спать, а следовательно и проснемся утром.
Она вертела головой в поисках хоть чего-то, что отвлекло бы ее от сонливости и позволило бы не уснуть еще некоторое время. Сначала под руку подвернулась газета. "Рабочий" за июль. С интересом она взяла номер в руки.
- Ого! - после того, как она прочитала первый же заголовок.
- Что там? - не поднимая голову от тарелки.
- У нас еще один приют будут строить. Только, подожди. - посмотрев дату газеты, она с сожалением заключила - Газета за прошлый год. Капец.
Она отложила газету и посмотрела в окно.
- А тебе не кажется странным такой туман? - в простой попытке отогнать сон и занять себя хоть чем-то некоторое время, она нагнала страх.
- Не знаю, - с набитым ртом пробубнил я.
- Ни разу такого тумана в жизни не видела. Вчера же тоже туман был. Но не такой. - она встала и открыла окно. По подоконнику на пол медленно сползал дым. - Он пахнет еще сильнее!
- Кто пахнет? Прости, я задумался просто.
- Туман, кто еще.
- Краской?
- Еще чем-то. Точно химическим.
Закрыв окно она пристально посмотрела на меня. Возможно, она ждала: "Это просто результат работы заводов. Ничего страшного. Можно спокойно ложиться спать". В ее темных карих глазах, чуть прищуренных из-за ночи, отпечаталась тревога.
- Сейчас тоже понюхаю, - чуть переигрывая, я пытался обратить все в шутку. В игру перед сном.
- И что думаешь? - она стояла за моей спиной, скрестив руки на груди от холода.
- Ну, пахнет, не очень. Не знаю чем, но точно пахнет.
Туман хорошо маскировался, вот в чем проблема. Узнать, что именно за запах он хранил в себе, было практически невозможно: как только я открыл окно, лишь на секунду, мгновение обоняние почувствовало присутствие нового запаха. Вдохнув поглубже, ничего не обычного в этом тумане не осталось. Застигнутым врасплох зверем, запах прятался в ноздрях.
- Знаешь, что, - я обнял ее плечи и подтолкнул в сторону спальни, - пойдем спать.
- Ты доел, наконец? - переигрывала она удивленным тоном.
- Да. Только знаешь, - стараясь быть тактичным, я чесал лоб в поисках точных менее точных слов, - лапша немного пересолена была.
- А чего ты от меня хотел в час ночи? - разгорячившись, она высвободилась из моих объятий и поспешила в постель.
- Прости. Просто подумал, что важно это.
- Кому важно? Зачем? Ты хитрый такой. Захотелось тебе кушать - я приготовила. А тебе в итоге еще и не понравилось. - она отвернулась и громко вздохнула.
Мы лежали на маленькой кровати, не рассчитанной на ссоры. В ней необходимо было обняться. Размер и неудобство нашего ложа являлись, своего рода, причиной примирения. Нельзя, конечно, сказать, что мирились мы исключительно из-за размера кровати, но это играло не последнюю роль.
Крохотная кровать, вообще, напоминает о неизбежности и обязательности ссор. Споры и разногласия случаются, но на кровати больших размеров будут расти пропорционально тому, как может вырасти расстояние между вами во сне.
- Прости. Правда не должен был тебе говорить про соль. Мне бы спасибо сказать. Прости меня. - она лежала ко мне спиной. На боку. Я обнял ее. Оказалось, что она уже спала, глубоко дыша во сне.
Мне ничего не оставалось, как уснуть не прощенным, надеясь, что во сне она повернется и обнимет меня.
Напоследок, я посмотрел в окно. Туман быстро увеличивался, проникая в комнату через оконные щели.
Конец. Ноябрь 2011.