Я Борис Лайман. Мне 10 лет. Я гений. Я стою перед зеркалом, смотрю на свою разбитую губу и думаю о Ричи. Он меня достал! Я разберусь с этим.
...
От софитов очень жарко. На лице грим - иначе будет неестественный цвет лица по телевизору. Так оператор говорит. Загорелась сигнальная лампочка. Пошел прямой эфир. Ведущий поворачивается ко мне и улыбается умильно-дебильной улыбкой.
- Борис, расскажи нам, как это быть гением в возрасте 9 лет?
- Я не гений, - про себя думаю - "Если он попросит считать в уме или еще какой-нибудь идиотизм, то пошлю его нахрен".
Ведущий оживляется.
- Вы не считаете себя гением?! Думаете, рано или поздно это станет нормой? Относите ли вы себя к поколению детей индиго?
- Дети индиго это псевдонаучный бред для идиотов, - глаза ведущего расширяются, - Я же имел в виду, что меня нельзя назвать гением, поскольку мой интеллект и знания совсем не превосходят средний уровень характерный для взрослого образованного человека или же превосходят лишь чуть. В рамках погрешности, - у ведущего слегка отвисает челюсть, - Просто так сложилось, что у меня все это проявилось в девятилетнем возрасте. И нет. Нормой в нашем поколении это не станет. Насколько можно судить по моим беседам с учеными-генетиками это очень редкая и крайне маловероятная мутация.
Ведущий медленно приходит в себя.
- А вы... Вы не чувствуете, что вас ... Вас лишили детства?
- Кто лишил? Природа? Так она исков о компенсации моральных убытков не принимает, насколько мне известно, - зря я попытался шуткой разрядить обстановку. Кажется, ведущего это наоборот добило окончательно, - Что же касается ощущения потери, то скажите, вот вы ощущаете чувство потери от того, что не изучали генетику?
- Ну, я не знаю, но...
- Конечно, вы не знаете. Нельзя наверняка говорить о чувстве потери того, чего никогда не имел. Можно только строить предположения. Я не знаю, плохо ли это быть лишенным детства. У меня его практически не было. Ранние детские воспоминания блокированы амнезией. Такова особенность мутации. В остальном я помню себя уже сформировавшейся личностью. Лишен ли я детских радостей? Судя по моим наблюдениям не так чтобы слишком. Просто мои игры намного сложнее, а игрушки дороже.
Лицо ведущего впервые за всю передачу принимает человеческое выражение.
- А как твои родители, парень?
- Им тяжело. Им действительно тяжело. Но они любят меня, а я люблю их. Мы справимся.
- А тебе не одиноко.
- Одиноко. Но в некоторых случаях это не худший выбор.
...
Именно после этой передачи Ричи и принялся меня доставать.
...
Бокс? ММА? Слишком долго и не рационально. Я не собираюсь делать карьеру спортсмена. У меня другие планы. Но проблему нужно решать. Ричи больше меня как минимум раза в два и во столько же сильнее.
...
- Но, Борис, тебя нельзя назвать нормальным. Ты ведь сам понимаешь, насколько ты отличаешься от других своих сверстников.
- Понимаю. Но я неправильно выразился, профессор. Под нормальностью я имел в виду дееспособность. Конечно в пределах моего возраста. Я имею в виду, что у меня нет психических отклонений и что я не опасен для окружающих.
- А что, у кого-то есть сомнения? - удивляется профессор.
- Я предпочитаю перестраховаться, - улыбаюсь я в ответ, - Вы ведь знаете, как люди относятся к непохожим на них.
- Хорошо. С этим проблем не будет.
- Спасибо, профессор.
- Но почему ты пришел именно ко мне?
- Вы самый лучший, - говорю я и добавляю про себя "и самый авторитетный".
...
Я решил. Остро отточенный карандаш - то, что нужно. Теперь поговорю с директрисой. Стучать, конечно, нехорошо, но мы же взрослые люди, в конце концов. Улыбаюсь сам себе. В зеркале та еще улыбочка.
...
- Значит, несмотря на все, что я вам рассказал вы не исключите из школы этого агрессивного придурка?
- Борис, ты должен с понимаем отнестись к Ричи. Прости его. Он вырос в тяжелых социальных условиях и учится в школе по государственной программе "равного шанса". Я думаю, вы помиритесь.
- А я думаю - нет. Может, вы мне просто выдадите аттестат?
- Школьное образование обязательно для всех по закону.
- Я читал закон. Там ничего не сказано о том, что я должен проторчать в школе стандартное время обучения.
- Параграф 23 закона о защите детства.
- То есть так мое детство защищают? Позволяя какому-то здоровенному ублюдку пинать меня каждый день?
- Ричи посещает психолога. Мы постараемся переломить ситуацию. И ты не должен употреблять такие оскорбительные термины. Иначе я буду вынуждена наложить на тебя взыскание!
- Тоже отправите меня к психологу?
...
Ричи нападет первым перед школьной видеокамерой. Уголовная ответственность только с 16 лет. И то неполная. Карандаш. Шея. Вин.
...
Прокурор очень старается. Еще бы. Такое резонансное дело.
- То есть, вы, Борис, не планировали нападение?
- Почему же. Планировал.
- Вы осуществили преднамеренное убийство?! - прокурор пучит удивленные глаза.
- Именно. Я пытался решить проблему по закону. Но закон не сработал.
Стук молотка.
- Суд прерывается для консультаций сторон, - судья раздосадован. Так нехорошо с моей стороны ставить их всех в неудобное положение. Ай-яй-яй.
...
Судья очень зол.
- Борис. Парень, ты нарушил наши предварительные договоренности.
- Нет. Это вы с назначенным мне адвокатом договаривались не поднимать шум, а не со мной.
- Так будет для тебя же лучше. Так будет лучше для всех.
- Неужели? А что вы мне собственно можете сделать?
- Ты ведь не хочешь в тюрьму, Борис?
- Вас кажется, ввел в заблуждение мой внешний вид. Я хоть и выгляжу молодо, но в курсе наших законов. Я неподсуден из-за малого возраста. Можете отправить меня на еженедельные собеседования к психологу. Как Ричи, - я сардонически ухмыляюсь.
- Да ты с ума сошел! - взрывается судья, - Мы и так пошли тебе навстречу! Ты человека убил из-за детской потасовки!
- Человек, который вздумает разбить вам нос, господин судья, или отобрать у вас деньги отправится в тюрьму и надолго. Не вижу причин, почему я в такой же ситуации должен терпеть. Только из-за моего возраста? Это явная дискриминация.
- Мальчик, ты сейчас играешь в очень опасную игру. Не стоит подымать лишний шум.
- Вы мне угрожаете, господин судья?
Вступает прокурор.
- Ты явно психически неуравновешен. Думаю, наши эксперты могут прийти к выводу, что тебе необходимо длительное лечение в закрытом стационаре. Ты выйдешь оттуда очень нескоро. Ты понимаешь меня?
Молча выкладываю перед ними заключение профессора Тингербена.
- Есть и другой путь, - прокурор не сдается,- Тебя могут забрать у твоих родителей за то, что они воспитали тебя таким агрессивным и ассоциальным. Социальная служба...
- Терри-Аллея 18.
- Что?!
- По этому адресу ваш дом.
- Да ты что, сопляк, угрожаешь мне?!
- Ни в коем случае. Но если вы утверждаете, что я так агрессивен... Мало ли что может случиться? И оружие огнестрельное сейчас так легко достать...
- Да ты не доживешь до этого момента! Только попробуй, псих, приблизиться к моему дому! Да тебя уроют! Я...
Спайлак! - судья прерывает прокурора, но уже поздно.
Улыбаясь, достаю и внутреннего кармана куртки микрофон.
- Наш разговор уже на сервере.
- Запись здесь запрещена! - взрывается судья, - Это уголовное преступление!
- Хотите арестовать меня за неуважение к суду, - невинно интересуюсь я, - А как же мой возраст?
- Чего ты хочешь? - устало спрашивает судья.
- Пусть признают необходимой самообороной.
- Но зачем?!
- Из соображений абстрактной справедливости.
- А ты представляешь, сколько убийств из-за этого может произойти!? Теперь все кого в школе лупили, поубивают друг дружку! Ты этого добиваешься?!
- Тогда самое время поменять законы. Уродов нужно изолировать от нормальных детей.
- Это ты-то нормальный? - скалится прокурор, - Мутант чертов.
- Я сверхнормальный, - улыбаюсь я.
...
- Мы готовы заключить с тобой договор, Борис. Твоя книга о процессе над тобой! Это будет бомба! Это стопроцентный бестселлер!
- Я хотел бы, чтобы сумма гонорара была удвоена.
- Борис, да это же больше десяти миллионов!
- Со мной сейчас еще издательство "Аргопресс" ведет переговоры...
- Договорились! Удваиваем!
...
Кто сказал, что борьба за справедливость должна быть бескорыстной?