Скрут
Маленький маг(рабочее)

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
Оценка: 4.52*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Молодой, талантливый маг возвращается домой, туда, откуда его похитили семнадцать лет назад. Возвращается в тот самый миг, когда его похитили...

Вступление


  Они взбирались по склону, спотыкаясь и поскальзываясь, обдирая руки в кровь и раздирая в лохмотья одежду. Его гнала наверх нестерпимая жажда почти сбывшейся мечты. Почти все уже готово, почти все собранно, осталось только привести девушку. Довести, дотащить...
  Почему она шла с ним? Это элементарно: он ее спасал, он ее любил. Теперь она с радостью согласилась на его безумную мысль. Согласилась после двух долгих лет поисков всех необходимых ингредиентов. После четырех лет разработок нужного заклятья.
  Под ноги попался ненадежный булыжник, вывернулся, с шумом покатился вниз, увлекая за собой все новые и новые камни. Он кое-как удержал равновесие, оглянулся на начавшийся маленький обвал. Вот так все и началось семнадцать лет назад. Только камнем, начавшим обвал, был он сам. И теперь камню хотелось вернуться туда, откуда его забрали семнадцать лет назад.
  Семилетий щенок - мало того, что сумел выжить, мало того, что сумел выучиться у своего мучителя, мало того, что сумел победить своего учителя, он перевернул вверх тормашками весь мир своими странными понятиями свободы. И теперь прокладывал дорогу назад. Домой. В тот дом, который он едва-едва помнил.
  -Добрались, - выдохнул он, без сил валясь на плоский камень, спокойно лежавший на краю круглою площадки, венчавшей небольшую горушку.
  Его хриплый голос с властными, уверенными нотками едва слышно донесся до девушки.
  -Ты все-таки безумец, - едва слышно прошептала девушка, так же валясь на камень. - Заклятье ты поставил?
  -Ага. Чтоб дожди да ветры не тронули.
  Круглая площадка не была ровной. Ее поверхность избороздили линии, на ней лежали вещи, которые не могли очутиться в таком большом количестве на столь маленьком клочке земли. Дырявый шлем, истлевшая кисть, перья, какие-то тряпки, в которых лишь с трудом угадывалась кукла, несколько разноцветных камней, бурый кусок давно высохшей плоти.
  -Оксаграмма сбилась. Видишь, линии кривые? - указала пальцем девушка.
  -Не трогай, так и задумано. Заклятье не позволит измениться тому, что в круге. Только человек сможет снять заклятье. Но, слава богу, люди тут редко ходят.
  -Кому слава? - не поняла девушка.
  -Богу. Так мама говорила. Это чуть ли не единственное, что я помню. Пить хочешь?
  -Не откажусь. Все-таки, последний раз в жизни.
  -Не говори так, - покачал он головой, доставая из сумки флягу. - Я после подобного заклятья выжил. Да и тебя постараюсь спасти.
  -Как?!! - вопрос больно бьет по чему-то в его душе, он не отвечает.
  Некоторое время они молча ели, не жалея запасов. Запасы им были не нужны в любом случае. Уж охрана-то об этом позаботится.
  Что он будет делать дома? Ведь ничего же не знает о том мире. Знает лишь то, что магии там почему-то нет. Зато есть телевизор. В котором горят какие-то лампы, и оттого он показывает. Есть машины, в которых почему-то ревет Мотор и выдыхает вонючий дым. Есть велосипеды, на которых нужно ездить, крутя педали. Как мало он помнит о доме! Что он будет делать, не зная абсолютно ничего? Как сможет объяснить свое семнадцатилетнее отсутствие? Как он вообще сумеет доказать, что он это именно он? По следу от отцовского ремня?
  Безумие. Но разве не была безумием вся его предыдущая жизнь? Он умеет драться. Кулаками и языком. Он будет снова прокладывать себе путь. Куда? Потом выяснит.
  Рывком встал, отметая все свои сомнения, жестом скинул защитное заклятье.
  -Ты поела? Готова к заклятью?
  Вместо ответа она поднялась, подошла к нему и трогательно ткнулась головой ему в грудь.
  -Ты уверена? Может, найдем девчонку какую, спасем от жреческого ножа, накупим игрушек, сладостей...
  -Перестань. Ты ж не такой. Тебе же так же тяжело будет убивать и ту девчонку. Так зачем тратить время?
  -Я вернусь, я тебе обещаю. Поэтому - держись и не умирай!- он не знает, что еще сказать, он не умеет ободрять. Он говорит что приходит в голову и молчит, когда слова вновь кончаются.
  А что еще можно сказать? Все уже было давным-давно сказано.
  Он вошел в круг, поднял лежащий посох, вытащил из сумки золотой медальон с крупным рубином. Если бы здесь прошел человек и развел бы костер из суковатой сухой палки с непонятным цветком на одном конце - магу пришлось бы заново начинать заклятье.
  Но - обошлось. Он встал в центр оксограммы, надел медальон, ударил посохом в землю. Сухая палка моментально стала толще, пошла почками, распустился засохший цветок. Маг поманил пальцем девушку. Она подошла.
  -Ты меня любишь?
  -Что, ритуал уже начался?
  -Еще нет, но прежде ответь на вопрос: ты меня точно любишь?
  -Ну да, конечно.
  Он тяжело вздохнул. Закрыл глаза. И перед ним снова появился желтый пергамент с кривыми йезами заклятья.
  -Он-дори-он-дори - нараспев, чуть слышно начал он произносить заклятье, ощущая как в левой, свободной руке появляется кривой кинжал. - Нидо-отли-шон.
  Глаза девушки уже затуманились - заклятье убаюкало сознание, унесло в сладкий мир снов.
  -Лиад оис. Хато, - кинжал вошел чуть ниже сердца. Не до конца. Оставляя шанс.
  Небольшим ручейком потела кровь, заливая вычурный символ. И откликаясь на магию крови, оксограмма неярко засветилась фиолетовым светом, который медленно сменился синим. Он продолжал читать заклятье, одной рукой держа посох, а другой доставая из сумки склянку с зельем. Синий сменился голубым, потом позеленел и начал желтеть. Он одной рукой выдернул пробку, наклонил склянку. Тоненьким ручейком полилась яркая зеленая жидкость на рану лежащей девушки. Линии уже светились оранжевым. Потом ярко-алый свет залил всю верхушку. Кинжал, вновь появившийся в его руке, нашел плоть мага. Белая вспышка заставила прикрыть глаза.
  Он скорчился под одеялом, обхватив подушку руками. Некоторое время просто лежал, пытаясь понять, что же произошло. Линии оксограммы вспыхнули белым светом. А потом тьма. И гладкие простыни. И жаркое, не меховое одеяло.
  Он встал с узкого кресла-дивана, огляделся. Конечно, в полутьме, царившей в комнате, многое было не понять. Неясно темнела громадина шкафа, высотой почти с два его роста, горели ярким зеленым огнем цифры будильника. Просвечивал сквозь шторы неясным пятном уличный фонарь.
  -Черт! - сказал он в полный голос. В полный, звонкий, детский голос. И сразу заорал: - Черт!
  В соседней комнате проснулась женщина, быстро зашлепала босыми ногами. Открылась дверь в коридор, щелкнул выключатель. Неяркий желтый свет залил комнату. Его комнату. В центре которой стоял мальчишка семи лет.
  -Что случилось, мальчик мой? - спросила она, подходя к магу.
  -Ничего... мам. Все хорошо, - он постарался улыбнуться, подошел к маме.
  "Мда. Обещал я патриарху в случае удачи пятилетнее воздержание...Что мне делать?"
 
 

Глава первая

Первый раз в первый класс.


  Утром его разбудил какой-то странный звук. Он открыл глаза, увидел смутно-знакомый шкаф, стол. "Ах да, я ж дома".
  -Паша, ты встаешь? - донесся до него голос какой-то женщины. Мамы.
  -Да, мам. Сей же миг.
  Он встал. И понял, что не имеет ни малейшего представления во что и как одеваться. Ну, скорее всего в то, что лежит на стуле. П'вол поднял кусок ткани. Так, это рукава, это... странные крючки. Ах да, пуговицы. Штаны, ремень, куртка. Сумка. С двумя ручками, сделана под его рост. Ранец.
  -Ну чего ты там копаешься? Опоздаешь ведь, - заглядывает в комнату огромная женщина.
  Это не женщина огромная. Это он маленький.
  -Мам, а куда я опоздаю? - с искренним недоумением спрашивает П'вол.
  -Не придуривайся. Ты, конечно, еще и месяца не отучился, но ведь все прекрасно сам знаешь!
  -Мам, я не помню куда идти.
  -Хорошо. Провожу, - спокойно кивнула женщина.
  -Лен, вы там идете? - раздался мужской голос из кухни. - Остынет же все!
  Это папа. А остынет, скорее всего, еда.
  П'вол прошел в кухню, сел на табурет за стол.
  И был вытащен из-за стола за шкирку.
  -А ну марш умываться, - отец отпустил, подтолкнул к ванной.
  Надо привыкать, что все взрослые невероятно сильнее. Надо подумать, как свести на нет все их преимущества.
  Кстати, его кожа снова стала белой, а волосы - светлыми, а не золотыми. Непривычно видеть себя в таком чистом зеркале, а не в полированном куске бронзы.
  Мама и в самом деле проводила до школы. П'вол ведь до конца стоял на своем: не знаю куда идти и все тут! И ведь правду говорил, даже лгать не пришлось!
  Школа - большое двухэтажное здание с огромными окнами - была не так уж и далеко, всего в пяти минутах ходьбы от дома. Дальше - к расписанию. Класс первый "В". Двадцать седьмой кабинет. Пришлось пройтись по всему этажу, прежде чем нашел нужный. Ребята узнали, поздоровались. Кабинет еще закрыт, учительница не пришла.
  П'вол наблюдает за детьми, старается запомнить имена. Вон того толстого карапуза зовут Дима. Девочка с шикарной косой - Лена. Худенький парнишка, что-то увлеченно рассказывающий - Стас.
  Двадцать восемь человек. То есть, детей. Ма-ма!!! Роди меня обратно! Я ж не выдержу! Я ж уже взрослый!
  Когда пришла учительница, дети заняли свои места. П'вол сел на свободное, на первую парту. Учительница удивилась:
  -Паша, ты сел на место Леши Куприна. Твое место вон там.
  П'вол послушно пересел. Его место рядом со Стасом. Достали ручки.
  -Итак, дети, сегодня у нас буква "о". Пишется она вот так.
  Разумеется, его рука взлетела вверх.
  -Что Паша?
  -А я знаю как писать эту букву. И как писать весь алфавит. И даже как предложения составлять. С деепричастными оборотами.
  -Это хорошо, что ты знаешь, - учительница говорит снисходительно, она привыкла, что дети воображают о себе бог весть что. - Но ты учишься в первом классе, а остальные дети этого не знают. Могу дать тебе переписать текст.
  П'вол посмотрел на книгу, на выделенный абзац. Хмыкает. Двадцать минут его ручка (не перо, так хорошо!!!) летала по бумаге, оставляя чернильные следы. Потом он отнес тетрадь учительнице.
  Почерк. Вот что отличает взрослого человека от ребенка, который недавно научился писать. В первом классе почти у всех неразборчивые каракули или крупные, печатные буквы. Здесь же... хороший, уверенный, сильный почерк давно пишущего человека.
  -Тебя кто учил писать? - Спокойное выражение лица, а руки вертят очки.
  П'вол молчит. Его Учителя тут не знают, это точно. Но как объяснить свое умение?
  -Всегда умел, - широко, обаятельно улыбнулся ребенок.
  -Вчера ты мне вот что написал - на странице вместо заглавной буквы "А" нарисованы звездочки.
  -Ну... за ночь научился, - еще шире улыбается наглое дитя.
  -Ох... садись. Цифры ты тоже писать умеешь?
  -И складывать и вычитать и в степень возводить и корень извлекать. И даже что такое синус знаю.
  -Ну-ка. Бери мел, пиши. Игрек равен иск квадрат плюс один. Икс равен игрек минус три.
  -Икс два, игрек пять. В уме решается.
  Следующие пол-урока учительница задавала самые разные вопросы. Потом прозвенел звонок, она сказала, что пойдет к директору.
  Широко улыбающийся П'вол вышел из класса вместе со всеми. Дети его засыпали восхищенными вопросами. П'вол от них снисходительно отмахивался. Программу начальной школы он хорошо знал.
  Следующим уроком - математика. Пока класс учился слагать, П'вол от нечего делать рисовал пентаграмму магического преобразования воздух-огонь. Заклятья-то в этом не работают. По крайней мере, он такого не помнит.
  После рисования - большая перемена. Дети побежали в столовую, едят. Разумеется, уложились не в полчаса, а в десять минут. Выбежали во двор. И там П'вол наконец-то вновь ощутил себя ребенком. Дитем, которое может скакать в "классики", бегать наперегонки, играть в пятнашки.
  Вот только тело не его. Тело стало гораздо слабее. Хорошо хоть, рефлексы остались.
  Стаса прижал третьеклассник. Громко на него наорал и ударил. За что - кажется, за то, что Стас на него налетел. Потом ударил еще раз. Зло, яростно. Стас упал.
  Улыбаясь, П'вол подходит к парню, который его на голову выше.
  -Или ты сейчас же извиняешься - говорит семилетний пацан, - или тебя ударю я.
  -Отвали, малявка, - наглец пытается его отодвинуть.
  Ага! Счас! Только разбегусь!
  П'вол хватает своего противника за нос. Тот пытается отодрать руки мелкого пацана. От боли он просто не догадывается его стукнуть. П'вол вцепился в нос намертво и все попытки противника приводят к тому, что у страдальца на глаза наворачиваются слезы. От дикой боли.
  П'вол резко отпускает нос, отпрыгивает назад. С носа третьеклассника срывается кровавая капля.
  -Будем считать, что ты извинился, - широко улыбается П'вол.
  Страдалец так не считает. Размахивая кулаками, он бросается на наглого мальчишку. Тот с безопасного расстояния пинает его в причинное место.
  Вот теперь бедняга успокоился. Он держится за больное место и тихо-тихо пятится назад.
  -Еще раз - отправишься в больницу, - голос П'вола тих и спокоен, а на губах играет улыбка.
  "У Стаса синяя скула. Этот идиот по лицу бил!" гневно думает мальчишка.
  Разумеется, его вызвали к директору. Разумеется, взрослый мужчина с окладистой бородой и умными глазами за тонкой оправой очков, начал отчитывать ребенка. Разумеется, тот старался играть свою роль, постоянно вскрикивая "А чего он?". Когда директору надоело выслушивать эти сбивчивые оправдания, он отрезал:
  -Ты про себя говори, а не про того парня. Драку-то ведь ты первым начал.
  -Ну, если про себя... Я считаю, что мразь, срывающую злость на слабых, нужно учить с детства. Я считаю, что тот парень, если его не учить, вырастет законченным подлецом. Который схватится за ме.. за нож и пойдет грабить слабых. Тех, кто не может дать сдачи.
  Директор удивился. Обычно таким вопросом он заставлял детей уйти в насупленное молчание, пока он сам их отчитывает. А тут! У маленького пацана уже есть свое мнение. Которое нельзя не признать правильным.
  -Ладно. Хорошо. Тогда у меня к тебе другой вопрос. Видишь ли, сегодня Светлана Васильевна рассказала мне о твоих знаниях. И я хотел тебе перевести в третий класс.
  -Зачем в третий? - немедленно перебил его мальчишка. - Лучше давайте сразу в последний. Математику я знаю очень хорошо.
  -А алгебру, геометрию, физику, химию, биологию, историю, географию, астрономию, информатику, русский, английский? - обрушивает на него список предметов директор.
  -Ваша взяла. Алгебру и геометрию я знаю. Русский и английский тоже. А вот с остальным будет проблема. Давайте так: вы никуда меня переводить не будете, а я буду вам сдавать экзамены. С последнего класса. Потом предпоследнего, и так далее.
  -Зачем так? - удивляется директор.
  -А затем, что я не хочу попасть в класс, где я буду меньше всех. Такое сразу бросится в глаза, унижений не избежать. Я уже видел ваших учеников. Потому знаю, что говорю.
  Разговор прервал тревожный звонок, колоколом зазвеневший по коридорам. С первого этажа, перекрывая оглушительный звон, донесся чей-то истошный вопль "пожар".
  Детей всех вывели. Никто не пострадал. Подъехавшая красная машина залила пеной тот самый кабинет, где учился П'вол. А его одноклассница, захлебываясь словами, всем рассказывала, как неожиданно вспыхнула парта Паши и Стаса.
  "А заклятья-то, оказывается, работают!"
 
 

Глава вторая

Фокус-покус.


  -Па! Я дома! - с таким криком П'вол вошел в квартиру.
  Вошел после получаса мучений с дверным замком. Который располагался на уровне его головы. И будет дальше находится на такой высоте. Это ж чистой воды издевательство!
  -Паш! - донесся из комнаты голос отца. - Ты чего так рано?
  -А у нас в школе пожар был, - откликается П'вол, улыбаясь. - Наш класс сгорел. Так что я теперь без ранца и учебников.
  -А что горело? - отец сидел на табурете, а перед ним стоял ящик со снятой крышкой.
  А внутри - провода, какие-то цилиндрики, прямоугольники.
  -Да не знаю. Пожарные тоже не понимают, почему их пена не могла мою парту потушить.
  Еще бы! За несколько часов пентаграмма столько энергии накопила!
  -А что могло гореть на твоей парте? - удивился отец.
  -Пап, ты мне фосфора в ранец не клал? Нет? Тогда не знаю. Тебя, кстати, в школу вызывают.
  -Из-за пожара?
  -Да не, - махнул рукой П'вол. - Я там своими знаниями блеснул, они думают, куда меня переводить после этого. И стоит ли. А еще с тобой могут поговорить насчет сегодняшней драки.
  -Ты и подраться успел? - отец отложил паяльник, внимательно посмотрел на сына.
  -Понимаешь, пап, там какая были ситуация... Я ж за нашего одноклассника заступился. Пацана выше на голову уделал.
  -Это похвально, сын мой. Заступаться за слабых - это хорошо. Но то, что меня вызывают - это плохо. Неужели не мог на словах заступиться?
  П'вол деланно вздохнул:
  -Ну пап, ну он же маленький. Он бы не понял.
  -А ты, можно подумать, большой! - засмеялся отец.
  -Я бальсой! - веселится П'вол.
  -Осторожней! - ловит его руку отец. - Тут же паяльник, обожжешься.
  -Пап, а ты что делаешь? - заинтересовался П'вол
  -Да тут такая ситуация... Понимаешь, вот этот кондер вспух. Я его перепаял, включил и он снова вспух. Значит что? Значит, получил больше напряжения. Почему выросло напряжение? Блок питания. А! Смотрим блок питания. Скорее всего, вышел из строя один из этих транзисторов...
  -Пап, если ты думаешь, что я все понял, то ты глубоко ошибаешься, - но схема уже заинтересовала П'вола. Он внимательно водит пальцами по схеме, постепенно понимая, что означает каждый значок.
  -Па, а что этот треугольник означает?
  -Диод. Пропускает только в ту сторону, куда указывает вершина треугольника. Не мешай папе.
  П'вол изучает схему. Значки постепенно становятся понятными. Но вот обозначения их! Что значит мкФ? Или кОм? А всякие V, A - они для чего?
  -Па, а чего это означает?
  -Ампер, вольт, микрофарад, килом, - не отрывается от телевизора отец.
  -А поподробней?
  -Сила тока, напряжение, эээ... емкость и сопротивление.
  "Если ты думаешь, что мне это хоть что-то сказало!" - думает П'вол. Впрочем, сказало. Понятно, что используется дикая энергия. Только она может накапливаться между двумя пластинами. Энергия воздуха, например, требует соединения.
  А раз так...
  П'вол понял для чего нужна эта схема. Гигантский амулет, который не требует участия человека. Сам по себе работает. Здорово, великолепно, но... дикая энергия.
  Втыкается телевизор в розетку. Значит, источник дикой энергии там.
  П'вол решительно берет моток ниток, листок бумаги. Выбирает из клетки с попугаем несколько перьев. Шерсть кота. И клей!
  Незаметно летит время. Отец все так же изучает телевизоры, П'вол клеит артефакт преобразования дикой энергии в энергию воздуха и обратно.
  Приходит мама. Оказывается, П'вола надо было покормить. Но он занят гораздо более важным делом! Мать это не касается. Мыть руки и за стол. Пока ужинают, мать расспрашивает сына о пожаре. Отец удивляется: он думал, П'вол шутил. В школу завтра отец все-таки пойдет.
  А потом П'вол решает показать родителям фокус. Незаметно прикручивает к блоку питания от телевизора свою поделку. Клей шипит, но это ничего страшного - главное, работает.
  -Мам, смотри как я умею! - и начинает шептать заклинание.
  Мама оборачивается. Под руками П'вола медленно растет замок. Ходят по полупрозрачным стенам воины, развевается на башне флаг. Замок все увеличивается и увеличивается в размерах. А потом что-то щелкает, и квартира погружается в темноту.
  -Так, пробки вылетели, - спокойно констатирует отец. - Павлюга, я сейчас включу пробки, а ты пока придумай что ты сделал.
  -Саш! - тревожно вскрикивает мама.
  -Ой, подумаешь, видели оптическую иллюзию, наведенную гипнозом. А сын тем временем козанул электричество.
  -Пап, - встревает П'вол, - ты эту иллюзию руками потрогать можешь. Она полная.
  -Ну, фокусники и не такое умеют. Лучше скажи, где ты этому научился. Оп!
  Раздается щелчок. Лампа вновь горит неярким желтым светом.
  П'вол собирается с мыслями. Видимо, доказать родителям свои знания будет очень сложно.
  -Па, ты знаешь французский, датский, английский, монгольский, татарский, китайский, египетский или атла... - хорошо еще вовремя остановился! - эээ... ну один из этих?
  -Мы с твоей мамой английский изучали.
  -Тогда вы должны понимать, что я сейчас говорю, - переходит на английский язык П'вол.
  -Ужаснейший акцент! - всплескивает руками отец. - Где тебя этому научили?
  -Там же, где научили делать иллюзии, - серьезно говорит маг. - Видите ли, дорогие родители, у меня этой ночью был необычный сон. Он длился семнадцать лет. Мне снилось, что я попал к атлантам: одному из магов понадобилась моя кровь сердца. К счастью, я выжил. Выжил и начал учиться магии. Тот самый атлант сказал, что я буду великим магом. Через десять лет я его превзошел. Но этого было мало: я все еще оставался рабом. У атлантов было вообще странное представление о государственном строе: все, кто не родился в Атлантиде, считались рабами. Я отправился на Евразию, поднял все страны на мятеж. И за пять лет нам удалось победить атлантов. Зачем? Затем, что мне нужен был тот самый холм, где меня призвали. А подняться на него могли лишь "граждане мира". Атланты. Потом я искал компоненты для заклятья возврата и вернулся в тот же самый миг, когда был призван.
  -Хороший сон, - вроде бы серьезно кивает отец.
  -Па. Так оно и было. Это объясняет мое знание языка, его отличие от современного. Равно как и ту иллюзию, что я построил перед вами.
  -Сын, если я в это поверю, то я могу сойти с ума. Потому давай договоримся: твой сон - это твой сон. Если хочешь, завтра сходим к вр... к человеку, который тебя выслушает и поймет.
  П'вол закрывает глаза, начиная про себя заклятье. Хорошо еще, что иллюзию он прекратил сразу же, как погас свет. Остался запас энергии воздуха.
  -Хан'я - резко выдыхает маг, выбрасывая руку.
  Поднявшегося отца бросает обратно в кресло.
  -Ничего себе, фокус... - удивляется отец.
 
 

Глава третья

Брат императора


  Страх. Слезы на глазах. Кричит, зовет маму. Его держит за шкирку высокий, сильный мужик с белой бородой. Вокруг стоят мужчины, но никто ему не помогает.
  Мужик что-то размерено говорит на незнакомом языке, Паша вырывается. И получает по затылку.
  Бородатый достает нож.
  Слезы и крик. Трещит разорванная рубашка. Ужом извивается мальчишка. Что-то отрывисто бросает бородатый. Теперь Пашу держат несколько мужчин.
  Его поднимают над лежащим молодым мужчиной. Ребенок разрывается криком.
  Боль.
  Струя крови, льющаяся на грудь лежавшему.
  Страшное жжение в груди, что-то втирает в рану тот самый бородатый.
  Темнота.
  Его трогают за плечо. Комната с каменными стенами, он на постели. Забинтованная грудь.
  Мальчишка забивается в угол кровати. Его бьет дрожь.
  Белобородый укоризненно качает головой. Что-то говорит на непонятном языке.
  Паша с головой заворачивается в одеяло.
  Он долго выздоравливает, мужик, в чьей комнате он живет, занимается удивительными и страшными делами. Постепенно страх сменяется любопытством, Павел начинает повторять за ним. На его ладонях танцует кукла. Потом происходит удивительное: во время кормежки, мужик тыкает в себя пальцем: Б'орг. Паша не сразу понял, что именно он делает. Потом вспоминает, что именно так к нему обращаются все более-менее молодые парни. И соображает, что надо делать. Тычет себя в грудь: Павел.
  П'вол, коверкает его имя этот дядька.
 
  Очень нескоро он начинает говорить на языке Б'орга. А тот все чаще и чаще и рассказывает ему о магии. Дает задания. Паша не все и не всегда понимает, но Б'орг разъясняет.
  Как-то раз приходит тот самый молодой мужчина. Высокий, властный, с бронзовым загаром, как и все атланты, с острым, орлиным носом, он говорит, что он правитель мира, что кровь П'вола спасла ему жизнь, и теперь раб его брат по крови. Паша просит его купить: он уже знает, что принадлежит Б'оргу. Правитель бросает: все, кто принадлежит нашей семье, вырываются на свободу сами.
  Когда император уходит, Б'орг предлагает прогуляться. Шутка ли: полгода взаперти!
  Мальчик соглашается. Они долго гуляют по улицам странного города, где все дома сделаны из плит красного камня, и нет ни одного автомобиля. Зато тянут телеги ослы, ездят на лошадях люди.
  Павел засыпает своего хозяина вопросами, его интересует буквально все. Потом он слышит родной язык. Он рвется в ту сторону. Крепкий, бородатый мужчина в одной рубахе по-русски ругает атланта. Тот, судя по всему, его не понимает, но сильно бьет.
  Павел спешит разъяснить Б'оргу чем привлек его этот чужестранец. Тот подходит к атланту: сколько ты хочешь за этого раба. Этот раб не продается, зло отвечает атлант. Я не спрашиваю, продается он или нет, перенимает тон собеседника Б'орг, я спрашиваю, сколько ты за него хочешь. Золотая бляха со странными символами: Дело императора, - поясняет Б'орг. Атлант насупливается: два золотых. Начинается торг, в итоге, русского покупают за десяток серебряных монеток.
  Пока идут в жилище, Паша выясняет, что раба зовут дядей Мишей, что он не смог заплатить подати, и вынужден был продаться в рабство. Авось, жене будет легче - с двумя серебряными монетами-то! Да и дочке будет хорошее придание.
  Павел рассказывает, как он сюда попал. Дядя Миша чешет затылок: если эти гады навострились воровать детей прям из кроватей, то защиты от них нет. Потом вздыхает: если бы император умер, все бы вздохнули с облегчением. Ну, кроме, атлантов, разумеется.
  Б'орг, оказывается, тоже научился более-менее понимать русский язык. Поэтому дядю Мишу сразу же привязывают к позорному столбу, дает в руки Павла плеть: он хочет зла твоему брату. Ударь его изо всей силы двадцать раз. А если не ударишь ты, хлестать буду я.
  Я - брат императора. А значит, принять наказание из моих рук - честь. Вытерпи, пожалуйста.
  Павел закрывает глаза, хлещет своего нового знакомого.
  Сильнее, приказывает их хозяин.
  Когда дядю Мишу снимают со столба, тот с охами потирает бока: я к такому привычен, а вот если бы дражайший Б'орг взялся за плеть, то я бы два дня отлеживался. Не переживай, брат владыки всего мира. Если хочешь, я научу тебя писать. Смотри, так пишется буква "ять".
  Ночью он просыпается от громкого вскрика: дядя Миша радостно пляшет посреди комнаты. Б'орг его просит вести себя потише. Потом они обсуждают, чему будут учить П'вола.
  Наутро он узнает, что если дядя Миша передаст все свои знания мальчику, то Б'орг отпустит нового раба домой.
  Паша согласен учится и кузнечному делу и магическому. Кроме того, дядя Миша пообещал научить его драться.
  Брат императора должен уметь постоять за себя.
  Днем Б'орг ведет своих рабов в дом напротив: теперь вы будете жить здесь. Паша удивляется: почему Б'орг прогоняет их из своего дома?
  Да потому, крысеныш, зло щерится Б'орг, и мальчик снова пугается, что брат императора должен сам добыть свою свободу. Да потому, что император выкинет нас обоих в круг равных, откуда должен будет выйти один. Да потому, что я дико хочу от тебя избавиться. И не могу: император велел мне обучать тебя. Учись, крысеныш! Ты должен стать равным мне.
 
 

Глава четвертая

Маленький учитель большого класса


  Мерзкий звук ворвался в сон, заставил раскрыть глаза и озираться по сторонам. Сегодня П'вол точно установил источник неприятностей: сверкающий зелеными цифрами будильник. Цифры, кстати, показывали семь часов.
  "О нет!" - простонал про себя маг - "там я вставал, когда мне надо было. А надо мне было не раньше полудня".
  А еще полночи не спал... Как же там Виола? Да, он ее вылечил, но ведь все же...
  Эх, если бы было можно и ее перенести сюда. Семнадцатилетнюю девушку на семнадцать лет назад. Интересно, что бы с ней стало?
  Но хоть бы выжила!
  Отец шлепнул шкодника по макушке, и электронная зараза перестала вопить.
  На сей раз, П'вол точно знал, во что ему одеваться, потому-то особенных трудностей с утра не было. Ну, разве что, отец не хотел идти в школу. Он слегка поотбивался, но потом махнул рукой: раз обещал, значит, надо.
  -Павлюга, ты, конечно, мастер фокусы показывать, - сказал отец, когда они вышли из дома, - но, видишь ли, в чем дело: мне нужен тот блок питания.
  -Ой, да забирай. Только подключи схему к другому блоку. Что куда подключать, разберешься?
  -Твой папка электроникой уже десять лет занимается! Да еще до этого сколько баловался...
  В холле они расстаются: П'волу нужно одевать сменную обувь, а отец бежит к директору. Интересно, тот всегда приходит к первому уроку?
  С пакетом в руках, мальчик входит в тот кабинет, что указан в расписании. Кстати, соседний с открытой дверью. И в эту дверь виден большой, обугленный круг. П'вол дает себе зарок больше не баловаться необдуманно магией.
  -Стас, а что могло гореть на нашей парте? - задает каверзный вопрос П'вол.
  -А чего сразу я? Я ничего и не делал... - возмущается сосед по парте.
  -Ну значит, тайна, сожженная огнем, - констатирует маг.
  Раздается звонок, приходит учительница, дети рассаживаются по своим местам. И первый вопрос учительницы:
  -Дети, у кого из вас есть прописи?
  Дружный лес рук третьего от окна ряда.
  -Остальным: чтоб к понедельнику были! А пока займемся чтением. Кто хочет почитать? Нет, Паш, я верю в твои таланты, но нужно и других спросить.
  Пока дети читали по слогам, П'вол тихо-тихо рисует оксаграмму концентрации энергии воздуха. Надо будет ее использовать в ближайший час.
  Слава смотрит на него, тщательно срисовывает.
  -Славка, брось, - маг замечает занятие соседа по парте, пугается. - Еще раз... неприятность будет.
  -А почему тебе можно, а мне нельзя? - возмущается мальчик.
  -А я знаю, что оно делает. А вот ты сможешь ответить: для чего нужен этот рисунок?
  -Конечно! Он эта... магический. Он демона призывает.
  -Фиг тебе! Он энергию воздуха копит. А потом магу отдает. Если его оставить без контроля, здесь такой ураган будет!
  -Нет, демона призывает! - стоит на своем Слава.
  -А даже если и призывает, то ты хочешь, чтобы здесь буря была? А демон только такое сделает, не спрашивая.
  -Он будет делать только то, что я хочу! - чуть ли не в полный голос возмущается мальчик.
  -Что за шум, а драки нет? - грозно спрашивает Светлана Васильевна.
  -Извините, - склоняет повинную голову П'вол. Сосед лишь бурчит что-то неразборчиво.
  Когда учительница отходит от парты, П'вол поворачивается к Стасу:
  -Ладно, рисуй. Но на перемене будешь делать то же, что и я.
  Мальчики увлеченно рисуют. Маг одним глазом следит за рисунком соседа. Тот срисовывает очень точно, тщательно. Раздается звонок. Дети устремляются в коридор. П'вол тормозит Славу:
  -Ты же хотел демона вызвать.
  Сосед мнется: ему и помагичеть хочется и бегать, прыгать не терпится. Но все же, он садится обратно за парту.
  -А теперь повторяй за мной, - говорит мальчик, внимательно глядя в глаза своему первому ученику. - Рад'ес Ан'ел.
  -Радес анел - послушно повторяет юный волшебник.
  -Нет, там разделение идет. Рад'ес Ан'ел.
  Они мучают эти два слова очень долго, но с седьмой-восьмой попытки Слава повторяет правильно. Его глаза сияют: он выучил настоящее заклятье!!!
  -А теперь, положи руку на рисунок. Отрываем, поднимаем к плечу и резко выталкиваем, - П'вол не просто говорит, он еще и показывает. Мальчик послушно повторяет.
  -Хорошо. Теперь попробуй представить, как из твоей ладони будет бить пламя.
  -Ага!
  -Лады, все разом.
  Две ладони ложатся на рисунки. Два мага резко выкидывают ладони, звучат звонкие голоса:
  - Рад'ес Ан'ел, - бьют две струи пламени ровно вперед. У П'вола пламя желтое, у Славы - сиреневое.
  Опасности нет - это всего лишь иллюзия, но выглядит очень по-настоящему. Глаза соседа округляется:
  -Ух ты!!!
  К сожалению, не только его. Женя выскакивает в коридор:
  -Там Слава с Пашкой фокусы показывают!
  -Паш, а почему? - Слава показывает на черный, словно выжженный круг в тетради.
  -А вот. Ты ж использовал энергию на иллюзию. Вот концентратор и разрушился.
  -А давай еще раз!
  Но в класс уже вбежали ученики, Женька тараторит, размахивает руками, показывая какое крутое было пламя. Как оно было круто! Наивные дети верят. К сожалению. И начинают просить показать еще фокусы.
  -Еще фокусы будут после уроков, - отрезает П'вол.
  Он уже понимает, во что влип. Ведь всю эту ораву придется учить. Учить всему, с самого начала, самому элементарному, под его неустанным надзором.
  Ну что ж... И это хорошо.
 
 

Глава пятая

Маленькие тайны большого Интернета


  -Па! Я дома, - кричит П'вол, входя домой.
  -А чего так поздно? - отзывается отец. - Опять пожар был?
  -Да не, я фокусы показывал. Заодно детей учил такому же.
  -Пострадавших много? - отец сидит, сгорбившись над какой-то платой, в одной руке - источающий тоненькую струю дыма паяльник, в другой - пинцет.
  -Ну, извозились все. Нас пару раз знатно по земле проволокло. Да еще пару окон разбили.
  -Так, мыться, - отец оторвался от своего занятия, глянул на грязное чучело, в которое превратился сын. - В школу завтра вызывают?
  -Не, мы убежать успели, - сын уже на пороге в ванную. - Кстати, ты подключил преобразователь?
  -Угу! Я так понял, тебе всего-навсего понижающий трансформатор с диодным мостом нужно было.
  -Па, а есть во что переодеться?
  -А ты целиком мыться полез? Тогда погоди немного.
  Маг отмывается долго, тщательно - очень уж хорошо по земле протащило! Интересно, что скажет мама? Ладно, это вопрос десятый. Главное - среди двадцати восьми детей пятеро потенциальных воздушников. Трое водяных, два огневиков и семь земляных. Что поделать, земляных всегда больше!
  Но нужно понять, что делать дальше. Хочется, чтобы его считали взрослым. Интересно, а бумажки об образовании здесь имеют большую силу? Ладно, не важно. Важно то, что ему нужно... А что? Что нужно делать? Рассказ о путешествии в другой мир вызовет интерес лишь у вр... человека, который его поймет. Другое дело, если базовой магией научатся владеть, хотя бы десяток-другой детей. Вот тогда можно поставить вопрос ребром: а где я этому научился? Ваши версии... То, что знаний у него гораздо больше, чем у кого бы то ни было, сыграет решающую роль. В чем?
  Решено! Для детального анализа мало информации, пока он будет накапливать знания об этом мире и учить детей. А сейчас нужен преобразователь.
  Он выходит из ванной, укутанный в полотенце по самый подбородок, идет в свою комнату. В его шкафу лежат чистые вещи. И сложены специально так, чтобы он мог достать.
  Потом маг идет к отцу:
  -Па, ты говорил, ты мне преобразователь сделал.
  -Да вон там стоит, бери.
  Новый преобразователь выглядит странно - толстая катушка, деталь с четырьмя ножками. К двум ножкам крепятся провода, к двум другим - тонкие нитки с его артефактом. Одна нитка обмотана синей изолентой.
  -Па, а зачем изолента нужна?
  -Да я пометил, где плюс.
  -Какой плюс? Это же выход!
  -Ну, плюсовое напряжение. А ток идет от минуса к плюсу.
  -А почему? - удивляется П'вол.
  -Ну, электроны имеют отрицательный заряд. Вот там, где их много - это минус, а где мало - плюс.
  -А почему?
  -Слушай, все знает только яндекс! Спроси у него!
  -А кто такой "яндекс"?
  -Поисковый сайт. Директор говорил, ты писать умеешь. Считать тоже. Так что, справишься. Кстати, почему ты не хочешь прыгнуть в следующий класс?
  -Почему не хочу? Хочу. Очень даже. Сразу настолько, насколько смогу.
  Отец сажает его на высокий стол перед маленьким телевизором. Включает стоящий рядом ящик. Тот начинает гудеть. Минут двадцать родитель объясняет базу: как щелкать мышкой, что обозначают значки. Что такое адресная строка. Потом П'вол берет управление в свои руки.
  -Чем более точно сформируешь запрос, тем более точный ответ получишь, - дает совет отец и возвращается к своей работе.
  -Батька! А где здесь буква "ять"?
  -А на кой она тебе нужна? - кричит из своей комнаты отец. - Ее уже лет сто как не используют!
  Если бы вчера учительница попросила бы написать сочинение, было бы странно...
  Почти сразу маленький маг выходит на сайт-энциклопедию. Через него выходит на сайт, посвященный физике. Просматривая статьи об электричестве, П'вол понял, что эти люди смогли сделать невероятное: они вдоль и поперек изучили дикую энергию. Хотя при этом не могут использовать энергию стихий. Просто не вышли на этот уровень.
  Зато добрались до атомов, открыли энергию атома. Огромное количество дикой энергии, почти все приборы работают на ней.
  Черт возьми, это рай для мага!
  Правда, ни один из магов не пользуется дикой энергией - она считается самой ненадежной и опасной. А эти как-то научились безопасно с ней работать. Интересно, откуда эти люди черпают дикую энергию?
  Он находит в Интернете схемы простейших генераторов, изучает устройство реакторов. И натыкается на объявления гадалок и знахарей. Некоторое время маг ищет знания о магии. И находит массу абсолютно бесполезной информации. Все, что есть о магии - честный вымысел и перевранные домыслы. Все форумы, посвященные магии содержат или детские наговоры или неверную информацию.
  Итак, он один здесь владеет магией. Но само изучение принципов работы заклятий продвинет их науку далеко вперед.
  Вечером снова выясняется, что мужская половина забыла пообедать.
  -Ну Ленусик, ну не хотели мы есть, - оправдывается отец.
  -Ты, может, и не хотел, а ребенок...
  -А ребенок тоже не хотел, - встревает П'вол. - Иначе бы сам попросил отца.
  -А кое-кому сейчас достанется по заднице! - переключает огонь на сына разъяренная женщина. - Саш, ты представляешь, звонит мне на работу Анечка и жалуется, что мой сын вывозил в грязи ее дочь.
  -Ма, кстати, насчет грязи...
  -Боже, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ С ШКОЛЬНОЙ ФОРМОЙ?!!
 

Глава шестая

Дикая энергия


  Правитель всего мира любил гулять по своему саду. Могучие стволы деревьев, обступавшие маленькую тропинку со всех сторон, пышные кроны, укрывавшие от жалящих лучей солнца, легкий ветер, приносящий не зной, но прохладу, бронзовокожий атлет в белоснежной тоге, с копной золотых волос, увенчанной золотым же венком из лавровых листьев. Император любил неспешно гулять по прямым тропинкам, сидеть на тут и там расставленных коричневых, словно бы ветхих и старых скамейках. Здесь невероятно хорошо думалось.
  Вот и сегодня, едва он расстался с представителем правителя западноевропейской части Империи, как уже шагал по словно бы лесным тропинкам. Его безродный брат-раб, громыхая железом тяжелой кольчуги, следовал по пятам. Император специально посылал за ним гонца: нужно было поговорить.
  -Ты настолько никому не доверяешь, что даже здесь не снимаешь кольчугу? - едва слышно спросил молодой владыка.
  -Нет. Не поэтому. Кольчуга тяжела и неудобна и, скинув ее, я обретаю огромную скорость и ловкость, - ответил двенадцатилетний маг. - Потому и ношу почти круглосуточно, снимая только на ночь.
  -Ты надеешься победить Б'орга оружием? - удивился император.
  -Нет, что ты... Просто, от некоторых заклятий легче увернуться, чем отражать. Но для этого нужна скорость.
  -Чтобы быстро бегать, надо ежедневно бегать, - повелитель мира снисходительно улыбнулся.
  -И это тоже.
  -А как у вас обстоят дела с заклятьями?
  - Б'орг учит меня правилам составления сложных заклятий.
  -Только правилам? - правитель остановился возле розового куста, дотронулся до одного цветка.
  -Учиться сложным заклятьям, составленным другим магом, бесполезно. Все дело в том, что я - воздушный маг. Мне легче легкого накопить энергию воздуха, но в сложных заклятьях ее надо перегнать в энергию, скажем, земли. Воздух и земля по своей сути антагонисты. Их можно научить работать вместе, но напрямую из воздуха не сделать землю. Нужно еще одно преобразование. Легче всего, да и с наименьшими потерями, преобразовывать чистую энергию в дикую.
  -Я слабо разбираюсь в магии, - поставил в известность император, - но я помню, что дикая энергия потому так и называется. Ее сложно удержать, она стремиться убить любого человека.
  -Это все так, - согласно кивнул юный маг, - но при этом любые другие преобразования просто невыгодны. Потратив почти весь свой запас воздушной, я получу земляной столь мало, что ее едва-едва хватит, чтобы пустить каменную стрелу. Поэтому пользуются дикой энергией. Но поскольку она дикая, то человек не может ее много держать. Да еще и у каждого мага свой безопасный порог. Но этого мало. Каждый маг со свой скоростью перегоняет одну энергию в другую. Именно поэтому мне не подойдут заклятья Б'орга - они меня если не убьют, то причинят сильную боль.
  - Б'орг может держать больше дикой энергии?
  -Он годами приучал свой организм к ней. Зато я быстрее перегоняю, хотя и помалу. Но тут снова неприятность: еще до конца переброса Б'орг будет знать, сколько у меня и чего. Я же знать не буду: Б'орг перебрасывает всю накопленную дикую энергию сразу.
  -Понятно, - глубоко вздохнул император. - И все же... у тебя еще есть пять лет. Я надеюсь, в живых останется мой брат.
  -Я тоже на это надеюсь, - позволил себе шутку молодой маг.
  -Я заставил Б'орга принять вызов равного от тебя, чтобы спасти жизнь тому, кому ей же обязан. Иначе бы Б'орг тебя уже убил. А теперь он ответственен своей головой за жизнь моего кровного брата. Заодно, я надеюсь, что ты сменишь Б'орга на посту придворного мага.
  -Понятно, - вспыхнул мальчик. - Тогда почему бы вам просто не приказать меня убить?
  -Да потому, что Б'орга сменит другой честолюбивый маг, - грустно улыбнулся владыка мира. - Б'орг далеко не самый умелый маг, но те, чье умение выше, живут только ради магии и при дворе не появляются. Те же, кто появляются - сволочи, не терпящие конкуренции. Ты знаешь, что у меня умерла жена? Умерла от той же черной чумы, от которой меня спасла твоя кровь. Б'орг отказался спасать мою жену: для нее нужна была кровь девочки, а вытащить из другого мира девочку могла только женщина-маг. Учить же кого-либо своим заклятьям эта скотина отказалась. Маги никого не учат. Они предпочитают подыхать со своими знаниями, но никто и никогда не раскроет своих тайн. Я мечтаю, ты изменишь эту ситуацию.
  -Но учить заклятьям нельзя!
  -Нельзя учить подогнанным заклятьям. Заклятьям уже с перегонкой. Но можно сказать, что вот я делаю так, так и так. Подумай, мол, как это же можешь сделать ты. Ведь можно же так сделать?
  -Можно, - кивнул не ожидавший такого напора маг.
  -Так почему не делают? Почему не учат? Почему кузнецы передают свои знания по наследству, да и другим кузнецам, а маги - каждый сам по себе? Почему любой образованный человек знает Пифагора, Аристотеля, Платона или Гиппократа, но имен великих магов не знает никто?
  Его кровник молчит.
  -Прости, что я обрушиваю на тебя все свои проблемы. Просто меня страшно раздражает эта ситуация. Когда ты победишь, я дам тебе учеников. Ты будешь их учить?
  -Буду. Конечно, буду.
  -В этом ты сильно отличаешься от Б'орга. Он бы ни за что ни стал.
  -Кстати, брат, а почему я никогда не слышал ничьих имен атлантов, кроме Б'орга?
  Император улыбнулся:
  - Б'орг плохо тебя учит. Он не сказал, что имена атлантов знают только члены их семей. Называют же по имени только три раза в жизни: при рождении, на свадьбе и провожая отлетевшую душу.
  -А Б'орг?
  -Это не имя. Б'орг означает, - и император на чистом русском, без малейшего акцента, произнес: - учитель.
  Когда П'вол ушел, император еще долго ходил по саду. А маг спешил к своему Учителю.
  В маленькой хижине, составленной из красных каменных плит, темно и дымно: в очаге играло пламя, на открытом огне грелась какая-то железка. Все ясно: будет артефакт огня.
  П'вол вошел, кивнул. Снял кольчугу: дикая энергия любит железо, потому-то в броне любые сложные заклятья вырываются из-под контроля.
  -Как поживает правитель наш? - спросил старый маг, отрываясь от каких-то чертежей.
  -Да вот... предлагал учеников.
  -Армию желает, - понимающе кивнул Б'орг. - Взрослые-то маги понимают, какая страшная сила в их руках, потому-то и не идут воевать. Разве что, меж собой. А если и идут на войну, то совсем ненадолго и за очень большие деньги. Дикая энергия - она коварная. Чем больше магов с ней работают рядом, тем легче ей вырваться из-под контроля. Запомни этот ответ для императора
  -Учитель, скажи: а почему ты не желаешь учить меня сложным заклятьям? Ведь можешь рассказать, как и что ты делаешь, а заклятье под себя перестрою...
  -Эк, славно. Я тебе задачку всего лишь позавчера подкинул, а ты мне уже ответ принес. Мог, конечно, и быстрее, ну да ладно, не беда...
  -А вот еще скажи: ты меня учил геометрии, рассказывал о великих мудрецах. А про великих магов не говорил ни разу.
  -Дык, глупый, философы тем занимаются, что думают. И думы их не так опасны, как магия. Адаптируй я заклятье для любого человека, напиши его в книге и все - каждый, читать умеющий, сможет такое устроить, что никому мало не покажется. Ты вот помнишь, сколько горела твоя пентаграмма, без присмотра оставленная? Два дня. Но у нас еще ладно - все жилища каменные, мы с тобой только радовались такому костру. Но там, севернее, к примеру, чаще бывает так, что дома, города из дерева кладут! Ладно бы, один дом сгорел, весь город погибнуть мог. Но огонь еще ничего особо страшного. А вот земля таких дел наделать может, что потом все с вилами на магов пойдут. Слыхал, небось, про остров Крит, на котором вулкан до того извергался, что все жители острова погибли? А почему? А потому что маг земли оставил пентаграмму и забыл о ней... Так что вот - нельзя простым людям знания такие давать. Да и чем магов меньше, тем оно того, лучше.
  Ученик мага стоял, согласно кивая. На его лице полное согласие с Б'оргом. Но когда тот закончил, одна простая мысль тревожно билась в голове: "А лучше ли?"
 
 

Глава седьмая

Прочие неприятности


  Ранним утром, облаченный в ставший уже немного тесным костюм, в котором выходил погулять, маленький маг подходит к своему классу. Сказать, что ему обрадовались, значит, не сказать ничего. Примерно половина класса яростно изучает фигуру восьмилетнего мальца, из-за которого им всем вчера крепко досталось.
  Другая половина - маги-ученики - смотрят на него с нетерпением. Оно и понятно - если кто хоть раз побаловался заклятьем, того уже ничем не остановишь.
  -Привет всем! - громко здоровается мальчик.
  -Да я тебя за вчерашнее!!! - грозно надвигается бычок Иван.
  -Опаньки! - удивляется маг. - А кто хотел фокусы посмотреть?
  Ваня теряется. Что делать, он сам вчера захотел пойти вместе со всеми.
  -Ты эта.. не говорил, что одежду марать будем, - выдвигается из-за спины Ивана умненький Женя.
  -А я знал? - еще больше удивляется П'вол. - Все вопросы к тому, кто забыл о пентаграмме.
  О пентаграмме, равно как и обо всех предупреждениях, забыл Иван. Почуяв, что его сейчас снова в чем-то обвинят, он всей массой выдвигается вперед:
  -Ты меня обвиняешь? Да я тебя!
  Маг набрал в грудь воздух, готовясь в очередной раз выставить идиотом своего противника, но тут ощутил, как чьи-то пальцы весьма жестко схватили его за ухо.
  -Ухо!!! - Взвыл П'вол, успевший, впрочем, сообразить, что его тащит за собой учительница и только поэтому сдержавший заклятье.
  От дикой боли слезы наворачиваются на глаза, он едва-едва успевает за мучительницей, пулей влетает в кабинет, Светлана Васильевна входит следом.
  -Здравствуйте, - произносит маг, держась за красное ухо.
  -Ну здравствуй, здравствуй, - сдержанно произносит директор. - Чем же он на этот раз так провинился, а, Светлана Васильевна?
  -Представляете, отпустила я вчера своих детей домой, выглядываю в окно, вижу - идут за этим гавриком. У меня еще уроки были, я и пошла на занятия. Прихожу домой, и начинаются звонки: мой ребенок пришел из вашей школы грязный, как свинья. Кто, мол, ответит за это безобразие. Когда позвонила пятая мать, я начала сама всех обзванивать. Оказывается, ВСЕ дети вернулись, как с грязевых ванн. Чем вы там занимались?
  -Фокусы показывал, - насупливается маг.
  -Фокусы? - набирает воздух в грудь женщина. - А почему тогда трое моих ребят после этих фокусов дома все вверх ногами переворачивают?
  -Довольно, Светлана Васильевна, - останавливает ее директор. - Сейчас звонок будет, идете к детям, пока они вновь не взялись за фокусы.
  -Ухо болит? - неожиданно спрашивает мужчина.
  -Еще как. Она мне его чуть не оторвала... хоть и за дело, но нельзя же так!
  -Сознаешься, стало быть? - удивленно вскидывает бровь хозяин кабинета.
  -А чего отпираться? Я им обещал колесо показать, показал. А то, что они сами захотят попробовать - я и подумать не мог...
  -Какое колесо?
  -Да простое... Ну это - с ног на руки и снова на ноги.
  -Понятно, - закрывает глаза директор. - Сам-то чего не в форме?
  -Да я тоже пару раз упал, - пожимает плечами маг. - У меня пока не всегда получается.
  -А фокусы-то, какие показывал?
  -Ну-у-у... у меня с собой ничего нету... я и показать не могу...
  -Точно не обещал учить колесо делать? - внезапно спрашивает директор.
  Маг молчит. Сверлит глазами пол.
  -Ну ладно, беги. Только впредь в спортзале акробатикой занимайтесь, хорошо?
  -Угу, - доносится из-за закрывающейся двери.
  Выйдя из кабинета, Павел облечено прислоняется к стене. Фу-ух... пронесло. Соврал удачно, директор поверил. Правда, если бы прицепился к домашним погромам, мне бы нечего было бы ответить. Это из плюсов. Что еще есть из плюсов? Хорошее владение собой. А то бы как потом объяснял, почему учительница оказалась в поликлинике?
  А теперь о грустном: о минусах. Их до хрена. По меньшей мере три крупные минуса. Первый: забыл о пентаграмме в классе. Думал, что магия не действует. Проверить можно было бы как-то иначе и с меньшим разрушительным эффектом. Минус второй: не подумал, что они все-таки дети. Почему? А они с меня ростом. Не привык еще, расслабился, ну и... нехорошо получилось. Минус третий: доверил детям магию. Три квартиры разгромлены. Минус четвертый: пошел учить магии на стадион. Ну, тут, к сожалению, вариантов особенно и не было. Если бы учил на асфальте, последствия были бы куда более серьезные. Но мог ведь не учить! А как бы выявил магов? Маги бы выявились сами, можно было бы собрать всех кольцом и пропустить хоть ту же энергию воздуха по кругу. Маги бы прибежали, остальные отсеялись бы. Итог: многовато минусов. Раньше минусов было гораздо меньше.
  Вывод: расслабился сильно. Раньше лучше себя контролировал. Но раньше у меня и возможности не было расслабиться. Нет, не то. Возможности были. Если бы расслабился, остался бы там женатым человеком. Нянчил бы детей с Виолеттой. Как она там? Выжила, нет? Должна была - рану я закрыл, а за нами моя охрана бежала, должны были догнать и вылечить.
  Кстати, магов-то придется дальше учить. А то натворят дел, не понимая, что делают.
  Так что вот. Я почему-то расслабился сильно. Плюс... Нет, у директора сыграно просто на ура.
  Он заходит в класс, садится на свое место.
  -А сегодня фокусы будут? - спрашивает Стас.
  Воздушный маг. Достаточно талантливый. Ха!
  -А это ты квартиру разгромил?
  -Я делал все, как ты говорил! Оно само вдруг раз... и все... Я только собаку напугать хотел.
  -У всех живых существ есть аура. Это заклятье не рассчитано на взаимодействие с аурой.
  -Мальчики! - грозный оклик учительницы заставил инстинктивно пригнуть головы.
  На перемене он собирает всех магов:
  -Ребята, если хотите еще фокусов, то сегодня после школы собираемся там же...
  -Я не могу, - говорит тоненькая, словно прозрачная Лена. - У меня сегодня танцы.
  -А мне вчера из-за бассейна досталось. Так что сегодня на айкидо идти надо, - сообщает один из земляных.
  Это удар. Магов надо учить. Но их уже засунули по разным секциям. Надо составлять расписание.
  -Лена, а завтра сможешь? - воздушная кивает.
  -Только, чур, не валять больше, - ставит условие один из огненных магов.
  -Будете делать, как я говорю, валяться не будете, - пожимает плечами Паша.
 
 

Глава восьмая

Все-таки дитя


  -Па, я дома! - кричит мальчик, сбрасывая башмаки.
  Тишина была ответом.
  -Па-а! Ты дома? - П'вол проходит в большую комнату.
  И никого не застает. Изумленный, он обходит квартиру. Его бросили. Потом он находит большой лист бумаги перед компьютером:
  "Павлюга! Я уехал отвозить телевизоры, скоро буду. Надеюсь, сегодня в школе было без погрома?
  П.с. Захочешь есть - в холодильнике тарелка, разогрей в микроволновке.
  П.п.с Выстави пять минут на семи сотнях - должно нагреться.
  П.п.п.с Зайдет дядя Андрей - скажешь, что я все сделал.
  П4.с. Компьютер я отключил, готовься к экзамену.
  П5.с. ВЫУЧИ АЛФАВИТ. Без ятей и ижицы!
  П6.с. Мама велела взять книгу какую-нибудь, переписать несколько страниц.
  П7.с. Будет звонить мама - я в сортире, но ты под наблюдением.
  П8.с. Совсем забыл, твоя штука заперта в чулане. Готовься к экзамену.
  П9.с. Пожарные - 01, милиция - 02, скорая помощь - 03, я и мама написаны на стене у телефона. После восьмерки - дождись гудка!
  П10.с. ГОТОВЬСЯ К ЭКЗАМЕНУ. Он будет завтра"
  Еще два прокола. Во-первых, забыл об экзаменах. Второй серьезней. Откуда отец знает, что П'вол учили древнерусскому алфавиту?
  Паша достает тетрадку, вытаскивает из пакета ручку. Подходит к стеллажу с книгами. Какую бы взять? Трудно быть богом. А кто сказал, что легко? Что-то религиозное, не хочу. Смотрим дальше. Маленький принц. Не, из сказочек мы выросли. Возвращение в Эдем. Хорошее название. Возвращение в рай. Беру!
  Заодно и про ижицу забуду...
  Звенит телефон.
  -Я у телефона.
  -Паш, дай папу, - ой, мама.
  -Папа в сортире, - вспоминает записку мальчик.
  -Ладно, выйдет, попроси перезвонить. Он тебя посадил к экзаменам готовиться?
  -Еще как. Такую толстую книжку дал!
  -Ты давно пришел?
  -Только что!
  -А кому я говорила, чтобы после уроков сразу домой!
  Ой.
  -Я больше не буду...
  -Ладно. Потом поговорим. Пускай отец перезвонит!
  Короткие гудки. Паша кладет трубку, ищет на исписанной стене номер отца. Набирает.
  -Па! Звонила мама!
  -Хорошо. Дверь открой. А мы сейчас поднимемся.
  Короткие гудки. Мальчик снова кладет трубку, бежит к двери. Вовремя. Отец с еще одним мужиком заносят громадный телевизор.
  -Туда его, на тот столик, - командует отец. - Павлюга, погоди дверь закрывать.
  Они ставят громоздкий ящик на крякнувший столик, стремительно уходят. И приходят с еще одним ящиком.
  -Паш, за уроки. Нам еще много носить.
  Паша послушно кивает, садится за тетрадку. Переписывает одну страницу, начинает переписывать другую. Подходит отец:
  -Паш, а давно мама звонила?
  -Да только что.
  Отец вглядывается в книгу, читает название. Потом быстрым, стремительным движением захлопывает книгу, ставит ее на самую верхнюю полку:
  -Нашел, что переписывать! На вот, лучше, - отец протягивает того самого бога, которым быть ох как трудно.
  Сын вздыхает. Ничего-то эти взрослые не понимают в названиях. Начинает переписывать. И постепенно зачитывается увлекательнейшей повестью.
  -Павлюга! - грозный окрик возвращает его в этот мир. - Тебе было сказано переписывать, а не читать!
  -Па, скажи, а я сильно изменился с той ночи? - новый прокол заставляет взглянуть на ситуацию по-другому.
  -Ну... даже не знаю... знаешь больше, это да. Но в остальном - как ребенком был, таким и остался.
  -Ребенком?
  -Ну да. А что, считаешь себя уже взрослым? - задорно подмигивает отец.
  Ребенок. Что могло послужить этому причиной? Ну, явно не обстановка. Ведь он просто вернулся домой, где не был страшно давно. Вернулся на семнадцать лет назад. И тело стало телом ребенка. Стоп. Что-то в этом есть. Влияет ли тело на личность? Нет ответа. Там слишком мало знали о теле. Ладно. Приму во внимание тот факт, что тело все-таки влияет на личность. Это означает... Снова: семь раз подумай, один - сделай. Ох-хо-хо...
  -Ты алфавит выучил, а, взрослый ты наш?
  -Не, я сейчас учить буду.
  -А ел?
  -А разогреешь?
 

Глава девятая

Б`орг


  Все-таки очень восхитительно видеть, как заклятье, которое до этого существовало только внутри тебя, еще не до конца осознанной формой, или наоборот, до нельзя определенной, структурированной, но все же не совсем ясной и вдруг оно, это неясное, срывается с кончиков пальцев, образует то или это, становится зримым, ощущаемым воплощением мыслей, многих трудов или наоборот - приступа вдохновения.
  Вот такое вот сложное чувство испытывал ученик мага, глядя как набухают светом линии, как открывается дверь в иное пространство, пусть и всего лишь на сотню метров вперед, на другой конец лесной полянки. Но все же, это доказывало, что теперь, П'вол способен создать портал в любое место, которое он видел раньше.
  Б'орг, скептически улыбаясь, кидает кувшин в портал. И тот взрывается, едва оказывается за светящейся чертой круга.
  -Ты потерял контроль. Отдался эмоциям и чуть неверно завершил последний круг заклинаний. А все почему? Потому что до сих пор не можешь себя контролировать. Тебе ж почти семнадцать! Ты же уже должен держать в тесной узде свои эмоции! И тут такое... Я тобой очень не доволен. Ступай на двор, скажи М'халу пусть даст тебе десять плетей. Подумать только! Два месяца трудов и демону в пасть! И все из-за простого изумления!
  -Учитель, а вы с какого раза сумели построить портал?
  -Эх молодежь, молодежь... Кто тебе сказал, что я умею строить порталы? Кстати, ты его намерен закрывать?
  Ой.
  -Или ты хочешь сказать, что не составил нужного заклятья?
  -Ну, он должен в скором времени исчерпать запасенную энергию и схлопнуться...
  -Ту самую энергию, что ты запасал этой ночью в полнолуние с участием почти всех сил? Ту самую энергию, которой бы вполне хватило на несколько месяцев полета? - Б'орг закрывает глаза, затем сквозь зубы цедит: - Прикажешь дать полтора десятка палок. Заодно, лишний стимул поучить лечащие заклятья.
  -Хорошо.
  Некоторое время они сидели, молча изучая открытое окно портала. Потом П'вол со вздохом поднимает с травы кольчугу. Примеряется бросить.
  -Верно мыслишь, ученик. Очень верно, - хвалит Б'орг, внимательно изучая лицо юного мага. - Только не боишься, что ее разорвет вместе с порталом? Да и тебя заодно.
  П'вол садится обратно в траву. Задумывается.
  С довольной улыбкой, Б'орг берет в руки кольчугу и кидает ее в сторону портала, направляя полет простым заклятьем. Кольчуга ложится как раз на черту сложнейшей фигуры, вычерченной на гладком черном пяточке. Некоторое время ничего не происходит, но постепенно портал начинает тускнеть, потом пропадает.
  -Учитель, но это же... как же так? - восклицает изумленный юноша.
  -Я наложил на кольчугу простейшее заклятье преобразование энергий в дикую энергию. Металл же является лучшим проводником для нее. Вот через кольчугу-то вся энергия в землю и ушла.
  -Но ведь портал от такого преобразования мог взорваться!
  -Нас бы не задело, а кольчуга тебе все равно мала, - пожимает плечами маг.
  -Если мне мала эта кольчуга, то почему бы не купить новую? - тут же меняет тему П'вол.
  -Ладно, - подозрительно спокойно соглашается старик, - будет тебе последний подарок от меня. Завтра ведь...
  -Но Учитель, я никогда не...!
  -Из круга равных выходит лишь один. Вызов отменить может лишь император, ведь круг повинуется только ему. Если мы в указанный срок, а им является твое совершеннолетие, не явимся в круг, то один из нас умрет. Кто именно - неизвестно. Поэтому... Я уже стар, и хоть смогу очень и очень долго просуществовать, но ты куда меня способней. И что самое главное, не меня, а тебя император назвал кровным братом. А это, вкупе с тем, что он обязан тебе жизнью, означает, что только ты или я можем приказывать императору. И если на меня в этом случае ополчатся все, то твое право законно: ты старший брат императора. С момента твоей свадьбы.
  -Бред! Я его младше! Да и к тому же, у меня никто не спрашивал, хочу ли я спасти императора...
  Б'орг закрывает глаза и долго, тщательно, обдумывает ответ:
  -Он назвал тебя братом. Причем, его жизнь принадлежит тебе. Это делает тебя старшим братом. И ты можешь делать что угодно с ним. Хоть трон занять! Правда, в этом случае вассалы взбунтуются. Но право приказывать императору является неоспоримым. А вассал моего вассала - не мой вассал. Так что - ты должен выжить и честно исполнять долг придворного мага.
  -А если мы откажемся сражаться?
  -Из круга выйдет тот, кто выйдет первым, - пожимает плечами старик. - Второй умрет от жажды. Пойми, круг равных - это величайшее магическое сооружение, которым пользуются, когда хотят решить наиболее серьезные ссоры. Кроме всего прочего, в круге даже деревенщина, впервые взявшая в руки меч, обретает способности противника. Все его умения и весь его опыт. Сражаются всегда два полностью равных человека. Я тебя сильнее, но ты меня умнее, в круге равных мы будем одинаковы по силе и по уму. Так что, на легкую победу не надейся. Но и проиграть я тебе не дам.
  Весь путь до дома П'вол тщательно обдумывает разговор. Император явно не отменит вызов - ему это невыгодно, он та еще скотина, как, впрочем, и Б'орг. Убивать же учителя... П'вол не представляет как это возможно. Если бы только он и в самом деле мог приказать императору! Но у атлантов странно устроено общество: совершеннолетие означает, что ты можешь выбирать себе жену, но и только. Лишь после свадьбы человек становится мужем и обретает право как распоряжаться своей судьбой (до определенных пределов: родители полностью властны над чадом), так и самому владеть чем-либо.
  У дверей расстаются: Б'оргу направо, П'волу налево, в разные дома.
  -Дядя Миша! Приветик! У меня получилось! - почти, но не будем об этом.
  -Ох, поздравляю, Павлюга, еще как поздравляю, - крепкий детина его порывисто обнимает, потом всматривается в глаза: - А Б'орг что?
  -Я там ошибся слегка, потому мне велено пятнадцать палок...
  -У-у-у зараза! - зло шипит дядя Миша. - Ты его превзошел, он и обиделся.
  -Да нет. Сейчас поедим, и буду учиться самоконтролю. А ты мне в этом поможешь.
  -Палкой по спине, - хмыкает бывший кузнец. - Если ты вдруг потеряешь контроль, то завтра...
  П'вол моментально смурнеет. Желания отнимать жизнь у Учителя отсутствует напрочь.
  -Я завтра буду молить брата отменить поединок. Права приказывать у меня пока не будет, но вдруг...
  -А ты думал, что будет со мной, если Император тебя послушается? - щурится дядя Миша.
  -Вместе поплывем на Русь...
  -Ага! Вот только я не твой раб, а принадлежу Б'оргу. С того станется мне голову снести и отправить домой по частям.
  Станется. Это верно. Вот только:
  -Б'орг поклялся, что он тебя отпустит живым. Он своей клятвы нарушить не может: на этом вся наша магия и держится. Слышал, небось, что не давши слова - крепись, а давши - держи. Это про нас, магов, и есть. Как ты относишься к своему слову, так магией владеть и можешь.
  -Ты рассказывал, что давал слово Императору...
  -Давал. И буду держать свои обещания.
  -А точно Б'орг меня отпустит? Боюсь я его страшно.
  -Не бойся, живым будешь. Расскажи лучше про твою деревню, - а как его еще отвлечь от этой темы?
  Лицо дяди Миши внезапно светлеет, с него словно слетают все те годы, что он провел вдали от дома, совершенно другим, чистым и ясным голосом, он начинает говорить.
  И как всегда перед глазами встает затерянная где-то за Уралом деревушка, дома, раскинувшиеся посреди безбрежного леса, когда до другой деревни не один день пути, да не по лесу, а по реке. Зеленые кроны мягко шелестят листьями под порывами нежного ветра, колосится золотом пшеница на расчищенных лугах, да небольшой речкой в ладной кузне машет молотом сильный, еще молодой кузнец Михаил. В полдень он выходит на улицу, навстречу красивой женщине, медленно, с достоинством, несущей ему обед - еще теплую краюху и крынку парного молока...
  П'вол стоит, привязанный к столбу, обновляет заклятья и считает про себя удары. Тонкая палка, хлещущая по спине, не оставляет следа, хоть дядя Миша и бьет в пол своей гигантской силы. Потом его отвязывает Б'орг, хвалит. Перед глазами все же плывет: много энергии отняли заклятья. Б'орг приказывает М'халу перенести его ученика на кровать. Едва его укладывают, он уже спит.
  Просыпается от скрипа двери, отрывает голову от подушки, глядит на дверь: оказывается, вышли. П'вол оглядывает комнату, никого не видит. Он встает, подходит к столу. Б'орг сдержал слово: на столе лежит кольчуга, поверх нее лежит меч в ножнах и круглый мешок.
  П'вол натягивает кольчугу: с поддоспешником - в самый раз. Меч из хорошего булата, не Камшир, конечно, да на него денег даже у Б'орга не хватит, но все равно не дешевая поделка.
  Так, в кольчуге и с мечом в руках, с безмятежной улыбкой на устах, он заглядывает в мешок.
  Убью!
  Кипит молодая кровь. Не помня себя от ярости, П'вол бежит в дом напротив. Пусто. Ах да, Круг Равных. Ну, держись!
  Забытая, валяется на столе голова дяди Миши.
 
 

Глава десятая

Кто есть кто и чего нет


  Эта деревня была такая же, как и десятки других, мимо которых он проезжал. Позади осталось все: жаркая Атлантида, где Император ждал возвращения своего брата, залитая солнцем арена, на желтом песке которой остался лежать его Учитель, бушующее море, отказывающееся ему подчиняться. В мешке, у седла, болтается бутыль с вином, за спиной висит меч, справа - сумка с его книгами.
  Впрочем, была еще одна ноша, про которую он не мог забыть.
  Покосившиеся и крепкие дома, белые березы, прохладный воздух, грязные, бородатые мужики и женщины в странных одеждах - все это было так не похоже на то, что он ждал увидеть.
  Маг останавливается у кузницы, в которой машет молотом крепкий парень.
  -Эй, - окликает он кузнеца, - не подскажешь, где я могу найти семью Михаила Ратникова?
  -А зачем тебе? - не дружелюбно спрашивает парень.
  -Да вот, вести хочу про него передать.
  -ОТЕЦ ЖИВ?!! - потрясение парня невозможно передать словами.
 
  -...и вот, получив свободу, дядя Миша вышел из кузницы, - рассказывает маг. В доме собралось все семейство дяди Миши: его жена, брат с женой, дети, родители. Он чувствует себя неловко, но рассказывает. - Почти сразу он налетел на почтенного атланта. Тот, разумеется, одернул дурного раба, за что твой отец проломил ему голову первым же подвернувшимся камнем. А стража повязала смутьяна и на рассвете, по всем законам, ему отрубили голову. Которую потом и принесли в его жилище, ко мне. Вот, это хоть не все тело целиком, но хоть что-то похоронить можете.
  На заклятья он тогда потратился знатно, потому-то голову и не тронуло разложение, невзирая на полугодовой путь.
  Разумеется, он рассказал не всю правду. Он не стал рассказывать про то, что нищему атланту заплатили, чтобы он затеял драку с указанным рабом на глазах у стражи, он умолчал про то, что Император отлично знал как брат относится к рабу своего хозяина, он умолчал про то, что кузнеца напоили, когда расковывали ошейник.
  Зачем им рассказывать обо всей этой грязи? Ведь узнав правду, они будут винить во всем его.
  Император, отлично знавший и Б'орга и его ученика, легко просчитал как можно натравить П'вола на его учителя. Неприятно чувствовать себя марионеткой. Однако теперь уже ничем не поможешь ни дяде Мише, ни Б'оргу.
  -Голову отсекли... - странным голосом говорит жена, а теперь вдова дяди Миши. - Как благородному. У нас бы просто вздернули бы на дереве и все...
  -В Атлантиде деревья считаются священными, - просвещает П'вол. - Кроме того, любой, кто не атлант - раб. Имеет он хозяина или нет.
  -А вот если я захочу в священнослужители податься, на Атландите смогу, нет? - с внезапным жаром в голосе спрашивает сын дяди Миши.
  -Ну, у атлантов... - не уверенно начинает П'вол, не знавший ответа, - у них, вроде, стройная наследственная система.
  -Да вы не слушайте что он говорит, он балуется, всего-то, - с насквозь фальшивой улыбкой, говорит мать, не забывшая отвесить сыну подзатыльник. - Ясно же, что, как и отец, кузнецом будет, - и сразу яростно сыну, - да ты чего, осел, на сук захотел? Да если он своим кому расскажет!
  -Нет, не расскажу. Я... это... сам считаю такую систему неправильной, да. Ведь ясно же, что сын художника не будет художником.
  -Это почему это? - изумляется взрослый мужчина - брат Михаила.
  -Ну ведь... это... для того чтобы картины писать, талант нужен, так ведь?
  -Зачем? Ну, в смысле, с талантом-то, ясно дело, куда лучше нарисуешь, чем без оного, но ведь все равно рисовать будешь, - уверенно излагает свою позицию мужчина.
  -Ну как вы не понимаете! Они ж, аталнты, в смысле, с детства вдалбливают вам в голову в голову систему покорности! Они ж хитрые, они понимают - покорен в одном, покорен будешь и во всем остальном. Почему история про сына того плотника, Уайлс, кажется, до сих пор не умолкает? Да потому, что сын плотник утер нос всем сыновьям математиков! Над его расчетами до сих пор все голову ломают. Но - поскольку он не захотел пойти нужным путем, поскольку он осмелился спорить там, где ничего понимать не должен, ему отрубили то, что все остальные ломают. Голову. Дабы не смущать честной народ. Неправильно? Еще как! Ведь если бы он остался жив, он бы науку сумел поднять на необычайно высокий уровень.
  -Бред это, - лениво произносит старик. - И чушь. Где ж это видано, чтобы сын плотника был лучше сына математика? Ведь последнего обучали всему тому, чем его семья занималась несколько столетий. Как же сыну плотника его превзойти?
  Все задакали, а П'вол в первый раз понимает, почему Б'орг советовал не метать бисер перед свиньями. Все равно не поймут. Только парень смотрит согласно.
  Утром он выезжает из деревни, распрощавшись с последней смутной, неясной надеждой. И что теперь делать?
  Нужно остановиться и подумать. Начнем с главного: чего я хочу?
  Ничего.
  Понял, поехали дальше.
  Вру, хочу вернуться домой.
  Угу. Пять раз подряд, без перерыва. Даже о существовании такого заклятья Б'орг не знал.
  Не беда, что-нибудь придумаю.
  А дадут что-нибудь придумать? Император скоро встревожится: а где мой братец пропадает, почему не тренирует мне армию магов, как и обещал? Местные корольки с радостью тебя выдадут.
  Надо сделать так, чтобы не выдали.
  Как ты себе это представляешь? Приходит, значится, дядька Черномор во главе пятитысячного войска, просит отдать ему мага, а местный царь ему кукиш крутит. Угу. Ща-аз, разбежался. Тут даже местная маменька сыночку пророчит рабство, сама того не понимая.
  Надо менять этот мир. Менять целиком и полностью. Менять всю эту дурацкую систему рабства. Чтобы каждый мог заниматься тем, что ему нравится.
  Надо свергнуть братца.
 
 

Глава одиннадцатая

Отец сына


  -Па! Я дома!
  -Что за идиотская привычка орать с порога? Отсдался? На пять, надеюсь?
  -Твоя привычка, батько, - оправдывается, снимая башмаки Павел. - Сам так кричишь, когда приходишь. Сдал на пятый класс.
  -Великолепно, сын мой, просто изумительно! В следующем году чтоб перешел в восьмой класс!
  -В восемь лет?
  -Именно!
  Мальчик улыбается, проходит в комнату. Отец, как всегда, сидит за своим столиком, на котором, как всегда, стоит раскуроченный телевизор. Вот только сегодня в первый раз над опущенной платой висит маленький светящийся шарик.
  -Вау, отец! - восторженно кричит маг, глазея на шарик. - А я-то гадал, в кого я такой уродился!
  -Что-что сделал? - ехидно спрашивает отец.
  -Не ехидничай, ты понял что. Меня больше интересует что сделал ТЫ.
  Папа растерянно смотрит по сторонам, натыкается указующий палец, переводит глаза на сияющий шар.
  -Ну дык, темно.. А нужной лампы просто нет. Вот я захотел свет и щелкнул пальцами...
  -Иллюзия света самая простая. Ее-то ты и освоил в первую очередь. Мой приборчик без меня в розетку включал?
  -Ну, пытался понять что же он делает... - делает попытку оправдаться отец.
  -И заодно зарядился. Теперь ходишь и сияешь как уран радиацией.
  -Что, все настолько серьезно? - деланно пугается отец.
  -Нет, все гораздо хуже. Как говорится, ты папа попал. В мои загребущие лапки. Будем из тебя мага делать.
  -Не надо. Я фокусничать не буду...
  -Па, как я уже сказал, ты попал, - Павел радостно потирает руки, а отец пугается уже по-настоящему. - Во-первых, нам все-таки нужно помещение, во-вторых, нужен пригляд взрослого, а то мне тело мешается. В-третьих, оставлять тебя в таком состоянии означает остаться без квартиры. Ну и в-четвертых... ты же хочешь однажды проснуться на потолке? Или это все то же третье?
  -Нет, Пятачок, не то, чтобы ты совсем не попал, ты не попал в шарик, - цитирует что-то до боли знакомое отец.
  Первым делом, уславливаются, что мать ничего знать не будет - ей только таких переживаний и не хватает.
  Потом договариваются, что Паша завтра всех своих обзвонит и сам составит расписание.
  Мама, ушедшая по магазинам, возвращается в самый неподходящий момент - сын с отцом сидят за столом и вместе разрабатывают систему обучения на ближайший месяц.
  Слава Богу, она первым делом интересуется об экзамене. И тут же начинает развивать бешеную деятельность по организации "маленького праздника". Ведь не каждый же день сын оказывается гением!
  "Ма, ты не поверишь, твой сын еще и не такое сможет. Только тайком..."
  Вечером приходят гости: пятеро взрослых и двое детей - девочка пяти лет и мальчик трех годков.
  Когда П'вол их увидел, он встал в позу: няней пусть будет кто-то из гостей. В конце концов, кто виновник торжества?
  Взрослые растерянно посмеялись. Признавать, что их загнал в логический тупик маленький мальчик, почему-то никто не захотел.
  И все же его посадили в конце стола, рядом с прочими детьми. Некоторое время взрослые задавали глупые вопросы вроде "кем ты будешь, когда вырастишь?". Паша отвечал односложно, вроде "космонавтом", лишь бы отвязались. Взрослые и вправду скоро о нем забыли, переключившись на более важные темы. Четверо мужчин начали обсуждать президента, отец все время посмеивался, задавая неудобные вопросы, женщины изредка вставляли одно-два замечания, не забывая и разговор между собой. Дети активно баловались, а П'вол наблюдал, впитывая информацию. За полчаса он узнал достаточно много о правящем режиме, успел сравнить его с тем, что помнил сам.
  Определенно, ЭТО гораздо лучше абсолютной монархии, но... но монарх заботится о своей стране, как хороший хозяин заботится о своем доме. Вопрос что лучше: хозяин на четыре-восемь лет или хозяин, слово которого - закон, даже если оно обернется во вред многим.
  -Ага, а в Штатах актера спокойно то ли мэром то ли губернатором выбрали! - кипятится длинный мужчина с гривой волос.
  -Это Шварценеггера что ль? - уточняет толстяк. - Дык, у него с сердцем плохо стало, вот он и променял кино на политику.
  -Талантливый человек везде пробьется, - добавляет отец. - Если кто не помнит, он в актеры пошел, когда достиг вершины в бодибилдинге, кажется.
  -Ну и что? - вновь вылезает длинноволосый, поправляя очки. - Он же актер! У него ни образования, ничего нет, кроме известности! А все демократия - каждый равен каждому.
  -Па, это правда, что он сказал? - спрашивает П'вол, которого фраза задела за живое.
  -Ну да, равноправие, у каждого равные права, - задумчиво соглашается отец, готовя аргументы против длинноволосого.
  -Па, то есть что ты, что бездомный нищий, что ваш этот... президент, вы все между собой равны? Образно говоря, на одной доске стоите. К примеру, ты спокойно можешь подойти к президенту, а за тобой нищий, так?
  -Ну, немного не так, - начинает спокойным голосом разъяснять отец. - Бомжа-то никто к президенту не пустит, это точно, а вот меня во время какой-нибудь "встречи с народом" могут и пустить. И я, стоя перед телекамерой, буду говорить только правду, правду и еще раз правду, выученную заранее. Равноправие не подразумевает, что все между собой равны, оно подразумевает, что у всех равные возможности. К примеру, при голосовании, у всех один-единственный голос.
  -Так, постой, пап, погоди... дай разобраться. Ты сейчас сказал, что во-первых, что твой голос, что голос академика, что голос президента - все они меж собой равны и не важно, кто больше разбирается в это вопросе. И во-вторых, тебе ничего не мешает стать президентом. Но ведь для этого тебе нужно пройти определенные шаги! Скажем, научиться всему, что он должен знать.
  -Ага, и заручиться поддержкой партии, проработать туеву хучу лет в этой самой партии, при этом не забыв выбиться на какой-то пост, - смеется длинный.
  -Погоди, Олег, я сейчас с сыном разговариваю, не мешай. Так, сына, смотри, дядя Олег прав, прямо сейчас я не смогу подать свою кандидатуру. Мне и в самом деле нужно пройти определенные шаги. Но! Никто не запрещает мне эти шаги пройти.
  -Па, с этим никто не спорит. Я просто говорю, что нужно человеку воздавать по заслугам. То есть, к примеру, голос академика не равен голосу нищего.
  -Ну это да. Только не на избирательном участке. Перед государством все равны.
  -Создать базу данных по населению, пускай комп смотрит кто чего достиг, - вносит коррективу Олег. - Ну и там дальше по заслугам. К примеру, закончил школу - имеешь один голос. ВУЗ - еще один. Занял руководящую должность над пятью человеками - еще один. Над тысячей - еще пять. Так, Павлик?
  -Да, это примерно похоже, - задумчиво кивает П'вол.
  -Официально ввести неравенство и поощрять переходы со ступени на ступень, вверх по лестнице, - задумчиво отзывается отец. - Что ж, хорошая идея. Зарплата тоже зависит от занимаемой ступени... что еще можно будет провернуть официально?
  -А вершина кто, президент? - скептически хмыкает толстяк.
  -Ну зачем президент, зачем сразу президент? - возмущается Олег. - Академик, получивший Нобелевку, актер со статуэткой Оскара, спортсмен с медалькой олимпийской. В общем, все то, что никто не будет отрицать.
  -Вы что же это, серьезно? - внезапно вмешивается до того молчавший мужчина. Массивное, крепкое тело, борода длинной с ладонь, простодушное лицо. И голос, полный недоверия: - Вы что, всерьез обсуждаете предложение мальчишки? Да ему же только семь лет! Что он знает обо всем этом? Это же еще ребенок!
  -Ой, Саш, - морщится Олег, - не ты ли говорил, что важна сама идея, а не кто ее высказал?
  -Все так. Но для того, что бы сказать правильно, нужно много знать... - продолжает настаивать дядя Саша.
  -Дядь Олег, погодите, дайте я объясню, - вмешивается П'вол, видя, что Олег снова готовиться заступиться. - Дядя Саша, смотрите сюда: все, что я высказал, было лишь небольшое предположение, родившееся в ответ на все то, что говорилось за этим столом. Дальше, поскольку я на самом деле мало знаю, я отошел от участия в обсуждении. Таким образом, все неправильное, что сказал я, было скорректировано теми, кто знает больше. Или я не прав?
  -Да, возможно... - растерянно говорит опешивший от такого напора здоровяк.
  Грохочет отодвигаемый стул. Мать с бледным лицом убегает в спальню. Отец бросается следом. А растерявшийся Паша не может понять что ему делать...

Глава двенадцатая

Мать и сын.


  Олег и не замечает произошедшего - он продолжает атаковать толстяка своими вопросами, обкатывая вслух складывающуюся систему. Остальные пытаются "не заметить" происшедшего, и благодаря Олегу вскоре за столом вновь разгорается беседа.. П'вол, на которого уже никто не смотрит, спешит выскользнуть из-за стола и осторожно идет к двери в спальню.
  Его поражает тишина, царящая за дверью. Сперва он думает, что ошибся и родители прошли на кухню, но потом слышит судорожный всхлип. И буквально прикипает к месту, боясь шелохнутся, помешать тому, что происходит в комнате.
  -Мне страшно, Стасик. Ну скажи, ну почему это произошло с Павлюшей? Ну почему именно с ним?
  -А что произошло, Люд? - нежный голос отца, тихий, заботливый.
  -Ну как ты не видишь! Он так изменился... сразу, рывком. А сейчас - это же не Павлик, это же вообще чудовище! Не смотри на меня так. Я люблю его, больше жизни люблю. Но не прощу никому того, что произошло. Вот бы все вернулось!
  -Давай я тебе расскажу одну историю. Настолько старую, что можешь считать ее сказочкой. Давным-давно жила-была маленькая девочка и было ей что-то около десяти лет. И был у нее лучший друг. Помнишь, Темку? Ему тогда было столько же, сколько нашему Павлику - семь лет. И вот, подружился Темка с братом той девочки, который старше был мальчишки вдвое. И дружат они, вроде, крепко, Саша берет его вовсюда с собой, по походам таскает. А потом девочка узнала, что брат заставляет Темку таскать деньги у своего отца. Отец был богатым, по тем временам, человеком, так что деньги у этой компании всегда были. Девочка возмутилась как такое может быть, попыталась вразумить своего друга, да только тот упертый был, не понял что к чему, сказал, что у отца таких бумажек много, что плохого в том, что они берут по одной? И тогда девочка побежала к своей подруге. Твоей сестре тогда было... она тебя на два года младше, двенадцать лет. И вот, в разгар совещания, их накрывает старшая сестра. Помнишь, что ты тогда сказала той девочке? Либо обо всем расскажи отцу и потеряй друга, либо просто терпи и старайся изменить Темку, направить его так, чтобы он все понял сам.
  -Ну, слушай, ну это нечестно. Да и какое отношение имеет та история к сегодняшним событиям?
  -Самое прямое, Люда, самое прямое. Ни тогда, ни сейчас ты не можешь ничего изменить. Но можешь подумать и дать совет, что делать тому, кто в нем нуждается. А Павлик, несмотря на то, что пытается выглядеть взрослым, в этом мире не ориентируется полностью. Сегодняшнее его выступление самый наглядный пример. Он собирал информацию, проанализировал, сказал что не понравилось, а когда попытались перейти на личности, весьма жестко срезал оппонента, возможно, нажив себе врага. Поскольку этот оппонент мой друг, то это не страшно, тут легко все исправить. Но если бы он точно так же срезал бы учителя, то тот начал бы здорово портить жизнь нашему Павлику.
  -Но ведь такие же ошибки и я только так делаю! - восклицает мама.
  -В глазах сына ты выглядишь непогрешимой. И должна судить именно так, без права на ошибку. Я вот почему все стараюсь свести на шутку? А потому, что это проще всего. Пока все улыбаются, у меня есть время на анализ. А потом я скажу, как нужно делать правильно. Я вот тоже не знал как вести себя с сыном. Потом вот привык. Принял все происшедшее.
  -Это очень сложно. Я... я даже не знаю, сумею ли... А может, все можно вернуть как было? Ведь это так ненормально...
  -Хм. Насчет сложного... Помнишь, что сказала твоя мама, когда узнала о твоей беременности? "добро пожаловать во взрослую жизнь". Да не смеюсь я! Ну не смотри ты так подозрительно, все равно ведь правду сказал. Ладно, шуточки оставим, смотрим дальше. Насчет вернуть. Как ты себе это представляешь?
  -Ну, может, врачи уже сталкивались...
  -Помнишь, что сказал тот же самый врач, когда ты спрашивала какими таблетками лечиться во время беременности, если вдруг заболеешь. Врач сказал, что лучше не болеть. Это самое спокойное для ребенка. А любое лекарство имеет еще и негативный эффект. В случае простуды мы соглашаемся с маленьким вредом, чтобы исправить вред куда больший. В нашем случае... с вредом согласиться придется, а будет ли толк неизвестно. Да и не к чему это. Павлуша все равно стал бы таким. Не за ночь, за десять лет, но все равно бы стал.
  -Понятно. Излечить вряд ли получится, а искалечить еще как удастся, - голос матери уже изменился, он перестал дрожать. Теперь там, за дверью была спокойная, рассудительная женщина. - Ты знаешь, я буду пробовать, я на самом деле не хочу терять ребенка...
  -Только, пожалуйста, не как раньше пробуй, хорошо? А то смешно было видеть - фраза-две с порога, потом осторожное наблюдение.
  -Да, конечно... ты, как всегда, прав, - и звук поцелуя из-за двери.
  Когда родители выходят из комнаты, Паша уже сидит на своем месте, слушает дядю Олега.
  Родители входят обнявшись. Отец помогает маме сесть, потом подходит к сыну:
  -Павлик, пойдем, кое-что покажу.
  Павел делает удивленное лицо, но идет за отцом. К удивлению мага, идут в их спальню. Отец пропускает сына вперед, тот плюхается на кровать:
  -Моя твоя слушать изволит!
  Отец улыбается, но улыбка сразу гаснет, едва появившись на лице: он настроен очень серьезно.
  -Павлик, посмотри на дверь.
  В комнате темно. А в коридоре светло - горит лампочка в прихожей, да и из гостиной свет льется. В итоге контур двери светится.
  -Угу. Вижу.
  -Когда кто-нибудь проходит, он заслоняет свет, появляется тень, - отец говорит спокойным, ровным, мягким голосом, только слова его заставляют сердце беспокойно стучать. - Можно даже отследить рост прошедшего. Остальные дети тебя меньше, а до взрослого ты не дорос. Ты очень много слышал?
  -Почти все.
  Отец прикрывает глаза:
  -Я прошу, пойми ее. Еще неделю назад был юркий и энергичный мальчишка, который возился только с ней. Я-то по натуре своей созерцатель, в отличие от вас обоих. А тут вдруг, ни с того ни с сего, ее сын стремительно меняется. Меняется так, словно его забрали и подкинули другого. Хотя нет, не другого. Все-таки есть общие черты в характере. Но все равно, резко становится другим. Я вообще удивляюсь как она выдержала, не сорвалась...
  Отец сидит рядом с Пашей на кровати, обнимает его за плечи.
  -Пап, ты не поверишь... я ж ничего и не заметил. Я же говорил, что для меня прошло семнадцать лет. Я вырос под надзором жесткого старика, я прошел через многое, приучив постоянно держать себя в ежовых рукавицах. И вдруг можно смело сбросить все ограничения, можно забыть обо всем и просто развлекаться! Я... я слишком счастлив здесь, чтобы обращать внимание на мелочи. Главное, что у меня теперь есть те, кого я уже и не помнил. Я вернулся в детство, которого был лишен там. Ты не представляешь, как счастлив этому, как я рад, что у меня есть вы.
  Оказывается, мать уже давно стояла в дверях. Они встретились взглядом, и мама улыбнулась: Эх ты, сына...
  Отец вышел, постоял за дверью, подумал... а потом стрельнул сигарету и пошел на лестницу - впервые за несколько лет ему снова захотелось курить.
 

Глава тринадцатая

Йезы


  Новый день начался с того, что Павел так и не дождался звонка будильника. Как оказалось, в выходные дни отдыхают.
  Вот только почему-то у взрослых два выходных, а у него один.
  Потом, за завтраком, он вспоминает о намеченном деле. Мама соглашается "отдать квартиру на растерзание" почти сразу. У нее только одно условие: она будет присматривать за детьми. Паша переглядывается с отцом, тот разводит руками, словно говоря: "а я что могу сделать?"
  Дети собираются ближе к полудню: пока проснулись, пока всех обзвонили, пока все добрались.
  Их мало, всего-то десяток. Но для начала хватит. Потом уже они сами все доделают и слово будет сдержано.
  Стас, Егор, Лена, Женя, Славик, Вика, Танька, Дима, Анна, Сёма - дети из его бывшего класса. Первый год в школе, еще толком не умеют писать, а он их уже будет учить гораздо более сложной науке.
  -Ма, мы большую комнату займем?
  -Хорошо, дети. Я в уголке посижу, ладно?
  Ой. Ну ничего страшного.
  Отец сосредоточенно смотрит притихших ребятишек, потом спрашивает:
  -А это ничего, что я буду учиться вместе с ними?
  -Па, на тебя у меня особые надежды. Ты будешь учиться не только с ними, но и дополнительно, - П'вол улыбается, потом сосредотачивается:
  -Итак, тема сегодняшнего, первого урока, письменность. Точнее, йезы. С помощью этих символов можно объяснить миру, чего ты от нег хочешь. И если удастся правильно растолковать, то в итоге получим необходимый результат. Простейшие йезы - небрежный жест в сторону стены, на которой тут загораются голубые символы, - вы можете срисовать отсюда.
  -На иероглифы похоже, - замечает отец и тут же поясняет, - китайское письмо
  -Возможно, - кивает сын. - Официально, в нашем мире есть только письменность атлантов. Ну и йезы. Итак, на стене мы видим два десятка знаков и подписи, что они означают. Прошу обратить внимание, что у каждой йезы около пяти-шести значений. К сожалению, они базовые, поэтому с ними так сложно. В каждой ситуации играет определенное, зависимое значение. Схему зависимостей... ну, вы должны понять сами. Если сперва идет йеза земли, то йеза движения не будет означать "волну".
  И вдруг вспомнился Б'орг. "Только такой тупица, как ты, мог написать "мокрый огонь". Капли огня - еще куда не шло, волна огня - тоже можно. Но мокрым огонь не может быть"
  -Зарисовали, да? Молодцы. Но это легко. Сложнее будут составные йезы - с помощью базы всего не объяснишь. Составные состоят из базовых элементов, но и не только. Вот, к примеру, нужно заклятье ветра, вызывающего волны на море. Рисуем сверху три черты - ветер, снизу волну, заключаем в рамку - зависимость, сверху символ - действие, а не предмет и не место, сбоку направление зависимости - ветер на воду, а не наоборот. Прошу заметить, что круглая рамка - объединение, прямоугольная - подчинение, треугольник - извлечение.
  Прочую экзотику я пока опущу, но хочу заметить, что в рамке может быть до пяти объектов взаимодействия. Ну, к примеру: ветер вызывает волны, волны разрушают скалы, обломки образуют рифы, рифы разбивают корабли. Но это уже придется согласовывать направления воздействий, в смысле, созидание-разрушение, стихии, энергетика, строение заклятья в целом. В общем, больше двух лучше не пробовать. Пусть мы сильнее устанем, зато заклятье сработает наверняка и именно так, как нам хотелось.
  Вернемся к нашему простому заклятью. Одной йезой ограничиться не удастся, это просто центральный символ, к которому придется указать стихии - вода и воздух, взаимодействия, созидательность заклятья и источник энергии. Поскольку у нас энергетика передается от воздуха воде - ветер вызывает волны, то нам придется завязывать энергетику на воздух. То есть, еще нужно вызвать ветер, это первичное, но не главное заклятье, потом его поставить на самоподдержание и еще нужно оставить волны. Итого у нас получается четыре луча - четвертый накопление энергии, с ним разберемся позже. Фигура - четырех лучевая звезда без круга - нам не нужны межлучевые элементы, если бы взаимодействие между лучами шло бы не только через центральный набор йез, тогда бы да, пришлось бы чертить круг и дополнительные элементы.
  Он рассказывал и чувствовал рядом стоящего морщинистого старика, с усмешкой, с презрением, рассказывающим обо всем. Б'орг далеко не сразу начал отвечать на его вопросы, зачастую он просто монотонно бубнил и приходилось прилагать очень много усилий, чтобы просто понять о чем он говорил. Теперь он сам впервые учил. И кого учил! Таких же детей, каким он был тогда.
  ...но у Б'орга было время, а у П'вола его нет.
  ...он задал простейшее задание, какое только мог придумать - начертить комбинацию базовых йез, означающий движущийся огонь. Потом ходил, смотрел тетради - и вдруг увидел мать, сосредоточенно вырисовывающую в своей тетрадке нужную комбинацию.
  -Паша, я закончил! - восклицает Стас, протягивая листок бумаги.
  Все верно: шесть йез, центральная - простая, остальные на вершинах лучей. Правда, фигура не начерчена, Стасу никто не объяснял в какой последовательности должны идти руны, и нет активатора, но все же - на листке бумаги готовое заклятье.
  -Стас, скажи, а почему у тебя символ стихии наверху, а огня - в центре?
  -А где ему быть? - удивляется мальчишка.
  Веками считалось, что никто, кроме атлантов, не может быть магом. И никого не учили. Все существующие маги в том мире - атланты. А тут в их классе, в одной группе, собралось десять неплохих магов и один из них сможет стать как минимум великим. Или П'волу повезло, или... или и в том мире следует обратить внимание на "низшие" расы.
 

Глава четырнадцатая

Цирк, цирк, цирк


  К часу дня Павел выдохся. Б'оргу было хорошо: он учил всего одного мальчишку, да и то, без системы и тому, что сам делал.
  В итоге, основу всего, йезы, он рассказал своему ученику аж на третий год обучения, когда тот уже в совершенстве владел построением амулетов, заклятий, и преобразованием энергий. А ведь именно на йезах все и строилось...
  У П'вола гораздо меньше времени. Ему главное - дать основу, научить стоить заклятья, а уж все остальное ученики сами должны познать. На практике...
  -Что, Пашенька, устал? - подходит мама, взъерошила ему волосы.
  -Да, есть немного, - соглашается мальчик.
  -Ну и хорошо, - улыбается мама. - Сейчас отдыхать будем. Дети! Я созвонилась с вашими родителями. Кто хочет в цирк?
  Дружный восторженный вопль и лес поднятых рук был ей ответом.
  -Представление начнется через полчаса, поэтому одеваемся и выметаемся, - продолжает руководить оравой детей мама.
  -Мам, подожди, осталось последнее дело, - спешит вмешаться Павел. - Ребята, я сейчас попрошу каждого по очереди подойти ко мне и двумя руками прикоснуться к моим плечам.
  И тут же садиться к своему блоку питания.
  Рядом с огромным куполом их встречают женщины: родительницы детей. Билеты уже куплены, они проходят внутрь, рассаживаются.
  П'вол улыбается: билеты куплены удачно, все сидят в одну линию, пока все идет по плану. А когда мальчик видит программу, у него аж дух захватывает: во втором отделении выступает маг-иллюзионист! Настоящий маг! Почему он раньше ничего не узнал о здешних магах? Почему на форумах такая лажа? Ведь иллюзии...
  -Паш, этот маг - обычный фокусник, - объясняет отец, когда восторженный маг к нему поворачивается, - он делает иллюзии при помощи ловкости рук и без всякой магии.
  Повел смурнеет: ну вот, снова облом. Виола бы так смеялась этому совпадению... Жаль, что ее нет рядом.
  Меж тем представление начинается.
  Его захватывает дивная ловкость акробатов, дети восторженно смеются над клоунами, хлопают дрессированным собакам, лошадям...
  Время пролетает быстро, раз и уже антракт. Пока он длится, на манеж выводят пони: детям предлагают покататься на маленькой лошадке. Само предложение покататься на лошадке ради развлечения, вызывает бурный восторг у П'вола - он-то привык ездить не ради развлечения, а потому, что так быстрее...
  Внимание привлекает одна из тележек со всякой мишурой - помимо шариков, пластмассовых мечей и игрушечных пистолетов, там висели игрушечные же крылья с настоящими перьями... Увы, мама отогнала, стоило только потрогать: неужели тебе и в самом деле это нужно?
  Тележка стоит на колесах и достаточно одного только толчка, чтобы она покатилась. И на других тот же самый набор товаров...
  Звонок на представление прозвучал, когда он трогал последние крылья. Тетка, с насквозь фальшивой улыбкой, сказала, что сейчас все начнется, и Павел побежал на свое место, ведь дело-то было сделано...
  На арене уже стоял конферансье, уже говорил, что второе отделение открывает известный маг-иллюзионист.
  Маг - стройный, гибкий мужчина с потрясающей ловкостью, которую он, впрочем, успешно скрывал за неторопливой походкой и вальяжными жестами.
  Он вышел на середину арены, поклонился залу, затем его голос разнесся по всему цирку:
  -Представление начинается. Не надо верить своим глазам, ведь никто не знает, что истинно, а что - иллюзия.
  С этими словами он выбросил вперед руку, из нее буквально выстрелила лента... и застыла в воздухе, превратившись в длинный металлический прут. Который маг легко согнул в кольцо.
  -Ловкость рук и никакого мошенничества, - тихо пробормотал отец.
  Маг покрутил кольцо в руках, бросил его в воздух. И оно буквально замелькало, быстро-быстро взлетая и падая. И никто не сумел понять в какой момент колец стало два. Просто маг резко остановился, держа в каждой руке по кольцу.
  Маг улыбнулся хлопающей публике, раскланялся, и принялся вновь кидать кольца. Все быстрее и быстрее, так, что они слились в единый круг, и в какой-то миг вдруг пропали. Публика ошарашено замерла, пытаясь понять где кольца, маг еще пару раз перебрал руками, потом поклонился публике, сорвав аплодисменты. И вздрогнул, когда почувствовал, как к его штанам приснились два кольца.
  Что, впрочем, не помешало ему спокойно подобрать кольца и кинуть их в направлении выхода с арены. Вот только едва они полетели, как из руки вырвался язык пламени, поглотивший летевшее железо.
  Маг чудом сумел удержать на лице улыбку.
  На щелчок пальцев вынесли столик, маг снимает свой котелок, кладет его на деревянную поверхность, не забыв покрутить в воздухе, дабы показать, что там, внутри, ничего нет.
  И склоняется над своей шляпой. В следующую секунду его глаза округляются, мало кто из зрителей видит легкую дрожь в руке, когда он ее запускает в котелок. Когда рука показывается из шляпы, на ладони удобно сидит маленький дракончик.
  Зрители замирают в изумлении, потом дети начинают бешено хлопать, и. видимо вспугнутый неожиданным громким шумом, дракончик срывается с ладони, пару раз облетает цирк, успев за это время вырасти до двухметровой длины, и исчезает в ослепительной вспышке.
  Волны тумана начинают подниматься над ареной и под усиленными пассами мага обретают очертания сказочных единорогов, дивных, словно прозрачных, дев, вот поднялся под самый потолок, едва не задев канаты, гигантский циклоп, чтобы почти сразу растаять клубами тумана.
  Когда волшебство расселось, на арене остался лишь маг, в окружении трех обычных торговых тележек. В его руках оказались обычные крылья, которые висели на этих же тележках.
  Маг улыбнулся, повернулся к публике и громко произнес:
  -А сейчас заключительный номер моей программы. Гарантирую, такого вы не видели.
  После чего немного нервно одел на себя крылья.
  И свободно ими взмахнул.
  Не маленькими, с полуметровым размахом, а гигантскими, огромными, каждое с него ростом. И настолько сильными, что малейший взмах оторвал его от земли.
  Он махнул еще раз, еще и начал медленно подниматься вверх, под самый купол, сопровождаемый сотнями изумленных глаз.
  Он сделал круг, еще один, расхрабрившись, кувыркнулся в воздухе, потеряв свой котелок, неведомо когда вновь очутившийся на его голове, И под гром аплодисментов наконец-то очнувшийся публики, он медленно спустился в самый центр арены.
  -Дамы и господа! Вы видели невероятное, даже я бы сказал чудо. И это чудо доступно каждому из вас. Администрация цирка предлагает прокат чудо-крыльев. Это абсолютно безопасно, прошу вас, подходите.
  Он сделал приглашающий жест в сторону тележек и, чуть не шатаясь от усталости и нервного потрясения, направился к выходу.
  А в коридоре, наткнувшись на гневный взгляд директора, он затряс головой:
  -Это не я, честное слово!
  -Ну что, Павлуша, будешь летать? - спросила мама, поворачиваясь к сыну.
  Но тот, свернувшись клубочком на узком сиденье, сладко спал, положив ладошку под голову.
  Ибо его эта вся магия ой как вымотала!
 
 
Оценка: 4.52*7  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"