Каменистую полянку со всех стооон окружали огромные горы. На горе возвышалась огромная, ослепительно белая, снеговая шапка. И лучи восходящег солнца касались этих шапок, преломгялись, меняли свой цвет и наполяли всю поляну какимто волшебным, неземным сиянием. Вдобавок ко всему один из вулкано вспыхизал и всю поляну озарял непрвдоблдобно алый сияющий ореол и вся поляна буквально оживала.
Я долго стоял неродвижно, совершенно потрясенный, но наконец двинулся в путь.
Извилистея тропинка неторопливо петляло между утеспми и наконец привела меня к прекрасному горному озеру.
Вода вода была кристально чистой и абсолютно прозрачной, алая солнечная дорожка была ослепительно яркой. В тольше воды резвились стайки маленьких рыбешек, которые резвясь, время от времени выпрыгивали из воды, на радость огромным орлам, которые внимательно за ними н аблюдали.
На берегу озера возвышался мраморный постамент, возле постамента собралось все туземное племя.
На постаменте стояла небольшая скамеечка, на которой сидело несколько пожилых мужчин. У всех у них было одинаковое неподвижное лицо и орлиный взгляд. И было ясно что они с самых молодых лет усвоили привычку властвовать и повепевать и никто не мог им перечить.
Перед скамейком на маленьком, но укршенном изразцами из жрагоценных камней сидела маленькая девочка. Она была парекрасна.
Абсолютно белоснежная кожа, алый румянец на пухлых щечках, огромные абсолютно голоубые глазки... И взгляд был абосютно чистый и ясный, взгляд счастливой, доброй и ласковой, взгляд наимной маленькой девочки. Уверенной что в мире есть только доброта и счастье, и это будет поодолжаться вечно.
Верховный жрец поднялся и проьянул руки к кристально чистому синему небу и ослепительно алому, поднмающемуся солнцу. Люди пелемени замерли, не в силах сделать ни единого движения.
Гробовая тишина продолжалась несколько минут и когда ожидание сделалось совсем невыносимым раздался громовой голос великого жреца.
Многогранное эхо подхватывало этото голос, он многократно усиливался от огромных утесов. И было полное ощущение что пришел бог солнца чобы обратиться к народу, чтобы указать свою волю, и что верховный жрец его посланец и что его слова слова бога солнца.
И великий жрец с божественной силой молил, умолял о дожде. И он сам, и все племя понимали что еще несколько безумно жарких дней и все племя, до последнего человека умрет.
И голос жреца как гром гремел среди леденящей тищины
- Отец родной, хозяин всей земли, хозяин всего неба, хранитель всей вселенной послушай жалкий голос своего верного и послушного раба!
Жрец взмахивал рукой и все племя в едином порыве подхатывало
- послушай жалкий голос своего верного и послушного раба!
А жрец продолжал
- Ужасная и беспощадная жара пришла на нашу землю, все живое каждый день считает последним и очень скоро, очень скоро наш мир, такой прекрасный и сказочный, превратится в ужасную огненную пустыню!
И народ подхватывл
- В ужасную огненную пустыню!
И наконец раздался заключительный аккорд
- О великий и могучий дай дождя!
И все племя в едином нечеловеческом порыве выкрикнуло
- Дай дождя!
Жрец подошел к девочке и посмотрел на нее.
Она все поняла. Бог солнца требует ее. Пройдет всего несколько таких коротких минут и все. Последний всхлип лесного озера и все. Никогда не будет нежного маминого поцелуя, грубой отцовской ласки, веселого и доброго старшего брата... Все краски сошли с ее лица и оно стало покрываться мертвенной блдностью. Верховный жрец поднял девочку и размахнулся.
Внезапно раздался звонкий голос
- Подождите!
На обелиск вбежал юный и прекрасный паренек, только вступающий во взрослую жизнь, образец красоты и здоровья, самая заветная мечта всех девушек. Он вырвал девочку и прижал к груди. Она прижалась к его груди и улыбнулась. Паренек поцеловал девочку
- Теперь все будет хорошо, родная!
И посадил ее на свой стульчик.
Затем он подошел к жрецу и ведином движении порвпл рубашку и обнажил грудь. На его лице играла спокойная улыбка.
Жрец успехнулся и вытащил кинжал..
Трое остальны жрецов плдошли к нему, помогли затолкать тело в мешок и привязать к ногам большой камень и на счет три-четыре тело отправилось в последний путь, к грозному богу солца. Внезапно раздался оглушительный удар грома и всю долину накрыл проливной ливень.
И раздался единый крик радости и счастья. Жизнь продолжалась.