Лёд подо мной хрустел тонко, как стекло, готовый в любой момент сомкнуться над чёрной прорубью. Я сидел на складном табурете, купленном в том же хозяйственном, что и сачок, и смотрел в черный круг лунки. На дне, в метре от поверхности, мерцало слабое золотистое пятно - яйцо, завёрнутое в сетку сачка и прижатое ко дну парой гладких булыжников. Вода в Невском заливе пахла железом, тиной и зимней смертью.

Я открутил крышку термоса и выпил последние капли остывшего чая. Ночь была долгой. Я зябко поежился и потопал свежекупленными ботинками по льду. Прошлым днём яйцо постоянно согревало меня и салон машины. Опустив его в ледяную воду я будто бы впервые ощутил холод этой зимы.

Рядом, развалившись на льду тюленей ленивой гусеницей, лежала нерпа. Усатая морда, тёмные, умные глаза. Она то поглядывала на меня, то тыкала носом в сторону проруби и издавала короткий, хриплый звук, похожий на сдавленное "аф!". Как будто спрашивала: "Ну что, долго ещё?" Неподалёку, обнюхивая каждую трещинку во льду, носился Мики. Щенок, казалось, воспринял всю эту ледяную эпопею как увлекательную игру. Иногда он подбегал ко мне, тыкался холодным носом в руку, получал почёсывание за ухом и снова мчался исследовать белое безмолвие.

Час назад он обнаружил на льду в полукилометре от проруби отпечатки босых ног. Не хотелось даже думать о том, кто их оставил. Нерпа время от времени спускалась в воду, проверяя яйцо и принося мне обратно разные приятные мелочи со дна - крышки от пивных бутылок, упаковки от презервативов, потемневшую монету, осколок рунического камня, невесть как там оказавшийся.

- Нет, это не сокровище, - сказал я ей, но она продолжила требовать сардин в награду - пришлось открыть вторую банку, которую я надеялся съесть сам.

Ночь была тихой, звёздной и безжалостно холодной. Фонарь, воткнутый в лёд рядом, отбрасывал жёлтый, дрожащий круг. Я вызвал статус яйца. Окно повисло в воздухе, строки дрожали от мороза.

Яйцо золотого феникса (уникальное)
Состояние: стабильно. Эмбрион активен.
Температура воды: 2№C.
*Скрытое достижение "Морж": 14 часов 37 минут / 24 часа.*

Четырнадцать с половиной часов. Ещё почти десять мучительного ожидания. Счётчик полз, как раненый жук. Каждая минута давалась ценой внутреннего тремора - не от холода, а от сомнений.

"Зачем?" - тонкий, хрустальный голосок прозвучал прямо у меня в голове, заставив вздрогнуть. В нём не было привычной теплоты, только недоумение и лёгкий, детский испуг. - "Почему опять холодно? Я не понимаю".

Я вздохнул, пар облаком вырвался в ночь.
- Это тренировка, - тихо сказал, понимая, что он меня скорее всего не слышит. Но хотелось слышать свой голос, убеждать и себя тоже. - Испытание. Мы должны его пройти, чтобы ты смог расти быстрее. Чтобы стать сильнее.

"Зачем мне становиться сильнее? Хочешь, чтобы те, кто тебя преследуют, начали тебя бояться?"

- Да. И за этим тоже. А еще, чтобы сделать ремонт в квартире, которую ты спалил.

"Мне страшно. Тёмно. И холодно. Как тогда, когда тебя не было".
Его "тогда" - это часы в выгоревшей квартире, один на один с угасающим пламенем и нарастающей паникой. В голосе зародыша звучала та же пустота, что грызла меня изнутри сейчас.

- Я знаю, что делаю, - сказал я, и слова повисли в морозном воздухе пустой, хрупкой скорлупой обещания.

Но я не знал. Впервые использую эту новую способность - "Глаз тренера". Что, если я неверно истолковал условия? Что, если двадцать четыре часа в ледяной воде - это не путь к ускорению, а билет обратно в анабиоз? Глубокий, беспробудный сон, из которого я уже не смогу его вывести. У меня нет второго пера феникса. Нет знаний. Только слепая вера в строчки интерфейса, который и ко мне-то всю жизнь относился как к досадной ошибке.

Я нашёл это место уже глубокой ночью, после долгих блужданий по льду. Бил ломом, слушал, как гудит лёд под ударами, выискивая участок потише, подальше от трещин и промоин. Прорубь получилась шириной почти в метр - чтобы можно было свободно орудовать сачком на длинной ручке. Я прощупал дно - илистое, вязкое. Глубина - около полутора метров. Не идеально, но сойдёт.

Именно тогда из чёрной воды, с тихим плеском, показалась усатая морда. Нерпа. Она вылезла на лёд, отряхнулась, кашлянула и уставилась на меня изучающим взглядом, полным немого вопроса: "А ты кто такой и что тут забыл?" Животные раньше на меня внимания не обращали. Разве что бродячие собаки, да и то лишь затем, чтобы облаять. Это была работа новой профессии - магнитом притягивать к себе всё, что дышит и может быть полезно. Я достал банку сардин, открыл её скрипящим ключом, выложил несколько рыбин на лёд. Нерпа мгновенно проглотила угощение, облизнулась, и перед моими глазами тут же всплыло навязчивое окно с предложением. Ещё один питомец. Почему бы и нет.

"Выберите имя питомца"

"Нерпа", - уверенно ввел я.

Я вышел на берег, оглядев покрытый льдом залив. Прорубь далеко от берега, присыпана снегом - её почти незаметно, а к утру она должна покрыться тонким слоем льда. Я пробил ещё несколько прорубей в окрестностях, чтобы не привлекать к этой излишнее внимание. Вдобавок притащил с пляжа знак "Тонкий лёд! Опасно!" и вкопал прямо напротив.

Место было безлюдное. Положить яйцо в инвентарь не сможет ни один игрок, это привязанный предмет. Максимум, что мне грозит - это если какой-нибудь рыбак вытащит его и унесёт домой, как сувенир. Но я всегда смогу отследить его по карте.

Плевать, лишь бы не вытащили из воды раньше времени и не обнулили счетчик ачивки. Тогда придётся начинать всё с самого начала.

А времени у меня совсем не было. Нужно было двигаться вперёд как можно скорее - шанс нового шага со стороны "Крыла" или "Орбиса" нарастал с каждым часом.

"Охраняй", - сказал я нерпе, своему новому питомцу, указывая на прорубь. Нерпа тявкнула - коротко, деловито - и уселась на краю, свесив в воду ласты. Сторож. Теперь можно было ненадолго отлучиться. Она, конечно, станет неуправляемой, как и яйцо, когда расстояние между нами увеличится. Но я вынужденно шёл на этот риск. С рыбаком ей не справиться, но любопытных рыб отгонит.

---

Свидание с отцом было тягостным и необходимым злом. Я приехал в "Старый город" - уютное, пафосное кафе с кирпичными стенами и запахом дорогого кофе - чувствуя себя волком в овечьей шкуре. Мой вид - помятая куртка, тёмные круги под глазами, нервный взгляд, метающийся по окнам и входам - явно выбивался из общей картины.

Отец уже сидел за столиком у окна. Он казался ещё более хрупким, чем обычно, его лицо, испещрённое морщинами, было бледным. Увидев меня, он резко встал, стукнув коленкой о стол.

- Степаш! - его голос дрогнул. Он обнял меня, костлявыми руками сжал так, что хрустнули рёбра, потом отодвинул, вглядываясь в лицо. - Господи, сынок, что с тобой? Квартира... я был там... это же...

- Я в порядке, пап, - перебил я, усаживая его обратно. - Случайность. Повезло, что меня не было дома.

- Какая случайность? - он понизил голос, наклонившись через стол. Его глаза, выцветшие, но острые, буравили меня. - Мне соседка сказала, утром какие-то люди у твоей машины крутились. В форме, но... не полицейские. И потом эти звонки...

- Какие звонки?

- Незнакомые номера. Спрашивали, как тебя найти. Вежливо так, но... настойчиво. Я сказал, что не знаю. Степа, что происходит? Ты в долги влез? С кем-то связался?

Я глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Лгать ему не хотелось. Но и всю правду вываливать - значило втянуть его в эту яму с головой.

- Я был на вылазке в подземелье, - начал я осторожно. - Работал по контракту. Вместе с другими. Работа сорвалась, начались разборки между теми, кто вылазку организовывал, и теми, у кого было право на добычу. А я... я просто был там. И теперь они думают, что я что-то оттуда унёс. Что-то ценное. Ищут меня. Могут попытаться через тебя давить.

Отец молча слушал, лицо его становилось всё суровее. Он прожил долгую, нелёгкую жизнь, видел всякое. Паника в его глазах сменилась холодной, старческой яростью.

- Бандиты, - тихо выдохнул он. - Обычные бандиты, только в дорогих костюмах. Что делать?

- Тебе нужно на время уехать, - сказал я твёрдо. - К друзьям, к родственникам. Подальше от города. Пока я не разберусь.

Он кивнул, не споря. - Уеду. К Вадиму, в деревню. Он меня звал. Там тихо. А ты?

- Я решу это. Обещаю. В кратчайшие сроки.

Мы заказали чай. Некоторое время сидели молча, слушая тихую музыку и гул голосов. Потом разговор сам собой свернул на воспоминания - о лете на даче, о маминых пирогах с яблоками, о том, как я, пятилетний, вместе с братом пытался смастерить лук из орешника и поранил палец. Обычные, тёплые, беззаботные истории из другой жизни.

Провожая меня к выходу, отец вдруг крепко сжал моё плечо.

- Помни, что твой брат всегда говорит, - его голос стал тихим, но очень чётким. - "Если нельзя пройти сквозь стену - не бейся головой. Ищи дверь. Или сделай её сам". Ты всегда был упрямым, Степка. Но умным. Ищи дверь.

Брат говорит. Отец всегда вёл себя так, словно Макс ещё жив, просто пока не вернулся. Я был с ним в этом согласен. Он не мог просто исчезнуть.

Он обнял меня на прощание и протянул небольшой сверток с деньгами.

- На первое время, - сказал он, - Пока не решишь проблемы.

- Ну что ты, - я мягко отстранился от конверта, - Я не могу.

- Это твои же деньги, Степка. Ты мне отсылал после каждого удачного рейда. Я копил, думал, на свадьбу тебе... а теперь - на жизнь.

- Брось. Всё будет хорошо.

Я вышел на холодную улицу, сжав в кармане кулаки. Его слова эхом отдались в сознании, стучась в какую-то глухую, запертую до сих пор мысль. Сделай её сам...

Когда я вернулся к заливу, картина изменилась. Лёд вокруг проруби растаял, образовав полынью диаметром метров в двадцать. Вода в ней дымилась паром. Почувствовав моё приближение, нерпа уже аккуратно подталкивая носом к берегу моё яйцо. Оно лежало на самом краю льда, сухое и сияющее, будто только что из печи.

- Молодец, - хрипло похвалил я Нерпу, поднимая яйцо. Оно было горячим, почти обжигающим. Статус замигал радостным уведомлением:

Вашим питомцем получено достижение!

"Морж" - создание огня провело ночь в ледяной пучине. Теперь оно лучше понимает свои способности: +15% к силе атак огнём, +10% к скорости атак

Опыт: +500
Золото: +1000
Получен ключ: "Врата Огненной Кузницы" (Ранг: E)
Питомец получает квест "Огненная ванна"!

"Проберитесь в сердце джунглей и искупайтесь в одном из знаменитых горячих источников вулкана Огненная Кузница"

Награды: разблокировка таланта "Акселерация".

Ключ в инвентаре оказался небольшим бруском из тёмной, пористой вулканической породы, испещрённым прожилками расплавленного золота. Ранг E. Я никогда не был в подобных подземельях. Обычно мой удел - F, да и то, только под охраной воинов. Это был новый уровень опасности и, возможно, новых возможностей.

"Врата Огненной Кузницы"

Максимальное количество игроков: 1

А я надеялся позвать в первую вылазку кого-нибудь из знакомых воинов. Не то, чтобы их у меня было особо много. Что ж, не судьба.

Значит, придётся идти в одиночку.

Перед тем как уехать, я попытался отпустить нерпу. Показал жестом на воду, на свободу. Она посмотрела на меня, потом на воду, снова на меня и издала обиженное "аф!", тычась мордой в мою ногу. Преданность, купленная за банку сардин, оказалась железной. В голову пришла безумная идея. Я открыл инвентарь, мысленно сконцентрировался на образе нерпы. "Поместить в стазис?" - запросила система. Я согласился. И нерпа тоже не возражала. Она тут же свернулась в клубок, её тело потеряло плотность, превратившись в полупрозрачный голографический жетон с её изображением. Я поместил жетон в свободную ячейку. Работает. Значит, и Мики, при необходимости, можно будет так спрятать. Свободнее не стало, но хотя бы решался вопрос транспортировки.

Я положил яйцо на пассажирское сиденье, Мики запрыгнул на заднее, сунув нос между сиденьями и тычась в мою шею холодным носом. Завёл машину. Карта уже показывала метку - вход в подземелье был где-то в районе грузового порта.

---

Городской порт ночью - это царство бетона, ржавого металла и резких теней под жёлтым светом прожекторов. Высокий забор с колючей проволокой, шлагбаумы, будки охраны. Метка на карте вела вглубь промзоны, куда без пропуска было не попасть. Я медленно объехал периметр, высматривая слабое место. Камеры висели почти на каждом столбе. Почти.

В одном месте к внешней стене вплотную примыкало старое кирпичное здание какого-то склада. Окна начинались только с третьего этажа. Сама стена была гладкой, из силикатного кирпича, забраться по ней без снаряжения было невозможно. Но в десяти метрах от угла я заметил камеру, смотрящую в противоположную сторону, на главные ворота. Мёртвая зона.

Я подошёл к стене, осмотрелся ещё раз. Тишина, нарушаемая лишь далёким гулом портовых кранов и воем ветра в растяжках. Достал из инвентаря кирку. Воксели ярко отсвечивали непривычно яркими для реального мира цветами. Взвесил в руке. Не для боя. Для работы.

Размахнулся и ударил. Не со всей силы - с точностью. Кирка с сухим хрустом вошла в кирпич, как в песок. Ещё удар, ещё. Осколки полетели на снег. Через минуту в стене зияло ровное, почти квадратное отверстие метра полтора в высоту и чуть меньше в ширину. Края были неровными, но пролезть можно было, согнувшись. Я заглянул внутрь - темнота, запах мазута и старого металла.

- Тихо, - шепнул я Мики, который с интересом наблюдал за процессом. Щенок вильнул хвостом и притих, прижав уши.

Я протиснулся внутрь, почувствовав, как кирпичная крошка осыпается за воротник. Мики ловко юркнул следом. Мы оказались в узком проходе между двумя цехами. Карта в интерфейсе показывала, что до цели - метров триста.

Что-то металлически громыхнуло неподалёку. Я замер, прислушался. Сигнализация? Или штукатурка начала осыпаться? Я выждал несколько секунд и пошёл дальше.

Территория порта была лабиринтом из труб, рельсов, штабелей контейнеров и приземистых складов. Я двигался от тени к тени, прислушиваясь к звукам. Где-то хлопала дверь, кто-то крикнул. Но в целом - ночная смена дремала.

Внезапно, в паре метров от нас по земле пробежал луч прожектора. Я снова замер. Прислушался. Справа донеслись шаги.

- Сработал датчик движения в тридцать седьмом складе. Я проверю, - сказал кто-то в рацию.

Остановился, вероятно оглядываясь по сторонам, и быстрым шагом направился в нашу сторону. Я вжался в стену. Дал Мики сигнал выбежать из за угла и пробежать к соседнему цеху. Нужно было отвлечь внимание охраны.

- Тут собака бегает, может на неё среагировало, - сказал охранник в рацию.

Шаги приблежались. Из-за поворота показался человек в черной форме охранника. Над головой висел ник и полоска здоровья. Игрок на подработке. Светя фонариком перед собой он направился куда-то мимо меня. Пикнул замок, хлопнула дверь на склад.

Можно было идти дальше.

Вход в подземелье, как и показывала карта, находился прямо на путях узкоколейки, уходящей вглубь территории. Рельсы блестели под луной. Я уже подходил к отмеченной точке, как услышал нарастающий гул и лязг. Из-за угла склада, озаряя путь фарами, выкатился небольшой электрический состав, тянущий несколько платформ с контейнерами. Я отпрыгнул в сторону, прижавшись к стене. Поезд прошёл мимо, грохот заполнил всё пространство. И я увидел, как он, не сбавляя хода, проехал прямо сквозь ту точку в воздухе, где должен был быть вход. Ни вспышки, ни искажения. Состав проследовал дальше, как ни в чём не бывало.

Такие лазы разбросаны по всему городу, но если врата закрыты, увидеть их сможет лишь обладатель ключа. Нужен ключ. Я сжал в потной ладони тёплый каменный брусок и шагнул на рельсы, прямо в то самое место.

Перед глазами вспыхнул яркий интерфейс входа в подземелье.

Никогда не видел такие - я всегда был ведомым, членом дополнительной группы с выданным заранее приглашением.

Подземелье "Врата Огненной Кузницы"

Максимальная численность группы - 1 игрок.

Войти?

Ощущение было знакомым - лёгкое головокружение, покалывание по всему телу, как будто сквозь тебя прокатилась волна статического электричества. Мир закружился, поплыл. Звуки порта - гул, лязг, ветер - резко оборвались.

И сменились.

Грохот стали и машин стих. На миг я погрузился в звенящую тишину. И тут её разорвал оглушительный грохот падающей где-то неподалёку воды. Воздух ударил в лицо - густой, влажный, пахнущий прелью, цветущей лианой и едкой серой. Он был таким вязким, съедобно-густым, что его почти можно было жевать. Я на несколько секунд потерял равновесие от такой резкой смены "канала", но быстро пришёл в себя и открыл глаза.

Передо мной бушевали джунгли. Неподдельные, первозданные, с гигантскими деревьями, чьи стволы были толщиной с дом, с пышным, почти непроницаемым пологом листвы где-то на недосягаемой высоте. Воздух дрожал от звона цикад и криков невидимых птиц. А прямо передо мной, в паре километров, вздымался к задымленному небу исполинский конус вулкана. По его склонам стекали оранжевые реки лавы, освещая всю долину зловещим заревом, бьющим в такт скрытому пульсу земли. Дым, густой и чёрный, как чернила, вырывался из жерла и полз по небу, заслоняя звёзды.

Подземелье. "Огненная Кузница". Ранг E. И путь, судя по всему, лежал прямо на вершину этого пылающего великана.

Проверил инвентарь. Сменка одежды, вода, туристическая посуда, сухпайки для меня, консервы для Мики, несколько зелий здоровья

В руке по-прежнему было теплое яйцо. Рядом, поскуливая, прижался к ноге Мики, ошеломлённый резкой сменой декораций. В инвентаре лежала застывшая во времени Нерпа. С этим зоопарком, парой пачек сухарей, киркой и тремя банками здоровья мне предстояло пройти своё первое в жизни одиночное подземелье. Которое легко могло стать последним.

Я сделал глубокий вдох, в котором смешались запах серы и сладковатый аромат тропического цветка. Дверь я сделал. Теперь предстояло пройти сквозь неё.