Отвергнув ставшее бесполезным своё почти божественное могущество, Они вновь приняли образ мужчины и женщины, и обнажённые, стояли друг напротив друга в сияющей, медленно сжимающейся сфере.
Он говорил:
- Ну, вот и наступил конец времён.
А Она отвечала:
- Да. Вселенная, родившись из одного бесконечно малого атома, вновь в этот атом сжимается.
Он вторил ей:
- За нашими плечами вся история этого космоса. Миллиарды лет смут, мудрости, войн, гармонии, безумия и любви.
И Она вещала:
- Мы постигли почти всё, но так и не смогли вырваться за пределы сжимающейся бесконечности.
- Мы пленники этой сферы, - вздыхал Он.
- И сфера раздавит нас, - шептала Она.
- И мы давно бы уже стали атомами в раскалённой, бесконечно твёрдой, но всё равно сжимающейся плазме, если бы не могущество нашей науки.
- Да - силовые поля удерживают это вокруг нас, и в каждом окружающем нас атоме сжата галактика со всем её жаром и холодом, со всеми звёздами и чёрными дырами.
- Здесь все библиотеки, вся мудрость, накопленная за всю историю.
- Но какой от всего этого прок?
- Не знаю. Наверное, никакого.
- И что же нам остаётся?
- Наверное, слиться в поцелуе.
И они сливаются, проникают друг в друга, каждым атомом своих тел, и продолжают сжиматься вместе с гибнущей Вселенной.
А потом, когда сжатие доводит их до бесконечно малой величины, когда им уже нестерпимо тесно, происходит Взрыв, и всё начинается сначала, и длится миллиарды мучительных и прекрасных лет.